Цена выбора (гет)

В Большом зале Хогвартса шло распределение. Стоило Шляпе выкрикнуть название очередного факультета, как за одним из длинных столов поднимался радостный шум, а смущённый первокурсник торопился занять место среди новых товарищей.

Такое же оживление царило за столом Слизерина. Старшекурсники встречали новичков аплодисментами, освобождали им места, а в перерывах между выкриками Шляпы успевали обмениваться шутками с друзьями за другими столами. Ещё десяток лет назад подобное панибратство вызвало бы немало удивлённых взглядов, но теперь на факультетскую принадлежность смотрели куда проще.

Теперь Слизерин считался кузницей будущих политиков и управленцев. Его воспитанники больше не стремились отгородиться от остальных — напротив, новое поколение слизеринцев привыкло находиться в центре школьной жизни, заводить знакомства и отстаивать своё мнение.

— Блэк, Мира!

Шляпа опустилась на голову девочки, и та напряжённо замерла. По шевелению её губ можно было предположить, что между наследницей Блэков и Шляпой идёт нешуточный спор.

— ГРИФФИНДОР! — выкрикнула наконец Шляпа.

Мира облегчённо вздохнула и нерешительно направилась к своему столу.

Луна Лавгуд, сохранившая на лице выражение лёгкой отстранённости, отправилась на Когтевран. Там её тут же взяла под опеку Гермиона Грейнджер, которая с присущим ей рвением принялась объяснять первокурснице расписание, попутно отгоняя любопытных старшекурсников.

Гарри и Драко невольно подались вперёд, когда Минерва Макгонагалл выкрикнула имя, заставившее зал на мгновение притихнуть.

— Снейп, Эйлин!

Девочка с прямой спиной и взглядом, в котором читалась суровая решимость, подошла к табурету. Как только потрёпанные поля Шляпы коснулись её головы, Эйлин мысленно произнесла, чётко и без тени сомнения:

«Уважаемая Шляпа. Я должна поступить на Слизерин».

Шляпа едва заметно шевельнулась, словно подавляя смешок:

«Должна? О, юная леди, в этом месте слово „должна“ звучит как вызов. Но в твоём случае... амбиции, острый ум и эта... специфическая наследственность... Может, всё же Гриффиндор? Шучу! Разумеется, у меня не было никаких сомнений».

— СЛИЗЕРИН! — выкрикнула Шляпа и уже тише добавила: — И да поможет Мерлин слизеринцам...

Слизеринский стол взорвался аплодисментами. Не успела Эйлин коснуться скамьи, как тут же оказалась в крепких объятиях Гарри и Драко.

— Добро пожаловать домой, — прошептал Гарри, сияя от гордости.

— Позволь, дорогая. — Драко покровительственно и с напускной важностью, точь-в-точь копируя манеры отца, начал представлять её «благородному обществу» факультета. — Это Пэнси Паркинсон, это Блейз Забини... Привыкай, теперь это твой круг общения...

Его голос постепенно затихал, наткнувшись на пристальный, абсолютно спокойный взгляд зелёных глаз. Эйлин слушала его, чуть склонив голову набок, и в этом жесте было слишком много от матери, чтобы это можно было игнорировать.

— Драко, я очень уважаю твоё мнение, — вежливо, но с отчётливыми стальными нотками в голосе сказала Эйлин. — Но позволь мне самой определиться со своим «кругом общения».

Драко осёкся, а Гарри, не выдержав, сочувственно хлопнул его по спине.

— Терпи, брат, она и дома такая. Вся в маму. — Гарри понизил голос до заговорщицкого шёпота. — Когда они с мамой начинают о чём-то спорить, мы с Северусом просто стараемся держаться подальше...

Драко понимающе кивнул, вспомнив, как даже его отец иногда замолкал, когда Лили Снейп смотрела на него «тем самым» взглядом.

Сидевшие рядом слизеринцы переглянулись и зашушукались между собой. Наследница Снейпов явно не собиралась быть просто «чьей-то сестрой» или «протеже Малфоев».

Сидя за преподавательским столом, Регулус Блэк поймал этот момент и едва заметно улыбнулся в свой кубок с вином. Он прекрасно знал, что Северус — Герой Британии, гроза монстров и мастер ментальных щитов — дома становился гением тактичного отступления, стоило Лили вскинуть бровь. И, судя по всему, Эйлин унаследовала эту магию в полной мере.

Распределение продолжалось. Джинни Уизли, раскрасневшаяся и взволнованная, отправилась за стол Гриффиндора под торжествующий рёв братьев.

В данной реальности факультет целиком и полностью принадлежал рыжему клану, и уже никто не осмелился бы назвать этих показательно неряшливо, но явно дорого одетых детей «нищебродами» или «предателями крови». Глава Департамента техномагической интеграции Артур Уизли стал одним из самых уважаемых и влиятельных чиновников Министерства, а Молли уже много лет не приходилось пересчитывать сикли, чтобы собрать детей в школу.

За столом преподавателей атмосфера была куда менее праздничной. Альбус Дамблдор, заметно постаревший и осунувшийся, всё ещё сидел в своём золочёном кресле, но давно не чувствовал себя хозяином положения. Минерва, сидящая по правую руку от него, с заметным раздражением рассматривала знаменитую шляпу представителя Попечительского совета Августы Лонгботтом. Чучело грифа казалось сегодня особенно хищным.

Августа не страдала излишним пиететом к директору. Как раз сейчас она в очередной раз перебила Дамблдора, настойчиво указывая на недавно обнаруженный пункт устава, который директор пытался игнорировать последние сорок лет.

Альбус тяжело вздохнул и посмотрел на потолок, словно ища там спасения от этой неумолимой женщины, которая теперь контролировала каждый его шаг. Увы, но времена, когда он мог единолично решать судьбы школы, безвозвратно ушли в прошлое под напором железной леди Лонгботтом.

Чуть дальше, в кресле декана Слизерина и преподавателя Защиты от Тёмных Искусств, сидел Регулус Блэк. Повзрослевший, безупречно одетый и донельзя официальный, он наблюдал за своими подопечными с лёгкой улыбкой. Слизеринцы души в нём не чаяли — для них он был практически идеалом: человеком, который вернул факультету достоинство, не прибегая к тьме, и знал свой предмет куда лучше любого из предшественников.

Регулус встретился взглядом с Гарри и Эйлин и едва заметно кивнул им. В изумрудных глазах девочки и спокойном лице юноши он видел живое доказательство того, что пророчества — это лишь слова, если у людей хватает воли переписать их. Старый мир с его тайнами и роковыми ошибками окончательно превратился в параграфы учебников истории, которые Регулус теперь закрывал с чистой совестью.

Над столами поплыли ароматы жаркого и тыквенного сока. Большой зал Хогвартса жил своей жизнью: гриффиндорцы шумели, когтевранцы спорили, а за столом Слизерина дети Северуса и Лили чувствовали себя как дома. Это был обычный ужин в школе магии. Короткий миг перед долгой и счастливой жизнью, где самой обсуждаемой новостью станет предстоящий финал школьного Кубка по квиддичу.