Семь дней, которые изменили мир (джен)

Каждое событие в нашей жизни неслучайно,

все они для чего-то нужны,

надо только понять — для чего именно.

(народная мудрость, записанная со слов тех,

кто слышал магистра Йоду)

Это был первый из череды праздничных балов, который император Палпатин давал в честь Дня Империи. Не самый помпезный. Но все, наиболее знаковые и влиятельные мира сего, присутствовали. Пока шла официальная часть, во время которой его величество восседал на троне, а его первый подручный и ученик торчал по правую руку, Палпатин нет-нет, да и посматривал с интересом на Дарта Вейдера. Обычно его мысли, (как правило — нелицеприятные), о подходящих с приветствиями вельможах легко считывались. Но сегодня младший ситх закрылся наглухо. Не то, чтоб Дарт Сидиус не смог бы проломить этот щит. Просто, зачем? Хотя и любопытно.

Но вот действо приобрело менее формальный характер. Собравшиеся неторопливо двигаются по залу, собираясь в кучки по интересам. Отпущенный «с цепи» погулять Вейдер, традиционно предпочитавший одиночество, сегодня приобрёл странную свиту. Сенатор Бейл Органа буквально хвостиком за ним таскается. И не подходит, и из поля зрения не выпускает. Ученик же словно специально от него бегает. Но вот к Органе присоединяется гранд-мофф внешних территорий Уилхафф Таркин, и вместе они довольно ловко загоняют лорда в угол.

Странная компания, к взаимной симпатии очевидно не склонная. Палпатин даже слегка потянулся к Силе, чтоб подслушать. Но защита Вейдера не позволила сделать это незаметно, а показывать свой интерес старший ситх не захотел. Хотя компания подозрительная: фактический командующий вооруженных сил империи, оппозиционный сенатор и влиятельный региональный лидер. Им бы еще человека из органов, и идеальный состав заговорщиков готов.

Накаркал что ли? К троице почти бегом направился директор службы имперской безопасности Арманд Айсард. Все четверо почти тут же перебрались на пустующий балкон. Палпатин отвлекся на кого-то еще, но зарубку в памяти сделал.

* * *

Обещание вернуться к разговору о судьбе Леи позже Вейдер исполнять явно не собирался. Бейл Органа это понял, но продолжал держаться рядом с киборгом, просто потому, что сил отступиться не было. В результате, едва не столкнулся с моффом Таркином. Общаться с этим вечно чем-то недовольным, желчным имперцем в планы Бейла не входило, но просто посторониться не получилось. Таркин шустро подхватил сенатора под локоть.

— Что, никак?

— О чем вы?

— О Вейдере, естественно.

— Не понимаю вас, гранд-мофф.

— Не прикидывайтесь, сенатор. Я в курсе. Кроме того, мы с вами в одной лодке, — обычно чуть сварливый тон Таркина вдруг сделался беспомощным. — У меня сын сегодня дома не ночевал.

— И что?

— Вы находите, что не возвращающийся со школьной экскурсии тринадцатилетний ребенок — это нормально?!

— Вашему сыну всего тринадцать?

— Да. Уилхафф поздний ребенок.

— Извините, но при чем тут я и лорд Вейдер?

— Уил был на экскурсии на «Обвинителе», на борту которого находился ситх и ваша дочь.

Не дождавшись ответа. Уилхафф-старший рванул к зазевавшемуся Вейдеру. Органа — следом.

— Зачем ты украл моего сына, тварь? — начал с места в карьер гранд-мофф.

— А зачем я его украл? — огрызнулся ситх.

— Вчера он не вернулся с «Обвинителя»! Точнее, вроде бы как вернулся. Но точно сказать никто не может: вроде видели, вроде нет. По головам сошлось, а четко вспомнить, где и с кем сидел, не могут. Явно твои шаманские штучки!

Вейдер задумчиво кивнул. Мысль о том, что похищение не обошлось без участия одаренного, беспокоила лорда с самого начала. Как еще можно незаметно вывезти детей с корабля, он не представлял.

— Моих тоже, — решил, что бегать от Органы, а теперь еще и от Таркина глупо, Вейдер.

— Что тоже?

— Тоже украли.

Все трое помолчали, переваривая услышанное.

— Так. Допустим. Но мы уверены, что они вместе? Как это могло произойти?

— Случайно. Я своих оставил в каюте. Там замок — пальцем открыть можно. Следы взлома имеются, причем — изнутри. Судя по замашкам вашей Леи, вполне могла подбить Люка на несанкционированную прогулку.

— Там дети встретили эту столичную шпану… — подхватил Органа.

— Мой может и шпана, но флаеры не угоняет! — огрызнулся Таркин.

— Ладно вам, — рыкнул ситх: — за своего не поручусь: я его всего один раз видел. Но, сдается мне, дети встретились, подружились, ну и пошли искать приключений себе на голову.

— А ваша хваленая охрана куда смотрела?

— Люк — одаренный, причем, сильный. Лея, к слову сказать, тоже. Вполне могли отвести глаза. В общем, до города они, похоже, добрались. А вот тут… Может и не спланированное похищение, но с ними что-то случилось.

— Что?

— Все, что угодно. Худший вариант сидит на троне.

— Зачем ему дети?

— Они — одаренные, а Сидиус конкурентов не терпит.

— Но мой-то….

— А ваш за компанию. Хотя, может все не так плохо. Зависли где-нибудь у друзей вашего сына. Или просто боятся на глаза показываться.

— Да уж, Вейдер, вы собственных детей за несколько часов так запугать успели...

— Заткнитесь, сенатор. Свободное воспитание моей дочери я вам еще припомню. А вы, губернатор, вспоминайте лучше с кем ваш дружит. Вы их обзванивали?

— Да ни с кем, так чтоб на ночь зависнуть, не дружит. Я его в столичную школу только в этом году перевел.

— Ну, с кем он за партой-то сидит вы знаете? — возмутился теперь уже Бейл.

— Знаю. С Санькой Айсард. Предлагаете позвонить ее отцу?

— А чего ему звонить. Вон он, легок на помине, — судя по тону сенатора, несмотря на шаговую доступность директора СИБ, Органа не горел желанием с ним общаться.

— Если бы точно знать, что император ни при чем, Айсард — именно тот, кто нам нужен, — не разделил сомнения Бейла Вейдер. — Но на «Обвинителе» зафиксировано применение СИБ-овской карты доступа к системам.

— Это если Санька карточку у папаши не сперла. Та еще оторва. Как с Армандом поругается, так у нас ночует.

— То есть Айсард может быть не в курсе, что дочь пропала?

— Запросто. Полгода назад за «двойку» по истории он обозвал ее идиоткой, способной только задницей на панели крутить, а на то, что она после этого три ночи у нас ночевала, он внимания не обратил. Они до сих пор не разговаривают толком.

Органа и Таркин, папаши со стажем, принялись осуждать методы воспитания директора СИБ. Как начинающий родитель, Вейдер в этот разговор не вмешивался. Предпочел аккуратно поковыряться в памяти Айсарда. Вроде бы ничего опасного. Следующим шагом стал безмолвный приказ, подчиняясь которому, Арманд вдруг вспомнил, что не видел дочь со вчерашнего утра, и надо б позвонить. Но комлинк молчал. Мало того, аппарат вызываемого абонента был выключен или находился вне зоны доступа. Более чем странно, если учесть, что пользовались они спецканалом. Директор попытался определить местоположение дочери по геолокации. Пусто. Позвонил домой. Дроид-секретарь прислал сообщение, о том, что последний раз госпожа Исанн вышла из дому вчера утром и больше не возвращалась. Айсард раздраженно убрал комлинк и буквально наткнулся взглядом на маску Дарта Вейдера, стоящего неподалеку в компании Таркина и Органы. Повинуясь странному ощущению того, что молчание комлинка дочери как-то связано с этой подозрительной компанией, руководитель имперской безопасности ринулся к ним.

К чести Айсарда, суть ситуации он понял сходу и без лишних ахов-охов.

— То-то я думаю, милорд, чего это вы своих штурмовиков массово в увольнительную отправили. Грешным делом, мыслишка на тему подготовки путча мелькнула. А теперь давайте о событиях последних дней максимально подробно.

Компания уже перебралась из шумного зала на уединенный балкончик. По пути Бейла Органу попыталась перехватить сенатор Мон Мотма. Но тот только досадливо отмахнулся. Не до трепа за демократию сейчас.

Балкончик оградил от лишних ушей и назойливых глаз. Но и тут болтать лишнее вслух Дарт Вейдер не счел нужным: просто скинул свои воспоминания прямо в головы всем троим. Те болезненно потерли вдруг нестерпимо заломившие виски, но недовольства не высказали. Пока сенатор и гранд-мофф переваривали узнанное, директор копался в планшете.

— Вот, вроде наши.

На экране сменили друг друга несколько размытых кадров, на которых четверо ребят ели мороженое, кормили чипсами голубей и садились в кабинку некоего аттракциона.

— Они!

— Съемка камер наружного наблюдения Центрального парка. Вчера во второй половине дня. Я понимаю, вы, милорд, хотели предотвратить самое страшное, поэтому ваши люди сразу ринулись по злачным местам нижних уровней. Прошлая ночь, кстати, там прошла на удивление тихо. Но дети-то пошли гулять в места гораздо более приличные.

— Ясно. Но потом?

— Потом, судя по сигналам с их комлинков, они вышли к остановке общественного транспорта и сели на монорельс в сторону центра. Доехали до остановки «Храм джедаев», вышли и направились в сторону развалин. Через несколько сот метров оба комлинка перестали подавать сигналы. Продолжаю просматривать записи камер в том районе. Но пока ничего.

— Время потери сигнала? — от прохрипевшего это Вейдера буквально пахнуло холодной ненавистью.

— Семнадцать пятнадцать по третьему часовому поясу.

Лорд покопался в своем планшете и грязно выругался.

— Таркин, что за тварь вы пригрели на «Обвинителе»?

— Не понимаю, о ком вы?

— Некто Пиетт. Офицер главного штаба, наблюдающий за ходовыми испытаниями.

— Да хатт его знает. Академию закончил с отличием, потом служил в моем секторе. У забрака на рогах пиратов гонял. Весьма успешно гонял. Я бы даже сказал — вдумчиво. Со склонностью к серьезному планированию и аналитике парень. Вот и устроил ему перевод в главный штаб, а тот в знак благодарности снабжал меня некоторой информацией. А в чем дело?

— Вчера именно он скинул вам информацию о моих детях. И не только вам, но и кому-то еще.

— Попался? Тогда, он ваш. Я не в претензии.

— Это — само собой. Но меня интересовал второй адресат. Парень про него сам ничего не знает. Вот и решил дать ему погулять по городу, посмотреть, с кем встретится.

— Ну, вы прям гений сыска, милорд; — фыркнул Айсард: — И как успехи?

— В шестнадцать сорок пять прибыл в космопорт, сел на монорельс до центра. В семнадцать тринадцать вышел у храма и направился на территорию комплекса, где, судя по сигналу «жучка», находится до сих пор.

— Вот и делай людям добро. Двурушник, хаттов. Будете убивать эту тварь, позвать не забудьте, — прошипел Таркин.

Органа не возражал. Айсард же не торопился делить шкуру неубитого ранкора и продолжал заниматься делом.

— Что за сообщение, выяснили?

— Только адрес получателя. Губернатор Татуина.

— Кто?! — взвыл Таркин.

Татуин входил в зону ответственности гранд-моффа внешних территорий, соответственно планетарный губернатор был подчиненным Таркина. С обещаниями лично скормить сарлаку второго за вечер предателя в своих рядах, мофф принялся вызывать на связь татуинского чиновника. Тот откликнулся практически сразу, при виде торчащих за спиной шефа ситха и сибовца заметно струхнул, но на том, что никаких писем с «Обвинителя» не получал, стоял твердо. Наконец, трясущимися руками полез проверять почту администрации, где обнаружилось письмо с личной почты Таркина, предназначенное для передачи фермерам Ларсам.

Конвертик пересланного сообщения замерцал на экране, и вот перед собравшимися появилась голограмма светловолосого мальчишки:

— Дядя Оуэн, тетя Беру, привет! Со мной все в порядке. Не волнуйтесь, пожалуйста. Меня нашел отец. Ну, в смысле, лорд Вейдер. И я улетаю с ним на звездном разрушителе. Ну, все. Мне пора. Позвоню, когда будет время.

— Это шифр какой-то? — растерянно уставился на голограмму уверовавший во вселенский заговор против себя любимого Таркин.

— Это мой сын с родственниками общается, — обиженно загудел Вейдер.

— Вы, когда ребенка забирали, Ларсов этих окаянных не предупредили что ли? — уточнил Айсард.

— Самодур бесчувственный, — фыркнул Органа и, почувствовав безмолвную поддержку имперских чиновников, продолжил морализаторскую атаку, правда, теперь на них самих. — Между прочим, на Татуине сейчас четыре часа утра. Перед губернатором извиниться бы надо будет. Да и офицер этот, Пиетт, кажется, не при делах. Вы б, господин директор, свои спецпропуска системы «вездеход» проверили. Сдается мне, не все на месте.

— Какого хатта?!

— Ну чем-то детишечки систему связи активировали.

— Думаете, им никто из экипажа не помогал?

— Едва ли. Но не в этом суть. Очевидно, история с письмом отношения к похищению не имеет, — вернул ситуацию под свой контроль Айсард. — Кстати, Вейдер, а как насчет записи с «жучка» на этом Пиетте?

— Сейчас должны переслать.

Дарт Вейдер чувствовал себя странно. В начале он вообще не понимал, чего это он так завелся. Какие-то склонные к суициду в особо циничной форме идиоты задумали перехватить у него его добычу. И что с того? Как только они проявят себя, он нанесет ответный удар, так, что мало не покажется. И ладно бы он завелся от обиды: увели-то из-под носа. Так нет же. К этому-то он относится спокойно. Наверное, из-за ощущения близости серьезного противника. Ощущение весьма смутное, но такого рода предчувствиям жизнь научила доверять. Но вот почему, вместо того, чтобы сидеть и спокойно ждать следующего шага противника, он дергается от страха за жизни этих сопляков? Ну, дети. Ну, его. Кстати, анализы надо проверить. Мало ли чего наболтать можно. Почему же от воспоминаний о взгляде наивных голубых и карих глаз у него щемит сердце и расплываются в идиотской улыбке губы? И ради их безопасности он готов… на что именно он готов ради безопасности своих детей в непосредственной близости от императора лучше не думать.

Тем временем Айсард внимательно изучал запись с «жучка». На взгляд ситха, абсолютно неинформативную. Человек собирает вещи в каюте, спускается с орбиты, садится в вагон монорельса. После остановки «Центральный парк» в устройстве начал барахлить звук, а потом и картинка в конец поплыла. Последнее, что можно более-менее разобрать — это севшие на места напротив подростки. Таркин узнал сына. Иссан в кадр попала только краем пестрой прически. «Жучок» работать не перестал, но ничего конкретнее собственного местоположения не передавал.

— Значит, что мы имеем? Дети скорее всего абсолютно случайно встретились и отправились гулять по городу. В парке за ними увязался некто с подавляющим сигнал систем слежения устройством в кармане. Ему каким-то образом удалось заставить детей пойти с ним в заброшенный храм без особого шума. Лейтенант последовал за ними. Скайуокера-то он узнал. В результате, скорее всего схлопотал по голове, и в развалинах мы имеем его труп. А детей вывезли неизвестно куда.

— Тогда от чего «жучок» до сих пор глючит? — засомневался Вейдер. Армейские средства слежения, вообще-то для работы в весьма агрессивных средах, типа обшивки вражеских кораблей предназначены. Их так просто не «убьешь».

— Либо лейтенанта прихватили с собой, и он продолжает находиться рядом со злоумышленниками. Тогда их логово в храме. Только, Вейдер, ради Великой Силы, не поднимайте 501-ый легион на штурм развалин. Однажды вы это уже делали. С многочисленными жертвами среди женщин и детей.

Лорд скрежетнул зубами, но согласился. Сдерживать свой гнев сегодня у него получалось гораздо лучше обычного. Видимо, если думаешь не только о себе, но и о тех, кто тебе действительно дорог, держать себя в узде проще. О себе думать некогда, а оправдание своей глупости и несдержанности глубиной своих же страданий начинает сильно смахивать на эгоизм.

— Но как они увели детей? — прервал размышления ситха Органа.

— Сильный одаренный.

— Откуда? — скривился Таркин.

— На Татуине кроме Кеноби никого не было. Вроде бы, — плюнул на конспирацию Органа.

— Может, джедай. А может, и не джедай, — отстраненно промолвил неджедай Дарт Вейдер.

— В первом случае вероятнее всего политический шантаж, — подхватил Айсард. — Если бы это была чисто религиозная разборка, неодаренных бы не тронули. А вот во втором…

— Второй может означать два варианта. Либо мы дали императору повод усомниться в нашей лояльности, и его величество так проверяет нас на вшивость. Либо это провокация с целью объявить наши действия мятежом против существующей власти, — закончил мысль запнувшегося директора СИБ гранд-мофф внешних территорий.

Органа поежился. В принципе, идея выходящих за рамки чисто политической борьбы действий против Палпатина витала в воздухе уже давно. Не без активного участия сенатора от Альдераана витала. Только соратников в этой борьбе он себе представлял несколько других.

Все смотрели на Дарта Вейдера. Тот с ответом не торопился. Выступать против повелителя Сидиуса просто страшно. Но придется. Ибо надеяться можно и на лучшее, но готовиться разумнее к худшему. Мантра о том, что все будет хорошо, а если все будет плохо, то ты этого уже не увидишь, не особо помогла. Правда, склонный не рассуждать, а действовать ситх не обратил на это внимания.

— Против лома нет приема, окромя второго лома. Сам нарвался.

— И кто, по-вашему, этот сам? — по привычке начал расставлять политические акценты Органа.

— А тот, кто нарвался, тот и сам, — ответил за лорда Айсард.

Не сильно преуспевший в остроумии ситх благодарно кивнул. Им теперь не остроумием мериться, а крепко думать надо. Особенно над третьим вариантом. Ибо успешного заговора против владыки Сидиуса лорд даже теоретически не представлял.

Но через миг все расклады стали уже неважны. Потому что Сила качнулась, словно потревоженная гладь болота, и выплеснула на лорда полный отчаяния и страха крик: «Папа!» Дарт Вейдер с тихим рыком рванул к ближайшему выходу: перилам балкона.

— Чего вы творите, ситх побери?! — нервно взвизгнул Таркин.

— Они в подвалах библиотечного корпуса храма джедаев, и им грозит опасность!

— Но, если император узнает… — вякнул кажется сенатор.

— Мне пох, — донеслось уже из сада.

Директор Айсард молча прыгнул следом. Остальные потянулись за ним.

* * *

Император Палпатин заинтересованно прислушался к всплеску Силы. Подошел к высокому окну зала, выходящему в парк. Проводил взглядом скользящие в сторону парковки тени.

"Значит, сперва штурмовой легион в столицу высаживаем, потом одаренных от учителя прячем, а теперь кружок по интересам из особо амбициозных идиотов сколачиваем? Ну-ну, смотри, ученик, чтоб склонность предавать тех, кого еще вчера искренно считал своими, не вошла у тебя в привычку. Я ж не Кеноби. У меня так легко не отделаешься" — скривились в злой усмешку тонкие губы.

В этот момент Палпатину доложили о появлении в городе механизированной группы с «Обвинителя» и передвижениях вейдеровских штурмовиков в сторону джедайского храма.

Злая улыбка превратилась в звериный оскал. Подчиняясь его властному жесту, несколько гвардейцев покинули зал. Вскоре и сам повелитель галактики засобирался прочь. Оставшуюся на балу элиту это только обрадовало. Что ни говори, а у всех словно камень с плеч свалился.