Галактика за Вратами Ночи. Эпизод 1. Затерянный мир (джен)

* * *

Притормаживая спидер, Люк проверял Силой пространство вокруг себя. Никого. Где-то вдали скопление живых существ. Вроде бы разумных. Хотя, как говорят на Корусканте, «способность болтать — еще не признак интеллекта». В другой стороне — тут он потянулся аккуратнее, стараясь остаться незамеченным, — ясно улавливалось присутствие существ, сиявших в Силе ярким светом. Один из них был неплохо знаком Люку — тот самый следопыт, Арагорн, который сдал эльфам его пилотов. Остальные казались смутно знакомыми — по Ривенделлу? Впрочем, слишком пристальным вниманием можно было выдать себя, и Люк прекратил наблюдение. Включив световой стержень, закрепленный на руле спидера, он медленно повел машину над каменным мостом, переброшенным через пропасть, тянувшуюся в обе стороны, сколько хватало глаз. Скалы, обрываясь вниз, в бездонный черный провал, смыкались где-то над головой на такой же необозримой высоте, и ни единого солнечного луча не пробивалось сюда. Да, гномы, некогда обитавшие в Мории, знали толк в обороне: достаточно обвалить мостик, и основные подземелья недосягаемы. Если, конечно, нет аэйрспидера, усмехнулся Люк. А у них не было — обычные спидеры могут лишь парить в метре от поверхности, а не летать.

Лея следовала позади. Обернувшись, Люк увидел, как сестра снимает пейзаж на голокамеру:

— Тебе зачем?

— Траун приказал, — отозвалась она. — Хочет побольше узнать о культуре местных народов.

— А-а, — только и протянул комэск «Молний». — А рисунки из книг в библиотеке ему не подходят? И описания прошлых сражений?

— «Голоизображение лучше передает некоторые объемные детали», — Лея скопировала интонацию гранд-адмирала. — Так что буду работать оператором. А насчет описаний — ты же понимаешь, альтернативные источники информации, сопоставление данных…

— Понимаю, — отозвался Люк. Чисс уже упрекал учеников-ситхов за то, что не привезли ему снимки ривенделловской архитектуры. Впрочем, все его странности вполне искупались гениальностью в стратегии и тактике: иначе нечеловеку ни при каких условиях не стать имперским гранд-адмиралом.

Мост благополучно пересекли, и сейчас их путь лежал через огромный зал с колоннадой. Лея возобновила съемку, Люк снова потянулся к Силе, — чтобы обнаружить где-то вдали, в глубине, присутствие неведомого существа. Он попытался коснуться чужого разума, но в ответ последовал удар — словно волна темного огня плеснулась в лицо. Парень невольно вздрогнул, сжав руль машины, и поймал на себе взгляд сестры:

— Нас засекли. Ну что, идем знакомиться, — Лея решительно переключила скорость спидера и вихрем помчала вперед. Обернувшись через плечо,

крикнула: — Говорить буду я. Ты, похоже, для него — слишком джедай!

— Вот еще! Никакой я не джедай! — откликнулся Люк, но обгонять сестру не стал: Лея права, обитатель подземных глубин может и впрямь оказаться благосклоннее к ученице сенатора Эрраэнэра…

* * *

Стремительно, почти на предельной скорости промчаться между колоннами по краю зала. Визги орочьей стаи — нынешних мелких неказистых обитателей Мории — перекрывают гул двух моторов. Резкий разворот — спидер едва не черкает по граниту колонны — и ударить по тормозам. Машина почти мгновенно останавливается. Рядом тормозит Лея — подалась вперед всем телом. Люку невольно пришло в голову, что сестра сейчас похожа на хищную нексу, притаившуюся перед прыжком. «Видели бы ее в Имперском сенате — такой…»

Световые стержни выключены, все чувства обострены Силой.

Вокруг темно, хоть глаз выколи; впереди — пятнышко света, на которое и сбежались здешние обитатели.

— Они всерьез собираются сражаться с орками? — прошептала Лея.

— Вполне возможно. Ждем. — И почти одновременно со словами Люка где-то вдали зала раздается глухой рокот, и по колоннам растекается едва видное отсюда алое зарево. Ученица-ситх чуть улыбается, предвкушая хорошую драку. Сам Люк, вопреки стараниям сохранять спокойствие, невольно сжимает сильней руль:

— Ждем.

Орки, почуяв приближение куда более сильного создания, бросаются врассыпную. Великолепно — не будут путаться под ногами. «Ждем».

Балрог приближался, а Люк и Лея, спокойно и осторожно, чтоб не выдать себя, прощупывали Силой сознания противников. Недоумение, изумление, страх — перед неизвестным… «Они, что, просто не понимают? Ничего, скоро поймут» — чуть усмехнулась ученица Эрраэнэра. Впрочем, нет, Сила донесла до нее отголоски других эмоций: беспокойство, опасение — не за себя, за других. Лея мельком отметила, что эти противники достойны уважения — в отличие от пропитанной спайсой и алкоголем шпаны с нижних уровней Корусканта, трясшейся от ужаса за свою шкуру при виде алого клинка.

«Ждем».

— Видишь полуросликов? — прошептал Люк, коснувшись руки сестры. Та кивнула, всматриваясь в бегущих к ним девятерых существ. — Кольцо у черноволосого. Когда они поравняются с нами, я подхватываю его на спидер и ходу. Ты меня прикроешь.

— Неплохо было бы захватить еще кого-нибудь, — прошептала Лея в ответ. — Траун наверняка ими заинтересуется.

— Думаешь? — с сомнением протянул Скайуокер. — Тогда и ты подхвати… да вон хоть того, рыжего. С людьми, эльфом и гномом все равно будет слишком сложно — разве что вырубать их Силой, а это — лишнее время. Идет?

Лея кивнула. Люк выждал еще несколько секунд, затем решительно завел двигатель: — Вперед!

Гул моторов разорвал тишину, нарушаемую лишь топотом бегущих да далеким ревом балрога. Секунды — чтобы преодолеть те несколько десятков метров, что отделяли ситхенышей от их цели, — растягиваются, словно годы. Люк видит: никто из Братства еще не понял, что за новая опасность набросилась на них из темноты впереди, но первые, инстинктивные движения: броситься прочь, в сторону, увернуться от летящей на тебя неизвестной шумящей машины — одинаковы для них всех. Вот и отлично — сами упрощают задачу.

Люк видел, как Арагорн, первым заметив мчащиеся спидеры, бросился в сторону, увлекая за собой Фродо — медленно, слишком медленно. Теперь достаточно выбросить руку в сторону, рвануть на себя нити Силы, пронизывающие все вокруг, и легкое тело хоббита бросает поперек руля спидера. Время обрело свой привычный ход; где-то рядом крики — Лея выдернула еще кого-то. Впереди — ни души: теперь просто промчаться мимо Нээрэ, который, по уговору, возьмет на себя возможную погоню, сделать круг по залу, к мостику — и прощай, Мория!

Резкий всплеск Силы — опасность. Люк обернулся — как раз чтобы увидеть, как старик-волшебник, о котором предупреждал их Первый назгул, поднимает светящийся посох. Лея обернулась одновременно с братом.

Быстро сплести щит Силы, одновременно бросая спидер в сторону — от прямого удара может пострадать машина.

Удар следует почти мгновенно — волна Силы сметает их прочь. Спидер бросает в сторону, Люк судорожно выворачивает руль — хоть бы в колонну не врезаться!

Не врезался — спасли остатки своего же щита. Люк развернул спидер, заглушая двигатель. Спрыгнул, одновременно сдергивая за шиворот пленного хоббита и активируя сейбер. Напрашиваетесь на драку — получите и распишитесь!

— Отпустите хотя бы хоббитов! — выкрикнул кто-то из людей.

— Еще чего! — отозвалась Лея, уже стоявшая рядом с братом. — Мы их в Имперский Сенат возьмем. Представителями от вашей планеты. А что? Вон, как раз здесь присутствуют представители всех рас, обитающих на вашей планете, прямо специально, чтоб выборы провести. Или, может, кандидатуры должен Манве утвердить? Так пусть с ним Олорин осанве свяжется — вы же это так называете?..

«Понесло сестренку», констатировал Люк. Лея начинала язвить по поводу и без обыкновенно в двух случаях: если была сильно напугана или не менее сильно раздражена. Сейчас явно вторая ситуация, — судя по злости, с которой сестра выкрикивала фразы.

Вопреки кажущейся беспечности своих дерзких слов Лея внимательно оценивала обстановку: двое оставшихся хоббитов давно бросились бы к своим собратьям, если бы их не придержал эльф; гном потрясал топором, люди схватились за мечи. Альдераанка прикинула: Арагорн и эльф как форсъюзеры, насколько она могла судить, не сильнее любого Инквизитора или Руки. Настоящую опасность представляет майа — и, едва заметив, как Олорин чуть подался вперед, Лея вскинула руки: добрый десяток метров, разделявший их, был как раз лучшим расстоянием для молний Силы. Ее движение подхватил брат — и бело-синие сполохи, сорвавшиеся с их пальцев, ударились в сферу света, возникшую из навершия посоха волшебника. И одновременно — свой собственный щит, заслон Тьмы, отталкивает враждебное свечение.

Несколько бесконечно долгих секунд граница между щитами противников колебалась; светлое сияние то наступало, отстраняя пелену Тьму, которой закрывалась Лея, то подавалось назад под ударами молний.

Напряженное лицо брата. Она поймала его взгляд: «Я на пределе». Кивнула. Для них — это предел возможностей. В отличие от Олорина. Тот сосредоточен, но спокоен. Потянуться силой назад — Нээрэ уже рядом, дождаться бы! Последнее, отчаянное усилие заслониться, чтобы отступить в сторону…

А в следующее мгновение щит сминается, словно листок флимсипласта под ветром. Их отшвырнуло прочь, точно ураганом у вершин корускантских небоскребов.

Но Лея была ученицей-ситхом.

А ситхов учат бороться до конца.

Вне зависимости от обстоятельств.

Ты должен выполнить задание, добиться своего — а вокруг пусть хоть планеты взрываются и сама Сила выворачивается наизнаку.

А задание — добыть Кольцо.

И Лея в полете взвихрила темные потоки, срывая артефакт с цепочки на шее Фродо. За это пришлось заплатить — собственным щитом.

Который она не успела создать.

Пальцы сомкнулись на золотом кружочке, а затылок ожгло болью. «Колонна», еще успела отметить краем гаснущего сознания альдераанка. Пол стремительно взлетел вверх, к лицу, и ученица-ситх провалилась — в беспамятство.

* * *

Лея не очнулась мгновенно — медленно всплыла из мутной воды обморока. Первое, что ощутила — волнение Силы вокруг. Идет бой. И тогда позволила себе вспомнить — осознанно вспомнить: они с Люком в Мории, сцепились с Братством Кольца. А само Кольцо на данный момент зажато у нее в руке.

И кто-то как раз потихоньку разгибает ее пальцы. Осторожно так, явно опасаясь потревожить альдераанку. Надеется, что она все еще без сознания.

Открывать глаза — слишком банально. Лея не сделала ни единого движения — просто сжала Силой чужую руку. Как в тиски взяла. И только услышав вскрик, поднялась и села на полу. Не размыкая захват.

И наконец-то раскрыла глаза.

Неподалеку Нээрэ чертил огенным бичом замысловатые фигуры, проверяя на прочность щит Олорина; дальше Арагорн и эльф махались с Люком на мечах. Рядом с ними гном в расстроенных чувствах сжимал рукоять топора. Восстановить картину происшедшего было проще простого: «Нечего лезть против лайтсейбера, если оружие не обработано с помощью Силы», подумала Лея. Перевела взгляд: в полуметре от нее сидел Фродо, безуспешно пытаясь вырваться из Силового захвата.

— На будущее, парень, — наконец заговорила Лея. — Когда одаренные выясняют отношения, остальным лучше держаться в стороне. Целее будешь. — С этими словами она отпустила захват. — Сиди здесь, если не хочешь попасться под меч.

Хоббит кивнул: судя по всему, он не горел желанием вмешиваться. Ученица-ситх раскрыла ладонь, вглянула на свою добычу: интересно, из-за чего весь сыр-бор начался?

Золотой ободок. В Силе — яркий отпечаток личности Саурона. Это видно — четко и явственно. Но, несмотря на это, у Леи возникло ощущение какой-то неясности. Будто за броской вывеской скрывалось что-то… иное? Какая-то другая, вторичная структура? Или, наоборот, первичная, но хорошо замаскированная?

Времени на исследования нет — надо выбираться. Но ученица-ситх понимала: ее вмешательство практически не изменит расстановку сил.

«Используй Кольцо».

Тихий шепот раздался в ее сознании. Лея, подняв ментальный щит, прислушалась.

«Я смогу помочь тебе».

Ученица-ситх еще раз окинула взглядом сражающихся.

— Вы мне это сами предложили, милорд, — произнесла она, решительно поднимаясь на ноги.

* * *

В первое мгновение Лее показалось, что она исчезает, растворяясь во Тьме. Подземелье пропало: перед ней разворачивались картины — гор, морей и городов, неизвестных прежде. Сознание ускальзывало, хаотично мелькали обрывки каких-то мыслей, образов, видений… Нечто подобное происходило во время медитаций, но сейчас ученица-ситх чувствовала, что теряет контроль над собой.

«Соберись!»

Усилием воли Лея заставила себя вернуться: здесь и сейчас — это все, что имеет значение. Она снова была в зале морийского подземелья, но пережитые ощущения никуда не делись — просто чуть поблекли, отходя на второй план. С невероятной, небывалой ясностью ученица-ситх ощущала — не просто Силу — Тьму, пронизывающую мир — от вершин до самых огненных недр планеты; и дальше, на восток, север и юг. Свет, исходивший от эльфийских поселений, теперь казался не ярким потоком, а легким, невесомым покрывалом, наброшенным на океан мрака: чуть тронь — и исчезнет. И с невероятным удивлением Лея осознала: тот светлый ореол, что окружал планету при взгляде из космоса, был лишь попыткой скрыть истинную сущность этого мира — настоящего океана Тьмы. С изумлением понимала девушка: ничего подобного она не видела прежде ни на Зиосте, ни на Коррибане или Дромунд-Каасе — планетах, тысячелетиями служивших столицами древних Империй ситхов.

«Ты чувствуешь».

Чужое присутствие было совсем рядом; и Лея, чуть повернув голову, почти не удивилась, увидев рядом с собой призрак высокого стройного черноволосого юноши с огненными глазами. Хотя их с Гортхауэром разделяла тысяча километров, сейчас расстояние словно исчезло.

«Да».

«Это сила Мелькора, нашего создателя, рассеянная в Арде. Кольцо позволяет тебе, как полумайэ, дочери его сотворенного, ощутить и использовать эту Силу».

Лея чуть коснулась темных потоков — они откликнулись едва заметной вибрацией; и под ногами ситхессы вздрогнула земля.

«Я… могу это… использовать?»

«Да. Не в полной мере, разумеется, но сейчас хватит и тысячной доли той Силы, что ты ощутила».

Лею пробрала дрожь от осознания настоящей Силы Тьмы, открывшейся перед ней, пусть и неподвластной. Впрочем, ситхесса не позволила себе предаваться долгим размышлениям — решительно шагнув вперед, она резким движением перехватила свистнувший рядом огненный бич Нээрэ:

— Довольно, — голос девушки эхом разнесся в подземелье, заставляя всех обернуться к ней.

Она отпустила бич балрога — мельком взглянула на ладонь — ни следа ожога. Все присутствующие одаренные, вне сомнения, ощутили возмущение Силы, и сейчас Лея увидела, что внимание их приковано к ней. Сконцентрировалась, заставляя океан Тьмы мягкой приливной волной качнуться к себе, и развернулась к противникам:

— Игра окончена. Уходите.

— И ты ожидешь подчинения от сына Гондора, морготова ведьма?! — Боромир бросился вперед, невзирая на предупреждающие окрики.

Все произошло молниеносно: вспышка света на стали, росчерк алого луча — и вот в горло наследнику гондорского наместника направлен лайтсейбер, а его собственный меч лежит на полу. В виде двух оплавленных половин.

— Я предложила вам уйти по-хорошему, — медленно заговорила Лея; каждое слово ее падало, точно капля огня, — но должна ли понимать речь одного из вас как отказ всех?

— Не стоит спешить с выводами, гордая дева, — Гендальф подался вперед, — этот человек не знает, кто ты. Отойди от нее, Боромир! Говорю тебе, отойди!

Гондорский наследник подчинился — но демонстративно медленно. Когда расстояние между ним и Леей увеличилось, а ситхесса опустила, но не отключила меч, майа заговорил вновь:

— Ты отняла Кольцо и готова использовать его мощь; но знаешь ли об опасности, что таится в нем? Готова ли к тому, что его сила подчинит тебя — пусть не сразу, но мало-помалу, исподволь, — и ты, изменишься, став рабыней Кольца. Неужто к этому стремишься, дева?

Лея усмехнулась — жестко, недобро:

— Кто сказал тебе, что я буду дожидаться изменений? Или… — Осененная догадкой, она не сумела скрыть тень изумления, мелькнувшую на лице: — ты, Олорин, просто не понял, что я добыла Кольцо не для себя? Впрочем, эта беседа бессмысленна, — и с этими словами альдераанка вытянула вперед руку — на пальце блеснул золотой отблеск. Люк ощутил, как сестра стремительно сплетает нити Силы, пронизывающие пол и колонны вокруг. Поначалу он не понимал, что задумала Лея; но когда по полу зазмеилась трещина, стремительно разрастаясь в ширину, Скайуокер не удержался от возгласа удивления.

А в следующее мгновение под ногами Гендальфа и его спутников с грохотом обвалился пол — под крики падающих взметнулось облако пыли.

Люк мгновение прислушивался к Силе, затем обернулся к сестре. Та стояла — гордая и вдохновенная; Темная сторона окутывала ее, точно покрывалом, и каплей живого огня светилось Кольцо.

— Ты не убила их, — заметил Люк, когда взгляд сестры встретился с его собственным.

— Нет. В этом не было необходимости, — спокойно отозвалась она. — Сам понимаешь.

Люк понимал прекрасно — ни Вейдер с Императором, ни Мелькор не поощряли убийство ради убийства.

— Хотя, конечно, хотелось напомнить им Таникветиль и орлов, — добавила Лея. А затем обернулась к балрогу. Поклонилась:

— Благодарю тебя за помощь, Нээрэ. Не имею права приглашать тебя в Мордор — не я там хозяйка, но Гортхауэр был бы рад тебе и твоим собратьям, если они решат вернуться из пламени Арды.

«Мы вернемся — когда вернется Эрраэнэр», прозвучал в Силе ответ: «И верю, что ждать нам осталось недолго».

Дух огня скользнул прочь.

Когда алые отблески скрылись за дальними колоннами, Люк перевел взгляд на сестру:

— Поехали обратно?

— Поехали.

* * *

Они покинули сумрачное гномье царство тем же путем, что и пришли, только теперь Лея ехала впереди, придерживая Фродо, сидевшего перед ней на спидере. Люк с Сэмуайзом следовал за ней. Выехав из Восточных ворот, ученица-ситх остановила спидер, поджидая брата.

Солнце уже садилось, и вершины гор озарялись золотым, а на землю у них подножий легли глубокие тени.

— Где же ты там тащишься, Люк? — весело крикнула альдераанка, обернувшись ко входу в пещеру.

— Что значит «тащусь»? — послышалось в ответ, и спустя мгновение Люк, лихо крутанув спидер, затормозил рядом. — А спорим, я до Черных врат первым доберусь?

— А по-моему, кое-кто здесь собою гордится так, будто он лучший гонщик в галактике! — Опасность, оставшаяся позади, заставляла поддразнивать брата — хотелось вытворить что-то сумасбродно-веселое.

— Потому что этот кое-кто, в отличие от всяких там альдераанских принцесс, в детстве не по струночке с няньками да гувернатками ходил, а в пустыне по каньонам летал, на вомп-песчанок охотился! Догоняй, сестренка, если сумеешь!

И с этими словами Люк помчался вперед. Лея ударила по рычагу — спидер рванулся с места, да так, что Фродо чуть не слетел. И слетел бы, если б не оказался удерживаем девичьей рукой.

Скорость на максимум — и несется земля навстречу спидеру, кочки да камешки мелькают. Медленно поворачивался, уплывая вдаль, лес на горизонте. Лотлориен, одно из последних пристанищ эльфов на этом континенте. Лея поймала себя на том, что стоило лишь вспомнить название, как в уме развернулась цепь воспоминаний: высокая женщина, в волосах которой словно запутались лучи света — Галадриель, нынешняя правительница Лотлориена; ее братья и родственники, давно покинувшие мир живых и ушедшие в чертоги Мандоса; грандиозные сражения огромных армий и поединки на Песнях Силы — с эльфийскими владыками. Словно наяву, представали перед взором альдераанки древние крепости и дворцы затонувшего Белерианда, сами развалины которых сейчас стали прибежищем для океанских рыб.

«Это мое прошлое, Лея. И история нашего мира», прозвучал в голове чужой голос.

Давно уже ученица-ситх не чувствовала себя настолько растерянной и сбитой с толку, как теперь, когда чужая память обрушилась на ее сознание.

«На вашей планете столько войн — да как вы тут уживались?», нашлась она: «Хорошо, что у вас нет технологий, как у нас — иначе бы от вашей планеты остался б только астероидный рой!»

«Ты говоришь о предметах, подобных вашим летающим машинам? Покажи», последовал ответ.

Теперь уже другие картины заполонили сознание Леи: Эскадрон Смерти лорда Вейдера — флот имперских звездных разрушителей, медленно плывущих во тьме космоса; стремительно мчащиеся истребители и летящие мимо вспышки турболазерного огня; и, наконец, голограмма, подсмотренная недавно украдкой в кабинете отца — идеально ровная сфера, разделенная на два полушария с небольшим «кратером» в одном из них. Боевая звездная станция. И история — история галактики со времен Бесконечной Империи раката тридцать тысяч лет назад до Войн Клонов двадцатилетней давности. История — в тихом шелесте голосов древних ситхов и джедаев в голокронах, сокрытых в специальных хранилищах Императорского музея, и в легкой синеватой дымке экрана — данные официального Голонета. История их собственной Галактики, где росчерк светового меча был приговором, а воля Великой Силы — знаменем, орудием и истиной в последней инстанции.

«Такова наша Галактика, Повелитель», усмехнулась ученица-ситх.

«У нас с вами больше общего, чем можно было ожидать», прозвучало в ответ.

Вскрик Фродо, волна опасности в Силе — и Лея бросила спидер в сторону, огибая скалу, оказавшуюся на пути. Люк уже был далеко впереди: оглянулся через плечо — она заметила насмешку:

— Ну и кто из нас тащится, сестренка?!

«Так, хватит воспоминаний, иначе ты рискуешь врезаться во что-нибудь».

«Повелитель опасается за жизнь союзницы-полумайэ? Кстати, я могу умереть, как люди, или останусь призраком Силы?»

«Потом обсудим. Когда Кольцо привезешь».

* * *

Темнело. Они мчались по болотам — только мелькали озерца мутной воды. Над головой сияли звезды, а вокруг, на земле, неярко светились блуждающие огоньки.

— Люк, нам надо поговорить!

— Знаю я твое «поговорить»! Я сейчас приторможу, а ты вперед вырвешься?!

— Люк, я серьезно! — Реакции никакой. — Хатт с тобой, ты выиграл! Ты лучший гонщик, чем я! — крикнула Лея. — Но нам надо поговорить!

Не слова — интонация, с которой они были произнесены, заставила Люка сбросить скорость. Сестра и впрямь была настроена серьезно.

— Говори, о чем хотела.

Но Лея, оглянувшись на хоббитов, спрыгнула с машины:

— Давай пройдемся.

Люк выдернул стартеры — спидеры мертвыми железками легли на болотную тропку. Бросив хоббитам: «Дожидайтесь нас», брат с сестрой пошли прочь. Когда их спутники остались в метрах ста, Скайуокер остановился:

— Так о чем ты хотела поговорить?

— Ты, братик, лучше присядь, не то упадешь, — отозвалась Лея. — А речь — об этом, — подняла руку, демонстрируя золотой блеск. Несколько мгновений ученица-ситх рассматривала Кольцо, затем решительно стянула и спрятала в карман. И заговорила.

К концу рассказа брат и сестра сидели на тропинке. Люк время от времени бросал камешки в безмятежную гладь болотной воды, наблюдая, как они отскакивают от поверхности.

— Вот так и получилось. Я использовала силу Саурона, чтобы обвалить пол пещеры, — тихо завершила рассказ ученица-ситх. — Остальное ты сам видел.

Люк ответил не сразу — через два камешка.

— Папа знает об этом?

— Да, — решительно кивнула Лея. — Я видела в воспоминаниях Саурона, как он разговаривал с отцом. И я не понимаю, почему папа просто промолчал.

— Наверно, решил: мы сами должны все выяснить, — откликнулся Люк, бросая очередной камешек.

Помолчали.

— Получается, я теперь в анкете в графе «раса» должен писать не «человек», а «полумайа»? — тихо, словно сам себе, сказал Люк. — Вот же выяснили… Выходит, мы с тобой нелюди? Экзоты какие-то?

— Выходит, — отозвалась Лея. — Я вот в Сенате тоже за равенство рас боролась. И считала себя человеком, благородно защищающим права разумных существ, не принадлежащих к человеческой расе. А теперь, выходит, я — просто представительница экзотической расы, и отстаиваю свои собственные права. Вот так-то…

Люк бросил очередной камешек. Тот запрыгал по воде: раз, второй, третий…

— Ты говоришь, что видела в воспоминаниях Саурона его разговор с отцом. Это как?

— Так. — Лея подобрала камешек, и бросила сама. Тот отскочил дважды. — Вот же хатт! — И ответила: — Так и видела, Люк. Когда я надела Кольцо, мы с Сауроном как бы переняли воспоминания друг друга. Не все — самые яркие. Я ментальные щиты не сообразила поднять, а он… Не счел необходимым, наверно. Так что теперь я знаю всех валар и майар, а еще помню историю этой планеты за последние… тысячелетий этак десять.

Люк оглянулся на пленных хоббитов, стоявших возле спидеров.

— Я могу ошибаться, но, по-моему, с Фродо ничего подобного не было.

— Он — хоббит, я — полумайэ, — монотонно отозвалась Лея.

— Знаешь,.. — Люк пустил очередным камешком. Тот проскакал раз шесть. Лея прищурилась:

— По-моему, ты мухлюешь, братец. Силой.

— Ага, — легко согласился Люк. — Так вот, в армии слухи ходят всякие глупые… Будто лорд Вейдер не человек вовсе, а порождение Темной стороны Силы — призрак какой, что ли. Я всегда над ними смеялся, говорил своим пилотам, из «Молний»: ну вот как у призрака может быть сын? А теперь, получается, слухи-то правдивые…

Их беседу прервали резкий всплеск воды и крик Сэмуайза:

— Мастер Фродо, держитесь! Я вас вытащу!

Люк обернулся, увидел хоббита, пробирающегося в топь:

— Нет, на пять минут нельзя оставить!

Скайуокеры бегом помчались обратно. На ходу Люк бросил сестре световой меч и коммлинк, сорвал куртку, и, не сбавляя темпа, нырнул в болото — только тина всколыхнулась. Лея рывком вытащила из топи Сэма Гэнджи:

— Какого жирного хатта вас туда понесло? Болот никогда не видели, что ли? Да хорош брыкаться! — воскликнула она, встряхивая вырывающегося хоббита за одежду. — Что-то я сомневаюсь в твоем умении плавать, а, значит, ты скорее сам утонешь, нежели приятеля вытащишь.

Судя по тому, что вырываться полурослик перестал и лишь поглядывал: то взволнованно — на болото, то с опаской — на Лею, предположение ученицы-ситха попало в точку. Сочтя, вероятно, что девушка в данный момент истязать его не собирается, Сэм ответил:

— Там лица, — запнулся, — мертвые. Они зовут, притягивают. Я говорил мастеру Фродо не смотреть, но он не послушал…

Лея перевела взгляд на воду — сквозь нее и впрямь проступали очертания тел — то ли людей, то ли эльфов. Потянулась к Силе, — до сих пор она сознательно «отключилась» от нее, чтобы не отвлекаться на Кольцо, — и ощутила: вокруг витал дух старой боли и агонии. Плохое место, гиблое. Если, конечно, не умеешь черпать силу в чужой боли, как это делают ситхи.

Тем временем над водой уже показался Люк. Отфыркиваясь, выбрался на берег, таща за собой Фродо, чуть не присоединившегося к утопленникам:

— Ну и дрянное местечко! Там, в воде, целая куча трупов. Лея, в твоих новоприобретенных воспоминаниях ничего нет об этих болотах?

— Есть — здесь три тысячи лет назад войско утопили.

— А-а, — протянул Скайуокер. — Так, все по машинам — лично я здесь ночевать не собираюсь…