Жили у бабуси (джен)

Наступивший декабрь погодой не радовал. Колючий снег припорашивал землю ночью и таял днем, разводя грязь и слякоть. Выходить из замка совершенно не хотелось. Особенно на уроки травологии и ухода за магическими существами. Да и таскать по грязи котлы на полеты тоже было безрадостной перспективой. Девочки ругались, что приходится часто стирать подолы платьев, Сева помрачнел еще больше, насколько это было возможно, Тёма, хотя и старался казаться беспечным оптимистом, тоже приуныл.

— Я так совсем отупею! – наконец не выдержал «бравый пилот». – Мне нужно творить, а эта погода совершенно не располагает к новым шалостям!

— Вот и хорошо! – отозвался Сева из-за толстого справочника новейших открытий в зельеварении. – Нам меньше головной боли.

— Головной боли, говоришь? – призадумался Тёма. – А это идея! Давно мы не проверяли, как дела у мистера Поттера сотоварищи!

— А смысл? – резонно возразил Сева. – После той неудачи с дядей Кощеем они сидят тише воды, ниже травы.

— А где наши девочки? – внезапно встрепенулся Атрём.

Мальчики окинули гостиную пристальным взглядом.

— Наверно, в спальне сидят, – решил Сева. – Пойдем, позовем.

Они подбежали к лестницам, ведущим наверх, но, не успев одолеть и пяти ступенек, почувствовали, как лестница под их ногами превращается в скользкий желоб. Уцепиться было не за что, поэтому озорники упали на спины и, скатившись вниз, оказались на площадке.

— Это еще что?! – непонимающе спросил Тёма.

Дверь одной из спален приоткрылась и несколько девочек, хихикая, вышли в коридор.

— Это чтобы мальчишки к нам не лазили. Можно только старосте, – пояснили они.

— А почему тогда девчонкам можно к нам ходить? – обиделся Тёма, но шепотом.

Сева предпочел не отвечать, однако, заметив, что девочки собираются снова разойтись по комнатам, крикнул:

— Эй, стойте! Вы сестер Смит не видели?

Девочки переглянулись, пошептались и ответили:

— Мари сказала Анне, что Барбара слышала, как Джейн рассказывала Розе, что она видела, как русские девочки выходили из замка и шли в лес, – с этими словами они скрылись в своих комнатах.

— Что им потребовалось в лесу?.. – с тревогой переглянулись мальчишки.

— Алёнка, а ты точно уверена, что мы их найдем? – в сотый, наверно, раз переспрашивала Василиса.

— Конечно, уверена! Только ты о них поменьше думай, запомни, мы – за подснежниками пришли! А при встрече не забудь земной поклон отвесить, – поучала подругу решительная Алёнка.

Девочки, подобрав подолы и заткнув их за пояс, все дальше заходили в Запретный лес, подбадривая друг друга. Алёнка периодически останавливалась и привязывала к веткам кусочки серебристой тесемки.

— Темнеет ужо! И холоднее становится! – шмыгнула носом Василиса. – Давай ворочаться, нету их тут, в России они только есть! Тесемочку только зря извели, с нитью серебряной!

— Ты, подруженька, никак трусишь? – попыталась подколоть ее Алёнка.

Василиса надулась и промолчала.

— Заодно и в колдовстве поупражняемся! – решила Алёнка. – Ну-ка, как там… Держать палочку ровно, и сказать… А, вспомнила, Люмос!

Из палочки вырвалось несколько искр, но больше ничего не произошло. Алёнка потрясла палочкой, но без толку.

— Ну вот, опять затеяла екс-пе-ри-мен-ты свои дурацкие, а я замерзла, домой хочу! Пойдем воротимся, пока тесемки наши видно еще! – заныла Василисушка.

— Не хнычь! – резко оборвала ее Алёна. – Али не у Бабы Яги училась – темного лесу бояться?

Внезапно где-то рядом послышался стук топора. Девочки замерли. Огромный темный силуэт рубил не менее огромную ель метрах в пятидесяти от девочек. Свалив дерево, великан взял его за ствол и поволок за собой, по направлению к замершим русским.

— Чудище лесное! – закричала Василиса, испугавшись.

— Что ты чепуху мелешь! – рассердилась Алёнушка. – Это просто дядька леший. Помнишь, мы его видели? Дед Мороз еще сказал, что это лесничий тутошний. А лесничий – тот же дядька леший, делов-то.

— Да разве стал бы дядька леший свои же елки рубить! – возразила Василиса.

Силуэт тем временем приближался.

— ЧУДИЩЕ ЛЕСНОЕ! – на два голоса закричали девочки и, переглянувшись, бросились бежать, не разбирая дороги.

В какой момент Алёнки не оказалось рядом, перепуганная Василиса не заметила. Она просто каким-то боковым зрением увидела сверкнувшую серебром тесемку и по этим отметкам выбежала из леса и понеслась к замку. Уже подбегая к гостиной Хаффлпафа, девочка врезалась в Баюна, как раз возвращавшегося с прогулки. На истошный мяв придавленного Баюна из гостиной начали выглядывать любопытные. Староста Хаффлпафа подбежал к медленно поднимающейся на ноги Василисушке и дрожащим голосом спросил, кого нужно вести к мадам Помфри: ее или кота. Подошедший Тёма одним мрачным взглядом красноречиво пояснил, что если их не оставят в покое, в Больничное крыло отправится сам староста.

— Мы ее сами отведем в лазарет, – «перевел» Сева.

Староста кивнул с явным облегчением и принялся успокаивать любопытствующих. Сева с Тёмой подхватили Василису под локти и увели, мало заботясь о том, что, возможно, скоро эта история обрастет такими подробностями, что и в кошмаре не приснится, а если приснится – никакой Баюн не поможет. По Хогвартсу гуляло слишком много слухов, один нелепее другого, к ним уже все привыкли, и на очередную байку довольно скоро махнут рукой.

Разумеется, ни в какой лазарет ребята не пошли. Забившись в стенную нишу на одном из этажей, они уселись прямо на пол и молча стали смотреть друг на друга, не зная, как начать разговор. Василиса несколько раз порывалась что-то сказать, но осекалась. Наконец, Баюн, устав намекать ребятам, что обиженного котика хорошо бы почесать за ушком, задал волновавший всех вопрос:

— А Алёнушка-то где?.. Она бы мне пузико почесала…

Гнетущая тишина навела Баюна на мысль, что что-то не так. Наконец, тихий шепот Василисы:

— А что, она еще не вернулась из лесу, да?.. – прояснил картину.

— Без паники! – решительно объявил «бравый пилот». – Чего тут сложного? Берем блюдечко, берем ступу и находим ее!

— Тём… – потерянно шмыгнула носом Василисушка. – А блюдечко мы того… с собой взяли… У Алёнки оно, в корзинке…

— Ну, тогда клубочек путеводный! – все еще не терял оптимизма Артёмка.

— А клубочек носит Кузя, в виде свитерочка! – напомнил брату Сева.

— Ну, тогда… – Артём задумался на мгновение, но тут же его лицо просияло. – К дяде Кощею бежать надобно! Его вся нечисть боится и слушается, враз Алёнку отыщем!

Радостно вскочив, дети под предводительством Баюна бросились искать личный кабинет Бессмертного. Разумеется, дверь оказалась заперта. Покричав и побарабанив, едва удержав Тёму от пинка в дверь, ребята едва не сорвали голоса и поняли, что Кощея в кабинете точно нет. В отличие от Тёмы, Бессмертный спал очень чутко, а уж вопли Баюна не услышал бы, наверно, только глухой.

— Бесполезно, его здесь нет! – ругнулся Сева, в бессильной ярости ударяя кулаком по двери.

— Он в учительской, точно вам говорю, там он! – Тёма все еще надеялся на лучшее.

Вяло кивнув, Василиса с Севой побежали за «бравым пилотом».

Из-под неплотно прикрытой двери пробивалась узкая полоска дрожащего света, и доносились приглушенные голоса. Тёма радостно ускорил бег и, распахнув дверь, замер на пороге. В учительской сидели профессора Поттер, Уизли и Лонгботтом.

— Чего вам, Баббинс?! – довольно грубо рявкнул Уизли.

— Нам бы профессора Бессмера, – вовремя ткнув брата локтем, ответил Сева.

— Его нет, он уехал, еще утром. Ах, да, вот, просил вам передать! – Джинни протянула ребятам аккуратный конверт.

— И минус двадцать баллов с Хаффлпафа за то, что бродите по школе после отбоя! – донеслось вдогонку.

— Да хоть все сними, ирод рыжий! Разве не видно: не до глупостей сейчас! – в сердцах сплюнул Тёма, пробежав глазами письмо от Бессмертного, когда ребята снова спрятались в стенной нише. – Нету дяди Кощея. Уехал он, на какой-то сим-по-зи-ум, на Таити. И Бабушка Яга с ним. Так что Новый год тут встречать придется.

— Тём, – подергала мальчика за рукав Василиса.

— Что такое? – задумчиво обернулся он.

— А теперь за Алёнку паниковать уже можно, да?..