Наруто - Эхо Десятого Дня (джен)

Какаши опустился на ветку дерева старого полигона, который находился на отшибе Деревни. Обычно такие полигоны были заброшенными и неухоженными. Шиноби редко выбирали их для тренировок. Но сегодня тишину этого места разрывали глухие удары. Майто Гай отрабатывал серию ударов. Кора давно слетела с массивного тренировочного бревна, но Гай и не думал останавливаться. Он вкладывал в каждый удар весь свой вес.

Однако внимание Какаши привлек не Гай. Тренировки Гая для него давно стали привычными.

В нескольких метрах от бревна, прямо на истоптанной земле, лежала человеческая фигура. Человек лежал ничком, раскинув руки в стороны и не подавал признаков жизни. Обычная серая футболка намокла от пота и грязи. Просто спит? Или отрубился от истощения? Скорее всего, второе. Лицо было не разглядеть, но силуэт был смутно знакомым.

Уловив что за ними открыто наблюдают, Гай прервал тренировку. Он обернулся, дыхание было нормальным. Узнав в наблюдающем своего вечного соперника, лицо Гая тут же озарилось широкой улыбкой.

— Какаши. Мой вечный соперник! — громогласно возвестил Гай, уперев руки в бока. — Я ни на секунду не сомневался в тебе. Знал что ты не отвергнешь мою просьбу и придешь лично лицезреть торжество юности!

Хатаке не стал отвечать на тираду. Он плавно спрыгнул на землю и, засунув руки в карманы, подошел ближе. Его единственный открытый глаз остановился на неподвижном теле. Взгляд Какаши выражал немой вопрос.

— А это? — Гай проследил взглядом и гордо указал на лежащего парня. — Это Хиро. Он только что закончил свою тренировку. Так как сегодня всего второй день, усталость накопилась и он отрубился. Но его сила воли просто невероятна!

«Ага. Не только выдержать один день тренировок вместе с Гаем, еще и прийти на следующий же день» — Какаши был согласен с Гаем насчет силы воли.

«Микаге Хиро» — мысли Какаши зацепились за это имя.

В памяти всплыл разговор двухнедельной давности. Тогда Гай с горящими глазами утверждал, что Хиро победил его в рукапашном бою. Он клялся, что если бы чунин показал весь свой арсенал, то Гай бы проиграл.

Какаши всегда серьезно относился к оценкам Гая в области тайдзюцу, но в тот раз позволил себе долю здорового скепсиса. Он сильно сомневался, что Хиро может одолеть Гая в серьезном спарринге. В последнее время Майто развивался семимильными шагами. В их возрасте организм переживал пик физиологического роста. Кости крепли, мышечная масса росла гораздо быстрее, чем в любой другой период жизни. Для шиноби, специализирующихся в ближнем бою и фанатично тренирующегося каждый день, это давало колоссальный прирост в скорости и силе. Хиро, при всей своей возможной техничности, чисто физически не должен был поспевать за Гаем.

Но сейчас, смотря на парня, который буквально загнал себя в землю, Хатаке смотрел на него уже не просто как на случайного коллегу по Силе Юности своего друга.

Пусть Какаши и закончил академию экстерном, он прекрасно помнил свое поколение. С некоторыми даже регулярно общался. Хиро был их одноклассником. Довольно тихий, не хватающий звезд с неба парень.

Но Какаши знал и другое. То о чем тихо переговаривались в госпитале и штабе, когда речь заходило о Третьей мировой войне шиноби. Он невольно сравнивал судьбу этого парня со своей собственной.

Они оба были осколками разрушенных команд.

В конце войны команда Хиро наткнулась на сильного вражеского шиноби во время миссии у границы.

Результатом стал сухой и страшный отчет от выжившего. Один чунин погиб на месте в первые же секунды боя. Сам Хиро получил тяжелые раны, которые могли привести к смерти. Их командир джонин принял единственное верное решение — приказал команде отступать, а сам остался сдерживать врага, в итоге пожертвовав собой ради учеников.

Но Хиро выжил не чудом. В его команде была девушка. Она была ирьенином. Какаши помнил ее лицо — она была подругой Рин и они вместе начинали свой путь в этой стезе. Когда командир остался их прикрывать, эта девушка тащила умирающего Хиро на себе. Чтобы стабилизировать состояние Хиро и вытащить товарища из лап шинигами, она влила в него всю чакру без остатка. Она форсировала лечение, надорвав собственную систему циркуляции чакры.Спасла его жизнь ценой полного разрушения своих тенкецу. Для шиноби без помощи ирьенина высокого ранга, это означало гарантированную смерть.

Хиро вернулся в деревню вместе с трупом.

Какаши смотрел на тяжело вздымающуюся спину лежащего чунина, и его взгляд, обычно отстраненный, стал немного тяжелее. Он слишком хорошо понимал, что такое — жить, когда твоя жизнь куплена ценой жизней твоих товарищей.

Такие люди либо ломались окончательно, уходя в гражданскую жизнь, либо вступали в ряды АНБУ, чтобы заглушить боль бесконечными миссиями.

Тяжелые мысли Какаши прервал глухой, сдавленный звук.

Хиро, до этого лежавший абсолютно неподвижно, медленно пошевелился. Его правая рука с дрожью потянулась вперед, пальцы скрючились, царапая сухую землю.

— Спасите... — хрипло, едва слышно выдавил он.

Гай мгновенно переключил внимание на товарища. В два прыжка оказавшись рядом, Зеленый Зверь подхватил Хиро за плечи и рывком усадил на землю, энергично встряхнув.

— Хиро! Ты наконец-то пришел в себя! — радостно пробасил Гай, ничуть не заботясь о том, что голова чунина от его тряски мотается из стороны в сторону. — Твое пламя юности выдержало испытание!

Но Хиро было плевать на юность. Его мысли были заняты куда более прозаичными вещами.

— Воды... — прохрипел он, слепо шаря рукой в воздухе. — Дайте умирающему воды.

Гай ловко зафиксировал Хиро в сидячем положении, дотянулся до своей огромной тренировочной фляги и вложил её в подрагивающие руки чунина. Хиро вцепился в металл мертвой хваткой. Он запрокинул голову и начал пить жадными, судорожными глотками, проливая половину на грязную футболку.

Вода вернула его к реальности. Дыхание немного выровнялось, а зрение сфокусировалось. Опустив флягу, Хиро наконец осмотрелся и наткнулся взглядом на стоящего в паре метров шиноби.

Серый жилет, темная водолазка, защитные щитки на предплечьях. Стандартная униформа оперативника АНБУ, только без маски.

«Хатаке Какаши, — Хиро мысленно вздохнул, вытирая мокрый подбородок. — Значит, Гай всё-таки не сдержался и раструбил о нашей тренировке. А я-то надеялся скрывать свой позор как можно дольше».

Впрочем, скрывать свое недовольство он не собирался. В конце концов, он не на допросе у Хокаге, а перед ним не начальство, а просто ровесник, пусть и с репутацией гения.

— Привет, Какаши, — голос Хиро все еще немного хрипел, но в нем уже отчетливо прорезались ироничные нотки. — Пришел посмотреть, как выглядит человек, добровольно подписавшийся на пытки Гая? Можешь не скрывать, я знаю, что со стороны это похоже на попытку изощренного самоубийства.

Какаши не изменился в лице. Он спокойно выдержал взгляд Хиро, отметив про себя, что парень, несмотря на явное физическое истощение, ментально собран и держится уверенно.

— Гай умеет быть... убедительным, — ровно ответил Какаши. — Говорит, вчера ты показал неплохой результат.

— Вчера я был молод и полон сил, — Хиро с кряхтением оперся руками о землю, пытаясь заставить ватные ноги слушаться. — А сегодня я понял, почему ты предпочитаешь прятаться от него в АНБУ. Там шансов выжить больше.

Гай, пропустив сарказм мимо ушей, гордо выпятил грудь.

— Хиро скромничает! Его выносливость растет на глазах! Еще пара недель в таком темпе, и он будет готов к настоящему вызову!

«Через пару недель я, скорее всего, сдохну либо от твоих тренировок, либо от когтей Девятихвостого», — мрачно подумал Хиро, наконец-то поднявшись на ноги.

Он посмотрел на Какаши. Взгляд гения был цепким, анализирующим. Хатаке явно пришел сюда не просто так.

— Раз уж ты здесь, Какаши, — Хиро стряхнул пыль со штанов, — может, присоединишься? Гай как раз искал кого-то, кто сможет составить ему компанию на шестом круге. А я, с вашего позволения, пойду умру где-нибудь в тишине.

* * *

День в кабинете Хокаге начался с привычной, монотонной рутины. Минато Намиказе сидел за массивным столом, методично просматривая и подписывая стопки документов. Внешне он казался абсолютно спокойным, но его мысли раз за разом возвращались к вчерашнему разговору с Джирайей.

Присутствие наставника, его опыт и анализ помогли Минато упорядочить собственные мысли. Вчера они обсудили множество сценариев, отсеивая нерабочие варианты.

Одним из главных вопросов оставалось место проведения родов.

«Отправить Кушину рожать на гору Мьёбоку»

Эта идея пришла в голову Минато еще несколько дней назад. Абсолютно изолированное, скрытое измерение, куда невозможно попасть без контракта крови. Идеальный бункер. Но Хокаге не спешил принимать решение в одиночку. Ему нужно было экспертное мнение Джирайи, который знал жабье измерение лучше кого-либо.

Оказалось, что их мысли двигались в одном направлении. Вчера Джирайя сам озвучил этот вариант, пообещав лично связаться с Фукасаку и запросить разрешение у Великого Жаба-Мудреца. Если старейшины Мьёбоку дадут добро и природная энергия горы не вступит в конфликт с чакрой Кьюби, проблему безопасности Кушины во время родов можно будет считать решенной. Враг просто не сможет до неё добраться.

Мысли Четвертого плавно перетекли к следующей проблеме.

Цунаде Сенджу.

Минато с самого начала планировал привлечь Принцессу Слизней. Для операции такого уровня риска, когда печать биджу будет дестабилизирована, Конохе требовался лучший ирьенин в мире. Бивако Сарутоби была опытна, но навыки Цунаде находились на совершенно ином уровне.

Проблема заключалась в том, что Цунаде не выходила на связь.

За последние две недели Минато отправил ей несколько зашифрованных посланий. Он начинал с личной просьбы, переходил к официальному приказу Хокаге и, наконец, в последнем свитке прямо сообщил о критической угрозе деревне.

Результат был нулевым. Ни одного ответа.

Минато не знал Цунаде близко. Они пересекались всего пару раз, еще до того, как он стал Хокаге. Она покинула деревню задолго до начала Третьей мировой войны шиноби и с тех пор не возвращалась, оборвав почти все связи. В какой-то момент, не получая ответов, Минато даже поймал себя на тяжелой мысли: а не отвернулась ли она от Конохи окончательно? Что, если внучка Первого Хокаге больше не желает иметь ничего общего с деревней, ради которой погибли её близкие

Но вчера Джирайя развеял эти сомнения

«Она не предательница, Минато, просто упрямая и сломанная женщина, — жестко, но с затаенной болью сказал тогда Саннин. — Официальные бумаги Хокаге на неё не действуют. Я сам её найду. Я поговорю с ней с глазу на глаз и приведу в Коноху».

Минато тяжело вздохнул, ставя последнюю подпись на отчете о закупках провизии.

Мысли вернулись к списку людей, которых вчера предложил негласно подключить Джирайя.

Хокаге тихо выдохнул. Снова выдергивать человека из законного отдыха. Впрочем, за последние дни он начал к этом привык: угроза такого уровня не оставляла места для сантиментов.

Минато сделал короткий жест пальцами. В полумраке кабинета беззвучно соткался дежурный оперативник АНБУ.

— Пусть Шикаку Нара явится ко мне, — ровно произнес Хокаге.

Оперативник коротко кивнул, принимая приказ, и растворился в воздухе.

Оставшись один, Минато переплел пальцы рук, ожидая. Еще сегодня утром он вызвал к себе Иноичи и отдал четкое распоряжение: тайно ввести главу клана Нара в курс дела. Яманака должен был передать ему все имеющиеся отчеты и приказать ждать вызова. Учитывая прошедшее время, Шикаку уже наверняка закончил первичный анализ этих данных.

Минато был готов его выслушать. Вчера Джирайя особенно хвалил главу этого мозговитого клана, настоятельно рекомендуя привлечь его к планированию. Хокаге и сам прекрасно знал, на что способен аналитический ум Шикаку в критических ситуациях.

Изначально Минато планировал отложить его вызов. Всего несколько дней назад у Шикаку родился сын, и Четвертый пока не хотел выдергивать молодого отца из дома по таким тяжелым делам.

Но вчерашний долгий разговор с наставником изменил ситуацию. Получив от Джирайи свежий взгляд на свои гипотезы и выслушав ряд новых предложений, Минато понял, что ему необходимо структурировать этот план. Ему нужен был человек, способный выстроить безупречную тактику так, чтобы ни один вражеский шпион ничего не заподозрил.

Теперь он хотел поговорить с Шикаку и услышать, что именно предложит ему лучший стратег Конохи.