Мир после. Книга 2. Северный город (гет)

Его голова всегда была забита самыми разными мыслями, которыми он часто спешил поделиться с другими, но сегодня он не просто спешил- он летел по двору, стремясь успеть в зал Совета до того, как все разойдутся. Его буквально распирало от сложившейся в его голове очень интересной, даже захватывающей картинки.

Даже если это только его фантазия, она стоит того, чтобы другие о ней узнали!

— Ярослав, что случилось?- окликнул его у дверей один из работников Академии, но он лишь махнул рукой и влетел в холл, рисуя проход.

— Вечно торопишься,- проворчал где-то посреди перехода Фрей, явно недовольный таким быстрым движением пространства внутри Древа. Все-таки создавать двери- работа тоже не из легких, пусть Дух и достиг в этом совершенства.

— Прости,- улыбнулся парень, вылетая в коридор возле зала Совета, откуда как раз выходили учителя: педагогический комитет только завершился.

— Стойте, мне нужно вам кое-что рассказать!- Ярик ворвался в помещение, где как раз собирались разойтись те, кто был ему нужен: Стелла и Сфинкс безмолвно переговаривались, пока Эйлин и Ольга направлялись к дверям, сопровождаемые профессором Фаустом. Где-то в тени еще замешкался Лукас, явно не желая уходить в общей толпе: вдруг кто-то захочет пообщаться. — Не уходите!

— Ярослав, что опять случилось?- Стелла настороженно взглянула на него, явно не ожидая ничего хорошего. Еще бы: за последнее время в Академии, да и в городе, случилось слишком много тревожных событий, чтобы можно было надеяться на то, что все Чужие собрали вещи и уехали жить в ледяные земли юга. Кстати, интересная идея...

— Я хочу с вами поделиться одной историей, поверьте, это важно,- он скинул куртку и шарф, приглашая старших магов присаживаться. Вытащил из угла старую доску для мела, задумался- и превратил в мел кем-то забытый футляр с палочками для письма.

— Хорошо,- кивнула Глава Академии, и остальные маги расселись, правда, на лице Фауста был написан скепсис: конечно, что более важное и интересное мог бы ему сообщить Ярик, если в его голове крутятся более насущные вопросы. Приближался суд над Анной, дети Чужих выражали неодобрение и беспокоили преподавателей; Доброты едва справлялись с потоком негативных эмоций учеников, направленных против Принца Водного мира; Лектус повсюду носил с собой Кинжал, и этот Артефакт с неизвестными свойствами пугал преподавателей; Алексис оказалась Посвященной, и никто точно не знал, что может за этим последовать; за пресеченной попыткой Чужих прорваться в Северный город вполне могла последовать следующая, и кто может помогать врагам внутри купола, маги не подозревали. В общем, Ярик понимал, что привез с собой из Красного города целую гору забот для тех, кто управлял школой и городом. — Мы тебя слушаем.

— Мне кажется, что стоит сначала выпроводить отсюда Свята,- хмыкнул Ярик, глядя в темный угол, где притаился его младший брат.

— Святослав!- Эйлин встала и легко вычислила местонахождение младшего сына, лишь поведя рукой по воздуху.

— Так нечестно!- возмутился мальчик, материализуясь в зале и обиженно глядя на Ярика. — Мог бы и промолчать!

— Подслушивать некрасиво,- улыбнулся старший из братьев, но потом виновато пожал плечами, зная, что за этим последует.

— Подойди,- достаточно строго сказала Святику Эйлин, и он побрел, понуро опустив голову и шаркая. Присутствующие с добрыми улыбками наблюдали за происходящим: Святик умел внушить любовь и сострадание. — Я тебя предупреждала о том, что будет, если ты не перестанешь подслушивать, тем более разговоры взрослых,- Святик кивнул, не поднимая головы. — Протяни мне твою левую руку, пожалуйста.

— Мамочка, может, не нужно?- жалобно попросил мальчик, наконец, подняв лицо и очень проникновенно глядя на Эйлин. — Ну, пожаааалуйста...

— Руку, Святослав.

Он вздохнул и протянул ладонь, на лице его была написана обида, и Ярослав знал это состояние: его в детстве тоже не раз так наказывали. Тем временем мама быстро начертала на руке брата руну, которую сложно было не узнать.

— Совсем без магии?!- возмутился Святик, отдергивая руку.

— Да, совсем без магии, пока я не решу, что ты усвоил урок,- кивнула Эйлин. — А теперь иди в класс ремесла и позанимайся.

Святик опять вздохнул, потом развернулся и поскакал вприпрыжку прочь, пряча улыбку, и Ярослав уже знал, что младший брат собирается поймать во дворе одну из снежных фей, которую без труда уговорит осыпать себя пыльцой. А еще он может попросить у Лешиков Древесного напитка и немного похулиганить с ними, прыгая по деревьям, а, если уговорить мороков, то с ними можно и мыслями обмениваться без слов.

— Мы слушаем тебя, Ярослав,- отвлекала его от мыслей о хитростях брата Стелла. Кажется, Глава Академии тоже поняла намерения Святослава, поскольку глаза ее улыбались.

— Ах, да... Давно я читал одну легенду о первых Чужих, думаю, многие из вас ее тоже читали,- Ярик улыбнулся Стелле и матери. — Так вот за последние дни я кое-что узнал, и у меня сложилась очень интересная теория. Конечно, все, что я расскажу, будет лишь моими домыслами, но почему им не оказаться правдой, хотя бы частично? Итак, легенда говорит о том, как в нашем мире появился первый Чужой,- Ярик нарисовал мелом в самом верху доски человечка и повернулся к слушателям.

— Жил-был Правящий, и было у него трое детей,- хмыкнула Ольга, и Ярик явно не ошибся, предполагая, что она знает эту легенду. Он надеялся, что и предположение о том, что легенду рассказал ей Элиот, тоже окажется правильным.

— Точно!- он дорисовал ниже трех человечков, только к среднему пририсовал юбочку. — Были у него два сына и дочь. Младшего сына Правящий оставил Наместником Северных земель, а остальных взял с собой в плавание. В дороге дочь его умерла, ее похоронили на одном из островов архипелага, который назвали Некрополем. Ее семья стала хранителями этого священного для первых Чужих места.

— Некрополь лишь выдумка, никто не видел этих островов и захоронений,- заметил Фауст, все еще скептически настроенный.

— Но я же рассказываю легенду,- улыбнулся Ярик. — Итак, первый Чужой и его старший сын основали Красный город и какое-то время правили Водным миром.

— Но тут отец решил скончаться,- хмыкнула Ольга, и Ярослав благодарно ей кивнул за помощь в повествовании.

— Наследники же решили поделить власть,- хмуро предположил Лукас, сидевший в тени у дальней стены. Видимо, Элиот рассказывал эту историю и лучшему другу.

— Младший сын оставил Северные земли и отправился в Красный город. Старший, узнав об этом, отправил вместе с телом отца в Некрополь и свою семью. Младший брат убил старшего, стал Правителем Водного мира, но так и не нашел наследников ни брата, ни сестры, которые скрылись в водах нашего мира. На этом общая часть легенды заканчивается.

— Ты не рассказал про ведьму,- напомнила Ольга.

— Нет, я намеренно умолчал.

— Какую ведьму?- Фауст, кажется, впервые заинтересовался.

— Говорят, что появление первых Правящих связано с ведьмой, которая запечатала некий проход некими артефактами: перстнем, камнем и ключом. По услышанной мной версии ведьма стала женой старшего из сыновей Чужого, но... Я расскажу вам историю, что сложилась в моей голове,- и Ярик нарисовал от каждого из человечков-детей Чужого линии вниз.

— Много поколений сменилось, и говорят, что сейчас Водным миром правят наследники Младшего сына, то есть Байрок,- Ярик написал букву "Б",- и его жена Электра,- рядом появилась изящная "Э". — Ну, и их дети, Лектус и Ксения,- линии вниз позволили брату и сестре также занять свое символическое место на рисунке. — С Байроком все понятно и просто, но вот Электра... — Ярик загадочно улыбнулся. — Лектус и Ксения не без помощи Джеймса проникли в комнату Дозора...

— Куда?!- воскликнул Фауст, но никто не обратил на него внимания.

— ... и выяснили, что пропавшая без вести годы назад служительница Дозора Электра Тедис, с огромной долей вероятности, их мать, ныне известная нам как жена Байрока.

— Мать Принца- из Северного города?- не поверила Ольга, переглянувшись с Эйлин.

— Видимо, да. По заданию Дозора она отправилась во внешний мир- и пропала. И тут всплывает история семьи Электры, которую рассказал Ксении бывший жених нынешней правительницы Водного мира. Оказывается, Ксения, мать Электры, ведет свой род от... — Ярик поднес руку к рисунку, которым он обозначил дочь первого Чужого, соединяя их чертой,- от Хранителей Некрополя.

— Получается, Ксения и Лектус соединили, по твоей версии, две ветви дома первого Чужого?- уточнила Стелла, до того молчавшая. — И это важно?

— Да, но я продолжу,- Ярослав повернулся к Ольге, а потом к Лукасу. — Откуда вы узнали эту легенду?

— Мне рассказывал Элиот,- настороженно откликнулась женщина и перевела взгляд на друга. — Мне и Лукасу, еще когда мы были детьми.

Лукас кивнул в знак подтверждения.

— А Доминус, эльф из Северного города, сказал Ксении, что потомка Старшего брата, который давным-давно был привезен сюда, под купол, звали Элиот, и он недавно погиб.

— Эльф?- Ольга побледнела, как-то механически начиная крутить перстень на пальце. — А он-то откуда все это знает?

— Отличный вопрос!- обрадовался Ярик, показывая рукой на получившийся рисунок, где к линии от Старшего сына были добавлены "Эл". — Мы с вами видим, что в Северном городе в то или иное время жили или живут все потомки первого Чужого. Как Элиот попал в город?

— Его с другими детьми из разрушенного поместья спасли и привели эльфы,- очень тихо ответила вдова Элиота.

— Эльфы... — пробормотала мать Ярика, явно начиная что-то понимать.

— Итак, сначала в город прибывают Ксения и Тедис, родители Электры, и их дочь попадает в Дозор, который направляет ее в Водный мир с неким заданием. Кто командовал Дозором лет так тридцать назад?- Ярик повернулся к Стелле.

— Гардиус, сын Лесных эльфов, один из немногих эльфов, окончивших нашу Академию,- припомнила Глава школы, садясь прямо.

— Эльф,- кивнул Ярик. — Электра должна была что-то сделать, возможно, не для Дозора, а для эльфов.

— Ярик, почему ты...?

— Мама, я всего лишь предполагаю,- мягко остановил он Эйлин. — Когда Электра пропала, в городе появился Элиот, и, как упоминала Оля, эльфы несколько раз говорили с ним.

— Что они хотели?- Стелла повернулась к вдове Элиота.

— Я не знаю,- покачала головой Ольга,- он не говорил. Но, если они что-то хотели от моего мужа, то почему допустили его смерть?

— Потому что он отказался от того, что они ему предлагали, а на первый план вышли Лектус и Ксения, которых я собирался везти в Северный город,- спокойно ответил Ярик, делясь логической цепочкой, что сложилась в его голове. — И Доминус уже подходил к Ксении.

— Получается, что эльфам что-то нужно от наследников первого Чужого?- Фауст теперь был полностью заинтересован в разговоре. Он повернулся к Эйлин, но та лишь пожала плечами.

— Я не знаю, я никогда не слышала ни о чем подобном.

— У меня есть предположение, но оно достаточно... странное,- заметил Ярик, вертя в пальцах остатки мела. — У нас есть Чужой и трое его детей, но где же их мать? А еще у нас есть ведьма, которая почему-то им помогала и, по одной из версий, была чьей-то женой... И последнее... Есть эльф Доминус, который назвал Ксению "светлым магом".

В классе воцарилась тишина, и Ярик видел по лицам, что его догадка стала посещать и других членов их небольшого совета.

— Та ведьма была вовсе не ведьмой, это была эльфийка,- прошептала Эйлин, глядя куда-то в сторону. — Чужие произошли от моего народа!

— По моей версии, ведьма была эльфом и матерью трех детей первого Чужого, поэтому их потомков эльфы имеют право называть "светлыми", ведь все люди, по их мнению, темные маги. И... Думаю, что Чужие не только произошли от нашего народа, мама, они были какими-то их созданиями,- дополнил Ярик. — Экспериментом, вышедшим из-под контроля. И, возможно, теперь эльфы хотят либо вернуть их под свой контроль, либо уничтожить, используя одну из самых сильных магий- магию Крови, на основе которой, скорее всего, они и были созданы.

— Но зачем они создали Чужих?- Стелла выглядела ошеломленной, но, казалось, готова поверить в версию, которую выдвинул Ярик.

— Не забывайте, что люди тоже были их созданиями, но стали темными магами. Думаю, Чужие должны были стать лучшей версией людей, но все пошло не по плану.

— Поэтому эльфы не сразу начали спасать людей после падения Камней, во время хаоса!- Ольга испытующе смотрела на Ярика. — Мы им были не нужны!

— Сложно сказать, что они хотели сделать и какую цель преследовали, но уже много лет с какой-то целью они привозят сюда потомков первого Чужого. В них течет кровь эльфов, иначе Доминус не назвал бы Ксению "светлой", и Принц и его сестра остались последними потомками первого Чужого, если не считать их родителей,- Ярик был доволен произведенным эффектом. — Но это еще не все.

Присутствующие вопросительно посмотрели на него, словно не понимая, что еще он может добавить к своей и так жуткой версии.

— Остается вопрос о трех артефактах, которые эльфийка использовала, чтобы закрыть некий проход. Думаю, что это какая-то аллегория того процесса, который превратил человека в первого Чужого.

— По легенде каждый из детей Чужого получил по одному предмету,- прошептала Ольга и подняла руку с перстнем на пальце. — У Элиота было кольцо.

— У Электры, скорее всего, ключ, ведь ее семья стала Хранителями Некрополя,- заметил Ярик,- в семье Байрока же, я полагаю, был камень,- и Ярик с победной улыбкой достал из кармана шкатулку.

— Только не говори, что ты нашел его,- изумилась Эйлин, когда ее сын открыл крышку: на бархате лежал черный необработанный камень, отражавший свет блестящими гранями.

— Не я нашел, а Истер стащил из кабинета Байрока вместе с Кинжалом и еще парой вещей,- рассмеялся Ярик. — Я рассказал ему легенду и о своих догадках, и он сразу же порылся в своем тайнике...

— Каком тайнике?!- Фауст тут же оживился.

— ... и выудил оттуда эту шкатулку с камнем, который показался ему странной вещью для хранения среди драгоценных вещей в кабинете Байрока. Думаю, это и есть тот камень.

— То есть, предположительно, у нас есть два из трех предметов ритуала,- задумчиво произнесла Стелла,- который, как ты считаешь, провела эльфийка, создавая из отца своих детей первого Чужого...

— Осталось найти ключ,- кивнул Ярик. — Ну и самое трудное...

В этот момент двери в зал отворились и туда вошел усталый, покрытый чем-то, похожим на копоть, маг. Ярик не сразу узнал своего дядю.

— Константин!- изумилась Эйлин, кидаясь к уставшему гостю. — Мать Природа, что стряслось?!

— Легаты уничтожили наш свободный город,- тихо проговорил маг, опускаясь на скамью у стены. Он хрипел. — Город Песчаного острова уничтожен, они убивали всех подряд: тысячи сгорели, сотни утонули и сгинули в пустыне, десятки схвачены и отправлены на рудники, в клубы бойцов, в дом Офелии, на фабрики. Я привел двадцать три выживших.

Ярик переглянулся с матерью, слыша мысли окружающих. Все думали об одном: Чужие начали войну против всех свободных людей.

Истер стоял у окна в учебном коридоре: утренние занятия заканчивались, и из классов буквально вываливались десятки утомленных учеников, почему-то чаще всего улыбающихся. Вот Истер не понимал, чему тут вообще можно улыбаться: на занятиях они в основном слушали скучные лекции ни о чем, о магии, о магах, о силах волшебства и прочем, и прочем, без чего он бы вот вполне мог прожить. А на практических занятиях он вообще кормил каких-то полу-овец или помогал размножаться бабочкам!

Магии они тут учатся, ну, конечно! Может, кто-то и учится, но не он.

Истер поднял глаза в поисках Кристин и Ярика: они должны были выйти из класса после очередной лекции, которую Истер без зазрения совести прогулял. Кристин показалась почти последней: она оживленно что-то обсуждала с библиотекарем с жуткой летучей мышью на плече. Кажется, он помогал ей осваивать практическую часть превращений. Она улыбнулась, сделала жест рукой, пальцами другой прикоснувшись к амулету на запястье- и книга в руке библиотекаря превратилась в толстую ветку дерева.

— Кристин!- окликнул ее Истер, подходя и хмуро глядя на Теда (кажется, так его зовут). — Где Ярик?

— Его не было на занятиях, впрочем, как и тебя,- заметила Кристин, махнув библиотекарю на прощание и стараясь не загораживать проход ученикам, которые заполняли коридор, переговариваясь. Из одной двери прежде школьников вырвалась стая птиц: они громко щебетали, усаживаясь на балках потолка. Среди студентов другого класса выделился паренек с граблями вместо рук: Фрей экстренно открыл для него проход, наверное, в госпиталь. Вслед за этим чудом магии отворилась дверь еще одного класса, и оттуда повалил дым, после чего выбежали смеющиеся студентки во главе с Алексис. Они хохотали и кашляли, пока остальные ученики их группы выскакивали в коридор, многие из них- мокрые. Видимо, кто-то пытался тушить пожар. — Так где ты был?

Истер перевел взгляд на Кристин- подруга выглядела достаточно сурово.

— Ты прогулял уже четыре занятия! Истер, тебя же выгонят!

— Не вижу смысла в том, чтобы часами слушать всякую ерунду о том, откуда там черпаются силы магии и куда уходят,- проворчал Истер. Интересно, куда и каким ветром опять унесло Ярика?

Кажется, Кристин была готова снова рассказать ему о том, что он сам себе вредит, но тут из резко возникшего прохода прямо под ноги вышедшему последним из кабинета сыну главного кровососа вывалился какой-то мальчишка:

— Вы слышали?!- тут же заорал он, привлекая к себе внимание разрозненных групп студентов. — Легаты Кровавого Байрока уничтожили город Песчаного острова!

На миг воцарилась тишина.

— Как?

— Откуда ты знаешь?

— Что случилось?

— Кто-то выжил?

Мальчишку окружили, засыпая вопросами.

— Я слышал, как об этом говорил однорукий старик, он привел с собой группу выживших. Ищейки кровососов окружили город и забросали его огненными шарами. Те, кто не сгорел, были либо убиты, либо схвачены. Нет больше свободной земли,- всхлипнул мальчишка, с ужасом переводя взгляд с одного слушателя на другого.

— Возможно, поэтому Ярика нет на занятиях?- испуганно прошептала Кристин, глядя на всхлипывающую в углу девушку: в Академии, насколько знал Истер, учились дети с Песчаного острова.

Парень пожал плечами: Ярик всегда знал больше, чем другие ученики в школе, да и он давно перерос учеников, посещая занятия явно только от скуки.

— Эй, полукровка, почему ты здесь?

Он оглянулся на недоброжелательный шепот за спиной.

— Проходи мимо,- попросил Истер, мельком взглянув на Гретту Фауст, выросшую рядом.

— У тебя практическое занятие, так что топай вниз.

— Тебя забыли спросить,- огрызнулся парень, и Кристин сердито хлопнула его по руке.

— Не груби!

— Ой, Кристин, не бери в голову, он даже грубить толком не умеет,- фыркнула Гретта, сложив на груди руки. — Иди, говорю, или я снова тебя вырублю.

Истер сжал кулаки: это было невыносимо! Он готов был убить того гения, который придумал для этой девчонки наказание за нападение на него! Она должна была весь месяц следить за тем, чтобы Истер посещал практические занятия и даже помогать Диане составлять для него программу! И Фауст слишком близко к сердцу приняла наказание.

— Если вырубишь, то точно не пойду.

— А я тебя в бессознательном состоянии доставлю!

— Гретта, не нужно, он пойдет! Истер!

— Чего ты так усердствуешь? Ну, лишат тебя десерта,- зло отмахнулся от нее Истер, не замечая недовольства Кристин.

— Из-за десерта я бы и пальцем не пошевелила, не большая это радость- наблюдать твою физиономию каждый день!

— И что же тебе грозит?- усмехнулся Истер. Интересно, что могут придумать добрые маги?! Превратят в лягушку?

— Ей запретят магию на две недели,- кажется, Кристин была в курсе кодекса наказаний в Академии,- ведь она атаковала заклинанием другого ученика. Так, Гретта?

— Да, и я не собираюсь попадать под санкции, так что отправляйся вниз! Тем более, что сегодня тебя ждет нечто очень интересное,- решила подсластить пилюлю Фауст, но Истера это не воодушевило.

— Гусеницы с рогами или пернатые тараканы?

— А у тебя, оказывается, есть чувство юмора,- фыркнула Гретта, рисуя проход в воздухе все еще многолюдного коридора: ученики обсуждали новость об уничтожении Песчаного острова.

— Истер, иди, а я пока найду Ярика и узнаю, что случилось,- мягко подтолкнула друга Кристин, подбадривающе кивая.

Полукровка вздохнул и первым шагнул в проход, чувствуя за спиной племянницу магистра Фауста. Навязалась ему на голову!

До зверинца они дошли молча, и Истер был даже благодарен девчонке: еще не хватало вести светские беседы.

Монстроподобная хозяйка животноводческой усадьбы встретила их у одной из плотно закрытой дверей, Истер не знал, кто там обитает.

— Сегодня начнешь свой личный проект,- без приветствия произнесла Диана, протягивая ему ключ, наверное, от дверей. — Добьешься успеха- начнешь курс по работе с магическими существами первой ступени опасности. Не справишься- снова пойдешь к Добротам.

— Что я должен сделать?- Истер взял ключ: неужели он, наконец-то, начнет учиться чему-то важному?!- Кто там?

— Там Сакран,- тихо ответила Гретта, и лицо ее было каким-то странным. — Ты... он будет... В общем, не удивляйся его внешнему виду.

— Кто такой Сакран?- Истер не имел ни малейшего представления об этом существе.

— Священный зверь,- неопределенно ответила Диана, и эти две девчонки еще сильнее стали его раздражать, хотя слово "священный" внушало уважение. — Он один из последних представителей своего вида.

— Его освободили из Северного города, много лет он находился во Дворце Наместника и многого натерпелся. Ты будешь с ним работать,- Гретта кивнула на ключ в руках полукровки.

— Почему он священный?- решил уточнить Истер, все еще ожидая подвоха со стороны девчонок.

— Сакран всегда был священным зверем эльфов, первых магов, они оберегали Сакранов. Золотые когти Сакрана по легенде приносят счастье и процветание тому, кому Сакран дарует хотя бы один. Случается это раз в двести лет, но Сакранов почти не осталось, и никто не может подтвердить или опровергнуть данную историю,- Диана пригласительно махнула рукой, чтобы Истер входил.

Парень еще раз недоверчиво посмотрел на своих "наставниц" и вставил ключ в замочную скважину.

Истер вошел в клетку, не ожидая ничего хорошего: опять какая-нибудь бабочка или же зверь, который вцепится ему в глотку и не отпустит, пока он не пообещает быть добрым и всех любить. Губы полукровки скорчились в кривой улыбке: с Гретты и ее сумасшедшей подружки-монстра станется, хотя говорили они о Сакране с каким-то странным выражением на лицах.

Кажется, он попал в снежный лес: высокие деревья покрыты белыми шапками, в глубоких сугробах- следы, словно здесь прошел крупный волк или, может, лев? Хотя, насколько слышал Истер, львы живут только на жарких островах юга.

— Ну, и где ты, зверь?- громко позвал Истер, оглядываясь. Что, бродить ему тут и искать животное? Эти девчонки явно издеваются!

Но искать не пришлось: Сакран появился из-за деревьев, отбросив огромную тень, бесшумно, словно призрак. Хотя, наверное, он и был призраком- самого себя.

К этому когда-то, наверняка, великолепному зверю нельзя было не испытывать сейчас жалости, и Истер сразу вспомнил слова Гретты: видимо, это сделали с Сакраном кровопийцы.

Сакран был высок: чтобы заглянуть в его глаза, нужно поднять голову, но лучше было этого не делать. Разве можно добровольно захотеть вглядываться в два черных колодца равнодушия и тоски?

— Так вот ты какой, священный... кот,- пробормотал полукровка, не в силах отвести взгляд.

Если бы Истера попросили описать Сакрана, то он скорее сравнил бы его со львом: крупное кошачье тело, только когда-то иссиня черное, а сейчас повсюду покрытое сединой, проплешинами, затягивавшимися ранами. У него не было хвоста, и сложно было понять, задумала ли так природа или же это дело рук кровососов, у которых Сакрана отняли. Но шрамы на спине явно показывали, что крылья у существа были срезаны. У него не было гривы, а голова с круглыми ушами и крупным носом была исполосована ранами, словно морду ему драли когтями, рвали зубами и резали. Зрелище страшное, и от этого Истер сжал кулаки: он бы голыми руками разорвал тех, кто сделал это с живым существом!

Истер перевел взгляд на огромные кошачьи лапы, на которых, по словам Гретты, должны были расти священные золотые когти. Когтей не было: кажется, их просто вырвали из лап, и кровавые корки навсегда покрыли облысевшие пальцы.

Священное животное эльфов было превращено в разорванное, растерзанное существо, смотревшее на мир с тоскливой безысходностью. Во взгляде, которым Сакран смотрел на незваного гостя, правда, не было ни ненависти, ни злобы, — только равнодушие почти мертвого создания.

Сакран еще некоторое время стоял, а потом медленно лег, устало положив голову на истерзанные лапы. Наверное, ему было трудно стоять, зверь был худ, истощен. Весь его облик мог бы стать одним огромным доказательством жестокости кровопийц.

И это он, Истер, слишком зол и слишком жесток к кровососам?! Изверги, которые подвергли живое существо таким зверствам, не были достойны ни жалости, ни понимания, ни пощады!

Он медленно приблизился к Сакрану: тот даже не открыл глаз, хотя по движению ушей все-таки можно было понять, что зверь следит за гостем. Огромное тело выделялось на снегу, и так хотелось к нему прикоснуться, погладить, утешить.

"Я шагаю по пути к Вечности, зачем мне твое утешение, Волчонок?".

Истер замер, услышав чужой рокот в голове.

"Ты читаешь мысли?"- с легкой дрожью подумал Истер.

Сакран открыл глаза и в упор посмотрел на полукровку. Ну, да, глупый вопрос. Проще спросить, кто в этом городе их не читает...

Истер ждал, но ответа не последовало. Он присел рядом с огромным котом и вздохнул: в этой комнате, наполненной запахами леса, было спокойно и тихо, мирно. Наверное, это нужно было Сакрану для исцеления, хотя, конечно, он утверждал, что умирает.

— Почему целители не излечат твои раны?- пробормотал Истер, не особо ожидая ответа. Что он должен тут делать? Диана сказала, что это его проект, но судя по всему, обреченный на неудачу в самом начале.

"Это не мои раны".

"В смысле?" Истер был сбит с толку. "А чьи?"

Но ответа опять не последовало, и парень начал злиться, только не получалось, наверное, при виде Сакрана сложно вообще испытывать что-то, кроме жалости и сочувствия.

— Как я могу помочь тебе?- решил задать еще один вопрос Истер, хотя не думал, что все будет так просто. Может, нужны слезы полукровки, выжатые из глаз на рассвете первого дня полнолуния в год рождения оранжевой жабы у синего крокодила? Ну, или что-то в этом роде, только ему об этом не говорят.

"У меня нет ответа на этот вопрос".

— А на другие- есть?

Зверь опять посмотрел на него, как на лишенного разумом, и Истер представил себе веселые часы в обществе этого саркастичного истерзанного существа, равнодушного к остальному миру.

Сакран поднял голову и как-то странно мигнул глазами.

— Что?

"Саркастичное истерзанное существо, равнодушное к остальному миру? Неплохое начало".

— Что?

"Чтобы решить проблему, осознай ее и найди ей название", устало прозвучало в голове полукровки, и он вконец запутался, забыл даже разозлиться, да и как можно злиться рядом с этим почти убитым существом?

— Ладно. Ты кто такой? Ну, ты родственник льву или, там, ирбису?

"Я предок Сфинкса и потомок Большого Красного Кота".

— Кого? Красного Кота?!

"Первый Кот вышел из красного заката навстречу Первому Эльфу", начал рассказ Сакран, и Истер осознал, что впервые практические занятия были увлекательными и дарящими успокоение.

Он стоял в дверях бального зала и смотрел, как она танцует в лучах дневного зимнего солнца, ярко освещавшего помещение, наполнявшего его бликами и красками, как и музыка, под которую она танцевала.

Хотя он бы сказал, что это не она следует за музыкой, а мелодия подстраивается под ритм движений, в которые она вкладывала свои чувства, изливая. Не нужно быть знатоком, чтобы понять, что она танцует свою Боль, выплескивая ее так, как умела только эта красивая, сильная женщина. В резких и плавных движениях, в каждом ритме ее тело плакало и рыдало, тоскуя по ушедшей от нее Любви.

Он с детства помнил эти ее движения: он не раз подглядывал за тонкой девочкой, всегда такой сдержанной и собранной, но такой эмоциональной в танце. Только так, в движениях музыки, она выражала то, что чувствует, и он мог часами наслаждаться этим, впитывая ее эмоции, которые она ему никогда не дарила так откровенно. Он словно крал их, прятал внутри себя, хранил.

Складки юбки то взлетали, то окутывали ее, в строго убранных на затылке волосах тоже как-то тоскливо играло солнце, и он боялся пошевелиться и помешать ей выражать внутреннюю боль, которую так редко можно было заметить даже в ее глазах.

Он тоже тосковал по другу, но для него эта боль была привычной, растянувшейся на годы, он умел справляться сам, уходя глубоко в себя, смиряя бурю. Для нее это было все еще цунами, и именно эту огромную волну боли она изливала, двигаясь в такт с музыкой. И ему тоже становилось больно, ведь он никак не мог ей помочь.

Если бы он мог, он бы погиб вместо Элиота, лишь бы она никогда не танцевала такую боль.

Мимо его ног проскользнула белая тень, на неуверенных еще лапах влекомая родным запахом, и танец прервался.

— Беляш,- она присела, обхватывая руками чистого худого пса, который теперь постоянно ходил за Лукасом, словно признавая в нем нового хозяина взамен погибшему. — Лукас!

— Привет, не хотел мешать,- хрипло ответил мужчина, делая несколько шагов в зал, вступая в залитое солнцем пространство. — У нас занятие с Защитником.

— Дело продвигается?- ее губы тронула улыбка; она поднялась и подошла к аквариуму с капоэри, прекращая мелодию.

— Он ленив и не собран,- пожал плечами Лукас, следя за перемещениями Ольги по залу. — Вряд ли он способен кого-то защитить, даже себя.

— Да, я слышала про его ссору с сестрой,- Ольга подошла и встала прямо перед ним, пристально глядя в глаза. — Ты собираешься уйти? Вернуться в лес?

Он вздрогнул от такого прямого, неожиданного вопроса, такого неудобного и нерешенного еще до конца.

— А ты хочешь, чтобы я остался?- он смотрел в ее серьезные спокойные глаза, не зная, почему она спросила.

— Главное- чего хочешь ты, Лукас,- тихо заметила она, не пытаясь коснуться, хотя ему так этого хотелось. Все еще хотелось, хотя он понимал, что это глупое желание, потому что даже призраком Элиот всегда будет стоять между ними. Хотя даже не между ними- рядом с ней.

— А ты? Если я тебе нужен, если ты хочешь, я останусь,- тихо проговорил он, пытаясь найти ответ на ее лице.

— Это только твой выбор,- качнула Ольга головой,- сделай так, как тебе будет лучше, как тебе будет... легче,- и он понимал ее слова, а сердце в груди сжималось от тоски, совсем другой, не той, которую несколько минут назад изливала в танце стоящая перед ним женщина. Ее тоска была по любви, его же тоска была чувством одиночества.

От дверей послышался нарочито громкий топот, и Лукас отступил, поворачиваясь к замершему в дверях Джеймсу.

— Мы еще договорим,- пообещала Ольга, проходя мимо мужчины и кивая кочевнику. Тот посторонился и потом нехотя, как-то совсем понуро, вошел в зал. Настроение у парня явно было не самым лучшим.

— Проблемы с лучшим другом?

— Он мне не друг!- тут же вспыхнул Джеймс, вскинув голову.

— Значит, он друг твоей сестры,- пожал плечами Лукас, подходя к ученику. В этом мальчишке был большой потенциал, и нужно только заставить Картера осознать себя Защитником.

— Я не хочу об этом говорить.

Что ж, характер тоже присутствует. Лукас мельком заметил еще одного ученика у дверей, едва заметно кивнув ему.

— Тогда поговорим о том, как пятнадцатилетняя повелительница стихий легко припечатала тебя к стене.

— Я не был готов!

— А должен был! Ты должен всегда быть готов защищаться,- жестко ответил Лукас, сощурив глаза. — Всегда, потому что это может спасти жизнь тебе, а что еще ценнее, твоим близким. И если бы ты был прилежнее, то и сотням людей рядом с тобой.

— Старая сказка,- фыркнул Джеймс,- может, у меня не очень хороший учитель?

Лукас только хмыкнул, никак не реагируя на выпад разозленного обиженного мальчишки, которого младшая сестра легко одолела, даже не касаясь.

— Магия твоей сестры- это способность использовать внешнюю силу. Она берет силу Природы и изменяет ее так, как нужно ей. Твоя сила, Защитник, внутри тебя, я тебе уже говорил. Осознав ее, научившись ею управлять, ты сможешь управлять тем, что находится вокруг тебя,- Лукас взмахнул рукой- занавески на окнах всколыхнулись от порыва ветра, тихо опадая назад. — Ты всесилен, Джеймс, но пока ты не поймешь этого, не осознаешь свою мощь, даже Алексис сможет припечатать тебя к стене.

— И как мне это сделать?

— Я пригласил кое-кого нам помочь,- Лукас поднял глаза и пригласил стоящего в дверях ученика заходить.

Джеймс обернулся.

— Пошел вон!- почти заорал парень на Принца, но тот спокойно прошел в зал и встал рядом с Лукасом, сложив на груди руки.

— Тихо,- мужчина вздохнул, ощущая эмоции, что полыхали в брате Алексис. Именно она, а точнее ее поступок, дали шанс вытащить из Джеймса его способности. — Все свои личные обиды будете решать за пределами моих занятий. Сейчас ты будешь защищать свою сестру, воспитанник Байрок здесь для стимула, для наглядного пособия, так сказать.

— То есть я могу его убить?

— Ты можешь попытаться защитить свою сестру любым магическим способом,- поправил Лукас, усмехнувшись про себя. Какие же яркие эмоции пылают в этом мальчике.

— И вы позволите мне его убить?- уточнил Джеймс, с яростью глядя на Лектуса, но тот внешне оставался равнодушным к происходящему.

— Ты не сможешь, но попытайся. И помни главное: твоя магия направлена на защиту,- напомнил Лукас, хотя понимал, что говорит в пустоту. — Вперед.

Мужчина отошел в сторону, готовый в любой момент прийти на помощь Лектусу, хотя и сомневался, что ему это понадобится. А Принц молчал, совершенно отрешенно глядя на пылающего гневом бывшего друга. Хотя почему бывшего? Эмоции улягутся- и все снова станет простым и понятным для обоих парней.

Джеймс же стоял, явно собираясь с мыслями, ища в себе ту силу, о которой все вокруг ему твердили, сосредоточенный, но слишком разрываемый эмоциями.

— Ну и? Скоро ночь настанет,- насмешливо заговорил Лектус. — Руками у тебя получается быстрее и эффективнее.

— Заткнись!- рыкнул Джеймс. — Я доверял тебе, а ты...!

— А я спас твою сестру от смерти,- пожал плечами Принц.

— Ты сделал ее кровососом!

— Вовсе нет, но сейчас это, видимо, не имеет значения. Я жду.

— Ты предал меня!- заорал Джеймс, сжимая руки в кулаки. — И она... она все еще не убила тебя за то, что ты сделал!

— Ну, думаю, она благодарна, очень мне благодарна, мы даже стали друзьями,- пожал плечами Лектус, и Лукас сосредоточился, готовый в любой момент вмешаться. — Мы вместе проводим много времени...

— Не приближайся к ней! Не смей к ней приближаться!

— Я помогаю ей освоиться с новыми ощущениями,- пожал плечами Принц.

— НЕ СМЕЙ К НЕЙ ПРИБЛИЖАТЬСЯ!!!- заорал Джеймс, готовый броситься на сына Байрока, но тут Лектус на глазах начал синеть, задыхаясь, словно кто-то схватил его за горло. Еще мгновение- и Принц упал на пол, глубоко дыша, приобретая здоровый оттенок кожи.

— Ты перестарался,- заметил Лукас, следя за тем, как Лектус поднимается на ноги, пока ошарашенный Джеймс пытался что-то сказать. Кажется, он сам напугался больше своей жертвы.

— Это... это я сделал?- прошептал он, пока Принц поправлял одежду, руки его немного подрагивали.

— Да, думаю, ты сдавил воздух вокруг Лектуса, не давая ему дышать,- спокойно объяснил мужчина, радуясь, что тут не было Ольги или еще кого-то из преподавателей, его бы по голове за такое не погладили. — Запомни это ощущение, запомни то, как ты это делал.

— Но... но я не хотел...

— Не хотел чего? Убивать его? Не хотел, наверное, просто ты пытался держать его подальше от твоей сестры. На сегодня хватит, тебе есть над чем подумать.

— Я не хотел... — снова пробормотал Картер, явно осознавая эту мысль.

— Не хотел, поэтому и не убил, я ведь не вмешивался, ты сам остановился,- Лукас похлопал ученика по плечу.

— Лукас, тебя спрашивают внизу,- из коридора донесся голос Фрея. — Толпа Лешиков устроила революцию, иди скорее.

— Что у них стряслось?- вздохнул мужчина и направился к дверям, уверенный, что теперь эти двое точно друг друга не убьют. — Они сказали, зачем пришли?

— Орут, ничего не понимаю,- проворчал древесный дух, открывая Лукасу проход.

У крыльца его ожидали пара десятков лесных жителей, они производили огромный шум, и их уже окружили собравшиеся со всего двора дети.

— О, друг, друг!- заорали они, едва завидев Лукаса, и он узнал в них жителей бора, что находился недалеко от его хижины. — Друг, беда!

— Какая беда?- он присел перед предводителем семьи Лешиков, стараясь ни на кого не наступить.

— Птица! Большая черная птица! Она упала, упала и разбилась! Она умерла!

— Какая птица? О чем вы?

— Большая черная птица упала с небес и разбилась, а это девушка! Красивая девушка! Мертвая девушка-птица!

Во дворе воцарилась тишина, даже другие Лешики перестали галдеть, только скорбно кивали головами.

— Где она?

— В лесу! В лесу! Тяжелая, нам не принести!

— Ведите,- скомандовал Лукас, еще не понимая, что это значит, но чувствуя, как еще на шаг к ним придвинулось что-то темное.

Они стояли друг напротив друга и молчали.

— Я не хотел тебя убивать.

— Я не хотел Посвящать твою сестру.

Опять молчание, они смотрели в глаза друг другу: один- со смирением и каким-то испугом от содеянного, второй- спокойно.

— Почему ты не сказал мне?

— Это должна была сделать твоя сестра.

— Ты мой друг, ты должен был рассказать!

— Друг? У Правящих нет друзей.

— Ты не Правящий, не зазнавайся. Что теперь будет с Лекси?

— Начнет есть сырых ежей, с кровью, и светить глазами в темноте.

— Ха-ха. Серьезно, что ты с ней сделал?

— Я спас ей жизнь. Она не станет Правящей, если не захочет.

— Что значит "если не захочет"?!

— Лишь то, что я сказал, уймись.

— Она никогда не захочет стать кровопийцей!

— Тогда тебе нечего бояться и орать.

— Ты действительно спас ее?

— У меня не было выбора, я должен был.

— Ты спас ее?

— Да.

— Зачем?

— Они хотели подставить меня, сделать так, чтобы все подумали, словно это я ее убил.

— Зачем?

— Чтобы меня изгнали.

— Спасибо.

— Если ты успокоился, может, мы уже пойдем? А то Ксения и твоя сестрица устроят переполох, решив, что я тебя где-то прикопал.

— Почему это ты меня? А не наоборот?

— Сомнительный вариант.

— Ну, конечно, это же ты мне по физиономии съездил, а потом чуть не придушил.

— Если мне захочется однажды нанести тебе увечья, мне не придется размахивать кулаками, я просто подсыплю тебе в еду яд, я прекрасно научился варить подобные зелья, а ты постоянно ешь.

— Лучше своей кукле-подружке подсыпь.

— Проблематично: она в тюрьме.

— Это не может не радовать.

— Может, на этой радостной ноте мы все-таки уже пойдем?

— Зануда.