Гарри Поттер и Криминальные истории (джен)

Лето в доме №4 на Тисовой улице началось с того, что тётя Петунья, встретившая их на пороге, попыталась вцепиться Васю-Гермиону в волосы со словами: «Я тебе покажу, куда приводить этих… этих уродливых подружек!»

Реакция Васи была молниеносной. Он не стал читать заклинаний. Он использовал приём, отточенный в подворотнях: увернулся, сделал подсечку и аккуратно, но твёрдо прижал тётю Петунью лицом к коврику «Добро пожаловать!».

— Тёть, — спокойно сказал он, дыша ей в затылок. — Мы тут с Петькой погостим. Вам — спокойствие, нам — хата. Не лезешь — не получишь. Всё по понятиям. Ты меня усвоила?

Дурсли, включая дядю Вернона, который покраснел как помидор и начал было надуваться, быстро усвоили, что новая «подружка» Гарри — это не просто странная девочка. Это природное бедствие в юбке и с пушистыми волосами.

Вася быстро провёл ревизию дома.

— Нищета, — заключил он, осматривая комнату под лестницей. — Не, Петька, так не пойдёт. Ты же главный пацан. Твоя хата — твои правила. — В тот же день он, угрожающе насвистывая, помог дяде Вернону перенести свой телевизор и холодильник с пивом в комнату Пети. Вернон только молча пучил глаза и потел.

Вечером за ужином Вася, чавкая жареной курицей, вёл воспитательную беседу.

— Вот что, семья. Вы тут все на нервах. Живёте, как на игле. Надо расслабиться. Дядь Вернон, ты на работу ходишь — и хуй с тобой. Тёть Петунья, ты еду делаешь — молодец. А толстый, — он кивнул на Дадли, который поперхнулся котлетой, — ты… хуй знает что делаешь. Главное — не мешай нам. А мы вас трогать не будем. Икромет у вас тут, бля, напряжный.

С тех пор Дурсли забились в кухню, а Петина комната стала штаб-квартирой. Вася с Петей смотрели боевики, которые Вася находил у Дадли, и строили планы.

— Надо, Петька, бабла поднять, — рассуждал Вася, развалившись на кровати. — В магическом мире, я так понял, с деньгами туго. Золото есть, а нормальных ларьков с шаурмой — нет. Бизнес-план напрашивается сам.

Единственной проблемой оставалась скудная связь с магическим миром. Письма от Рона приходили редко, и Вася рвал на себе волосы (которые ему и так были не особо нужны).

— Не могу я так, Петька! Тута ни магии, ни движа, ни телок! Одна тоска! Надо сваливать.

План созрел, когда по телевизору показывали репортаж о цирке-шапито. Вася ударил кулаком по ладони.

— Всё, я придумал. Эй, толстый! — крикнул он Дадли, который боязливо выглянул из-за угла. — Хочешь поржать?

Он уговорил Дадли забраться в шкаф в прихожей, пообещав показать «фокус». Как только Дадли залез внутрь, Вася захлопнул дверь и подпер её стулом.

— Сиди тут, жри своё сало. — Затем он обернулся к Пете. — Всё, Петька. Говорим, что толстый сбежал с цирком. Пока они будут его искать, мы свалим к этому рыжему. У его отца тачка летающая, да?

Идея была бредовой, но блестящей в своей простоте. Перепуганные Дурсли, обнаружив исчезновение сына, бросились на его поиски, забыв про Гарри. Этой же ночью к дому подкатил старый летающий Форд Ангус, за рулем которого сидел смертельно бледный Артур Уизли.

— Пацаны, — Вася отрыл дверцу. — Гони отсюда, пока менты не приехали. Тут ребёнок пропал, дело пахнет керосином.

Мистер Уизли был в восторге от Васиной речи. Он всю дорогу до Норы расспрашивал про «ментоз» и «керосин», записывая что-то в блокнотик как ценный антропологический материал.

Нора Уизли повергла Васю в лёгкий культурный шок.

— Нищета, — снова заключил он, осматривая кривые этажи. — Но по-семейному. Норм.

Он мгновенно нашёл общий язык с близнецами.

— Вы, я смотрю, ребята деловые, — сказал он, наблюдая, как они подкладывают тонармам в кашу что-то шипящее. — Бизнес есть? Средства производства?

— Мы испытываем новую продукцию для магазина шуток, — сказал Джордж.

— Ахуенно! — обрадовался Вася. — Я вам могу дистрибуцию на районе обеспечить. Только надо товар адаптировать. Вот, например, конфеты, от которых блевать тянет… это не пацански. Надо, чтобы, например, рожа зеленела и матом ругалась. Будем продавать слизеринцам.

Миссис Уизли поначалу была в ужасе от манер «бедной девочки Гермионы», но Вася быстро подмял её под себя, помогая на кухне. Правда, помощь его была своеобразной.

— Молли, ты готовишь — это хорошо. Но где приправы? Где майонез? Где аджика? Щито это за блёдное варево? Сейчас я тебя научу, как по-нашему, по-районному.

Через час на столе стояла гигантская сковорода картошки с мясом, щедро сдобренная всем, что нашлось в холодильнике, и банка с надписью «Острая херня от Васи». Миссис Уизли пробовала с опаской, а потом расплакалась и сказала, что это лучшая еда в её жизни.

Рон смотрел на Васю с обожанием и страхом. Первый же их разговор о девочках закончился тем, что Рон покраснел как рак и сбежал, а Вася крикнул ему вдогонку:

— Чё сдулся, рыжий? Девок боишься? Щас я тебя научу, как к ним подкатывать! Главное — уверенность! И взгляд, чтоб как ледорубом!

Перед вторым курсом нужно было закупать учебники. В книжном магазине «Косой переулок» Вася с презрением смотрел на стопки книг.

— Опять эти ваши буквари. Скука смертная.

Его внимание привлекла скромная чёрная книжка на дальнем прилавке. Он потянулся к ней, но его опередил бледный молодой человек с холодными глазами.

— Извините, это моя, — сказал юноша вежливым, но ледяным голосом.

Вася уставился на него.

— А ты чё за хер? Свой паспорт принёс? Отдай книжку, я первый увидел.

— Я — Том Риддл, — представился юноша, и в его глазах мелькнуло раздражение.

— Риддл? — переспросил Вася. — Загадка? Ну, ты и правда загадка, чувак. Лицо как у социопата. Книжку отдай, не грей. Или хочешь по понятиям?

Том Риддл, будущий Лорд Волдеморт, смотрел на эту странную, агрессивную девочку с пушистыми волосами, которая говорила на абсолютно непонятном ему языке, но явно грозилась применить физическую силу. Он усмехнулся.

— Она вам не поможет. Это не для… таких как вы.

— А я и не для учёбы, — огрызнулся Вася. — Под ножку стола подложить. Или тебе по роже дать, решай.

Риддл, пожав плечами, ушёл с книгой, бросив на Васю многозначительный взгляд. Вася же проводил его взглядом и сказал Пете:

— Чувак, я тебе серьёзно говорю, этот Том — полный мудила. Чё-то мутное про него. Надо будет найти и вмазать, для профилактики.

Петя, бледный как полотно, только кивал, понимая, что его друг только что вызвал на дуэль самого тёмного мага всех времён, даже не подозревая об этом.

В Хогвартс они вернулись на том самом Форде Ангусе. Вася всю дорогу командовал:

— Рон, не ори! Фред, Джордж, кидайте эти конфеты нахер, а то щас врежемся! Петька, держись крепче! Ахуенно! Лучше, чем на ладе гонять!

В Хогвартсе их уже ждала слава. История с философским камнем обросла невероятными подробностями, особенно касательно роли Гермионы. Ходили слухи, что она победила Квиррелла голыми руками и заставила Снейпа мыть полы в женском туалете.

Вася лишь усугублял это.

— Да, было дело, — кивал он на расспросы младшекурсников. — Разобрались с одним корешем. Не по понятиям он жил. Пришлось объяснить.

Его авторитет взлетел до небес. Теперь к нему подходили не только гриффиндорцы, но и представители других факультетов, в основном с просьбами разобраться с обидчиками или «решить вопрос». Вася стал неофициальным арбитром школьных конфликтов.

— Так, — говорил он, выслушав двух спорящих из Пуффендуя. — Ты не прав, потому что стукач. А ты не прав, потому что слабак. Объявляю вам обоим выговор с занесением в личное дело. Теперь оба идёте и делаете мне доклад по зельеварению. И чтоб без ошибок! Быстро!

И они шли. Потому что боялись. Боялись его дикой магии, его кривых решений и его бесконечного потока мата, который он обрушивал на провинившихся.

Даже призрак Почти Безголовый Ник стал относиться к нему с уважением и теперь, встречая в коридоре, кивал и говорил:

— Мисс Грейнджер, моё почтение. Как успехи в… наведении порядка?

— Да нормально, — отмахивался Вася. — Скучно, Николас. Драки нет, телки не подходят. Одна рутина.

Он подошёл к окну, выглянул на покрытые туманом горы и вздохнул.

— Нужно, Петька, какое-нибудь весёлое дело. А то засохну тут от тоски. Как думаешь, этого вашего Волдеморта уже можно начинать искать и прессовать? А то он там небось скучает без нас.

Петя смотрел на своего друга, на этого безумного хулигана в теле умнейшей ведьмы, который перевернул с ног на голову весь Хогвартс, и понимал — это только начало. Самое страшное было впереди. И, что самое удивительное, он ждал этого с нетерпением.