Знакомьтесь, Каз Блэк (гет)

Имение Самира Гафа бурлило приготовлениями. Слуги бегали по коридорам, расставляя цветы, полируя серебро, заботясь, чтобы каждая мелочь была идеальна на предстоящем праздновании дня рождения. Сам Самир ускользнул, его голова была полна мыслей, которыми он не мог поделиться. Шепот, который он слышал несколько дней назад, по-прежнему преследовал его.

Самир вошел в свой кабинет поздним вечером, тяжесть дня давила ему на плечи. Свет лампы мерцал на полках с контрактами и картами, отбрасывая по комнате длинные тени. Самир неуверенно остановился на пороге. Что-то изменилось. Воздух чувствовался насыщенным, тяжелым, словно здесь был кто-то еще.

Он нахмурился, осматривая комнату.

— Эй?

Из темноты ответил низкий ровный голос:

— Здравствуй, Самир.

Самир застыл, его рука сжалась на дверной раме.

— Кто здесь?

Снова прозвучал голос — спокойный, неторопливый:

— Друг.

Самир сузил глаза.

— Я тебя не знаю.

— Ты ждал меня, — сказал голос.

Дыхание Самира прервалось.

— Ждал тебя? Нет… Не думаю.

Вперед шагнула фигура, всё еще наполовину в тени. Высокий, худой, со стучащей по полу тростью. Его лицо было затемнено тусклым светом, но его присутствие было несомненным.

— Да, — мягко произнес мужчина. — Ждал.

Грудь Самира стиснуло.

— Что происходит? Кто ты?

Мужчина склонил голову, его голос звучал гладко, ровно.

— Тот, кого ты знал всю жизнь… хотя и никогда меня не видел.

У Самира задрожал голос.

— Я не понимаю.

— Поймешь, — сказал мужчина. — Скоро.

Самир прошел в комнату, осмотрел углы в поисках ясности.

— Чего ты хочешь?

Твердый взгляд мужчины задержался на нем.

— Поговорить.

— Поговорить? — повторил Самир резким от смущения голосом. — О чем?

Мужчина шагнул ближе, его тень упала на стол.

— О тебе. О том, что будет дальше.

Сердце Самира заколотилось.

— Что будет дальше?

Губы мужчины слегка изогнулись, почти насмешливо.

— Ты знаешь.

Дыхание Самира прервалось. Он знал. Инстинктивно в груди вспыхнул страх. Но он упрямо покачал головой.

— Нет. Не знаю.

Трость мужчины продолжала стучать по полу, отбивая ритм самого времени.

— Знаешь.

Между ними воцарилось молчание, плотное как туман. Самир чувствовал, как тяжесть неизбежности давит на него, хотя и не мог обозначить это словами. Горло сдавило. Он прошептал почти себе под нос:

— Кто ты?

Глаза мужчины поймали свет лампы, темные и нечитаемые.

— Ты знаешь, — повторил он на этот раз мягче, почти с добротой.

Дыхание Самира дрогнуло. Он знал. Шепот, который он слышал несколько дней назад, боль в груди, неизбежность, которую он чувствовал с тех пор. Всё было здесь, воплощенное в этой фигуре. Он тяжело сглотнул, голос надломился.

— Смерть.

Мужчина склонил голову в едва заметном подтверждении.

— Верно.

Самир, пошатнувшись, шагнул назад, сжал ладонью край стола.

— Почему ты здесь?

Мужчина — воплощенная Смерть — наконец полностью вышел на свет, его трость блестела, его глаза были острыми как стекло.

— Потому что пришло время нам поговорить. Потому что я хочу узнать. Погулять среди вас. Почувствовать вкус того, что вы принимаете как должное. Почувствовать то, что вы зовете жизнью.

Голос Самира задрожал.

— А я? Почему я?

Он наклонился ближе, его тень окутывала комнату.

— Потому что ты готов. И потому что ты можешь показать мне.

Самир тяжело сглотнул, сердце колотилось.

— Показать тебе?

— Твой мир. Твою компанию. Твою семью. Ты будешь моим проводником.

Он говорил само собой разумееющимся тоном, словно переговоры вела сама неизбежность.

Голос Самира прервался.

— А в обмен?

Глаза мужчины блеснули, темные и нечитаемые.

— В обмен я продлю твое время. Пока.

Снова воцарилось молчание еще более тяжелое, чем прежде. Самир подумал о своей дочери, об империи, которую он построил, о наследстве, которое он оставит после себя. Он подумал о неизбежности, от которой не мог ускользнуть. Он медленно кивнул.

— Хорошо, — сказал он, его голос был твердым, хотя руки дрожали. — Но моя дочь…

Взгляд мужчины стал острее, по его лицу пробежала тень чего-то невыразимого.

— Посмотрим.