Цена выбора (гет)

Первые шаги дались Северусу ценой колоссального напряжения. Спина, всё ещё скованная последствиями ранений, протестовала против вертикального положения, но Снейп упрямо сжимал челюсти. Сегодняшний выход в Министерство был не просто формальностью — это был манифест.

Официально они оба считались героями войны, вырвавшими победу из рук Волдеморта. Но звания, пожалованные Министром, не могли в одночасье стереть память о метках на их предплечьях. Поэтому, пока они шли по залам Министерства, пространство вокруг буквально закипало от перешёптываний. На них смотрели сначала как на прокажённых, выживших по какому-то недоразумению, а затем — с нарастающим подозрением.

Особенно ощущалось напряжение со стороны сторонников Дамблдора, коих в коридорах власти было немало. Для них внезапное «геройство» Малфоя и Снейпа было сомнительной сделкой, а не заслуженной наградой. В глазах клерков читался один и тот же вопрос: зачем этим двоим понадобилось лоббировать субсидии на Волчье зелье? Вербовка армии оборотней? Подготовка нового переворота? Казалось, ещё секунда — и кто-нибудь из «адептов Света» сорвётся на крик и вызовет авроров.

В отделе регулирования магических популяций это неприятие обрело голос. Глава департамента, Маркус Флинтворд — коренастый полукровка, чья лояльность Дамблдору была общеизвестна — даже не предложил им сесть.

— Улучшение жизни тёмных тварей Волдеморта? — Флинтворд с брезгливостью оттолкнул папку с документами. — Вы, должно быть, шутите, господа «герои». Министерство не даст ни одного сикля на то, чтобы убийцы и монстры чувствовали себя комфортнее. Мы и так тратим слишком много на их учёт.

Люциус медленно наклонился над столом, и в его глазах за звучал ледяной металл.

— Это зелье, господин Флинтворд, делает их безопасными для общества. Это вопрос не комфорта «тварей», а безопасности ваших драгоценных налогоплательщиков. Но если вам не хватает мозгов оценить масштаб пользы, я могу пригласить министра Бэгнолд прямо сюда. Уверен, она с удовольствием разъяснит вам государственные приоритеты при свидетелях.

Упоминание министра возымело действие: Флинтворд побледнел, понимая, что идти против официальной линии партии сейчас опасно. Он нехотя придвинул папку обратно, но по тому, как он швырнул её на край стола, было ясно: как только дверь за посетителями закроется, проект, созданный «пожирательским отродьем», отправится прямиком в мусорную корзину.

Снейп холодно взглянул на Флинтворда и забрал папку. Тот лишь довольно хмыкнул, теряя интерес к посетителям.

— Бесполезно, — коротко бросил Снейп, когда они вышли в коридор. Его лицо было бледнее обычного от усталости. — Для таких, как он, мы навсегда останемся врагами, сколько бы медалей нам ни повесила Бэгнолд. Он не подпишет ни одной бумаги.

— Разумеется, не подпишет, — Люциус хищно улыбнулся. — Поэтому мы идем туда, где его мнение не весит ровным счетом ничего.

Они направились прямо к лифтам, ведущим на верхние этажи. Приёмная министра встретила их тишиной и запахом дорогого табака. Контраст был разительным: здесь статус героев принимали как должное, хотя бы из политической целесообразности. Секретарь, едва увидев Малфоя и Снейпа, лишь коротким, почтительным движением юркнул в массивные дубовые двери кабинета.

Прошла ровно минута. Секретарь появился снова, распахнул дверь настежь и склонил голову:

— Министр Бэгнолд ожидает вас. Пожалуйста, входите.

Люциус победно взглянул на Северуса и, слегка придержав его под локоть, первым вошел в кабинет. Здесь, за закрытыми дверями, общественное мнение значило куда меньше, чем личные договоренности.

*

Министр Бэгнолд сидела за массивным столом, окутанная легкой сизой дымкой. Она задумчиво смотрела на тлеющие, останки громовещателя, который, судя по всему, только что закончил извергать проклятия в ее адрес.

— Флинтворд? — коротко кивнул Малфой, безошибочно определив источник шума.

— Разумеется, — невесело отозвалась Бэгнолд, взмахом палочки развеивая пепел. — И, боюсь, это только начало. Наверняка такие же ушли в «Пророк», Аврорат, Визенгамот и лично Дамблдору. Флинтворд умеет поднимать волну, когда чувствует угрозу своим принципам. Так что готовьтесь к народному гневу, господа «герои».

Люциус прошел к креслу и опустился в него с такой непринужденностью, словно это он принимал здесь гостей. Его улыбка в этот момент могла бы убедить даже каменное изваяние.

— Давайте оставим гнев народу, госпожа министр, — мягко произнес он. — Вскоре людям будет совсем не до этого. Когда в Визенгамоте начнется настоящая грызня, а в прессу утекут крайне неприятные для Альбуса факты, общественность быстро сменит мишень для своего праведного негодования.

Малфой выдержал паузу, давая министру оценить перспективу, и перешел к главному козырю:

— Кроме того, Министерству этот проект на данном этапе не будет стоить и сикля. Я беру на себя полное финансирование пилотного этапа обеспечения оборотней зельем Северуса. Весь риск — на мне.

Бэгнолд подняла бровь, в ее глазах промелькнул живой интерес. Бесплатные решения проблем — любимое лакомство любого политика.

— Если, скажем, через год вы увидите статистику и поймете, что число нападений снизилось до исторического минимума, а Фенрир Сивый остался без своей «армии», потому что его рекрутам больше не нужно кусать людей ради выживания — мы обсудим этот вопрос снова. Ретроактивно, разумеется, — Люциус плотоядно усмехнулся.

Министр перевела взгляд на молчаливого Снейпа, затем снова на Малфоя. Она прекрасно понимала, что «ретроактивное обсуждение» будет означать огромные государственные контракты для лаборатории Северуса и политические дивиденды для Люциуса, но выгода для министерства была слишком очевидной.

— Вы ставите меня в положение, когда отказ будет выглядеть преступной халатностью перед лицом общественной безопасности, Люциус, — Бэгнолд наконец улыбнулась, и это была улыбка союзника. — Что ж, если вы готовы оплатить это представление, я готова предоставить вам арену.

Она придвинула к себе папку, которую так решительно отверг Флинтворд и решительно придвинула к себе чернильницу. Теперь проект Волчьего зелья обретал юридическую силу, защищенную подписью первой леди магической Британии.