Церковь Северуса Снейпа. Попытка понять Снейписток: религия, фандом, социология и эротика (гет)

Вот, в чём дело. Вся эта работа, вся эта текстовая продуктивность и креативность — это всё равно работа, которую делают люди. Эта работа, очевидно, им нравится, но это всё равно работа. Они говорят о шоу и смотрят шоу, и другие люди смотрят шоу из-за того, что эти люди рассказали о шоу, и уже эти люди создают контент по этому шоу, из-за которых ещё какие-то люди начинают обсуждать шоу, из-за чего ещё другие люди начинают смотреть шоу, из-за чего и продолжают делать это самое шоу… Эти люди делают шоу! Это культура соучастия. Они принимают участие в культурном феномене, который приносит деньги тем или иным людям.

Описывая культуру взаимопроникновения, Генри Дженкинс указывает на то, что решения по тому, куда свернёт культура и в чём будет заключаться основной нарратив массмедиа, принимаются по вертикали от руководств медиакорпораций вниз до комнат подростков и наоборот. Например, технологии развиваются и корпорации проводят инновации своих сервисов настолько, что выложить собственное видео на всеобщее обозрение может кто-угодно и когда-угодно. Из-за этого один юноша из Канады выкладывает в сеть то, как он поёт (если кто не понял, я про Джастина Бибера). И это видео взрывает Интернет. А люди из дорогостоящих корпораций замечают, что этот молодой человек становится популярным среди подростков, и предлагают ему контракт, тем самым превращая его в ещё большую сенсацию! Две совершенно разные сущности проинформировали друг друга. Решения корпораций основываются на том, что интересно тинейджерам, а тинейджеров интересует то, что им подносят на блюдечке корпорации. Трансмедиальность позволяет этому происходить и быть столь плодотворным. Это концерты, клипы и треки на стриминговых площадках, которые являются, по сути, одним контентом, существующие на разных платформах.

Николь Ламерикс пишет о фандоме, как о чём-то, что можно назвать серьёзным досугом, систематическим занятием любителей. Люди вкладывают бесконечные часы кропотливой и порой выматывающей работы в создание чего-то, о чём никто их не просил, за что никто им не заплатит, да и вообще мало, кто обратит внимание на их усилия.

Однако, порой работа, проделанная участниками фандомов приближается на довольно опасное расстояние к истинной работе, особенно в тех случаях, когда индустрия использует их мастерство и увлечённость ради извлечения прибыли, которая не будет справедливо распределена. А в некоторых случаях бывает и такое, что случилось с пиратским аудио-сериалом, созданным каким-то левым фанатом Доктора Кто, который позже был поглощён каналом BBC и превратился в “Big Finish”, который сыграл неоценимую роль в возрождении самого сериала в 2005 году. Так что необходимо ценить вещи, создаваемые фанатами, ценить их участие в продолжении и возрождении медиапродуктов. Они могут также указать, в какую сторону повернуть нарратив, не так ли? Отсюда и фансервис происходит, это помогает сценаристам следить, что интересует их зрителей, это показывает корпорациям, какой мерч люди хотят, какие цитаты напечатать на футболках, какие магнитики пустить в продажу.

Но это раздел про капитализм… А у капитализма нет моральных ценностей. Капитализму неважно, какой контент ты делаешь. Капитализму интересно только то, сколько прибыли это принесёт и за сколько это можно продать.

Неофициальные конкурсы по фанарту, те самые конкурсы, которые произрастают из одной лишь надежды на то, что именно твою работу репостнет официальный аккаунт твоего фандома, если он будет достаточно хорош и, если ты продолжишь делать эти фанарты и продолжишь ставить теги со ссылкой на их аккаунт.

«Процесс трансмедиальности открывает новые маркетинговые стратегии и увеличивает выгоду бренда, так как он толкает аудиторию на взаимодействие с нарративом в более глубокой степени из-за желания проникнуть в его мир.»

Николь Ламерикс «Коллективные нарративы: интермедиальность в фандоме»

Понятно? Фанаты делают бесплатную рекламу брендам!

Трансмедийный дизайн сопряжён с определённой степенью преданности аудитории и нарративу, и канону, что создаёт весьма проблематичную среду для фанатов, желающих продолжить повествование и заинтересовать публику, но при этом не имеющих на это права. Примером может послужить история, когда Райан Гослинг надел футболку с принтом фанарта по Доктору Кто, на которой анонсировался следующий сезон этого самого «Доктора Кто», на премьеру фильма «Барби». Это привлекло к себе столько внимания, что BBC запретило продажу этой футболки даже для благотворительности!

Так что трансмедийный дизайн может подвергаться управлению и контролю. Представители индустрии могут выбирать, на что именно сделать упор из продуктов креативности фанатов, чтобы продвинуть нужную им идею. Люди, создавшие «Сверхъестественное» прекрасно знали, что именно сделало их шоу таким популярным.

Созидание является неотъемлемой частью фандома, а сам фандом крепко-накрепко связан с развитием мейнстримовской культуры и участием в этой культуре. Таким образом, неминуемым образом случается то, что аудитория начинает делить креативное пространство с самим медиапродуктом, который побуждает на созидание. А это всегда и без всяких сомнений заканчивается очень плохо, потому что мы человеческие существа, и что бы мы ни придумали хорошего в конце концов превращается в кучу дерьма!

Однако, такой уровень капиталистического надругательства требует большего, чем озабоченные домохозяйки и нерушимая магическая дружба, потому что лишь этим не протолкнуть кровь по венам этого исполина. Оно требует некоторой преданности, верности и, смею заметить, самоотречения. Похотливость — это недостаточное объяснение для бесчисленных часов неоплачиваемого труда. Тут дело не в том, чтобы классно провести время. Нет. Тут дело в признании. Тут дело в стремлении увидеть самого себя в медиапродукте. Тут дело в самоидентификации.