Цена выбора (гет)

Феликс, посланный с ответным письмом к Северусу, ворвался в Мэнор прямо через закрытое окно. Стекло разлетелось, филин с громким криком закружил по комнате, подлетел к Люциусу и заклекотал, размахивая крыльями так яростно, будто пытался перекричать сам воздух.

Люциус, озадаченный его поведением, отложил газету — и тут же получил болезненный щипок в руку. Птица явно была не в себе: она кричала, металась, хватала клювом его рукав и тянула куда‑то, словно требовала немедленно следовать за ней.

Люциус уже открыл рот, чтобы приказать эльфу убрать обезумевшую тварь, как внезапная догадка пронзила его.

— Северус? — спросил он птицу, чувствуя себя максимально нелепо.

Филин забился в настоящей истерике: крутил головой, хлопал крыльями, ухал так, будто подтверждал каждое слово.

Дальше Люциус действовал молниеносно.

Через зеркало, отправил короткое сообщение вассалам — и начались томительные минуты ожидания. Вскоре перед ним уже стояли Крэбб, Гойл и Трэверс — те самые, кого Малфой лично вытащил из тюрьмы в обмен на вассальную клятву. Все предельно серьёзные и готовые без разговоров вступить в бой.

Ещё минута — полет к воротам.

Аппарация — и вот они на Гримо 12.

Кричер вздрогнул от громкого стука в дверь, а едва открыл — был немедленно сбит с ног ворвавшимися внутрь.

— Рег, ты дома? Северус в беде! — голос Малфоя разнёсся по всему дому.

На крик выскочил не только Регулус, но также растрёпанные и недовольные Сириус с невестой.

Быстрый инструктаж — и уже пять струй чёрного дыма устремляются следом за филином.

Сириус и Доркас должны были пытаться прыгнуть максимально близко к дому Лили — настолько, насколько позволял барьер.

*

Пролетая над улицей, куда привёл их Феликс, Малфой заметил группу волшебников, сгрудившихся вокруг какого‑то артефакта. Он резко спикировал вниз, и его люди встали перед ошеломлённым Эвери и незнакомым пожилым магом. Чуть поодаль поднялись на ноги пятеро оборотней.

— Малфой? Что ты… — начал Эвери, но договорить не успел: короткое заклинание отбросило его к стене. Второй Пожиратель рухнул рядом.

С оборотнями никто не церемонился — их вырезали за считанные секунды, не давая возможности атаковать.

— Вперёд, — коротко скомандовал Малфой.

Путь был очевиден: то тут, то там на земле лежали поверженные оборотни, следы недавней схватки. Один раз попался волшебник — его мозги темным пятном украсили стену дома. Малфой лишь ускорил шаг.

Оборотней, которые ещё могли двигаться, добивали, чтобы они не поднялись снова.

Выскочив из‑за угла, они наткнулись на место последнего боя.

Дирк, потерявший палочку, сидел на земле, его мантия была залита кровью. Одной рукой он судорожно пытался освободить от веревок Оливию, которая, сквозь слёзы и злость, пыталась помочь ему.

Неподалёку неподвижно лежал растерзанный Римус.

У стены дома — неподвижная Лили с отчаянно голосившим Гарри на груди. Рядом — залитый кровью Северус.

Вокруг всё говорило о том, что здесь была настоящая резня: осколки стекла, следы заклинаний, разрушения. Два волшебника и десяток оборотней густо усеяли телами мостовую. Из дома доносился рев и отчаянный визг — там отводили душу Сириус и Доркас, добивая последних оборотней и не давая им вырваться наружу.

*

Люциус быстро взял ситуацию под контроль. Голос его звучал холодно и чётко:

— Наших всех — в Мэнор. Оборотней… пусть с ними авроры разбираются. Пожирателей — тоже ко мне, в подвал.

Крэбб с Гойлом переглянулись, но спорить не стали.

— Выполнять, — коротко бросил Малфой, и оба двинулись исполнять приказ.

Тем временем Регулус склонился над Лили, пытаясь привести её в чувство. На ней не было видно ран — скорее всего, просто удар о стену. Он осторожно похлопал её по щеке, проверил дыхание, приподнял голову.

—Энервейт!

Лили тихо застонала, ресницы дрогнули, и она медленно открыла глаза.

— Гарри! Где Гарри? — голос сорвался, в нём была паника.

— Гарри здесь, — спокойно ответил Регулус, пододвигая к ней малыша. — Всё в порядке. Что ты помнишь?

Лили поморщилась, пытаясь собрать обрывки мыслей.

— Не помню… Мы хотели уйти к Северусу… Где Северус?

Она резко поднялась, будто её подбросило пружиной.

— Ранен, — мягко, но твёрдо сказал Регулус. — Дышит. А вот Римус… Он опустил глаза. Лили поняла без слов.

— Северуса и Дирка уже отправили к Малфоям — там им окажут помощь.

Регулус помог Лили подняться, поддерживая её за плечи, пока она прижимала к себе Гарри, всё ещё всхлипывающего от пережитого ужаса.

Вокруг царил хаос, но порядок постепенно восстанавливался — люди Малфоя работали быстро и слаженно. И всё же в воздухе висело ощущение, что это ещё не конец.

*

Будто подтверждая это ощущение, из разбитого окна выпрыгнул Сивый. Он был весь в крови, щека рассечена до кости. Глаза — бешеные, нечеловеческие, полные ярости и боли.

Увидев Малфоя с его людьми, он яростно оскалился, издал низкий, рваный звук и молнией метнулся в переулок.

Трэверс бросился за ним, но вскоре вернулся, тяжело дыша и раздражённо мотая головой.

— Как под землю провалился, — развёл он руками. — Ни следа.

Из дома, тяжело дыша и поддерживая друг друга, вышли Блэк и Доркас. Сириус, едва оказавшись на улице, сразу увидел лежащего Римуса, сорвался к нему, упал на колени, схватил за плечи, попытался встряхнуть, потом наклонился, прислушиваясь к дыханию.

Несколько секунд он сидел неподвижно, будто не веря тому, что слышит — или не слышит.

И вдруг — поднял голову к небу.

И завыл.

Нечеловеческим голосом — рваным, отчаянным, полным боли, злости и бессилия. Завыл так, что у всех вокруг по спине пробежал холод. Завыл так, будто этот звук вырывался из самых глубин души, разрывая грудь изнутри.

Доркас опустилась рядом, пытаясь удержать его за плечи, но Сириус не слышал никого.

Его вой заполнил улицу, отражаясь от стен, смешиваясь с запахом крови и магии, с гулом ещё не стихшего боя...