Записи хостов и игроков но сюжет арок другой (гет)

В конце концов она добила насильника. Возможно, Нин Шу хотела показать остальным пример, а может, просто потому, что это тело люто ненавидело татар, она нанесла последний удар точно «в то самое место».

Это была самая незащищенная часть. Если нанести мужчине такой удар между ног, он сразу же теряет половину жизненных сил.

Все присутствующие мужчины почувствовали могильный холод в промежности. Увидев то кровавое месиво, что осталось от татарина, даже бывалые стрельцы невольно содрогнулись от ужаса.

Только когда налетчик окончательно испустил дух, спасенная женщина разразилась криком. Она зашлась в истерическом рыдании, зовя маму и папу. Через некоторое время она вытерла слезы и упала на колени перед Нин Шу. Из-за этого резкого движения алый плащ распахнулся.

Однако все ратники тут же поспешно отвели взгляды и опустили головы, не смея смотреть на девушку. Зрелище, произошедшее мгновением ранее, напрочь выжгло в них всю похоть.

Нин Шу посмотрела на женщину перед собой. Её кожа была смуглой и обветренной — типичное лицо жительницы пограничья. Её нельзя было назвать красавицей, но густые брови и жесткая складка губ выдавали в ней твердую и настойчивую личность.

— Матушка, молю, позволь мне следовать за тобой! Возьми с собой, в бой пойду, буду татар резать! — умоляла женщина. — Нет мне больше пути назад. Эти псы всю семью мою вырезали, а дом по ветру пустили.

Нин Шу потянулась и помогла ей забраться на коня впереди себя, прежде чем спросить:

— Как звать тебя? Теперь ты под моей защитой.

— Я... раба твоя... сирота подзаборная... — Женщина замялась, не зная, как подобающе обратиться к знатной особе, и её лицо густо покраснело.

— Можешь называть себя моей сенной девушкой. Отныне ты служишь мне. И зови меня Царевной.

Собственно, Нин Шу давно хотела иметь при себе верную служанку. Это бы сильно облегчило ей походный быт.

— Царевна? — Женщина с изумлением уставилась на Нин Шу. Было ясно, что она никак не ожидала увидеть сестру государя на самой кромке Дикого поля. — Матушка, дозволь имя мне дать! Ты жизнь мне вернула, теперь я твоя до последнего вздоха! — заявила она с такой убежденностью, что голос её зазвенел.

На лице Нин Шу появилась едва заметная улыбка. Кто сказал, что женщины не могут сравниться с мужчинами? Возможно, они уступали в грубой силе, но не стоило недооценивать их ярость и верность.

— С этого момента ты в моей свите. Даю тебе имя — Калина.

Нин Шу была очень довольна. Наконец-то у неё появился первый настоящий последователь! Пусть это всего один человек, но эта душа полностью принадлежала ей. Раньше, когда она пыталась командовать солдатами, те смотрели на неё как на пустое место.

Мужчины всегда смотрят сначала на пол. Несмотря на статус Царевны, для них она была просто «бабой». Они считали, что удел женщины — сидеть в тереме и качать люльку, а поле битвы — это их исключительная песочница.

Калина выказывала Нин Шу глубочайшее почтение. Она не стала сидеть в седле, а спрыгнула и пошла рядом, ведя коня под уздцы.

— Захватите остальных выживших и ведите на допрос. Это явно разведчики, — холодно скомандовала Нин Шу. Ей приходилось постоянно поддерживать образ ледяной воительницы, хотя, по правде говоря, играть эту роль 24/7 было чертовски утомительно.

Когда Нин Шу уже собиралась повернуть к лагерю, она услышала гулкий топот множества копыт. Судя по звуку, сюда неслась целая орда.

Её лицо мгновенно стало серьезным. Она резко обернулась к Даниилу Холмскому и рявкнула:

— Быстро! Двух гонцов в лагерь — во весь опор! И трубите в рог, поднимайте всех по тревоге!

Даниил не стал спорить. Он выхватил боевой рог и издал протяжный, прерывистый звук, который эхом разнесся над степью, оповещая о приближении большой беды. Два всадника тут же сорвались с места, исчезая в сумерках по направлению к основному войску Мстиславского.