Цена Рекорда (гет)

Утро началось не со свистка, а с металлического привкуса во рту и звона в ушах. Радуга Дэш стояла в строю, глядя прямо перед собой, но её взгляд не фокусировался на затылке впереди стоящего пегаса. Мир вокруг превратился в набор плоских декораций. Синяки на теле, затекшие после ночи в ангаре мышцы, холодный ветер — всё это казалось чем-то далёким, происходящим не с ней.

— Дэш! — голос Спитфайр донёсся как будто из-под толщи воды. — Ты меня слышишь? Взлёт через тридцать секунд. Если сегодня ты снова провалишь тайминг, пеняй на себя.

Радуга медленно повернула голову. Она видела ярость в глазах капитана, видела беспокойство на лице Соарина, но внутри неё не шевельнулось ни одной искры привычного азарта. Мечта, которая раньше горела в груди ярким пламенем, окончательно превратилась в горстку холодного пепла.

— Так точно, мэм, — ответила она. Голос звучал ровно, без единой интонации.

Она застегнула шлем. Ремешок больно впился в подбородок, но она даже не поморщилась. В этот момент Радуга уже знала, что этот вылет станет для неё последним. Не потому, что она так решила, а потому, что внутри неё что-то окончательно оборвалось. Пружина, которая тянула её вверх все эти годы, лопнула, оставив после себя лишь пустоту и странное, пугающее желание просто перестать махать крыльями.

Взлет был тяжелым. Радуга чувствовала, как каждое движение крыла отдается тупой болью в спине, но она продолжала механически выполнять команды. Группа шла плотным ромбом. Облака проносились мимо серыми смазанными полосами.

— Смена позиции! Дэш, на перехват ведущего! Сейчас! — скомандовала Спитфайр по рации.

Радуга рванула вперед, но из-за недосыпа её зрение подвело: расстояние до крыла Соарина внезапно сократилось слишком быстро. Вместо того чтобы аккуратно встроиться, она едва не зацепила его. Соарин резко ушел в сторону, ломая общую фигуру. Строй рассыпался.

— Дэш! Что это было?! — рявкнула Спитфайр, зависая в воздухе прямо перед ней. — Ты чуть не угробила напарника! Ты спишь на лету?!

В этот момент что-то внутри Радуги лопнуло. Весь накопленный стыд, усталость от бессонной ночи в ангаре и горечь от несбывшейся мечты вырвались наружу.

— Да, я сплю! — закричала она, срывая голос. Её крылья бешено забились, удерживая её на месте. — Я драила ваши чертовы мишени всю ночь! Я стараюсь быть «идеальной», но вам плевать! Вам всем плевать на то, что я чувствую!

Спитфайр замерла от такой дерзости, её лицо окаменело.

— Отстранена, — ледяным тоном произнесла капитан. — Немедленно спуститься на землю. Сдать форму. Ты больше не выйдешь в небо с этой командой, пока я не решу иначе.

— А я и не выйду! — Радуга сорвала с себя шлем и швырнула его вниз, в бездну под облаками. — Забирайте свое небо! Оно мне больше не нужно!

Радуга не полетела в Понивилль. Она знала, что там её встретят сочувствующие взгляды Твайлайт и вопросы Эпплджек. Она не вынесет их доброты.

Радуга выбрала старый, заброшенный домик лесничего на самом краю Вечнозеленого леса, о котором почти никто не знал. Там было сыро, пахло прелой листвой и одиночеством. Именно то, что ей было нужно.

Первым делом она заколотила окна старыми досками. Она не хотела видеть небо. Не хотела видеть, как кто-то другой прорезает облака.

Когда через пару дней на пороге появилось первое письмо с печатью Кантерлота — от Твайлайт — Радуга даже не прикоснулась к нему. Она просто смотрела, как конверт лежит на пыльном полу. Потом пришло письмо от Флаттершай, пахнущее цветами. Потом — официальный запрос от Вондерболтов.

Она собрала их все в кучу и засунула в холодный камин. Ей нечего было им сказать. Радуги Дэш, которую они знали — веселой, хвастливой, преданной — больше не существовало. Осталась только тень, которая сидела в полумраке и слушала, как капли дождя стучат по крыше, напоминая о том, что земное притяжение окончательно победило.

Домик на краю леса пах пылью и старым деревом. Радуга сидела на полу в центре единственной комнаты, не зажигая огня. Единственным источником света была тонкая полоска заката, пробивающаяся сквозь щели в заколоченных окнах.

Она чувствовала каждый грамм своего веса. Без магии облаков и постоянного полета тело казалось чужим, неповоротливым. На верхней полке старого шкафа стояла пыльная кружка, но Радуга даже не подумала взлететь, чтобы достать её. Вместо этого она долго смотрела на свои крылья. Они всё еще ныли, требуя неба, требуя скорости, но она лишь плотнее прижала их к бокам, обмотав вокруг груди старый обрывок ткани. Теперь она была земной. По крайней мере, она хотела в это верить.

Снаружи послышалось шуршание — почтовая сова или чей-то быстрый шаг? Радуга замерла, задержав дыхание. В дверь просунули конверт. Один, второй... Она узнала почерк Твайлайт даже в полумраке. Письма упали на порог, как опавшие листья.

— Уходите, — прошептала она одними губами. — Той Радуги больше нет.

Она подошла к письмам, но не чтобы прочитать их. Она собрала их в кучу и бросила в холодный камин, завалив сверху сухими ветками. Завтра она сожжет их все, не вскрывая. Ей не нужны были слова поддержки, потому что они заставляли её чувствовать себя еще слабее.

Радуга легла прямо на голые доски пола, подложив копыто под голову. В лесу завыл ветер, раскачивая верхушки деревьев. Раньше этот звук звал её ввысь, обещая приключения. Теперь он просто напоминал, что стены этого дома — единственное место, где её никто не найдет и где ей не нужно быть «самой быстрой».

Сон пришел быстро, но это был сон без полетов. Просто темная, глухая пустота.