Вирус моего сердца (гет)

Мы только успели насладиться парой спокойных недель — воскресные пикники, вечера с книгами и горячим шоколадом, — когда поступил срочный вызов. На этот раз цель — Камбоджа, район древних храмов Ангкора. По данным разведки, в руинах одного из храмов активировался неизвестный сигнал, который мог быть связан с биологическим оружием старого образца.

— Опять? — вздохнула я, глядя на экран планшета с заданием. — Мы же только вернулись…

Леон положил руку мне на плечо:

— Знаю. Но кто‑то должен это сделать. И лучше, если это будем мы — вместе.

Эшли, как всегда, была рядом:

— Возьмите это, — она протянула нам небольшой амулет в виде льва. — Местный артефакт. Говорят, приносит удачу тем, кто идёт с чистыми намерениями.

Я улыбнулась:

— Спасибо, Эшли. Будем считать, что это наш талисман.

**

Камбоджа встретила нас жарой и влажностью, запахом джунглей и далёким гулом тропических птиц. Мы остановились в небольшом отеле недалеко от храмового комплекса, переоделись в лёгкую экипировку и отправились на разведку.

Местный гид, пожилой мужчина по имени Сомчай, провёл нас к храму:

— Здесь что‑то не так, — тихо сказал он. — Птицы перестали петь. Животные ушли. Даже ветер затих.

Мы с Леоном переглянулись. Это было знакомо.

Внутри храма царила странная тишина. Каменные стены, покрытые лианами и мхом, фрески с древними божествами — и где‑то глубоко внутри, под слоями веков, пульсировал сигнал.

— Чувствуешь? — шепнул Леон. — Воздух… будто наэлектризован.

— Да, — кивнула я. — И это не просто статическое электричество.

**

Чтобы добраться до источника сигнала, нужно было решить серию головоломок, встроенных в архитектуру храма. Первая дверь открылась только после того, как мы расположили статуи божеств в правильном порядке — по древнему календарю кхмеров.

— Откуда ты это знаешь? — удивилась я, когда Леон уверенно передвинул последнюю статую.

— Читал перед вылетом, — подмигнул он. — Надо же было чем‑то занять время в самолёте, пока ты спала.

Следующая комната оказалась ловушкой: пол начал проваливаться под ногами. Леон схватил меня за руку и прыгнул к выступающей стене:

— Держись! — крикнул он, подтягивая меня наверх. — Ну вот, опять я герой.

— И опять без галстука, — рассмеялась я.

Он фыркнул:

— В следующий раз возьму. Для антуража.

**

В глубине храма нас ждали не только ловушки, но и люди — группа наёмников, охранявшая лабораторию, спрятанную под древними камнями.

Бой был жёстким. Леон действовал быстро и точно, но один из противников застал его врасплох — удар прикладом по плечу заставил его выругаться:

— Да чтоб тебя… — прошипел он, отскакивая в сторону. — Ну всё, дружок, теперь ты точно попал.

Я прикрыла его огнём, пока он перезаряжал пистолет:

— Всё в порядке?

— Плечо болит, — поморщился он. — Но жить буду. Спасибо, что прикрыла.

Когда последний противник был обезврежен, Леон подошёл ко мне и тихо сказал:

— Знаешь, когда ты так спокойно стреляешь и при этом ещё успеваешь следить за мной… Я чувствую себя самым защищённым человеком на свете.

Я улыбнулась и поправила прядь волос у него на лбу:

— А я чувствую себя самой сильной, когда ты рядом. Потому что мы — команда.

**

В лаборатории мы нашли не оружие, а нечто другое — древний вирус, запечатанный монахами много веков назад. Он пробудился из‑за сейсмической активности, но не был создан для войны.

— Нужно нейтрализовать его, — сказал Леон, изучая записи. — Но аккуратно. Здесь всё хрупкое, как паутина.

Мы работали слаженно: я держала периметр, а Леон аккуратно вводил стабилизирующий состав в капсулу с образцом. Когда индикатор загорелся зелёным, он выдохнул:

— Готово. Угроза устранена.

— И без жертв, — добавила я. — Это успех.

**

На следующий день мы сидели на террасе отеля, пили холодный кокосовый сок и смотрели на закат над джунглями.

— Знаешь, — задумчиво сказал Леон, — я тут подумал… Может, нам взять небольшой отпуск? Не в отеле, а где‑нибудь подальше от цивилизации. Пожить в домике у озера, без телефонов, без миссий. Просто… мы.

— Звучит идеально, — улыбнулась я. — Но сначала — воскресенье у озера. Мы же не можем его пропустить.

— Конечно, нет, — он взял мою руку. — Традиции важнее всего.

— Даже важнее древних вирусов? — пошутила я.

— Особенно важнее древних вирусов, — серьёзно кивнул он, а потом рассмеялся. — Ладно, почти важнее.

Мы сидели и смотрели, как солнце опускается за деревья, окрашивая небо в оранжевые и пурпурные тона. Где‑то вдали кричали птицы, а в воздухе пахло дождём и свежестью.

— Знаешь что? — сказал Леон. — Я счастлив. Даже с миссиями, даже с вирусами и наёмниками. Потому что я знаю: куда бы нас ни занесло, мы всегда найдём дорогу домой. И друг к другу.

— Домой — это туда, где мы вместе, — тихо сказала я.

Он кивнул и сжал мою руку:

— Именно так. И это самое главное приключение из всех.