Истинные (гет)

Старый новый гость

Уговорить Ильяса открыть собственный ресторан оказалось сложнее, чем объяснить французскому повару, что его соус передержали.

— У тебя уже есть всё необходимое, — говорила Света.

— Например?

— Руки. Голова. Рецепты. Характер, с которым тебя всё равно нельзя пускать в чужие рестораны.

— Я нормально себя веду в чужих ресторанах.

Света укоризненно посмотрела на него.

— В последнем к тебе вышел сам шеф повар.

— Он сам захотел и вышел. Я не просил.

— Потому что хотел посмотреть, кто определил виноградный сок в заправке.

Ильяс только тихонько вздохнул.

Разговор повторялся за завтраком, в машине, на прогулках с Нашем и однажды в половине второго ночи, когда Света внезапно села в кровати и сказала:

— А название у нас уже есть.

Ильяс испуганно проснулся.

— У кого, что?

— У ресторана. «Мы».

Он помолчал.

— Свет, ложись.

— Нет, ты послушай. Не «У Ильяса», не «Шеф», не какое-нибудь непонятное французское слово. Просто «Мы». Ты, я, Наш. Все, кто будет с нами работать. Все, кто придёт.

Из-под кровати донёсся тяжёлый собачий вздох.

— Вот, — сказала Света. — Он согласен.

— Он хочет спать.

— И я хочу. Но сначала скажи, что название хорошее.

Ильяс лёг на спину и посмотрел в потолок.

— Хорошее.

Утром он уже рисовал план кухни.

Ресторан получался не совсем обычным.

— Справа будут нормальные блюда, — объяснял Ильяс строителям.

Света, стоявшая рядом с папкой образцов, медленно повернула голову.

— А слева?

— Тоже нормальные.

— Очень понятная концепция. Так и напишем на сайте?

Он отложил карандаш.

— Справа — то, что человек хочет есть, когда устал. Щи. Уха. Пельмени. Азу. Эчпочмаки. Бэлиш. Всё знакомое, честное, вкусное.

— А слева?

Ильяс чуть улыбнулся.

— А слева — то, ради чего человек захочет выйти из дома.

Там должно было пахнуть сливочным маслом, шафраном, пряностями, морем. Там появлялись французская утка, итальянское ризотто, грузинские закуски, японский бульон и блюда, над которыми Ильяс иногда молча думал по несколько дней.

Между двумя половинами зала тянулась общая барная стойка.

— А если я хочу эчпочмак и вот эту твою утку? — спросила Света.

— Закажешь эчпочмак и утку.

— И никто не осудит?

— Я лично принесу.

На вывеске были нарисованы они трое.

Ильяс — в поварском кителе, Света — рядом, чуть прижавшись к его плечу, а между ними Наш с таким выражением морды, словно именно он вложил в это предприятие основные средства.

Под рисунком стояло одно слово:

«Мы».

Увидев готовую вывеску, Света долго молчала.

— Что? — забеспокоился Ильяс.

— Ничего.

— Свет.

Она уверенно взяла его за руку.

— Просто получилось.

В день открытия всё было готово слишком рано.

На кухне проверили заготовки. Потом проверили ещё раз. Ильяс попробовал бульон, поправил полотенце на плече у помощника, заглянул в идеально чистую печь и наконец вышел в зал.

Света сидела за барной стойкой с бокалом шампанского.

Перед соседним местом уже стоял тяжёлый стакан.

— Это мне?

— Тебе. Ты за последние двадцать минут шесть раз спросил, сколько времени.

Ильяс сел рядом. Сделал небольшой глоток Johnnie Walker Blue Label и оглядел зал.

За окнами сгущался вечер. Блестели приборы. У входа лежал Наш, официально назначенный встречающим гостей и неофициально — главным по крошкам.

До открытия оставалась минута.

Света посмотрела на дверь.

— Если первой войдёт девушка, то всё будет хорошо, — заметила она, делая глоток шампанского.

Ильяс покрутил хрустальный стакан в пальцах.

— Если даже войдёт дракон, всё будет хорошо. За свою кухню я отвечаю.

Он сделал ещё глоток.

Дверной колокольчик звякнул.

Потом звякнул второй раз — уже отчаянно.

В проём просунулась огромная чешуйчатая голова. Епть! И вправду дракон!

За ней — плечо.

Потом когтистая лапа очень осторожно придержала дверь.

Наш поднял голову.

Света перестала дышать.

Дракон протиснулся внутрь, втянул живот, прижал крылья и раздражённо выдернул из дверного проёма застрявший кончик хвоста.

— ДАЙТЕ МНЕ ЗАЖАРЕННОГО БАРАНА НА ВЕРТЕЛЕ!! — грозно прорычал он.

Ваза на стойке тихонько звякнула.

Дракон обвёл зал огненно-жёлтыми глазами.

Увидел Ильяса.

И как-то сразу сник. И как будто стал меньше.

Крылья опустились. Из ноздрей вырвалась тонкая струйка дыма.

— Привет, Ильяс.

Ильяс поставил стакан на подставку.

— Привет, Фафнир. Будешь шампанское? Первому посетителю всё бесплатно.

Повисла тишина.

Света медленно повернулась к мужу.

— Ильяс.

— Мм?

— Это дракон.

— Вижу.

— Ты его знаешь?

— Немного.

Фафнир неловко переступил с лапы на лапу.

— Мы раньше встречались.

— Где? — спросила Света.

Ильяс потянулся за чистым бокалом.

— На одном выездном мероприятии.

— В горах, — уточнил дракон.

— В горах, — подтвердил Ильяс.

— У него тогда полыхала половина кухни.

— Потому что кое-кто посетивший перед этим винный погреб решил помочь мне с розжигом печи.

Фафнир смущённо опустил глаза.

Света допила шампанское.

Поставила бокал.

Подумала.

— Ты и это учил когда-то?

Разместить дракона оказалось отдельной задачей.

На обычный стул Фафнир посмотрел с большим сомнением.

Стул, казалось, тоже.

В итоге сдвинули два стола у широкого окна, убрали кресла и принесли из подсобки плотный турецкий ковёр. Фафнир свернулся на нём, аккуратно уложил хвост вдоль стены и стал выглядеть почти уютно.

Наш подошёл, понюхал край крыла.

Дракон замер.

— Он кусается?

Света вскинула брови.

— Ты сейчас серьёзно?

— Я просто уточняю.

Наш чихнул и лёг рядом.

— Всё, — сказал Ильяс. — Принял. Сейчас будет баран.

Он направился на кухню.

Света поспешила следом и остановила его у двери.

— Подожди. У нас есть целый баран?

Ильяс посмотрел на неё с таким удивлением, будто она спросила, есть ли у них соль.

— Свет. У нас сегодня открытие.

— То есть ты приготовил целого барана?

— Конечно.

— На случай дракона?

— На случай гостей.

Она несколько секунд смотрела на него, потом тихонько рассмеялась.

— Иди уже. Гость ждёт.

Барана вынесли на большом блюде.

С золотистой корочкой, горячего, пахнущего чесноком, травами и дымом. Отдельно поставили соус, свежую зелень, печёные овощи и хлеб.

Фафнир втянул воздух.

Зажмурился.

— Вот.

Ильяс скрестил руки на груди.

— Что «вот»?

— Вот так должно пахнуть.

Он потянулся к мясу, но Ильяс придержал блюдо.

— Сначала попробуй без соуса.

Фафнир послушно откусил.

Прожевал.

Замер.

Света с тревогой посмотрела на мужа.

Дракон открыл глаза.

— Ещё шампанского можно?

Ильяс взял бутылку.

— Можно.

— Я думал, после той истории ты меня выставишь.

— Ты стол бронировал?

— Нет.

— Вот за это могу. В следующий раз позвони.

Через десять минут у окна начали останавливаться прохожие.

Через пятнадцать в ресторан вошла первая пара. Девушка первая!

Молодой человек посмотрел на дракона. Потом на Свету.

— А это у вас… концепция такая?

Света улыбнулась той самой улыбкой, которую Ильяс знал слишком хорошо: сейчас она что-нибудь придумает.

— У нас семейный ресторан.

Из дальнего угла донеслось довольное драконье урчание.

— А он?..

— Постоянный гость, — сказала Света.

— Я впервые! — возмутился Фафнир.

— Уже постоянный, — спокойно ответила она. — Проходите. Вам столик справа или слева?

Молодой человек посмотрел на свою спутницу.

— А где не остро?

— Мы подберём, — пообещала Света.

Пока она провожала гостей, вошли ещё трое.

Потом женщина с ребёнком.

Ребёнок сразу указал на Фафнира:

— Мама, я тоже хочу такого!

Мама посмотрела на барана.

— Сначала суп.

Фафнир уважительно кивнул.

Позже, когда зал наполнился разговорами и звоном приборов, Света на минуту присела у барной стойки.

Ильяс вышел с кухни, поставил перед ней маленькую тарелку с горячим эчпочмаком.

— Ты с утра не ела.

Она откусила и прикрыла глаза.

— Вот поэтому я и хотела, чтобы у тебя был ресторан.

— Чтобы тебе приносили еду?

— Чтобы не только мне.

У окна Фафнир осторожно подвинул пустое блюдо.

Наш спал у него под крылом.

— Ильяс, — позвал дракон.

— Да?

— А можно завтра прийти?

— Можно. Только уже не бесплатно.

— Я понимаю.

Фафнир немного помолчал.

— Золотом берёте?

Света медленно положила эчпочмак на тарелку.

Посмотрела на мужа.

Ильяс смущённо потёр переносицу.

— Свет, потом объясню.

Она подвинула к себе бокал.

— Нет уж. Про французский я ждала несколько лет. Про дракона рассказывай сегодня.