Гарри против тварей-6 (джен)

Гермиона, закончив лакомиться свежайшей, запечённой с травками кабанятиной, уважительно промолвила, пользуясь тем, что хозяин отошёл понаблюдать за сковородой, где томилась новая порция:

— Наш Хагрид пусть и не учёный малый, но педант в плане ухаживания за магоскотиной. Он очень результативный и лесник, и дикий животновод. В смысле, разводитель диких животных. И то, что именует себя герцогом, вполне простительно. В Запретном лесу он действительно минимум граф. Или даже маркиз, а это уже последняя ступень перед герцогским титулом.

Да мне, в принципе, и герцогов на Хагрида не жалко, у меня твёрдые республиканские убеждения, с детства… ну, с раннего детства. Хагрид добрый, хотя и болтливый языком, и разнузданный этим самым своим, красно-синим и символическим…

Но это же кровь великанская чудит, так? Кто бы там в лесу его великанские рамки суживал. Тем более без сдерживающего и мягкого женского внимания… Главное, что он добрый и друзьям преданный, верно, Гарри?

— Да, Хагрид очень преданный, я это прямо давно чувствую. Очень хороший этот получеловек. Многие рядом с ним только четвертьчеловеками кажутся… Не пыхти, Гермиона, я не Флитвика имел в виду! Флитвик очень хороший четвертьгоблин!

И то, что он Рональду розу в задницу наколдовал, за плевание из трубочки, то был вправе. Чары трубочки не терпят, правда? Хотя плевал-то в Малфоя, это очень смягчающее обстоятельство, но то, что чуть не попал в профессора, было засчитано как отягчающее…

* * *

Хагрид, подвыпив, с некоторым унынием вспоминал про первый опыт разведения магических тварей. Меня ж дразнили постоянно, и дубиной стоеросовой, и велика фигура да дура. Дескать, член большой, мотня большая, котелочек маленький, да и в нём ничего не варится… Детишки же злые бывают, сами знаете, ума-то нету.

И у меня тоже мозгов не сильно хватало. Я ж у одного препода-коллекционера спёр три яйца акромантулов, он их вообще хранил неправильно, все пропали бы… И вот вывел тайком паучков, Арагога с самочками, ну, одну они слопали. Это перед Азкабаном было… А когда меня, значит, в тюрягу, паучки того, сбежали, чтобы не голодать, в лесу себе местечко нашли, очень укромное, пещерку первую вырыли, как полагается.

Я же сам их только через два года разыскал, большие уже были, здоровые даже, но помнили меня… Ну как, помнили? Тяпнули несколько раз, да у меня ж сзади кожа-то дубовая, и дубина хорошая, и кинжал я тогда носил… Потом таскал им мясцо разное, помирились со временем, на твёрдой гастрономической почве. И размножился Арагог, и всё это я основал, понимаешь…

И вот давно голову ломаю, не ошибся ли тогда? Акромантулы — это же такие твари, всем тварям твари! Приручить хотел, остолоп этакий, как Том изящно выражался, эх-эх. Мы же в ответе за тех, кого не приручили, так?..

* * *

…Гад этот Том Реддл, гад. Талантливый темномагический гад! Это ж тварь такая, такая… Жаль, Арагог тогда маленький был, мозг через ухо высосать бы не смог. А так бы он, Мерлин свидетель, подбросил бы мохнатенького питомца старосте слизеринскому, подбросил. На предмет диетического питания. Для акромантулов магические мозги — это ух!

…А потому что умнеют они с них, по страшному просто, говорить обучаются, вон, как Арагог. До чего же разумная тварь! А как он ловко размножился в Лесу, какую колонию за полвека отгрохал… Мимо их пещер теперь и оборотень не проханже, схарчат в минуту. Закоконят в нычку, а потом, консерву эту, и высмоктают, в узком кругу, он наблюдал…

Чуть, пардоньте, не усрался, хотя разные виды видывал, у великанов-то, да и в Запретном лесу тоже всякое разное видывал. Нет, трапеза акромантулов на любителя, пусть ею некроманты всякие любуются… Сложный этот Арагог паучок, сложный. Когда с кентавра вымахал, ещё сложнее характером стал.

Ну да дядюшка Хагрид обращение с ним понимает, никогда с пустыми руками не показывается. А сейчас Арагогушка уже слона молодого напоминает, но дряхлеть стал, бедняга. Лишнего весу набрал, глазки бельмами покрываются, лапки от ревматизма поскрипывают, голос неразборчивый. Ох-ох, все мы не молодеем, все в землю ляжем, все прахом будем…

…Эх, если бы его тогда не выгнали да палочку бы не поломали… Ребёнка в Азкабан, да сразу на средний уровень — это ж какими надо быть! Педерасты эти маги все, педерасты однозначно!.. Да, Хогвартс — время упущенных возможностей, после шестидесяти это ощущается особенно чётко. Да, жалко себя, жалко, а поплачешь в кулак — вроде и легче.

Долгий у меня был жизненный старт, ребятки, очень долгий. Оттого и плачу, после самогончика-то. Надо будет слёз-то в скляночку набрать да Северусу отнести, вдруг на ингредиенты сгодятся. Северус — это голова, даром что лукавый да клеймёный…

* * *

Хагрид — вызов всем канонам,

Как он славно постарался:

Ставил клизму двум драконам…

Даже сам не обосрался!

Да, тут и лесть прямо выпирает, да, есть такое, хвалят дюже сильно. Перехваливают… Если клизму, да двум драконам, тут трудно удержаться от этого самого, которое… чтобы самому обгадиться, путём обделывания дерьмом, да. Это же драконы! Да ещё два… К двум и драконологи просто так подходить не будут. Нет, он бы не стал ставить, даже одному, нет…

Тут опыт Запретного леса недостаточен. Тут только Альбус может! Всем всегда ставил, и в Международной Конфедерации этой тоже ставит, некоторым… Нравится ему! Я бы посмотрел, как великий человек драконов клизмит, посмотрел бы, поучился. Издалека, конечно…

Да, в драконьем заповеднике музейчик хороший, богатый. Что драконы себе в пещеры притаскивали, то и есть. Скелеты великана, фестрала, кентавра, тролля — всё настоящее. Но мне особенно понравилась голова нижесредней величины дракона, с раскрытой пастью, чтобы самогонную железу видать было.

Принцип огнедышащей железы примитивного дракона, которая на жалком самогоне, очень понятный, потому что ни капли магии. Просто в одной из камер желудка сбраживание съеденного такое интенсивное, что прямо до браги. А потом возгонка этой браги железой до паров спирта. И есть две пары клыков особых, щёлканье которыми искру добывает и поджигает спиртовоздушную смесь. Но недалеко бьёт, шагов на пять… моих.

Поэтому самогонного дракончика настоящие господа драконы, с истинно магическим и дальнобойным огнём системы почти что Адеско Файр, презирали как-то, ну почти. Потому что совсем уж не презирали, раз могли уговорить брата своего меньшего, несчастненького, с понятными парами в башке и глазами в кучку, на это дело…

Ну какое, Гарри, не понимаешь, что ли? Чтобы сцедил он огненной воды, парообразной, прямо в пасть тебе, без поджигания, конечно. Некоторые соглашались и на отрыжку брагой, она же горячая и тоже неплохо действует… Да, полезный зверёк этот самый самогонный дракончик!

И откуда тот стишок про клизмы взялся? Наверное, как-то прознали, что он в драконий заповедник тишком наведался. Получается, не совсем тишком… С драконологами хотелось пообщаться, поскольку ребята интересные и крутые, да ещё спиртиком непростым, драконским, разжиться.

Те, кто без большого понимания, про драконологов болтают пренебрежительно: дескать, труженики магического навоза, пролетарии магического труда, животноводы со средней буквы алфавита…

С одной стороны, так себе профессия, репутация неоднозначная. И конечно, навоза в ней предостаточно, и на каждый день. Аппетиты у драконов известные, на отходы тоже много приходится. С крепким запашком работёнка, да и опасная к тому же. Попал под выхлоп — и всё, будут пепел в коробочке хоронить, маленькой.

Как-то вот на летних каникулах посетил тот заповедник, нелегально. И внешняя охрана будущего герцога не почуяла, ибо нетрезвая была. А он же крепко драконавозом натёрт был, шкура-то наша устойчивая, держит едкость евоную. Хорошо натёрся, потом даже волосы на теле были разного цвета, преимущественно тёмно-зелёного, так что в лесу прятаться какое-то время стало удобно. Хотя и не очень нужно уже…

Ну и выдавил самогончику-то из самочки одной, пропальпировал железу. Понимаешь, Гарри, когда дракон смирный, он совсем не испаряет… Брёвнышком в попу зафиксировал, да и подоил. Сначала хорошо было, не дёргалась, а потом надоело приятных движений ждать. И сама так резко на брёвнышко подалась, что Хагрид прямо перед её пастью и завалился, вверх тормашками!

Хорошо, что почти весь самогон успел скачать и канистру задраить, а то бы спалила на хрен! И тогда его очередным Джоном Доу бы и назвали, трупаком, то есть, неопознанным. А так пыхнула остаточком, сдерживаемая цепью, только волосы на заднице и сгорели. Ох, как я порскнул тогда, есть что вспомнить!

Ну и подкоптилась задница, само собой. Хорошо, что навозом была как следует намазана, пострадала в меру. Да, болела, конечно, но и пахла зато здорово, шашлычком, и самогончиком чуть отдавала, он чуял! Никогда его задница так хорошо не пахла!

…Вот у драконологов свои байки есть, интересные.

А у драконов, кто мутанты,

Комплектом к каждой голове

Жопы прилажены, с талантом,

Как минимум, ещё и две!

Однако не видел таких мутантов, врать не будет. И про максимум интересно было бы узнать, конечно. Но и с одной задницей очень красивые звери, даже единорогов красивее, он так считает…

Леснику было ночью виденье -

Визит к дамам в одно заведенье.

Хагрид многое видывал,

Но дракону завидовал,

Как тот членом цеплял за деревья!

* * *

…Ох, а вы пробовали клизму единорогу поставить? И благодарите Мерлина и Моргану, что не доводилось, и не доведётся! Эта светломагическая животина обожает жрать много и всегда, в том числе всякую дрянь, вплоть до отходов пищеварения кентавров… А потом у неё, понимаешь, свои отходы правильным путём выходить не желают.

Ну, от запора клизма самое то, но единорог, светлейшая тварь, на лбу одним концом заточенная, понимать ведь не желает. Не может перенесть, когда ему в задницу чем тычут. Вот не может, и всё! И клизму ненавидят, и заднеприводных поэтому всегда бодать рвутся, сколько магожоп ими порвано, не подсчитать!

А педрильно озабоченных всё равно меньше не становится, Дамблдор, великий старик, как-то жаловался, да убедительно так. Или не жаловался, а информацию ему важную сообщал, на всякий случай. Не всегда просто понять великого человека…

* * *

…Помню, как-то с дохлого оборотня, в волчьей фазе, в плохую минуту промахнувшегося, как тот Акела, и с новым вожаком потом неудачно подравшегося, шкуру снял — и себе жилетку коротенькую спроворил. А из остатков Северус купальничек ловко смастерил, для Минервы.

Ох, и хохотала наша кошечка над меховым бикини, но, женщина ведь, сразу примерила. Зеркало из Клыка в один момент трансфигурировала, повертелась и вроде одобрила. Хотя Клык потом очень недоволен был, раз очень напрягает это, когда ты в стеклянном виде, а в тебя голые бабы пялятся, я собачку тут понимаю…

И просекла своим кошачьим умом… умница ведь, она ж у нас просто умница, что в Запретном лесу носить шкуру бывшего вожака — это круто. Это как Карден там, или Хьюго Босс в широких массах. Поскольку в богатой тусовке кого ты модными вещами удивишь? Это ж и Хагриду понятно.

И сам мистер лесник жилеточкой подчёркивает, что вертел он оборотней окаянных, во всех их фазах. Ишь, подлецы, людей жрать, не говоря о кентаврятах и единорожках. Любишь некошерное жрать, так шкуркой своей и поделись! Хоть мёртвый уже, но поделись!

* * *

— А ты, Хагрид, действительно занимаешься животноводством? У тебя же только Клык, да птичник, вроде так? Разумеется, плюс коровки-свинки, ну и ветеринарник… Почему же тебя в местных стишках животноводом называют?

Хагрид наш, животновод,

Знает время наперёд:

Когда сеять, когда жать,

Когда кончик подержать!

А ещё он любит ржать,

Сексуально унижать…

— Ну, а как ты от фестрала потомство получишь, или лося, там? У гиппогрифа тоже не птичий, там такой, что скорее малый конский размер. Чтобы с него ни одна птичка бы не упала, а только слетались, слетались… Иногда и единорогу поможешь, так благодарная кобылка тебя потом молочком угостит! А с него же звереешь просто, так осликать охота...

Как-то сдуру всё в одну харю разом выхлебал, ну прямо хоть в дупла загоняй, всю ночь дымился. Беспокойства было! И его высочеству леснику, и зверькам окрестным… Были и летальные исходы, жалко. Знал бы, утром выпил, по частям… Но я же широк, мне же нужно сразу. А сузить-то меня некому!

— А ты поэтому кипяток пьёшь, от ширины своей душевной, да?.. Ну так в одном стихе сказано, вот:

Хагрид выпил, со свежим медком,

Кружку с очень крутым кипятком.

— Ох и крепок, зараза,

Круче виски в три раза! -

Просипел он врачу шёпотком.

— О, лимерик наконец-то сообразили, правда, так себе. Поэты доморощенные… Наверно, Помфри в тот раз проболталась, повелительница медицинских спиртов! Ну, ошибся он тогда, ошибся, темно было, хотел медок чем-нибудь весёленьким запить, спиртным…

И не с виски он тот проклятый кипяток сравнивал, а с привычным самогончиком. Виски пусть Маккошка наша кушает, с валерьянкой своей, любимой, а ему лучше самогончик из тыковки или дракончика, самое оно…

— А это про оборотня, так ведь, Хагрид? Не про Клыка же, нет?

Пел он песню о любви,

О большой, чудесной,

Да о том, как отловил

Псину в чаще тесной…

— Ну да, Гермиона, про него самого. Оборотни-то его боятся и правильно делают, ликантропом полувеликану нипочём не стать, а вот тёплая шуба из неправильного волчка — хорошая вещь. Насчёт тех, кто не вымер да попался, длиннопенисному кому-нибудь, что в чистом поле, что в лесу, Хагрид много чего вспомнить может.

В конце концов, и сам грешил многократно, оттого не все его любят в лесу. Уважают, понятно, побаиваются частенько, но, случается, и не любят. Да, потому что помнят любовь его настойчивую, брутальную, разнузданную…

Ага, был такой оборотень, Акела, помню, седоватый уже, умный. Как-то промахнулся, плакал, стихами даже перед своими заговорил:

Акела к стае шёл на нервах

И трогал пластырь на носу:

«Не обижай младой Минервы,

Когда охотишься в лесу!»

Хотя там не пластырь был. И не на носу, хотя и близко… Трогай сколько хочешь, а пока Минерва не смилостивится, так и будешь бегать, с плохим украшением на видном месте. Ох, и сильная ведьма, ох, как оборотней любит, да по-своему!..

* * *

Этот лимерик получше будет, незлой. И бегемота он с полным удовольствием, если бы у нас водились… Да то болото само рассосалось, как только мистер Хагрид там нужничок себе устроил, запасной. Всё-таки заседать на сидушке лучше, чем на корточках, он же герцог. А то делаешь свои дела, а кто-то подсматривает и потом в литературе этой, самиздатовской, отражает.

Давил бы самиздатчиков! Собрать бы эти книги, с тетрадками, да и сжечь! С авторами заодно, по примеру из средних веков и Ренессанса в придачу… Но раз сжечь не получилось, то в дерьме, можно сказать, критиков и утопил, забыли они про то болото. Так и утилизировал ту топь, помаленьку, в два этапа. А Клык помог лягушек подъесть, ещё бы им частушки петь…

А то там красные колпаки себе лежбища устроили, Хагрида как-то пытались заманить да дубинками шкуру попортить. Больно бьют красноколпачные дубинщики... Числом берут, тёмные твари! А он тёмных не обожает. От всех польза должна быть. А если с дубинкой на разумного, да высокого в статусе, получи тогда химическую атаку. Потому что и лесники есть такие, что даже в химиях этих разбираются, во как!

Специально неделю дрянью питался, чтобы хлестало жидко и много. И Клыка заставлял, хотя с ним просто всё… Правильно атаковал, на выше ожидаемого. Густая тогда создалась атмосфера, прямо инфернальная, как Снейп наш выражается. И вокруг — целый санитарный кордон, никто не подходил интересоваться, сразу отбегали.

И сработал замысел упрямый, пропадом пропали колпаки эти, красные. Сдохли, наверное, хотя и так мёртвые давно были. Неважно, пусть будет сдохли, раз пропали совсем… Как и все остальные, впрочем. А потом он канаву к ручью прокопал, вторым этапом. Воду отвёл, болото высохло, там теперь лужайка, кустики-цветочки, нюхай не хочу. Экология, тудыть!

Тот лесник проживал у болота,

И мечтал там поймать бегемота.

А встречая лягушку,

Сразу пел ей частушку -

И вот так разогнал всё болото!