Доверяя сокровенное (джен)

Бек теперь был напряжён, его словами, и тем, что это был выбор, зависящий от его решения, но он ещё не услышал эти варианты, из которых ему следовало выбирать. Но он уже предполагал, что оба варианта будут сложными для него решениями. И теперь полностью сосредоточившись на наставнике и встав прямо, со всем своим вниманием спросил.

— И что же это?

Трон, не сводя с него глаз, и не меняя своего сидячего положения, выложил всё как есть.

— Первое... если ты соглашаешься. Я передаю тебе часть своих собственных данных, которые придадут тебе серьёзную поддержку в твоём начинании. И мы с тобой пройдём курс усиленных тренировок, чтобы подготовить тебя как можно быстрей. Пока у меня ещё будет время, чтобы обучить тебя, прежде чем меня полностью охватит разрушение. И ты продолжишь нести роль отступника, а позже и роль — Трона, — он сделал глубокую паузу, вздыхая, но собираясь с мыслями для того чтобы продолжить.

— Второе. Если ты откажешься, то я приму твоё решение, и больше я никогда и никому это не предложу. Но после этого, я не буду тебя больше учить или тренировать. Больше ты не сможешь быть Отступником, или тем более следующим Троном. Потому что я не могу допустить, чтобы неподготовленная ко всему этому программа, несла такую тяжёлую роль, без каких-либо причин и возможностей это сделать. — сделав ещё один вздох, он слегка наклонился вперёд, чтобы ещё больше увидеть лицо Бека, которое всё ещё держало сосредоточенно напряжённый вид. Но, не заметив каких-либо видимых изменений, которые показывали бы ему, к какому ответу склоняется молодая программа, он немного смягчил свой взгляд и добавил.

— Но не переживай. Выбрав второй вариант, с тебя спадёт эта ответственность за поднятия восстания. Тебе больше не надо будет переживать, и волноваться на счёт ведения тактик и планирования отступнической деятельности. А вместо этого ты сможешь опять вернуться в гараж и стать снова самим собой и восстановить свою привычную жизнь, которая у тебя была до того как встретил меня. Сможешь опять проводить больше времени с друзьями, без тех сложностей, которые у тебя возникали с ведением двойной жизни. Ты снова сможешь спокойно быть самим собой — быть настоящим, — на этом он закончил, ожидая какого-либо последовавшего после этого вопроса.

Через мгновение, Бек не услышав того, что же будет с самим Троном во втором варианте, спросил.

— Но, Трон, а что будет с тобой, если я откажусь? — тихо проговорил Бек.

Трон посмотрел на Бека, потом перевёл взгляд на Эйбла, который тоже повернулся и тоже внимательно смотрел на него, ожидая его ответа.

— Я... я буду оставаться на базе, и просто при поддержке Эйбла, существовать столько сколько смогу. Я не буду ничего больше предпринимать для восстания, в место этого я буду доживать отведённые для меня циклы в тишине и спокойствии Дальноземелья, — по окончании речи Трона, Эйбл утвердительно кивнул ему, что согласен с таким исходом и поддержит его до самого конца. Трон ответил благодарным прикрытием глаз, и опять перевёл взгляд на Бека.

— Это, наверное, трудный выбор для тебя, но я не жду ответа на это прямо сейчас. Я дам тебе несколько циклов подумать. Чтобы ты смог всё обдумать и принять то решение, которое ты сделаешь. Это всё что я хотел тебе сказать в этом цикле. Потому что это было для меня важно и это надо было рассказать как можно раньше, чтобы у нас было больше времени для принятия тобой решения. А сейчас ты можешь вернуться домой. У тебя есть два цикла, чтобы решить, что ты выберешь, после этого, я тебя буду ждать здесь на базе, чтобы услышать окончательный твой ответ. — Закончив речь, Трон оторвал от него взгляд, разжал руки и, поставив их локтями на колени, опустил на ладони уставшую голову, зарывшись пальцами в тёмные волосы.

Но Бек не сдвинулся с места, оставаясь на нём. Он серьёзно обдумывал обе вещи, сказанные до этого, и действительно, они имели серьёзные последствия его выбора. Они напрямую были связанные с ним и дальнейшей его судьбой, как две тропы, ведущие к разным конечным точкам, с совершенно разным финалам. В первом варианте он продолжает роль отступника и следующего Трона, в то время как во втором, он имеет шанс вернуться к обычной жизни, которую имел до встречи с наставником.

Бек уже давно всё для себя решил. Ему не надо давать больше времени на обдумывание предложения. Он конечно, не с самого начала принял тогда свою роль отступника. На тот момент, всё ещё сомневаясь, но по мере продолжения своего участия в этой деятельности, смог уже более осознанно принять эту роль, и действительно стремится к этой невероятной цели. И с каждым прожитым циклом, его уверенность в том, что он делает, только росла и подпитывалась, получаемыми им результатами. И то, что с начала ему казалось просто невозможным, понемногу стало становиться возможным — тем, чего можно было бы добиться благодаря тяжёлому труду. Но он был готов стараться, потому что хотел того, что и Трон. Хотел свободу всем программам, освобождения от тотальной тирании совершенства Администратора Сети, навязываемого всем и принудительного перепрофилирования, которое изменяла суть самих программ.

Эйбл видел напряжённую спину и опущенную голову юной программы, и медленно подошёл к нему, положив руку на плечо, чтобы немного заземлить того и выказать поддержку.

— Бек, всё нормально. Тебе не нужно принимать решение здесь и сейчас, у тебе есть время на это. Вернись домой, успокойся, встреться с друзьями, развей голову. Потом с ясными мыслями вернёшься к этому вопросу и уже скажешь, что выберешь. — немного пожимая его плечо, тихо, но настойчиво проговорил Эйбл.

Он, конечно тоже не хотел давить на парня, но это надо было решить в течение этих нескольких циклов. Потому что дольше тянуть было нельзя, но больше, к сожалению, они не могли дать ему времени на обдумывание, это был их максимум.

Но за место того, что бы поступить, так как ему сказал Эйбл, Бек сделал неожиданную вещь. Положив свою руку поверх руки Эйбла, покоящейся на его плече, он сжал его ладонь и, подняв голову на него, проговорил.

— Мне не нужна отсрочка Эйбл. Мне не надо время, чтобы что-то обдумывать, я это сделал уже давно и готов ответить прямо сейчас, без каких-либо дальнейших раздумий. — Резко сказал Бек, после чего, посмотрел на Трона, который поднял голову, когда он заговорил.

— Трон, я согласен. — с полной и непоколебимой уверенностью прозвучали эти слова, а в его глазах читалась только решимость, не было и крохи сомнения, страха или волнения.

Эйбл лишь слегка удивился, на такую поспешную реакцию и ответ. Но другого он от Бека и не ждал. Если Бек горел каким-то делом, он совершенно точно хотел бы довести начатое до конца, даже несмотря на все преграды ждавшие его на этом пути. Уж это он знал точно, за всё эти циклы, которые Бек провёл у него в гараже. Эйбл был готов поддержать его, чтобы тот не выбрал, он согласился бы с ним, и помогал бы, чем мог.

В то время как расширившиеся зрачки Трона говорили о немного другом. Трон, конечно, был слегка поражён уверенностью прозвучавшей в его словах. Он не ожидал, что Бек примет решение так быстро, и теперь у него самого появились сомнение, заставлявшие его убедиться в поспешно высказанном решении молодой программы. Поэтому он хотел дать понять, на что именно Бек себя этим решением подписывает, давая ему ещё один шанс хорошенько подумать.

— Бек... ты понимаешь, что соглашаясь, сейчас и принимая это предложение, ты не сможешь потом вернуться обратно и отступить от этого? Что это будет окончательно и безвозвратно. Ты уже не сможешь никогда вернуться к обычной жизни, даже если потом и захочешь это сделать.

Но Бека эти слова никак не могли остановить или изменить уже принятое решение.

— Трон, это окончательное моё решение и я согласен. Я не думаю отказываться от своих слов и не буду, — чётко проговорил Бек, стараясь подчеркнуть каждое своё слово.

— Я уже давно решил, что хочу помочь тебе и сделаю это, без сожалений.

Трон тихо выдохнул, после чего проговорил.

— Что ж, тогда будь готов к той ответственности, которая ляжет на твои плечи. Я поддержу и помогу тебе, но с этого момента всё станет ещё сложней.

Эйбл последний раз, сжав плечо и похлопав Бека по спине, отошёл обратно к диагностическому столу, в то время как тот остался стоять на своём месте.

Бека не смущали трудности. Его не испугали слова ответственности, или того, что он не сможет повернуть назад. Потому что он и не собирался. Но теперь высказав свой ответ, он не знал, что за этим последует, и что ему нужно будет делать.

— И так... Трон, как это будет? — теперь нерешительно спросил он, схватив свою руку и сжав её в локте.

— Передача данных?

— Да, я не сталкивался с эти и не знаю, как это будет происходить. — честно признался Бек. — И что это за собой в итоге несёт и как это мне поможет в этом деле?

— Во-первых, Бек. Я смогу передать тебе не все свои данные, иначе рискую разувериться раньше времени, да и не смогу этого сделать физически. Я передам тебе в помощь лишь их некоторую часть.

На этом моменте Бек слушал очень внимательно и сильно удивился, узнав новые факты, связанные с возможностями программ это делать. Или что от передачи данных программа может умереть.

— Подожди... программы, могут разувериться, делая это? Тогда это очень опасно! — Обеспокоенно начал Бек.

— Это неопасно, если делать это обдуманно. — теперь заговорил Эйбл. — На самом деле, программа может существовать и лишь с частью своих данных. Но опять же, если этих данных будет хватать на базовом уровне функционирования, а иначе программа рискует впасть в состояние похожее на кому. Но вот если программа совсем лишится своих данных каким-либо образом, то она сразу же погибает. Нет данных — нет самой программы, и это так и есть.

Эйбл посмотрел на удивлённые и взволнованные глаза Бека, после чего добавил.

— Но не переживай, у Трона достаточно его собственных данных, чтобы поделится с тобой ими, и это никак не повлияет на его шрамы на теле. Потому что они никак с этим не связаны. Его вирус влияет исключительно на его физическую оболочку, к его личным данным и возможностям он не имеет никакого отношения. И тебе этот вирус никак не сможет передаться, так что ты будешь в безопасности от этого.

Страх по поводу того, что Трон от этого действия может погибнуть, немного успокоился, и Бек опять посмотрел на наставника.

— И что эти данные должны мне дать?

— Они выведут тебя на совершенно иной уровень, чем у тебя когда-либо был, который даже за все циклы, ты бы никогда не смог достичь самостоятельно. Это непросто данные. Я передаю тебе непросто частичку себя. Я передаю тебе те недоступные остальным простым программам возможности, доступные только программам безопасности. А так как я не рядовая программа, а являюсь, можно сказать, главным монитором этой системы, то у меня есть некоторые привилегии в этом подразделении, которых нет даже у солдат высшего класса, как чёрная гвардия у Клу.

У Бека не сходило с лица восхищение и волнение, по поводу всего этого. Нет, он, конечно, знал что Трон главный системный монитор, но слышать это подтверждение из его уст было просто невероятно.

— Эти данные, хоть и будут содержать частицу меня, но они никак не повлияют на твою личность, но привнесут тебе то, что больше всего нужно для продолжения твоей миссии. Конечно, это будет не полные возможности, какие есть у меня, но всё же к некоторым функциям у тебя откроется доступ, и ты сможешь их совершать. У тебя повысится статистика и характеристика тела, и расширятся те возможности, которые у тебя уже были на более высокие значения... Ты, буквально, станешь на некоторую часть программой безопасности, при этом продолжая быть механиком, — закончил своё изложение Трон.

Бек даже не мог представить, что это когда-нибудь произойдёт. Что Трон готов доверить ему просто невероятное сокровище. Подарив ему возможности на продолжение борьбы против армии Клу. Силы чтобы справится с трудностями. Новые способности, чтобы выполнять более сложные миссии. Бек собирался это всё принять и использовать их исключительно на благо восстания. Он посвятит этому всего себя, без остатка. Он не подведёт Трона, его доверие и веру в него. Он сделает всё, чтобы это было не напрасно и оправдает его надежды, на лучшее будущее для Сети.

Но тут Беку пришлось остановиться с бегущими впереди него мыслями, и действительно подумать над сказанными словами. А могло ли это у них вообще получиться сделать.

— Трон, но откуда ты знаешь, что должно произойти именно это? Откуда стало известно, что это работает, и своими данными можно поделиться, и что, получая их, вы получаете и возможности связанные с ними, ведь это негде не афишировалось? — в итоге он задал интересующий его вопрос.

На что получил неоднозначный ответ. Бек успел на мгновение увидеть, как глаза его наставника сначала расширились, а потом мгновение спустя потускнели, он отвел свой взгляд, и его лицо нахмурилось.

— На своём горьком опыте. — Только и произнёс он, и на его лице образовалась маска, не выражающая никаких эмоций, что показывало его закрытость в этом вопросе.

— То есть, ты это уже делал? Ты уже кому-то передавал часть своих данных, и это сработало? — Не смог удержаться от вопроса Бек, игнорируя эту отстранённость наставника, в пользу возникшего и неукротимого интереса, и известия, что до него, ещё кому-то удалось заручиться его доверием.

Но Трон, ничего не ответил, вместо него с ним заговорил Эйбл, который успев бросить сочувственный взгляд на Трона, решил ответить на угнетающий его старого друга вопрос. Тем более им нечего теперь было скрывать от Бека, так как он уже кое-что знал. Так что, это было бы всё равно бесполезным решением умалчивать об этом.

— Да, и это было один раз, и очень-очень давно. А так как я был свидетелем, поэтому могу сказать, что отчасти это сработало. — Хрипло проговорил он, хотя Эйблу тоже было не особо приятно вспоминать об этом.

Это было связанно с одной очень определённой программой, которая после всего, в будущих их приключениях и некоторых принятых ей решений пошла против них. Сначала это приносило, старую боль и сильную обиду, но на тот момент это было одно из лучших и радостных событий, связанных с этой конкретной программой. Но спустя время это воспоминание потеряло те краски и просто превратилось в то немногое, что напоминало о когда-то хороших временах, что уже прошли, и это больше никогда нельзя было бы вернуть. Он сам смирился с этим, но Трон... Трон всё ещё не мог, и Эйбл как никто другой понимал его чувства, но никак не мог ему помочь с этим.

Бек ещё сильней разволновался от того факта, что это уже происходило раньше, хоть ему стало немного обидно, что он был не первый. И ему не терпелось узнать, кому же так повезло до него, что Трон действительно в кого-то поверил и даровал свои способности.

— И кто же это был? — Вопрос сам вырвался из его рта, когда его мысли, что стали предлагать различные идеи, выдали определённый ответ на это. Что он сначала об этом даже не подумал, и в последний момент вспомнил, но уже было поздно, и вопрос сорвался с его уст, хотя Бек рефлекторно прикрыл после этого рот рукой. Догадка, сложенная из некоторых имевшихся у него данных, ударила по нему с некоторым осознанием, что он уже и не нуждался в ответе. Он ведь даже не первый ренегат, которого Трон тренировал, что бы тот занял его место. И Бек уже знал и получил возможность, познакомится с тем, кто носил это звание по праву — тот, кто был первым Ренегатом, и продолжает оставаться им, и по сей цикл.

— Сайрус. — Прозвучал ответ от Эйбла, полностью подтверждающий собравшиеся воедино мысли Бека.

Трон же был в этот момент погружён глубоко в мысли и старые воспоминания о прошлом. Он лишь отчасти слышал, что Беку отвечал Эйбл, и Трон даже не собирался его в этом останавливать.

Перед его глазами проносились те времена, после того, как Сайрус вытащил его из распознавателя, который должен был доставить Трона к Клу, и тем самым спас его от неминуемого. Как он был первой программой после этого, вернувший ему надежду и заставивший бороться и продолжать это делать, несмотря на всё случившееся с сами Троном.

Как Сайрус своими словами и действиями вселил надежду и подал эту самую идею с восстанием, заставившим Трона поверить в то, что это сможет сработать. И Трон тогда действительно поверил в него. После всего, что ему пришлось пережить и пройти, он доверился Сайрусу. Пересилив свои страхи, он хотел сделать его следующим Троном. И Трон так и сделал.

Он вложил многое. Обучал, тренировал, и дело дошло и до того, что он искренне предложил поделиться своими способностями для того, чтобы помочь Сайрусу в его нелёгком деле. Но потом шло время, и Сайрус после неопределённого момента, (Трон так и не смог сказать, когда же это началось, и он это пропустил, не заметив этого), стал меняться и не в лучшую сторону. А потом он предал всю их веру, и совершил много чего, что теперь заставляло Трона жалеть обо всех принятых им решениях связанных с Сайрусом.

Трон, конечно, делал несколько попыток вразумить того. Вернуть на их путь... Но это было бесполезно. Из-за чего ему пришлось принять сложное решение. Но, нет. Он не смог того обнулить, не хватило силы духа. Не помогло и то, что Сайрус за всё проведённое с Троном время, стал очень дорог тому, и у Трона просто не поднялась рука. Поэтому лучшим вариантом выступила идея Эйбла о том, чтобы просто запереть несносную и обезумевшую программу в карманном измерении-ловушке. Что в итоге было сделано, и это работало до сих пор. Пока в это случайно не вмешался Бек, непреднамеренно всё разрушив.

И Трон мог бы продолжать и дальше, прогонять эти мысли по кругу, но он опять услышал сквозь приглушение у себя в аудио датчиках имя, произнесённое Эйблом, что вывело его из этого состояние. Он вернулся из мыслей снова в реальность окружающую его в настоящий момент, что опять оказался в медицинском отсеке с находящимися рядом с ним программами. Иллюзия прошлого и старые воспоминания померкли, явив перед ним, стоявшего немного в стороне Бека, зажавшего себе рот и смотрящего на Эйбла большими и испуганным глазами. И самого Эйбла, который с печальным выражением смотрел в ответ на молодую бету-программу. Но сейчас он как-то выпал из контекста, о чём именно те говорили, поэтому ему пришлось немного подождать, чтобы понять на каком они месте и догнать мысль.

— Трон выбрал его до меня. Конечно, это было бы верно сделать в его случае. — тихо пробормотал Бек, медленно опуская руку от лица.

— Тогда Сайрус был единственным вариантом для Трона. И тогда он преподнёс себя в хорошем свете, что даже я доверял ему и поддержал хрупкое решение Трона, выбрать того в качестве своего протеже.

Для Бека слышать такие откровенные речи про того, кого он встретил и имел несчастье, познакомится, были очень необычны. А особенно слышать то, кем была это сумасшедшая программа до всего этого и, что он был настолько хорош, что заслужил доверие, как Трона, так и Эйбла. Это говорило ему о многом.

— Я выбрал его. Я доверял ему... — прорвался хриплый голос из стороны, и привлёк их внимание к Трону, который теперь сжал ладони в кулаки и упёр их по бокам от себя в кресло под ним, продавливая мягкий материал.

— Я доверил ему часть себя, в надежде помочь... И как же я был слеп... Не видел как он меняется... Не заметил того момента когда он сломался... извратился. — продолжал бормотать Трон, выдавая в своих словах ту тяжесть, которую он чувствовал. Тот гнев и печаль, смешенные с сожалением.

— Он предал наши стремления... Обратил всё то, чему я его обучал во вред... Подвёл мою веру в него... — прозвучал сжатый вздох, и на мгновение Трону пришлось зажмурить глаза, чтобы восстановить контроль над эмоциями, которые стали понемногу просачиваться через его безэмоциональную маску, выдавая его с головой.

Потратив несколько секунд, открыв глаза, он опять уставился на серый пол, и продолжил, уже восстановив некоторое самообладание. Хотя осколки были всё ещё хрупки и могли легко треснуть, выплеснув всё копившееся наружу. Но он просто не мог себе этого позволить, не сейчас и никогда. На это не было, не времени, ни подходящего места, тем более это могло подождать.

— Хотя в этом есть доля моей вины... Я не смог за ним доглядеть... Упустил что-то важное, что могло тревожить его... Проигнорировал сигналы... и жестоко поплатился.

— Трон, ты же знаешь, что это не правда! Не надо брать вину другой программы на себя, когда он это сделал, прекрасно зная к чему это всё ведёт! — вмешался Эйбл, заставляя Трона прекратить самобичевание.

— В том, что Сайрус натворил, это было только его вина и ты здесь совершенно ни при чём. Я тоже был там и тоже видел всё, что он сделал. Поэтому могу с уверенностью сказать, что он сделал всё намеренно, и ты никак не мог на это повлиять! — теперь полностью сосредоточившись на поникшем Троне, обвиняющем себя, Эйбл направился к нему, по пути обходя Бека.

— Но будь я более внимательным ранее... Я мог бы это всё предотвратить, и он бы не сбился с пути, Эйбл! — настаивал Трон.

— Трон, я тоже был в это время с тобой. Но поверь, я тоже не смог вовремя заметить эти изменения, не только ты! Даже заметь их раньше, ты всё равно бы не смог ничего сделать с тем, кто уже принял решение. — также пылко продолжал возражать ему Эйбл.

Подойдя к тому месту, где тот сидел, сжав его плечо, и наклонившись на его уровень, чтобы их лица были на одной линии, тихо понизив голос продолжил.

— Ты ни в чём невиновен, и не смей винить себя за действия кого-то.

Трон не поднял головы, даже когда почувствовал, как его рука легла ему на плечо, он продолжил сжимать кулаки. Пальцы впивались в ладони, причиняя здоровую отрезвляющую боль, но слова произнесённый после, заставили его остановиться. Конечно, он все ещё не мог отбросить это просто так, потому что в глубине души продолжал винить в случившемся себя, но Трон озвучил последнее, что, по его мнению, должно было опровергнуть все доводы Эйбла.

— В конце-концов, я был его наставником, Эйбл... — почти шёпотом проговорил он.

Эйбл, так как стоял совсем близко услышал его, и просто крепче сжал руку, а сам отрицательно помотал головой.

— Это так, но это не является подтверждением вины. Это не может быть ответом или тем, из-за чего стоит себя винить.

Эйбл хотел вытащить Трона из этого, но пока Трон сам не сделает первые шаги, он ни как не мог ему помочь.Но он старался подтолкнуть его, к действиям и заставить двигаться дальше, а не увязать в том, что только и хочет этого от него. Увязнуть в этих страданиях, боли и отчаянии, которых в его жизни было видимо-невидимо. Но Эйбл, старался быть оптимистом за них двоих, пытаясь внушить Трону, что не вся его жизнь была так несчастна, и что в ней были и хорошие моменты. Что на каждую тьму, находился свой свет, что придавал сил держаться дальше, даже несмотря на сгущающиеся тёмные тучи, ожидавшие их впереди пути.

И пока они находились вот так рядом, и Эйбл всё ещё передавал через их прикосновение успокаивающие волны. Они оба потихонечку приходили в себя. По крайней мере, Трон, почувствовал это некоторое облегчение и поддержку, исходящую от его друга, в которой он так нуждался. И которую, последнее время старался избегать, не осознавая, как это было для него нужно.

Бек при виде их тихого взаимодействия, почувствовал себя немного лишним, но ему также было интересно то, произошедшее между ними и Сайрусом. Что завеса, которая витала над личностью Сайруса после этого короткого их диалога, приоткрылась. Открывая некоторое всё ещё туманное прошлое, которое по большей части всё ещё было сокрыто недосказанностями. Но это уже дало Беку информацию для размышления. И подождав момента, когда обе старшие программы соберутся с мыслями, Бек, всё ещё теребя свой локоть уточнил.

— Значит, до меня единственному кому Трон сделал такое предложение, был Сайрус? И... и передача данных прошла успешно?

Эйбл снова поднялся, но, не убирая руки с Трона, немного сдвинулся в сторону. Встал сбоку от кресла в промежутке свободного пространства, между ним и ближайшей койкой, но всё ещё оставаясь рядом с Троном, поддерживая с ним физический контакт. И посмотрев на Бека, ответил.

— Да... именно тогда мы узнали, что это не невозможно и можно поделиться своими умениями с другой программой.

— Мне удалось передать ему данные... — в этот момент проговорил Трон, подняв взгляд на Бека.

После этих слов у Бека появились некоторые образы в голове, которые подтверждали увиденное им раннее. А это было именно то, что оставило в тот момент его шокированным от определённых действий той безумной программы.

Сайрус ещё, когда он только первый раз заметил его, показался ему очень странным с необычными световыми цепями, разбросанными на нём. Их количество превышало то число цепей, которые были у нормальных среднестатистических программ. Количество этих цепей было превышено раза в три, и помимо этого они отличались своим видом и тонкой формой, переплетающейся с крупными основными линиями, которые были у того изначально. Но самое тревожное и подтверждающее его слова о том, что он действительно являлся первым ренегатом и учеником Трона, было, когда он сложил руки перед собой и на них, световые цепи, сложившись в определённый характерный узор. В этот момент, вспыхнув ярким свечением, выделяя четыре квадрата в символ буквы "Т". На верхней руке красовалось три квадрата, в то время как на находящейся под ней, был один. Что просто от этого нельзя было отмахнуться или как-то опровергнуть их происхождение или то, к чему они относились и, какой программе принадлежали изначально.

— Но это было не то, чего я тогда ожидал. Ему передалась ничтожно малая часть, почти 1/10 от того, что у меня было.

Образы Сайруса пропали, и Бек вернулся к лицу наставника.

— Ты хотел передать больше, но это не сработало... но почему? — В итоге спросил он его.

— На тот момент я хотел передать ему больше. Но это было достаточно трудно сделать из-за наших изначальных кодирований.

— Что? — Не понимая, спросил он.

— На самом деле это было связанно напрямую с тем, кем мы являлись друг для друга, и это никак не было связано с нашими отношениями в качестве наставника и ученика. — на этом моменте Трон опять вздохнул, и снова продолжил, желая унять интерес молодой программы.

— Мы оба были программами безопасности — я и он. А как ты, наверное, уже знаешь, у нас программ связанных со сферой безопасности и защиты системы, немного другая структура кодирования и дополнительные возможности, которых нет у прочих программ. У нас усиленная защита, как физического тела, так и внутреннего кода, что было намеренно сделано для облегчения борьбы против сетевых жуков и любых других угроз. Именно дополнительные слои защиты позволяют нам находиться в первых рядах по защите Сети. Именно наша дополнительная улучшенная защита, прописанная в нашем коде, помогает противодействовать попыткам вирусов на нас влиять. Усложняет им задачу добраться до нас, и как-либо влиять на наш код, пытаясь его повредить, для этого им бы потребовалось больше времени, чем на любую другую программу. Мы спроектированы таким образом, чтобы противостоять как внешним, так и внутренним угрозам, с наибольшей стойкостью и эффективностью.

Бек, конечно, не знал всего этого, но он предполагал что-то на подобии. И теперь Бек понимал, почему ему, даже несмотря на тренировки, было труднее победить некоторые группы солдат, в то время как с остальными он почти не парился. Всё зависело от изначального программирования того, с кем он в этот момент сталкивался, и теперь он смог понять то не улавливаемое им различие, которое стало понятно только сейчас.

Те, с которыми ему удавалось справиться быстро — это были программы из других сфер и областей, не имеющих отношения к безопасности, но насильно перепрофилированных и превращённых в солдат. Но хоть их обучали драться, они к сожалению не получали того защитного и усиливающего их кода, который должен был бы, быть у программ безопасности. Поэтому те всё ещё оставались теми же программами, которыми они и были, просто с промытыми мозгами.

Но в то время когда, Беку приходилось прикладывать определённые усилия, чтобы сразить других военных программ, это уже действительно были программы безопасности, которых подчинили и использовали с другими немного извращёнными целями. И сейчас в голове Бека всё встало на свои места.

— Оказалось именно наша защита от внедрения и от потери данных, как раз таки и стала причиной того, что я смог отдать ему лишь самую малость. И то, это было сделано с немалыми приложенными нами с обеих сторон усилиями. Наши кодировки сопротивлялись и автоматически защищали себя от внедрения или же от передачи данных, считая это за угрозу. Потому что в основном передача данных, в организме программы безопасности, оказывается тоже чем-то, что определялось как бы непосредственной угрозой для этой программы. И мой организм на некотором уровне только лишь мешал мне это сделать, уплотняя ту защиту от потери кода и сдерживая их потоки. Хотя это было в этот момент не нужно, но, к сожалению, я не могу это отключить. — закончил излагать Трон.

— Но, несмотря на это, Сайрус всё равно получил некоторую часть? И... и он должно быть сильно усилился благодаря твоим способностям, разве не так? — выслушав его до конца, спросил Бек.

Трон слегка помотал головой.

— Он уже сам по себе был отличной программой безопасности. И то, что ему дал я, это были сущие пустяки. Мои данные можно сказать, никак не смогли повысить уровень силы, которым тот уже обладал. Но всё же, это ему отчасти где-то да помогло, поверхностно что-то улучшив.

Бек вспомнил ту силу, с которой ему тогда посчастливилось столкнуться. Когда ему пришлось противостоять Сайрусу, и то, как ему, по сути, просто повезло сбежать от того.

— Трон, а после того, когда он тебя предал, ты не стал забирать у него то, что ты ему отдал? Или забрать уже было невозможно? — вдруг неожиданно Бек задал такой вопрос.

Трон на некоторое время остановился, задумавшись и припоминая давно прошедшие события.

— В этом не оказалось смысла, Бек. Я не хотел, чтобы тот больше, пользовался возможностями, используя мои данные, но даже как ты и сказал, забрав их обратно, это ничего не дало.

— Как это понимать! Ты же их вернул, у него их не должно было остаться? — Настаивал Бек.

Но когда Трон опять сжал губы, он наклонил голову в сторону Эйбла, как бы давая тому возможность ответить дальше за него. Потому что ему было всё ещё трудно с этим справляться, и вспоминать всё то, что касалось его действий в прошлом, что в настоящем он считал своими легкомысленными ошибками.

Получив возможность, Эйбл ответил на этот вопрос.

— Понимаешь. Оказалось, всё было намного сложнее, чем мы считали изначально. Сначала мы считали то, что ты отдаёшь, то в случае необходимости можешь и вернуть. И в принципе это работало, но здесь была скрыта и ещё одна немаловажная загвоздка.

— И какая же? — С нетерпением вопрошал Бек.

Эйбл убрал руку с плеча Трона чтобы, иметь возможность жестикулировать двумя руками.

— Оказалось, что к вопросу передачи кому-либо своих персональных данных, в которых содержались определённые характеристики и способности программы, отдающей свой код, надо подходить с очень и очень большой ответственностью. Потому что после того, как ты из-за чего-то хочешь вернуть свои данные обратно, считая, что ошибся с тем, кому ты их передал, это уже будет бесполезно. Я имею в виду, что да, ты сможешь их забрать обратно, но... Но! — Эйбл специально сделал паузу, и продолжил.

— То, что ты когда-то кому-то передал, копируется. И даже забрав исходный код, копия его остаётся у программы и та продолжает пользоваться теми возможностями, которые предлагал этот код.

— То есть, другими словами, когда-то единожды доверенные способности остаются с программой навсегда? — Шокировано заключил Бек, на что Эйбл кивнул головой, подтверждая его слова.

— Поэтому, надо с осознанием подходить к этому делу. Чтобы определённые способности не попали в руки тех, кто хотел бы воспользоваться ими во зло. Потому что иначе, мы сами создадим сильного врага, который сможет воспользоваться нашими же методами против нас, и обернуть способности против их же первоначального владельца, что будет очень не хорошо. — Заключительно подытожил Эйбл.

— Именно из-за этого я потерял надежду, когда-нибудь передать мои способности. — снова сдержанно заговорил Трон, набравшись сил и собравшись с мыслями, сведя руки в замок перед собой.

— Я уже не мог доверять больше ни одной последующей программе, которую пытался обучить. Не одной из них, я уже не мог полностью довериться. Никто не смог добиться полной моей благосклонности. Или же это я не давал им близко ко мне приблизиться, чтобы им самим можно было бы довериться мне. А потом и вовсе терял их, не имея возможности спасти. Из-за чего пришел к пониманию, что без настоящего взаимного доверия между мной и другой программой ничего не получится сделать. Я на продолжительный период бросил всю эту затею с восстанием. — с тяжёлым вздохом проговорил он, после чего встретился взглядом с Беком, и его хмурое выражение слегка разгладилось.

— После этого я совсем утратил веру, что когда-нибудь смогу найти настоящего приемника, кто сможет нести звание Трона и продолжить начатое мной и всеми программами, кто тоже приложил к этому свои силы и вложил неописуемый труд в это всё. Но это изменилось с неожиданным появлением одной молодой программы... — В его глазах проблеснул свет, и в уголках губ появился намёк на улыбку, предназначенную для Бека.

Бек был обескуражен такими словами. Он даже не мог подобрать слов, замерев и продолжая слушать, признание наставника.

— Программы, которая смогла показать мне то, что я не замечал. Прямо указать на вещи, в которых я мог ошибаться, не боясь моей реакции. Программа, что была честна со мной во всём, и не боялась получить осуждения за свои слова. Тот, кто заботился обо мне, когда я сам этого не делал, и кто заставил меня понять некоторые важные вещи, и посмотреть на них новым взглядом. И в конце-концов, именно это программа смогла, после всего этого времени, найти путь ко мне, и заставила эту надежду, слабо теплящуюся внутри меня разгореться и поверить, что именно она может быть тем, кого я так желал найти все эти циклы. И это был — ты Бек.

— Я... — всё ещё неверяще пробормотал Бек, на всё признание наставника.

— Я доверяю тебе и ты единственный, кто смог после того, что случилось с Сайрусом, своими словами и действиями заставить меня открыться кому-то и впустить его ближе, чем кого-либо до этого.

— Трон, я... Я не знаю что сказать. Я тоже доверяю тебе, и всё что я делал, это просто старался быть самим собой, не придавая своих принципов вот и всё. — замялся Бек, впервые не имея возможности, чтобы сформулировать что-то более нормальное.

А от этих откровенных речей ему немного вскружило голову, хотя он и старался сдерживать свой восторг по поводу всего этого. Что, являясь обычным механиком, смог стать достойным доверия самой легенды Сети — Трона. И тот был более чем готов, чтобы доверить ему невероятные возможности и буквально часть себя.

— Больше и не нужно. Ты всё доказал своими поступками, которые совершал отталкиваясь от своих принципов и согласно им принимал правильные решения, даже там, где иной раз я мог совершить ошибку. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы добиться моего расположения. — заверил его Трон, видя эту сияющую молодую программу, которая со всех сил старалась скрыть, насколько он восторжен и, буквально, искрился этой энергией.

Бек, единственное, чуть ли не подпрыгивал на месте от наполнившей его благодарности за сказанные Троном приятные и хвалебные слова, в его адрес, что невероятно поднимали настроение и придавали сил и энергии. Он уже чувствовал, что готов на новые подвиги, которые он мог совершить даже без всех этих предлагаемых ему улучшений. О, и, кстати, а что там дальше про них?