Рёв хищника (гет)

Лиам не стал сразу трогать папки. Он отступил на шаг и обошёл камеру по периметру, как делал на любом месте преступления. Белый кафель был покрыт тонким слоем пыли, и только возле генератора она сбилась в серые полосы: кто-то часто подходил к панели и отходил обратно.

— Здесь работали, — сказала Адель. — Не каждый день, но достаточно часто. И не так давно, чтобы пыль успела всё скрыть.

Генератор стоял у стены под металлическим кожухом. Сбоку была открыта панель с тумблерами. Над ней горел зелёный индикатор, рядом тускло светился жёлтый, без подписи. От корпуса отходили три кабеля: один уходил в стену, второй за шкаф, третий под плиты пола. Проложены они были небрежно, но нигде не пережаты.

— Он питает не только камеру, — сказал Лиам, присев перед панелью. — Кабель за шкаф и тот, что под полом, идут дальше.

Адель провела фонарём вдоль шва между плитами. Там, почти скрытая грязью, виднелась небольшая крышка, подогнанная плотно, но вокруг неё остались царапины от инструмента.

— Её открывали, — сказала она. — Кабель уходит именно туда.

— Недавно?

— Не настолько, чтобы я могла сказать точно.

У шахты Тим переступил с ноги на ногу. Он так и не приблизился к ним. Лиам не стал оборачиваться.

Папки лежали на металлическом столе аккуратной стопкой. Лиам открыл верхнюю. На первом листе был выцветший штамп Департамента инфраструктуры. Внутри таблицы: номера узлов, даты обслуживания, отметки о переключении линий. Часть строк перечёркнута. Лиам сверил номера с теми, что помнил по схемам.

— Некоторых узлов нет на официальных картах. И есть переключения, которых там не отмечено.

— Значит, сеть перестраивали уже после того, как её нанесли на планы, — сказала Адель.

Он отложил папку. Эти записи подтверждали слова Тима, но не объясняли, что происходило в камере.

Вторая папка была другой: тонкие листы с рукописными записями. Почерк ровный, быстрый. На полях другим карандашом стояли пометки и расчёты, часть строк стёрта. Адель разложила листы по номерам.

— Два автора. Основной текст и примечания. И записи не про обслуживание сети.

Она прочитала вслух строку из середины листа:

— «Переход завершён формально. Субъект сохраняет прежнюю структуру. Стабильность не подтверждена». А ниже другим почерком: «Повторная подпитка необходима. Источник не извлечён».

— Подпитка, — повторил Лиам. — Значит, процесс нужно поддерживать.

Адель перевернула лист. Внизу страницы стоял список имён. Напротив каждого — короткое обозначение, у двух строк карандашом провели черту. Она наклонила бумагу к свету.

— Моро.

Лиам подошёл ближе. Строка: «Адель Моро. Тестовый объект. Прототип. Статус: переход». Дата была почти стёрта.

— Это может быть совпадением, — сказал он.

— Может, — ответила она слишком быстро. — Но моё имя записано раньше, чем я вошла в Орден.

Ниже значилось имя Артура Картера с той же пометкой и более поздней датой.

— Он в списке наравне со мной, — сказала Адель. — Не как инженер.

— Это не значит, что с вами делали одно и то же.

— Я знаю.

Больше к остальным листам она не прикасалась. Лиам собрал страницы в прежнем порядке и закрыл папку.

— Сначала разберём всё остальное. Потом вернёмся к этому списку.

Стальная дверь в дальнем углу не имела наружной ручки, только отверстие для ключа. Кабель уходил под порог. Лиам осмотрел петли: нижняя была перекошена, металл вокруг неё поцарапан.

— Здесь есть ровный след воздействия, — сказала Адель, не касаясь двери. — Уходит за неё.

Лиам вставил ломик между полотном и рамой возле нижней петли. Металл сопротивлялся, пришлось менять угол и давить осторожнее. Наконец полотно сдвинулось на несколько миллиметров, внутри щёлкнула защёлка. Дверь не поддалась, и он ещё несколько секунд держал нажим, пока не почувствовал, что механизм сел на место.

Тогда он потянул дверь на себя. Она подалась.

За ней начинался узкий проход. Воздух был суше, чем в камере, с металлическим запахом. Фонарь выхватил гладкий пол, кабельный короб и крепления неясного назначения. На пыли порога виднелись две параллельные полосы, будто здесь недавно протащили что-то тяжёлое. Они обрывались за дверью.

В глубине, далеко за пределами света, мигал маленький индикатор.

— Что-то перемещали, — сказал Лиам. — И тот свет работает.

Сверху донёсся голос Тима:

— Вы открыли дверь?

— Да. Ты знаешь, что там?

— Нет.

— Тогда что тебя останавливает?

Тим не ответил. Лиам услышал, как он переступил, но спускаться тот не стал.

— Мы не знаем, что питает этот генератор, — сказал Лиам Адели. — Не знаем, что будет, если пойти дальше.

— И оставлять всё как есть опасно, — ответила она.

— Поэтому сначала возьмём документы и проверим кабели, не отключая питания. Потом вернёмся.

Адель собрала папки, отделив технические листы от рукописных. Список с именами положила между чистыми страницами. Лиам оставил дверь приоткрытой, чтобы проход оставался виден.

— Тим, спускайся, — сказал он. — Нам нужно поговорить о знаке на шахте и о том, что Артур тебе запрещал.

Тим спустился медленно, держась за стену. Увидев дверь, сказал:

— Я не знал, что она здесь.

— Тогда объясни, что ты узнал по метке.

— Артур говорил, что некоторые знаки означают не направление, а предупреждение. Велел запомнить и не проверять их одному. Я думал, это про старые проходы, где можно заблудиться.

— А теперь?

Тим посмотрел на дверь.

— Теперь я не уверен.

Лиам принял этот ответ, не отводя взгляда. Они нашли имя Адель в списке, имя Артура рядом, работающий генератор и помещение, которым кто-то пользовался. Но это не доказывало ни того, что Артур жив, ни того, что Тим знал о камере.

— Начнём с узлов, — сказал Лиам, поднимая папку с техническими схемами. — Если поймём, куда ведут линии, поймём, что здесь поддерживают.

Адель закрыла папку, но лист с собственным именем оставила сверху.

— И выясним, почему нас записали в один ряд.

Тим ничего не ответил. Когда они направились к шахте, он пошёл за ними и ни разу не оглянулся на дверь.