Цена выбора (гет)

«Дорогая Лили,

Надеюсь, это письмо застанет тебя в добром здравии. Я часто думаю о тебе и о Гарри — как он растёт, как ты справляешься. Потеря Джеймса была тяжёлым ударом для всех нас, и я нередко вспоминаю, какой замечательной парой вы были. Он бы гордился тобой, Лили, и тем, как ты держишься.

Мне сказали, что ты сейчас живёшь в доме Малфоев. Я искренне надеюсь, что к тебе там относятся с уважением и заботой. Если что‑то идёт не так — прошу, не стесняйся писать мне. Особенно… если Северус рядом. Я знаю, что он был твоим другом, но его прошлое вызывает у меня беспокойство. Он не причиняет тебе неудобств?

И последнее, Лили. Ты упоминала, что слышала или видела кое‑что странное. Пожалуйста, опиши всё, что кажется тебе подозрительным. Даже мелочи могут оказаться важными.

С теплом и надеждой на скорый ответ,

Альбус Дамблдор»

— Вот. — Лили положила письмо перед Северусом.

Он прочитал быстро, взглядом скользя по строчкам, затем кивнул и даже едва заметно улыбнулся.

— Вот и Дамблдор говорит опасаться меня. Прислушайся к старику. И прекрати уже цело… Лили!

Она уже наклонилась к нему, и Северус отодвинулся ровно на полсантиметра — жест, который не спасал его никогда.

— У нас серьёзный разговор. Соберись, пока я не причинил тебе… неудобства. — Он попытался сохранить суровый вид, но уголок губ всё равно дрогнул.

— Северус, тебе говорили, какой ты милый, когда сердишься? — Лили обняла его за шею, ничуть не испугавшись его строгости.

— Нет, — смутился он, отвёл глаза. — Лили, это правда серьёзно.

Он взял её за запястье — мягко, но уверенно, возвращая разговор в нужное русло.

— Нам нужно пойти к Люциусу, чтобы он показал тебе сейф. Потом ты пройдёшь к нему сама и передашь это воспоминание Дамблдору. Пон… хорошо?

Он уже заранее знал, что строгий тон не сработает.

Он уже заранее знал, что она улыбнётся.

И всё равно пытался.

Лили действительно улыбнулась — так, что у него внутри что‑то предательски дрогнуло.

— Хорошо, Северус.

Он вздохнул. Смирился. И только подумал, что трудно быть Ужасом Подземелий в двадцать лет, когда на коленях у тебя сидит рыжая катастрофа, которая не боится ни тебя, ни Малфоев, ни самого Дамблдора...

*

Лили кралась по коридору, стараясь ступать так тихо, будто сама стала частью стены. Дом Малфоев умел быть пугающе тихим — но именно эта тишина заставляла каждый звук отдавался в нём эхом.

Она уже почти дошла до кабинета Люциуса, когда услышала знакомые быстрые шаги.

Лили вздрогнула и мгновенно юркнула за тяжёлую тёмно‑зелёную портьеру. Ткань мягко сомкнулась вокруг неё, скрывая от взгляда.

Шаги приближались.

Через секунду мимо прошёл Северус — стремительным шагом, с тем выражением лица, которое он носил только тогда, когда что‑то шло не так. Он оглядывался по сторонам, будто проверял, не следит ли кто‑то за ним. Мантия чуть взметнулась, когда он свернул за угол. Лили затаила дыхание, пока его шаги не стихли и только тогда осторожно выглянула из‑за портьеры.

Пусто. Тихо.

Она скользнула к двери кабинета Люциуса и вошла внутрь. Перед скрытой панелью Лили остановилась. Если бы она не подсмотрела однажды за Люциусом, никогда бы не догадалась, что сейф находится здесь.

Пальцы дрогнули, повторяя точную последовательность движений — лёгкое нажатие, поворот, почти неслышимый щелчок.

Панель отъехала.

За ней — массивный сейф, тёмный, тяжёлый, будто дышащий чем‑то древним и недобрым. От него фонило такой плотной тьмой, что Лили на мгновение захотелось развернуться, убежать, спрятаться под одеяло и забыть, что она когда‑то соглашалась на всё это.

Она тихо прикрыла панель, словно боялась потревожить то, что скрыто внутри, и вышла из кабинета так же осторожно, как вошла.

*

В коридоре Лили достала припасённый флакончик.

Серебристая поверхность стекла дрогнула, когда она коснулась палочкой виска и вытянула тонкую нить воспоминания — всё, что видела, чувствовала, каждый шаг и каждый звук.

Нить мягко опустилась в флакон и растеклась в нём.

— Всё. — Лили выдохнула. — Сев, Люциус, можете выйти. Давайте посмотрим, что я покажу Дамблдору…

Из‑за поворота вышли Северус и Люциус.

Снейп — сосредоточенный и собранный.

Люциус — наоборот, в превосходном настроении и с лёгкой улыбкой на лице. Он похлопал в ладоши, будто приветствуя актрису после удачной сцены.

— Браво, Лили. В тебе пропадает талант.

Лили фыркнула, но уголки ее губ дрогнули.

— Спасибо, Люциус. Я старалась не умереть от страха, пока твой сейф на меня смотрел.

— Он производит такое впечатление на всех, — заметил Малфой, чуть наклонив голову. — Это его естественная манера общения.

Северус подошёл ближе. Взгляд у него был серьёзный, но в нём читалось облегчение — Лили справилась.

— Покажи, — тихо сказал он.

Лили подняла флакон. Серебристая жидкость внутри мерцала ровно, будто ждала своего часа. Северус жестом указал на Омут памяти, стоявший на столе.

— Давай проверим.

Лили сняла крышку с флакона и вылила содержимое в серебристую гладь. Поверхность дрогнула, потемнела, и трое наклонились над ней.

Они увидели всё: осторожные шаги по коридору, мгновение, когда она пряталась за портьерой, тёмную панель, скрывающую сейф, и ту давящую тьму, что исходила изнутри...

Когда поверхность Омута снова стала гладкой, а Северус собрал воспоминания обратно в флакон, Люциус удовлетворённо кивнул.

— Прекрасно. Если после этого он не поверит… тогда он действительно параноик, — произнёс он с мягкой насмешкой.

Северус бросил на него короткий взгляд, но промолчал. Люциус же чуть наклонился вперёд, словно собирался вручить Лили награду.

— И ещё, — сказал он, вытаскивая из узкой серебряной коробочки пару изумрудных серёжек. Камни были глубокого, густого цвета, а оправа — явно старинной работы. — Наденешь это на встречу с Дамблдором.

Лили осторожно взяла украшения. Они были тяжёлыми, будто внутри скрывалось что‑то большее, чем просто металл и камень.

— Это дала Нарцисса, — продолжил Люциус. — Семейный артефакт Блэков. Когда ты в них, Дамблдор не сможет прочесть твои мысли.

Он усмехнулся — легко и весело, но в глазах мелькнул холодный блеск.

— Если он заметит, а он заметит, — Люциус чуть приподнял подбородок, — можешь сказать, что это подарок Сириуса на свадьбу. Потому они тебе так дороги.

Лили моргнула.

— Сириуса?..

— Разумеется, — кивнул Малфой. — Проверять у него он не пойдёт. Теперь уж точно.