Зеленая Память: Путь Хранительницы (гет)

Записи профессора Палладиума, личный архив. Дата: Начало учебного года.

Алфея… Снаружи она кажется воплощением сказки. Её розовато-золотые башни устремлены в синеву, а парящие сады полны жизни. Но для меня это крепость, чьи стены хранят тайны, которые вот-вот начнут рваться наружу. Каждый новый поток студенток — это загадка, но в этом году магический фон Алфеи вибрирует иначе.

Наблюдения со смотровой площадки:

Я стоял на балконе верхнего этажа рядом с мадам Дю Фор. Мы наблюдали, как во дворе Гризельда проводит перекличку. Суровость Гризельды — необходимый противовес юношескому хаосу. Я видел, как одна рыжеволосая девочка (как выяснилось позже, Блум) заметно побледнела. Она явно нервничала из-за списков, но Стелла Солярская — ах, эта девочка не меняется — что-то зашептала ей о «принцессе Варанде».

Я почувствовал ложь в магическом поле, но промолчал. Гризельда была слишком удивлена самим фактом возвращения Стеллы, чтобы вчитываться в детали.

— Вспоминаю себя в их возрасте, — мечтательно произнес я, глядя на это море надежд. — Столько талантов, которые нам предстоит раскрыть.

— И столько энергии, которую нужно направить в жесткое русло, — добавила Дю Фор, поправляя безупречную прическу.

В этот момент за нашими спинами возник шорох. Профессор Уизгис, наш мастер метаморфоз, из-за своего роста ничего не видел. Недолго думая, он превратился в кролика с человеческой головой и в один прыжок оказался на плече мадам Дю Фор.

— Бу! — пискнул он.

Дю Фор издала короткий вскрик и лишилась чувств. Я едва успел подхватить её, пока Уизгис, ничуть не смущенный, продолжал рассматривать первокурсниц. Да, начало года обещает быть... эксцентричным.

Речь Гризельды и Фарагонды:

Гризельда тем временем перешла к правилам. Её голос чеканил: «Заклинания — только в классах!». Когда она упомянула, что из-за Стеллы лаборатория зелий закрыта на месяц, я вздохнул. Это серьезная потеря для учебного процесса. Но моё внимание вновь привлекла та тихая фея из Линфеи — Флора. Она не выглядела расстроенной. В её глазах я прочитал странную уверенность, будто отсутствие лаборатории для неё не преграда.

Затем появилась Фарагонда. Её доброта всегда уравновешивает строгость Гризельды. Она предупредила девочек о ведьмах из Облачной Башни — предчувствие грозы в её словах было почти осязаемым. Позже я узнал, что Блум призналась в своём земном происхождении. Фарагонда оставила её. «У неё есть мечта», — сказала директриса. Я же почувствовал в этой девочке искру, которую Трикс не оставят без внимания.

Завтрак и обсуждение первых уроков:

Позже, в преподавательской столовой за завтраком, мы обсуждали первые итоги. Атмосфера была оживленной.

— Моё первое занятие по метаморфосимбиозу прошло... любопытно, — Уизгис, уже в своем обычном обличье, энергично намазывал джем на тост. — Почти все справились с изменением цвета волос. Это базовый уровень, но он показателен.

— Стелла Солярская, я надеюсь, ничего не взорвала? — сухо осведомилась Гризельда, помешивая чай. — Нам еще месяц восстанавливать лабораторию зелий после её прошлого «эксперимента». Её отец возместил убытки, но стены Магиксом не так просто залечить.

— Стелла справилась отлично, — улыбнулся Уизгис. — А вот новенькая, Блум... Полный провал. Никакого контроля. Она единственная, чьи волосы остались прежними.

— Это неудивительно, — Фарагонда, сидевшая во главе стола, мягко взглянула на нас. — Она пришла из мира без магии. Блум призналась мне вчера, что она с Земли. Я оставила её в Алфее, потому что у неё есть мечта, и она в неё верит. Это важнее техники.

Я решил вставить свое слово, вспоминая свои наблюдения:

— А я бы обратил внимание на Флору из Линфеи. На уроке Уизгиса она действовала не просто успешно — в её магии чувствовался расчет. Пока другие тужились, она словно вела диалог с собственной структурой. В ней есть аналитический склад ума, редкий для её возраста.

Чуть позже Фарагонда объявила бал. Уроки отменяются, зал нужно украсить. Я видел, как Винкс распределили роли: Муза взяла музыку, Стелла — свой образ, а Флора вызвалась заняться декором из лозы. Но настоящий экзамен ждал её позже.

Инцидент с подарком:

Когда в холле появилась огромная шкатулка-яйцо, я почувствовал это мгновенно. От неё исходила удушливая черная аура — проклятие ведьм, холодное и ядовитое. Я уже собирался вмешаться, но остановился, пораженный увиденным.

Флора шагнула вперед. Любая другая фея отступила бы, почувствовав этот холод, но не она. Я увидел, как под её одеждой засиял артефакт — Сердце Хранителя. Оно билось в ритме самой планеты.

Флора положила руки на черную поверхность подарка.

— Спокойствие... — прошептала она.

Я, как специалист по природной магии, был ошеломлен её техникой. Она не просто выставила щит. Она призвала энергию древних корней Линфеи — ту силу, что способна переварить любой яд и превратить его в удобрение. Чистый зеленый свет вырвался из её ладоней. Я буквально видел своим эльфийским зрением, как черные нити заклятия Айси лопаются под напором её аналитической воли.

Она не просто сняла проклятие. Она очистила подарок настолько глубоко, что он перестал быть нейтральным — он стал излучать ауру абсолютного умиротворения.

Когда она закончила, в зале стало легче дышать. Флора обернулась к подругам, спокойная и собранная, будто не она только что в одиночку подавила магию трех сильнейших ведьм.

Я закрыл свой дневник. В этом году у меня есть не просто студентка, а исследователь с уникальным даром. Пока остальные готовятся к танцам, Флора уже ведет войну на уровне структурной магии. И я должен помочь ей отточить этот клинок.

Профессор Палладиум.