Вирус моего сердца (гет)

После того вечера в боулинге наши встречи с Леоном стали регулярными. Мы не спешили вешать ярлыки — просто наслаждались обществом друг друга. Свидания случались нечасто: у нас обоих была напряжённая работа, но даже короткие прогулки после смены или кофе в маленьком кафе неподалёку от резиденции наполняли дни особым смыслом.

Леон оставался верен себе: его сарказм никуда не делся, но теперь в нём появилось что‑то тёплое, почти домашнее. Он мог бросить что‑то вроде:

— Знаешь, обычно я не вожу девушек в места, где есть риск получить пулю в спину. Но с тобой это даже… логично.

Я лишь качала головой и улыбалась:

— Ты неисправим.

— Зато ты меня терпишь, — подмигивал он.

Эшли быстро заметила перемены. Сначала она просто улыбалась, когда видела, как мы переглядываемся, потом начала подшучивать. Однажды, когда я сопровождала её на прогулке по саду резиденции, она лукаво посмотрела на меня и сказала:

— Так-так, кажется, кто‑то забыл, зачем вообще приехал в США. Хотела закадрить себе парня, а получилось… закадрить охранника, который закадрил себе парня?

Я чуть не подавилась глотком воды.

— Эшли! — возмутилась я, но не смогла сдержать смех. — Во‑первых, я не «закадрила», а во‑вторых, это вышло само собой.

— Конечно, само собой, — кивнула она с видом всезнающего мудреца. — Как и всё самое лучшее в жизни.

Позже она подкалывала меня при каждом удобном случае. То подмигнёт, когда Леон заходил проведать нас, то шепнет:

— О, смотри, твой рыцарь в потёртой куртке прибыл.

Однажды мы с Леоном решили устроить небольшой ужин вне резиденции — просто вдвоём, без спешки и тревог. Мы выбрали уютный итальянский ресторан с приглушённым светом и живой музыкой.

— Чувствую себя почти как в отпуске, — призналась я, отпивая вино. — Хотя, если честно, даже не помню, когда последний раз была в отпуске.

— Значит, пора исправить это, — Леон откинулся на спинку стула. — У меня тоже накопилось несколько неиспользованных выходных. Можем куда‑нибудь выбраться. Куда захочешь.

— А если я скажу — снова в Испанию? — улыбнулась я.

Он сделал вид, что ужаснулся:

— Только не туда! Я и так слишком много пуль поймал в той деревне. Давай лучше куда‑нибудь, где нет одержимых культистов и гигантских монстров. Например, на пляж.

— Договорились, — рассмеялась я.

Когда мы вернулись к резиденции, Эшли уже ждала нас у входа — она знала, что мы были на свидании.

— Ну что, — протянула она, — как прошёл романтический вечер? Надеюсь, ты не позволила ему оплатить счёт? Он вечно пытается быть джентльменом.

— Я сама заплатила за себя, — ответила я с напускной серьёзностью. — Профессиональная гордость.

— Правильно! — одобрила Эшли. — А то он решит, что может купить тебя ужином. Хотя… — она хитро прищурилась, — судя по тому, как он на тебя смотрит, тут всё гораздо серьёзнее.

Леон, который шёл чуть позади, услышал последние слова и усмехнулся:

— Эй, я всё слышу. И да, это серьёзно.

Эшли подняла руки в шуткой капитуляции:

— Молчу, молчу. Просто рада, что вы оба счастливы.

Мы переглянулись с Леоном и улыбнулись друг другу. В этот момент я поняла: несмотря на все опасности, которые нас ждали впереди, рядом с ним я готова встретить что угодно.