Цена свободы (гет)

Риз

Мы долго сидели у Мадам, составляя черновой вариант письма, которое я сейчас перечитывал, а потом... Потом я попросил её ещё об одной услуге — найти для меня Ру. Женщина долго изучала карточку, в конце выдав, что таких красивых людей не бывает и что я её обманываю, но обещала поспрашивать.

Седой не появлялся, но подозреваю, ему хватает работы — они с Войничем разгребали дела бывшего начальника городской стражи. И доказательств вины братьев вкупе с наместником на моём столе прибавилось ещё.

Лагерь за городом рос, к моему удовлетворению. Помимо моих людей, постепенно подтягивающихся по призыву, там ещё и наёмники обосновались, чувствуя, что скоро и для них может найтись работа. С одной стороны, я наёмников не любил, с другой — если их не приму я, то примет мой противник, так что пока пусть там и сидят.

Ко мне уже приходили обеспокоенные местные барончики, пытаясь узнать, зачем мне это. Пока мне удавалось отбиться неопределённым обещанием всё объяснить позже. И я объясню, вот как только соберутся все, кого я позвал.

Хоть эти земли теперь мои, и большинство об этом знают, но ещё ни один не приехал дать мне присягу — ни знать, ни наместники, а значит, они не желают признавать мои права. А значит, их нужно в этом убедить и попросить сделать, да так, чтобы они просто не смогли отказаться.

— Пошли вон! — раздался в коридоре знакомый голос. Лафи? А ей-то что нужно?

— Так ты граф? — прямо с порога ткнула она в меня, нахмурив брови. — Но видимо, позабыл об этом сказать?

— Не позабыл, — пригласил я её сесть. — Просто не сказал. А это было важно?

— Вот знаешь?! — она насупилась, а потом махнула рукой. — Ладно, действительно не так уж и важно, важно другое. Тут вчера народа из-под земли повылазило.

— Зомби? — ахнул я.

— Сказок перечитал? — фыркнула она. — Просто люди, истощённые, больные, вышли из пещеры недалеко от нашего лагеря. Сказали, что были в плену у разбойников. Мы их к тебе послали, так что встречай.

Всё же кто-то не забыл про пленников и выпустил? Интересно, и я бы даже поблагодарил за такую услугу.

— Нарус? — крикнул я, и в кабинет тотчас забежал молодой командир.

— Да, ваше сиятельство?

— Девушка утверждает, что к городу идут бывшие пленники разбойников, а почему мне об этом ничего не известно?

— Сейчас же уточню, — вытянулся Нарус, собираясь уходить.

— Да, погоди, — остановил его я. — Пошли кого-нибудь в монастырь и к Мадам, и организуй им лагерь что ли. Узнай, кто и откуда, для начала. Потом подробнее разберёмся.

— Как прикажете! — чиркнул он каблуками друг о друга и исчез.

— Ага, — хмыкнула рыжая и снова посмотрела на меня. — Но и это не важно, — я вопросительно поднял брови, — а важно то, что они рассказывают.

— И что же? — задал я вопрос, включаясь в её игру.

— Оказывается, кто-то не просто вскрыл замки, а взорвал их магией! А ещё там есть змея, до сих пор стоящая в пещере в виде ледяной статуи. Я сама лично сходила и в этом убедилась.

— И? — я не особо понимал, к чему она ведёт и при чём тут я.

— Что и? Это точно дело рук Руфиса! Надо его найти!

— Допустим, — вздохнул я. — Но я-то тут при чём?

— Разве он не твой друг? — подозрительно прищурилась она, а я отрицательно покачал головой. — Ну хорошо, но пойми: в нём проснулась сила, и парень теперь опасен для себя и для других. Его надо учить!

— Опять же повторюсь: я-то при чём? Это ваши дела, вот вы его и ищите, — уничижительно бросил я в её сторону. — А если не найдёте, то так вам и надо. Вы же в него разве что не плевали — сплошное презрение и ненависть.

— Это не я! — возмутилась Лафи. — Мне он даже понравился.

— И тем не менее ты тут, живая и здоровая, а его нет, — угрюмо продолжил я, — а он из-за тебя назад к разбойникам вернулся и сражался на арене. Так что не ври ни мне, ни себе. Я бы на его месте эльфов теперь на мили стороной обходил.

— Знаешь?! Я... — она вскочила и обиженно бросила: — Ты дурак, такой же, как и он!

Девушка резко развернулась и выбежала за дверь. А ведь Руфиса и впрямь стоило найти. Просто для того, чтобы узнать, всё ли с ним в порядке. И чтобы спросить про Ру. Я приказал задерживать всех подозрительных личностей с похожей внешностью — не только эльфов, но не тащить ко мне, а придержать до вечера, не обижая. Сам попозже проверю.

* * *

Вечер наступил быстро. Я совершенно ничего не успел. С трудом смог закончить отчёт для короля и послать гонца. Заехал в казармы, где Войнич с Седым забавно орали друг на друга. Может, и его в Оксидене оставить? Наверняка сработаются, а мне будет спокойнее? Потом просмотрел отчёты своих командиров — ну хоть там всё шло по плану и было в полном порядке.

К моему удивлению, начали подтягиваться бароны, и главы разных гильдий оккупировали мою дверь, обеспокоенные этим фактом, а также более насущными вопросами о налогах, торговле и прочем. Просмотрел и то, что прислала Мадам на претендентов на должность наместника.

В общем, голова гудела, как пустой чан, по которому ударили палкой. И, выбравшись из ратуши, я с удовольствием вдохнул вечерний воздух, хоть он всё ещё и отдавал гарью.

Руфис — парень не глупый, и я решил начать с северных ворот, подумав, что он захочет таким образом запутать преследователей. Увы, но там его не было, хотя среди задержанных и нашлась парочка разбойников. Я приказал отправить их к Седому на опознание. Один из них резко побледнел и кинулся на моих ребят, и собственно, на этом его путь и оборвался.

Далее я добрался до южных ворот, и результат был приблизительно тот же. Разочарованно я уже хотел ехать обратно, когда из левой башни до меня донеслись звуки музыки. Сейчас? Тут? Любопытство пересилило усталость, и я поднялся в комнату охраны и с удивлением увидел барда, извлекающего приятную мелодию из лютни, и стражников, аккуратно сидящих у стен и зачарованно слушающих. Я потряс головой, начав подозревать, что мне мерещится от усталости, но нет — это было взаправду.

А потом бард запел чистым и красивым голосом, пожалуй, несколько высоким для мужчины, но он завораживал. Я даже заслушался, пока бард не повернул ко мне лицо. Я охнул, а он, увидев меня, хаотично дёрнул струны и замолчал. Послышались возмущённые крики в мою сторону, но, поняв, кто перед ними, стражники тоже резко замолчали. На какое-то время в маленькой каморке, набитой мужиками, повисло напряжённое молчание.

— Все вон! — мрачно обронил я, в упор глядя на Руфиса.

Спеша исполнить приказ, стражники подорвались на ноги, с грохотом опрокидывая стулья. Следом за ними бочком к двери придвинулся и эльф, но я загородил ему дорогу.

— Ты же сказал «все»? — поморщился он от досады.

— Угу, — кивнул я. — Кроме тебя. Надо поговорить.

Кивнув ему на стул, я сел на соседний. Он тоже осторожно присел и вопросительно посмотрел на меня.

— О чём?

— О Ру, — я очень внимательно следил за его реакцией, но нет — он и бровью не повёл.

— Твоя жена, — кивнул он. — Я помню.

— Не прикидывайся! — не сдержался я. — Ты с ней знаком! Ты был в замке и в городе, вы явно встретились не случайно! Мне очень нужно её найти.

— Зачем? — удивлённо спросил он.

— Она же моя жена! Я беспокоюсь. Я... — я не знал, как продолжить, как мне до него достучаться, — обязан её защитить.

— Обязан? — задумчиво проговорил он и потеребил шнурок на шее, потом снял и зачем-то надел на палец кольцо. Тихонько застонал, снял и снова надел, а потом поднял на меня глаза, в которых была обида и горечь.

— Ты чего? — удивился я, а он тяжело вздохнул и тихо ответил:

— Прости, я задумался. Да, я знаю Ру. Мы с ней... — он помялся, — друзья. Я приходил в замок, чтобы отдать ей кое-что, но не застал, а уйти незамеченным не вышло, вот мне и пришлось украсть лошадь.

— А тут? Как вы встретились? Ты знаешь, где она сейчас?

— Нет, — помотал он головой, и я поверил, потому что его глаза заблестели от слёз. Руфис явно тоже за неё переживал. — Мы действительно пересеклись случайно. Я сбежал от разбойников и шёл по улице, а она выскочила на меня из борделя. Я, конечно, удивился, но, увидев её состояние, не стал ничего спрашивать, а бросился на помощь тебе. Знаешь? Я думаю, она зря сбежала — ты хороший человек. Если я её ещё встречу, я ей об этом обязательно расскажу.

Я вздохнул. Это была моя последняя ниточка к Ру. Вот где её теперь искать? Руфис снова нарушил тишину, тихо спросив:

— Ты меня теперь отпустишь?

— Да, — кивнул я. — Только вот ещё что: тебя Лафи искала, и очень настойчиво.

— Зачем? — нахмурился Руфис.

— Похоже, собиралась тебя учить, — усмехнулся я. — Ты действительно маг?

— Возможно, — пожал он плечами и убрал прядь волос с уха, а я наконец понял, что меня смущало в его виде. Уши больше не торчали острыми кончиками. — Но я больше не эльф, и это уже не её дело.

— Пойдём, — встал я, поворачиваясь к выходу. — Я скажу охране, чтобы тебя пропустили.

Руфис

Отъехав от города, я обернулся и потеребил кольцо на пальце. Всё снова решили за меня. Когда я увидел Риза, его глаза, его подрагивающие губы... Ведь он действительно волновался. Я уже решил всё ему показать и даже надел кольцо, но оно не сработало! Похоже, эффект был разовым, и дороги назад нет.

Жалел ли я о сделанном? Сложно сказать — у меня и выбора-то тогда не было. Ру бы не справилась с теми разбойниками, а если бы убежала, то непонятно, что случилось бы с Ризом. Так что раз уж сделано, то сделано, и жалеть не о чем.

А вот то, что я не могу выбрать сам, меня расстроило очень сильно. Но если это случилось раз, кто знает — может, кольцу просто требуется время? Или его можно зарядить? В общем, я решил не отчаиваться, а жить дальше — куда-нибудь меня да вынесет река под названием «время».

А пока я достал карту и сверился с маршрутом. Лероф — так Лероф, там я ещё точно не был. Дорога оказалась очень спокойной — похоже, Риз и впрямь вычистил местность от разбойников, или они все попрятались, как Рамус с Диртом. Даже волки держались подальше от тракта. По дороге я разок останавливался в таверне, и со мной опять ничего не случилось. Возможно, всё пришло в равновесие, и я смогу пожить спокойно?

Лероф встретил меня вполне дружелюбно, я добрался до «Чёрного кота» и осторожно зашёл внутрь.

— Есть? Пить? — подскочила ко мне девушка, внимательно разглядывая, и непроизвольно заулыбалась.

Эльфом-то я был вполне обычным, а вот для человека, а особенно для мужчины, моё лицо было слишком красивым, но с одеждой барда очень даже гармонировало и играло на руку — похоже, меня ждёт успех. По крайней мере, у женской половины.

— Да, и хозяина можно позвать? — попросил я, проходя к дальнему столику.

— Хозяина? — прыснула в кулак девушка. — Вам нужен хозяин?

Я удивился такой реакции, но решил пока никак не реагировать.

— Да, пожалуйста, — попросил я, а девушка не выдержала и засмеялась на весь трактир в голос.

— Чего ты ржёшь, как кобыла? — высунулся с кухни видный мужчина, вытирая руки фартуком.

— Тебя тут спрашивают, — она снова захохотала.

— Девушка? — расплылся в улыбке тот.

— Нет, в том-то и дело, — она немного успокоилась и ехидно добавила, — но выглядит он лучше, чем половина женщин этого города, так что ты смотри — не влюбись.

Мы с мужиком недоуменно переглянулись и одновременно пожали плечами.

— А ну бегом на кухню! — рыкнул он на девушку. — Почему клиент ещё ждёт?

Он подошёл к моему столику и вопросительно вылупился:

— Ну и? Вот он я.

Я молча протянул ему письмо, он нахмурился и развернул. Читал довольно долго, а потом поднял на меня глаза и расцвёл в улыбке.

— Так это же здорово! — хлопнул он меня по плечу, присаживаясь напротив. — Теперь и у меня бард будет, и я этому Гнуснусу покажу!

— Гнуснусу? — переспросил я, убирая руки и освобождая место для тарелки.

— Гансу, — поправила девушка, выставляя и тарелку с хлебом. — Это он ему просто такую ласковую кличку дал. Это хозяин трактира на соседней улице. А вы правда бард?

— А ну кыш, девка! — снова зарычал мужик. — У нас мужиков разговор серьёзный, не встревай.

— Ага, у мужиков, — снова захохотала она и подмигнула мне.

— Ты меня Греем звать можешь, — расплылся он снова в улыбке. — Да ты ешь, ешь. Потом же сыграешь? Так сказать, для демонстрации таланта?

Я кивнул. Под взглядом Грея есть было непривычно, но я справился и даже не подавился.

— Ну? — он протянул мне мою лютню, блестя глазами. — Давай, покажи, как ты умеешь?

Я взял лютню, осторожно тронув струны. Пальцы забегали, заставляя мелодию плыть по залу, а потом я запел. То же, что и стражникам, то же, что пели почти в каждом трактире, но через пять минут уже весь рабочий состав заведения стоял вокруг меня кружком и слушал.

Мелодия затихла. Кто-то охнул и, пробормотав «У меня же там молоко», убежал на кухню. А в глазах Грея подозрительно заблестела влага — он что, сейчас заплачет? Но нет, он кинулся ко мне, загребая руками в объятья:

— Это просто чудо какое-то! Да я теперь! Да мы! Клавка! — крикнул он, и к нам снова подбежала та девушка. — А ну проводи его в комнату и сделай ванну. Не видишь — человек с дороги?

— Так у нас же трактир! Куда я его? — всплеснула она руками, а Грей задумался.

— Давай пока в мою комнату, для особых гостей, а потом разберёмся.

— Ну, идём, — хмыкнула девушка, ещё раз оглядывая меня сверху донизу.

Комната была чистая, довольно просторная и светлая. Несмотря на то что Клава довольно шустро наполнила широкий таз, я устал ждать. Я так давно не принимал ванну? Да я даже не помню, когда последний раз нормально мылся.

Девушка отдала мне мыло и полотенце, но уходить, похоже, не собиралась.

— Хочешь остаться спинку потереть? — спросил я.

— Хочу посмотреть, что тебе на смену принести, — снова заулыбалась она, — штаны или платье?

Я нахмурился, не понимая, о чём она, но пожал плечами и начал раздеваться. Если надеется, что я буду стесняться, то зря. После того цирка в деревне мне уже ничего не страшно. Я снял сапоги, чулки, а когда стянул и куртку, то сзади охнули. Я обернулся, распрямляясь в полный рост. Клава прикрыла рот ладошкой и, осторожно подойдя ко мне, пощупала грудь. Волос там было немного, точнее, почти не было — я же эльф, но грудь всё же была мужская.

— Ой! — она подняла на меня глаза и попятилась, краснея на глазах. — И правда мужчина.

— Могу и штаны снять, если остались сомнения, — предложил я, но Клава только тоненько пискнула и вылетела за дверь.

Я с удовольствием погрузился в тёплую воду. Невообразимое блаженство. Ощущение словно из прошлой жизни! А впрочем, ведь так оно и есть? Та жизнь была прошлой, а теперь я начинаю новую? Очень похоже. И пока мне всё нравилось.