The Red Knight | Красный рыцарь (джен)

— Рон, стой смирно, — скомандовала Дафна, принимаясь поправлять мой воротник.

Я на миг оторвался от собственных мыслей и взглянул на неё. Меня до сих пор поражало, насколько естественно она вошла в роль моей «спутницы». Впрочем, раздумывать над этим было некогда: сейчас мне требовалось сосредоточиться на том, чтобы пережить сегодняшний вечер, да ещё и провернуть небольшую вылазку.

Поэтому я выпрямился, заткнулся и послушно замер, используя выгаданные секунды, чтобы ещё раз мысленно пройтись по плану на ночь.

Вообще-то, я несколько дней мучительно взвешивал, стоит ли ввязываться в эту кражу. В конце концов, если всё выгорит, я получу бесценное преимущество: редкие ингредиенты, запрещённые фолианты и уйму артефактов, до которых в обычных обстоятельствах второкурснику добраться не светило бы и в мечтах.

Разумеется, при условии, что меня не поймают. О последствиях провала даже думать не хотелось — они вполне могли перечеркнуть всё моё будущее ещё до того, как начнётся второй курс.

Однако жизнь, судя по всему, упорно отказывалась быть простой. Пока Мариана натаскивала нас на уроках танцев и обучала прочим тонкостям этикета чистокровных, Дафна то и дело делилась со мной наблюдениями за Вайлет и Грейнджер. Судя по её словам, девчонки вели себя подозрительно тихо — слишком тихо для тех, кто жаждет моей крови.

Порой меня брали смутные сомнения насчёт этой парочки. Какая-то часть моего параноидального нутра шептала, что они были самыми изощрёнными не-слизеринками, каких мне только доводилось встречать. Их скрытность и умение заметать следы заставляли подозревать, что они скрывают куда больше, чем показывают.

Впрочем, в конечном счёте мне было плевать. Если Вайлет и Грейнджер действительно оказались такими же реинкарнаторами, как и я, да ещё и моими потенциальными убийцами, мне просто нужно было действовать на опережение.

Мерлинова борода, я окончательно превратился в слизеринца.

Как бы то ни было, всё складывалось удачно — ровно до тех пор, пока я не заглянул в расписание и не осознал, что неделя, которую я проведу в гостях у Гринграссов, выпадает в аккурат на зимнее солнцестояние.

В обычное время упущенное окно не имело бы значения. В конце концов, я всегда мог раздобыть нужное в Хогвартсе, так ведь? Однако зная тамошнюю систему охраны и регулярные ночные патрули преподавателей, шансы прокрасться в Запретную секцию незамеченным стремились к нулю.

Глядя, как Мариана тихонько посмеивается рядом с весьма довольным Дариусом, наблюдая за нашими с Дафной сборами, я окончательно утвердился в мысли: другого такого шанса не представится. Поместье Малфоев в эту ночь будет забито гостями под завязку, и суматоха сыграет мне на руку.

В итоге воровство снова вернулось в повестку дня, требуя от меня самой тщательной подготовки. Пока я мысленно перепроверял содержимое своих карманов, Дафна закончила возиться с моим галстуком-бабочкой.

Остальные Гринграссы, судя по всему, тоже были во всеоружии. Мариана выбрала платье кремово-белого шёлка с мягким мерцанием в свете магических ламп. Дариус выглядел безукоризненно строго в тёмно-синей мантии с серебряной каймой. Даже маленькая Астория щеголяла в изумрудном платьице, то и дело вертясь перед зеркалом.

Затянув узел бабочки, Дафна придирчиво окинула меня взглядом с головы до пят, выискивая малейший изъян. Я ответил ей тем же, хотя, положа руку на сердце, придраться было не к чему. Дафна выглядела безупречно в своём платье глубокого тёмно-зелёного оттенка, дополненном тонкой серебряной цепочкой на шее.

— Всё ли угодно вашей милости? — поинтересовался я, выразительно закатив глаза.

Она скрестила руки на груди:

— Сойдёт. И не паясничай, Рон. Мы обязаны произвести безупречное впечатление. Ты прекрасно знаешь, насколько это важно.

Я кивнул:

— Знаю. Но сомневаюсь, что лишняя складка на ткани способна разрушить величие древнего рода.

— Способна. Запомни: сегодня тебе предстоит предстать перед богатейшими и влиятельнейшими семьями магической Британии. Ты должен выглядеть идеально.

Я мысленно вздохнул, но спорить не стал. Возможно, она была права, учитывая, что светские рауты никогда не являлись моей сильной стороной. В прошлой жизни, когда мне выпадало общаться с важными шишками, мне вполне хватало аврорского значка на груди и Гарри под боком, чтобы сглаживать любые углы.

Теперь же вместо жетона на мне красовалась лучшая парадная мантия, какую мне только доводилось надевать за обе жизни. Скроенная в одном стиле с мантией Дариуса, она отличалась лишь тем, что жилет отливал темным серебром, а сама мантия и брюки были благородного дымчато-серого цвета.

— Ладно, — произнёс я, украдкой нащупывая сквозь ткань уменьшенный сундучок во внутреннем кармане. — Хотя вряд ли она сохранит идеальный вид после перемещения через камин.

Дафна открыла рот, но тут же захлопнула его, слегка порозовев. Отвернувшись, она надменно вскинула подбородок:

— Мы всегда сможем поправить складки на месте.

Мариана тихо рассмеялась, подойдя ближе и положив ладонь на плечо дочери. Затем с мягкой улыбкой повернулась ко мне:

— Прости мою девочку, Рон. Она просто немного нервничает. В конце концов, именно ей предстоит быть рядом с тобой весь этот вечер.

— Я понимаю, — ответил я со слабой улыбкой. — Я ведь тоже нервничаю.

Правда, по совершенно иным причинам.

Мариана ободряюще кивнула:

— Время пришло, Рон. Сделай всё по правилам.

Я посмотрел на Дафну. Её глаза чуть расширились, а на губах мелькнула тень улыбки. Она выпрямилась с царственной невозмутимостью, ожидая моего шага.

Я отвесил церемонный поклон:

— Леди Дафна, окажете ли вы мне честь стать моей спутницей на сегодняшнем Святочном балу?

Дафна удовлетворённо улыбнулась:

— Моя матушка — прекрасный учитель, — произнесла она, протягивая руку. Я принял её тонкие пальцы и коснулся губами костяшек.

— Леди Мариана весьма талантлива, — согласился я.

— Ах, как жаль, что у меня нет под рукой колдокамеры! — всплеснула руками Мариана.

— Мама! — простонала Дафна, заливаясь краской.

— Очень надеюсь, что на этом мои светские обязанности исчерпаны, — заметил я с усмешкой. — Это единственное па, которое я сумел вызубрить. Что дальше по списку? Ковырять в носу за столом разрешается? Да, и ещё: Малфои сказочно богаты, так что еды должно быть завались. Набивать брюхо от пуза можно?

Дафна испепелила меня взглядом, после чего тяжело вздохнула:

— Идём уже, пока я окончательно не пожалела о своей снисходительности.

* * *

Каминная сеть выбросила нас прямо в Приёмный зал Малфой-мэнора — место, с которым я был знаком куда ближе, чем хотелось бы. Впервые я очутился здесь во время охоты за крестражами, когда нас с Гарри и Гермионой схватили егеря, а позже не раз наведывался сюда уже в качестве аврора с обысками.

Разумеется, у камина нас встречало всё благородное семейство в полном составе. Люциус Малфой щеголял в роскошном струящемся чёрном сюртуке и белоснежной рубашке, опираясь на неизменную трость со змеиным набалдашником. Нарцисса Малфой стояла подле супруга: её наряд гармонировал со стилем Люциуса благодаря тёмно-серым переливам и кружевам. Драко же казался точной копией своего драгоценного папаши — разве что с изумрудными акцентами в отделке.

При виде меня они даже бровью не повели — Дариус, без сомнения, предупредил их заранее. Однако, сколь бы любезными ни казались их взгляды в адрес Гринграссов, неприкрытое презрение в мой адрес скрыть им так и не удалось.

Трость Люциуса едва заметно дрогнула, а лицо Нарциссы приобрело то самое незабвенное выражение. Гарри вечно сравнивал его с гримасой человека, которому под нос сунули свежую навозную лепёшку, хотя мне больше нравилось моё собственное определение — «Фирменная Нарцисса при запоре». Но главным украшением вечера был, конечно же, Драко. Тот выглядел так, будто вот-вот забьётся в падучей: его физиономия отчаянно металась между светским хладнокровием и желанием зарычать на меня во весь голос.

— Лорд Гринграсс, — поприветствовал Люциус с отточенной светской фамильярностью. — Искренне рад, что вы нашли время почтить наш дом своим визитом.

— Полно, лорд Малфой, разве можно было отклонить столь любезное приглашение? — гладко отозвался Дариус. — Позвольте официально представить вам Рональда Билиуса Уизли, нового Друга семьи Гринграсс.

— Разумеется, — холодно процедил Люциус, смерив меня ледяным взглядом сверху вниз. От этого выражения лица меня мгновенно отбросило в те времена, когда этот тип осыпал меня проклятиями в Отделе тайн. Я мгновенно нацепил бесстрастную маску и отвесил ему безупречный поклон.

— Доброго здравия, лорд Малфой, — произнёс я.

— И вам того же, юный Уизли, — ответил он. Руки для рукопожатия он не подал, но на это никто и не рассчитывал. — Мой сын Драко немало рассказывал о вас. Представьте моё изумление, когда выходец из семьи, столь преданной гриффиндорским традициям, вполне сносно прижился в Слизерине.

— Мне посчастливилось обрести союзников, чья поддержка позволила мне оказаться там, где я сейчас нахожусь, — парировал я.

— Да, чрезвычайно удачно, — протянул Люциус с едва уловимой язвительностью. — Всегда приятно видеть, как представитель столь... неамбициозной фамилии оказывается в благородном Доме Слизерина. Однако удовлетворите моё скромное любопытство.

— С превеликим удовольствием, лорд Малфой.

— Какие же устремления убедили Распределяющую шляпу отправить вас именно туда? Смею надеяться, речь идёт не о чём-то чересчур посредственном?

Я улыбнулся самой вежливой улыбкой, хотя в душе нестерпимо хотелось впечатать кулак в его холёную челюсть. Единственное, что удержало мою руку — живое воспоминание о том, как выглядел Люциус после Азкабана: исхудавший, сломленный, так и не оправившийся до конца даже после амнистии. Неамбициозная? Посредственная? И это заявляет человек, ползавший на коленях перед безумным психопатом, чья родословная была куда сомнительнее моей собственной!

Однако распускать руки было нельзя, так что пришлось пустить в ход слова.

— Моя мечта — создать агентство, предоставляющее частную защиту и наёмных бойцов высшей пробы, — ровным тоном произнёс я. — Как пояснил мне лорд Гринграсс, за пределами Англии эта концепция давно доказала свою эффективность. Надеюсь заложить фундамент подобного дела здесь. Возможно, стать первым.

— О, и к чему же кому-либо дополнительные телохранители, когда Министерство столь щедро выделяет авроров для нашей безопасности? — надменно вскинул бровь Люциус.

Я мысленно оскалился:

— Полноте, лорд Малфой. Кому, как не вам, понимать истинную ценность подобной меры, учитывая печальные события вашего прошлого?

Тяжёлая ладонь Дариуса опустилась мне на плечо, тогда как Нарцисса едва заметно сжала локоть Драко, чьё лицо уже перекосило от злости. Люциус же опасно сощурился:

— И что же вы имеете в виду, юный Уизли?

— Видите ли, я рассудил: будь у столь уважаемых господ, как вы, больше проверенных палочек под рукой, это уберегло бы вас от участи стать жертвой проклятия Империус, — невинно улыбнулся я. — Пусть об этом не принято говорить вслух, но всем известно, как несправедливо пострадала ваша репутация, когда вас вынудили творить чудовищные вещи по воле Того-Кого-Нельзя-Называть. Полагаю, многие респектабельные волшебники, угодившие в ту же ловушку, сочли бы скромную плату ничтожной ценой за гарантию того, что они никогда больше не станут марионетками в чужих руках.

Люциус уставился на меня ледяным взглядом, и я на секунду засомневался, не перегнул ли палку. Но когда он лишь молча скривился, я даже испытал лёгкое разочарование. Повернувшись к Дариусу, Малфой сухо обронил:

— Что ж, амбиций этому мальчику не занимать. Прошу вас, не смею более задерживать вашу процессию. Мой домовик сию секунду проводит вас в бальную залу.

Дариус усмехнулся:

— Полно, Люциус. Я знаю этот особняк как свои пять пальцев. Никаких провожатых не требуется.

Люциус натянуто улыбнулся уголками губ:

— Разумеется, что это я. Сегодня мой дом — ваш дом, Дариус. Приятного вечера.

— О, не сомневаюсь, вечер выйдет незабываемым, — кивнул лорд Гринграсс.

Покончив с любезностями, он повёл нас к двери слева. За ней открылся длинный устланный коврами коридор, украшенный гобеленами и фарфоровыми вазами на резных постаментах. Пройдя полпути, я украдкой проверил стены на наличие живых портретов и, не заметив ни одного, шумно выдохнул.

— Что ж, прошло вполне неплохо, — шепнул я. — Ай!

— О чём ты только думал?! — столь же тихо зашипела Дафна, пихнув меня локтем.

— Я всего лишь попытался прорекламировать свою бизнес-идею одному из богатейших волшебников страны, разве нет?

— Ты занимался совсем не этим!

Дариус внезапно не выдержал и негромко рассмеялся. Оба взрослых остановились перед нами, и на лице главы семейства играло неприкрытое веселье:

— Это было блестяще, Рон. Чертовски рискованно, но абсолютно великолепно! — он повернулся к супруге: — Мариана, ты видела их лица?

Мариана укоризненно покачала головой:

— Дариус, умоляю тебя, — затем повернулась ко мне и ободряюще сжала моё плечо: — Рон, постарайся всё же не наживать себе кровных врагов среди хозяев дома. Каким бы тонким ни казался тебе твой укол, открыто задевать лорда под его собственной крышей неразумно.

— Он их оскорбил? — раздался тоненький голосок Астории. Девочка с живым любопытством разглядывала меня снизу вверх.

— Астория, забудь, — строго оборвала Дафна.

Я виновато развёл руками перед Марианой:

— Как прикажете, леди Мариана. Впредь постараюсь воздержаться от столь тонких намёков.

Она снова покачала головой и выразительно посмотрела на мужа:

— Это всё твоё дурное влияние.

— Как будет угодно моей прекрасной даме, — ухмыльнулся Дариус, после чего посерьёзнел: — Но она права, Рон. Давай обойдёмся без лишнего шума.

— Простите, сэр. Я буду осторожнее.

— Большего я и не прошу.

Ещё несколько шагов привели нас к массивным двустворчатым дверям в конце галереи. Дариус обернулся:

— Ну что, вы трое помните порядок действий?

Мы дружно кивнули.

В приёмном алькове нас встретил статный мужчина при параде со свитком пергамента в руке. Завидев главу рода Гринграсс, он широко улыбнулся:

— Добрый вечер, лорд Гринграсс! — его голос прозвучал неожиданно мощно: чистый, раскатистый баритон, от которого веяло неподдельной властностью. И в то же время в нём слышались удивительно тёплые нотки.

— Донахью! — обрадовался Дариус. — И какими же правдами и неправдами Люциусу удалось затащить тебя к себе?

— Сами знаете, как устроен этот мир, милорд, — пожал плечами Донахью. — Каждому волшебнику нужно зарабатывать на кусок хлеба с маслом.

— Однако работать на меня ты почему-то упорно отказываешься, — с усмешкой парировал Дариус.

— Так устраивайте приёмы почаще, — весело отмахнулся церемониймейстер.

— У тебя есть таланты почище твоего золотого голоса, старый друг. В наших лабораториях тебе всегда нашлось бы достойное место.

— У меня слишком дрожат руки для тонкого зельеварения. Да и кем бы вы меня поставили? Толкать вдохновляющие речи перед вашими рабами?

— Высокооплачиваемыми рабами, — поправил Дариус. — И ты мог бы стать одним из них.

Донахью расхохотался:

— Заманчиво, но не моё призвание, милорд. Итак, как мне вас объявлять?

— Для нас с леди Марианой — как обычно, — Дариус указал на нас троих: — И, хоть это и спонтанное решение, я бы хотел, чтобы ты представил двух моих очаровательных дочерей вместе с их спутником — Рональдом Билиусом Уизли. Он — официальный Друг семьи.

Донахью озадаченно вскинул густую бровь:

— Берёте в оборот с малых лет, да, милорд?

Дариус хохотнул:

— Мальчик на редкость одарён. Да что говорить: всего пару дней назад он сварил образцовое Старящее зелье!

Я опустил глаза, чувствуя, как щёки заливает краска стыда и неловкости. *«Одарён»*. Ну да, легко быть гением, когда за плечами полный выпускной курс Хогвартса.

Донахью понимающе ухмыльнулся:

— А-а, так вот в чём дело! Растите себе потенциального высокооплачиваемого раба, лорд Гринграсс?

— Время покажет.

— И то верно, — распорядитель заглянул в пергаментный свиток. — Рональд Билиус Уизли... Где-то я уже видел это имя... А, вот оно. В самом низу списка. Хм. Видать, парень здорово насолил лорду Малфою: его велено объявить последним, когда соберутся все остальные гости.

— Ну уж нет, так дело не пойдёт, — Дариус небрежно извлёк из кармана пять золотых монет. — Уверен, лорд Малфой допустил досадную оплошность. Если возникнут вопросы — скажи, что я лично настоял.

— Спрячьте ваши галлеоны, лорд Гринграсс. Ради вас я готов сделать это бесплатно.

— Не пойдёт, — мягко возразил Дариус. — Благотворительность ляжет на меня тяжким бременем, а я пришёл сюда отдыхать. К тому же ты сам только что сказал, как устроен этот мир, Донахью.

Тот криво усмехнулся:

— Ваша правда.

Приняв монеты, он направился к дверям, ведущим в зал, обернулся и заговорщически подмигнул:

— Дайте мне полминуты, и я представлю вас как особ королевской крови.

Когда створка закрылась, Мариана покачала головой с загадочной улыбкой:

— Вечно ты водишь дружбу с самыми эксцентричными личностями.

Даже сквозь массивное дерево до нас донёсся громоподобный голос Донахью:

— Достопочтенные лорды и леди Древнейших и Благороднейших Домов!..

— Кто он такой? — шепнула Дафна.

— Донахью Тейлор, — отозвался отец. — Учился на пару курсов старше меня. Отличный малый, а уж его поставленный командный голос способен усмирить любую толпу.

…с гордостью объявляю Дом, чей благородный род уходит корнями в глубь веков!..

— Кажется, я где-то слышала этот голос, — подала голос Астория.

— Разумеется, милая, — кивнула мать. — Ты не раз слышала его по волшебному радио.

— Ой!

— Он известный комментатор дуэльных турниров, — пояснил Дариус.

…прошу приветствовать: лорд Дариус и леди Мариана из Древнейшего и Благороднейшего Дома Гринграсс!

— Наш выход, — Дариус ободряюще подмигнул мне. Я кивнул в ответ, глядя, как они с Марианой величаво выступают вперёд в распахнувшиеся створки.

От яркого сияния сотен свечей я на мгновение зажмурился. Из алькова открывался вид на грандиозный зал с купольным сводом и каскадом хрустальных люстр. Под сводами грянули вежливые аплодисменты, длившиеся ровно до тех пор, пока двери за четой Гринграсс не закрылись.

— Так, соберись, — пробормотала Дафна. Она снова придирчиво оглядела меня и расправила невидимую пылинку на плече. Затем оглядела себя: — У меня ничего не съехало?

— Ничего, Дафна, — искренне ответил я. — Ты выглядишь потрясающе. — Я взглянул на младшую сестру: — Вы обе красавицы.

Астория просияла, а Дафна отвернулась, пряча порозовевшие щёки, и пробормотала что-то неразборчивое, после чего подцепила меня под локоть. Переглянувшись с сестрой, Астория заняла место по правую руку от Дафны, оставив старшую в центре нашей маленькой процессии.

Я перевёл дух, нацепил светскую улыбку и попытался освежить в памяти все наставления Марианы, надеясь не опозориться на глазах у высшего света.

…наследница Дома Дафна Гринграсс, Астория Гринграсс и их почётный спутник, Друг семьи — Рональд Билиус Уизли!

Двери распахнулись настежь, и я взмолился Мерлину, чтобы никто из нас не запнулся на ступенях. К счастью, фортуна была на нашей стороне: мы ступили на лестницу в идеальный унисон. Натянув самую благожелательную мину, я предстал перед нарядной, чопорной толпой чистокровных магов.

Хоть я и бывал в этом зале прежде, видеть его залитым праздничными огнями было непривычно. Высокие арки с золотой лепниной, сверкающие хрусталём люстры, десятки круглых столов под белоснежными скатертями с вазами живых цветов...

Мы плавно спустились по широкой лестнице, ступая бесшумно благодаря толстому рубиновому ковру, под вежливые рукоплескания зала. Едва мы достигли паркета, Астория юркнула к родителям, как и было условлено: её звёздный час наступит позже, сейчас же главным предметом пересудов предстояло стать мне.

Гарри, наверное, лопнул бы со смеху, увидь он, как меня выставляют напоказ, словно породистого скакуна на ярмарке.

Впрочем, всё оказалось не так уж скверно. Дафна брала на себя приветствия, а мне оставалось лишь отвечать с безупречной учтивостью — что означало бесконечные поклоны, рукопожатия и целование дамских ручек. Куда сложнее пришлось, когда очередь дошла до Крэббов, Гойлов и прочих недобитых Пожирателей, чудом избежавших суда. Улыбаться этим типам и обмениваться с ними любезностями было физически тошно.

— Твоё отвращение прямо на лице написано, — шепнула Дафна, едва мы отошли от четы Кэрроу.

Я криво усмехнулся:

— Прости, Дафна. Есть тёмные семейки, которых я просто органически не перевариваю.

Она насмешливо вскинула бровь:

— Однако против нашей фамилии, Булстроудов или Забини ты ничего не имеешь?

— Ну, справедливости ради, из тех семей я знаю только Милли и Блейза. Кстати, а где они?

— У Булстроудов сегодня собственный приём. А пока Фина Забини не выйдет замуж в очередной раз, леди Малфой вряд ли захочет видеть её подле своего супруга.

— Звучит так, будто хозяйка дома не уверена в себе, — хмыкнул я.

— Практична, — парировала Дафна. — А теперь подберись, Рон. С этой семьёй тебе точно понравится общаться.

И здесь она не ошиблась. Я едва сдержал изумление, когда Дафна подвела меня к знакомой волевой волшебнице с моноклем в глазу.

— Рад знакомству, мадам Боунс, — произнёс я, осторожно коснувшись губами её пальцев. — Приятно видеть столь высокопоставленное лицо на этом празднике.

Она одарила меня сдержанной улыбкой:

— Взаимно, юный Уизли. Вы уже знакомы с моей племянницей, Сьюзен Боунс.

Я взглянул на пухлощёкую рыжеватую девочку, прекрасно зная, какой красавицей она станет через несколько лет.

— Здравствуй, Сьюзен. Чудесно выглядишь.

При моих словах Сьюзен смущённо залилась румянцем:

— Спасибо, Рон...

— Сьюзен регулярно держит меня в курсе хогвартских новостей, — заметила мадам Боунс. — Признаться, я была немало удивлена, узнав, что младший сын Артура оказался на Слизерине.

— Надеюсь, это не оскорбило ваших чувств? — отшутился я.

— Пока вы не нарушаете закон, молодой человек, мы прекрасно поладим, — спокойно отрезала глава Департамента правопорядка. — Впрочем, меня занимает один вопрос, Рональд. Могу я называть вас так?

— Зовите меня просто Рон, мадам. Чем могу служить?

— Сьюзен пересказала мне весьма тревожное предостережение директора Дамблдора в начале учебного года. До сих пор ко мне не поступало сведений о пострадавших, но я предпочитаю держать руку на пульсе. Вы бывали в так называемом запретном коридоре на третьем этаже?

Я честно кивнул:

— Бывал. И, откровенно говоря, там нет ничего, кроме запертых дверей и пыли. Мои старшие братья облазили замок вдоль и поперёк, но и они ничего подозрительного не обнаружили.

Мадам Боунс с облегчением кивнула:

— Что ж, это обнадеживает. И всё же, зачем директору...

— Слушайте, слушайте все! — раскатился над залом трубный голос Донахью, заставив смолкнуть сотни голосов.

— «Слушайте, слушайте»? — поморщилась Дафна. — Что за архаичные замашки?

…Древнейший род великих магов, чья слава гремит веками, пусть даже красота их женщин затмевает любые подвиги!..

Я оторопел. Чего?! Стоящая рядом Амелия Боунс тихо хмыкнула, пряча улыбку:

— Она ни капли не изменилась.

…встречайте: несравненная, дерзкая, пленительная и чарующая... леди Беллатриса Блэк!

Глаза Дафны полезли на лоб:

— Её пригласили?!

— Ничего удивительного, — пожала плечами мадам Боунс. — Она — глава Древнейшего и Благороднейшего Дома Блэк, как-никак. К тому же Нарцисса Малфой приходится ей родной сестрой.

…и её наследница, Девочка-Которая-Выжила — Вайлет Лили Поттер!

— Да вы, мать вашу, издеваетесь... — вырвалось у меня вполголоса. Я покосился на Дафну — та застыла с остекленевшим взглядом.

— Наследница? — растерянно прошептала она, словно обращаясь к самой себе.

— Завтрашний номер «Пророка» сметут с полок за считанные минуты, — покачала головой мадам Боунс. — Если только это не очередная её эксцентричная выходка. — Она взглянула на нас: — Насколько я слышала, мисс Поттер дружит с вами, Рон?

— Только со мной, — поправил я. — С леди Блэк я до сих пор не имел чести познакомиться.

— Поразительно, что она сочла себя достаточно окрепшей, чтобы появиться на публике. Впрочем, я её понимаю. Уверена, мисс Поттер с радостью представит вас своей крёстной.

Я прикрыл глаза, мысленно собираясь с духом. Дафна страдальчески скривилась, но коротко кивнула.

— С превеликим удовольствием, мадам, — выдавил я.

Мы направились к новоприбывшим. Дафна на ходу тихо негодовала:

— Это не может быть простым совпадением! Стоило объявить, что мой отец пригласил тебя в гости, как она объявляется наследницей Блэков?

— Держи себя в руках, — прошептал я в ответ. — Она не знает, что мы за ними следим.

— Мне всё равно это не нравится.

Я лишь пожал плечами. Подойдя ближе, я наконец смог рассмотреть их наряды. Вайлет была одета в облегающий тёмный костюм с серебряной вышивкой, напоминавший скорее боевой комбинезон, поверх которого струилась мантия с серебряными пентаграммами на рукавах. Образ завершали пышная юбка выше колен, высокие сапожки на каблуке и аккуратные серьги с сапфирами.

Я мысленно присвистнул. Для первого курса наряд выглядел чересчур... зрелым. Впрочем, сидел он на ней как влитой — Вайлет явно взрослела быстрее своих сверстниц. Отогнав лишние мысли, я перевёл взгляд на её спутницу.

И буквально потерял дар речи.

Леди Блэк выглядела сногсшибательно. Глубокое тёмно-красное платье на тонких бретелях дерзко обнажало плечи и подчеркивало пышные формы декольте. Подол платья спускался до пола, но разрез вдоль бедра открывал стройные ноги в полупрозрачных чулках и замшевых сапогах на шпильке.

— Вот это... да, — выдохнул я. Заметив косой взгляд Дафны, я поспешно прокашлялся: — Что?

— Ничего. Покончим с этим поскорее.

Приближаясь к Беллатрисе Блэк, я невольно напрягся. Разумеется, открытого нападения посреди бального зала я не ждал, но внешне она пугающе напоминала ту обезумевшую садистку, что сломала жизни десяткам людей. В душе всколыхнулась застарелая ярость при воспоминании о женщине, замучившей родителей Невилла и убившей Сириуса. Мне пришлось сделать над собой колоссальное усилие, чтобы удержать лицо: я прекрасно понимал, что эта Беллатриса — совершенно другой человек, но боевые рефлексы аврора было не так-то просто заглушить.

Впрочем, подойдя вплотную, я понял, что никогда бы не спутал её с Лестрейндж. Да, в глубине её тёмных глаз плясали безумные искорки, а озорная улыбка казалась до боли знакомой, но она была ослепительно ухожена.

Беллатриса Лестрейндж из моего мира тоже когда-то была красива — если не обращать внимания на её патологическое пренебрежение гигиеной. То ли сказывались годы в Азкабане, то ли природная дикость, но после побега она, казалось, ни разу не мылась: вечно всклокоченное воронье гнездо на голове, грязные разводы на бледной коже и пугающе желтые, гнилые зубы.

Беллатриса Блэк являла собой полную противоположность. Пышные черные кудри переливались живым блеском, безупречная кожа буквально сияла в свете люстр, а белозубая улыбка была способна свести с ума любого кавалера. Заметив меня, она весело оскалилась, шепнула что-то Вайлет и уверенной летящей походкой направилась прямо к нам.

Вайлет шагала следом, неестественно прямая и напряжённая, словно проглотила шпагу. Зато леди Блэк буквально парила, приковывая к себе взгляды половины мужской аудитории зала.

— Привет... Рон, — поздоровалась Вайлет.

Я мысленно нахмурился: в её голосе звенели странные, натянутые нотки.

— Привет, Вайлет, — улыбнулся я. — Не ожидал встретить тебя здесь!

— Да уж, — выдавила она неестественную улыбку.

— Всё в порядке? — искренне поинтересовался я.

Леди Блэк шутливо пихнула крёстную дочь локтем. Вайлет вздохнула:

— Да, прости. Просто не думала, что когда-нибудь окажусь на рождественском балу у Малфоев.

Я усмехнулся:

— Понимаю. Я и сам не планировал здесь оказаться, но лорд и леди Гринграсс сочли нужным представить меня высшему свету. Теперь я официально Друг семьи.

Вайлет смерила меня странным взглядом и покосилась на крёстную. Та склонилась к её уху, что-то шепча, и я волевым усилием заставил себя смотреть исключительно в потолок.

— Надо же, — наконец выдала Вайлет. — Похоже, твой визит к Гринграссам увенчался успехом.

— Более чем, — отозвался я и повернулся к взрослой волшебнице, отвешивая безукоризненный поклон: — Рад знакомству, леди Беллатриса Блэк. Я — Рональд Билиус Уизли, тот самый сомнительный слизеринский приятель вашей крестницы.

Я ожидал, что она протянет руку для поцелуя.

Вместо этого женщина внезапно шагнула вперёд и с размаху сгребла меня в охапку.

И вот тут я окончательно осознал, что эта Беллатриса не имеет ничего общего с чудовищем из моего прошлого. От неё исходил потрясающий аромат.

Каким бы глупым это ни казалось, обоняние аврора не обманешь. Забудьте про внешность: главным отличительным признаком Лестрейндж всегда была её тошнотворная вонь. При каждом столкновении едкий смрад возвещал о её появлении задолго до того, как мелькнет луч авады — хуже, чем из засорившегося деревенского сортира, как метко выразилась когда-то Гермиона.

Вместо зловония сточных канав меня окутал тонкий, дурманящий букет полевых цветов, дорогого чая, спелых ягод и пряных трав. Мерлин свидетель, я против воли сделал глубокий вдох. Мягкое тепло её объятий и пьянящий аромат пробудили во мне чувства, о которых двенадцатилетнему телу думать было рановато. Осознав это, я почувствовал, как мои уши вспыхнули пламенем, а мысли разлетелись вдребезги.

— Ой, какая прелесть! — воскликнула Беллатриса, сжимая мои щёки в ладонях.

Вайлет язвительно фыркнула:

— Ты бы ещё сильнее прижала. Глядишь, быстрее задохнётся.

Леди Блэк со смехом отпустила меня:

— Нельзя, он слишком очарователен, чтобы погибать такой смертью!

Обретя способность дышать, я поспешно отступил на два шага, часто моргая. Какого черта?.. Что это только что было?!

Вайлет ехидно ухмыльнулась, явно наслаждаясь моей растерянностью:

— Ты уж прости её, — в её голосе не было ни капли раскаяния. — Она такая с самого момента выписки. До смерти перепугала всех целителей-мужчин в Мунго.

— Это лишь доказывает, что они не способны совладать с сильной женщиной, — весело парировала Беллатриса, подмигнув мне: — А вот Рональд, кажется, крепкий орешек. Хочешь обнять его, пока он окончательно не окаменел?

Вайлет нахмурилась:

— Веди себя прилично, или я отправлю тебя обратно в палату.

Беллатриса показала ей язык:

— Ну вот, всю забаву испортила! — повернувшись ко мне с лучезарной улыбкой, от которой у меня пересохло в горле, она протянула изящную руку: — Здравствуй, Рональд. Рада познакомиться поближе.

— Я... э-э, взаимно, — с трудом пробормотал я, собирая остатки мыслей в кучу. Приняв её пальцы, я запечатлел положенный светский поцелуй: — Честь для меня, леди Блэк. И прошу, зовите меня просто Рон. Осмелюсь заметить, парадное представление не передало и сотой доли вашей красоты.

Её улыбка стала ещё более многообещающей:

— Ого, вот как?

Я улыбнулся в ответ, стараясь не отводить глаз:

— Вы куда прекраснее любых речей.

— Какой серебряный язычок! — рассмеялась леди Блэк. — Упражняй его как следует, Рон, в будущем он сослужит тебе добрую службу. Быть может, однажды я лично проверю, насколько ты искусен в речах, м-м?

Я опешил, чувствуя, как лицо снова заливает краска. Она что... флиртует со мной?!

Беллатриса лишь заливисто расхохоталась и ласково потрепала меня по горящей щеке:

— О, ты так восхитительно краснеешь!

Кажется, я что-то промямлил, но вряд ли невнятное мычание сошло за осмысленный ответ. Я в панике покосился на Дафну в поисках спасения, но та стояла бледная как полотно, взирая на главу рода Блэк со смесью благоговейного шока и ужаса. Последней надеждой оставалась Вайлет, но та лишь хмурилась с неприкрытой досадой.

— Не поощряй его, — процедила Поттер, качая головой.

Леди Блэк снисходительно хмыкнула:

— Тебе стоит получше маскировать свою ревность, дорогая.

— Я не ревную! — вспыхнула девочка.

— Ага, конечно, — отмахнулась волшебница. — Что ж, поболтали на славу, а теперь пойду проверю, не остался ли кто-то из моих старых школьных обожателей холостяком.

— Будто наличие жены тебя когда-то останавливало, — закатила глаза Вайлет. — Помню, как ты во всех подробностях расписывала, как сохла по моему отцу...

— Он тогда ещё не был женат! — фыркнула Беллатриса.

— Плевать, — буркнула Вайлет и повернулась ко мне, вздохнув: — Ещё увидимся... Рон.

— Да, непременно увидимся, — подмигнула леди Блэк напоследок с таким лукавым блеском в глазах, от которого меня снова бросило в жар.

Я оцепенело смотрел им вслед, пока чувствительный щипок за руку не вернул меня к реальности. Вздрогнув, я повернулся к Дафне, стоявшей рядом с каменным выражением лица:

— Вернулся на землю? — процедила она.

— А... да, спасибо, — тряхнул я головой.

Дафна смерила меня подозрительным взглядом:

— Занятная особа эта леди Блэк, не находишь?

От её вопроса отчётливо повеяло смертельной западнёй.

— Я бы скорее назвал её полоумной, — пробормотал я, оглядываясь туда, где скрылась парочка. — Скажи, мне показалось, или Вайлет вела себя как-то странно?

Дафна равнодушно дернула плечом:

— Возможно. Какая разница?

Я нахмурился:

— Наверное, никакой.

Спустя секунду она решительно тряхнула светлыми локонами:

— Пойдём, Рон. Нам ещё со многими предстоит познакомиться.

Я молча кивнул, позволяя ей увлечь меня дальше сквозь толпу гостей. Пальцы снова машинально нащупали сквозь ткань уменьшенный сундучок во внутреннем кармане, возвращая мысли к главной цели этой ночи. Лишние отвлекающие факторы мне были ни к чему.

Великий Мерлин, хоть бы нам больше не попалась на глаза эта сумасшедшая леди Блэк...