Шёпот за Чёрным озером (джен)

Никто не произнёс ни слова.

Две огромные чёрные глаза неподвижно смотрели из темноты.

Они не светились.

Не отражали факелов.

Казалось, сама тьма обрела взгляд.

Гарри медленно поднял палочку.

— Люмос Максима!

Яркий поток света ударил в глубину прохода.

Но луч не осветил помещение.

Он просто исчез.

Словно свет был проглочен.

Гермиона прошептала:

— Такое невозможно...

Макгонагалл уже держала палочку обеими руками.

— Всем назад.

Однако было поздно.

По комнате прошёл глубокий гул.

Стеклянные сосуды начали вибрировать.

Серебристый туман внутри них метался, словно сотни людей одновременно пытались выбраться наружу.

Пол задрожал.

Из стен посыпалась каменная крошка.

И тогда раздался голос.

Не мужской.

Не женский.

Он звучал сразу отовсюду.

— Вы пришли слишком поздно...

— Кто ты? — громко спросил Гарри.

Несколько секунд тишины.

Потом ответ.

— Я был здесь раньше замка.

Гермиона резко посмотрела на Макгонагалл.

Та медленно покачала головой.

— Не существует магического существа старше Хогвартса...

Голос засмеялся.

Смех был тихим.

Будто множество людей одновременно выдохнули.

— Вы плохо знаете место, в котором живёте...

В этот момент одна из стен исчезла.

И они увидели огромную пещеру.

Она уходила далеко вниз.

Намного глубже подземелий.

Намного глубже Тайной комнаты.

В самом центре находилось идеально круглое чёрное озеро.

Но вода в нём была неподвижной, словно отполированный обсидиан.

Над озером висели сотни серебряных огоньков.

Они медленно кружились, будто звёзды.

— Это... воспоминания, — выдохнула Гермиона.

Гарри сразу понял.

Каждый огонёк был чьей-то памятью.

Чьей-то жизнью.

Неожиданно рядом послышались шаги.

Из соседнего прохода вышел человек.

Высокий.

В чёрной мантии.

Светлые волосы были убраны назад.

— Малфой?

Драко выглядел не менее удивлённым.

— Поттер?

Гермиона подняла палочку.

— Что ты здесь делаешь?

Он устало усмехнулся.

— Хотел бы задать вам тот же вопрос.

— Отвечай.

Драко вздохнул.

— Я расследую исчезновения.

Наступила неловкая тишина.

Рон наверняка сказал бы, что Малфою нельзя доверять.

Но Рона здесь не было.

Гарри внимательно посмотрел на бывшего слизеринца.

Тот выглядел измученным.

Под глазами залегли тёмные круги.

Будто он не спал уже несколько ночей.

— Зачем тебе это?

Драко молчал.

Потом тихо сказал:

— Потому что моя мать слышит голоса.

Макгонагалл удивлённо подняла голову.

— Что?

— Уже две недели.

Драко говорил спокойно, но его пальцы заметно дрожали.

— Она утверждает, что отец приходит к ней каждую ночь.

— Люциус умер полгода назад, — сказала Гермиона.

— Именно.

— И?

— Она разговаривает с ним.

Он горько усмехнулся.

— Только одна проблема.

— Какая?

— После каждого разговора мама забывает что-нибудь.

— Что именно?

— Сначала мелочи.

Она забыла имя домового эльфа.

Потом любимое заклинание.

Потом...

Он опустил взгляд.

— Потом не узнала меня.

Гарри почувствовал, как внутри всё сжалось.

— Почему ты никому не рассказал?

— Министерство решило бы, что она сходит с ума.

— А это не так?

Драко посмотрел ему прямо в глаза.

— Нет.

— Почему ты уверен?

Он достал из кармана старую фотографию.

На ней была молодая Нарцисса Малфой.

На обороте дрожащим почерком было написано:

"Если я забуду тебя — найди комнату без воспоминаний."

Гермиона побледнела.

— Комната без воспоминаний...

Она медленно огляделась.

— Это здесь.

Внезапно серебряные огоньки над озером начали опускаться.

Один за другим.

Они окружили Гарри.

Перед глазами всё поплыло.

И он снова оказался ребёнком.

Лето.

Тисовая улица.

Дадли толкает его в грязь.

Тётя Петунья кричит из окна.

Затем воспоминание исчезает.

Следующее.

Первый курс.

Хагрид вручает письмо.

Оно растворяется.

Ещё одно.

Первый полёт на метле.

Исчезает.

Поездка в "Нору".

Исчезает.

Гарри резко понял:

Он не просто видел воспоминания.

Он забывал их.

— Гермиона!

Она тоже стояла неподвижно.

По её щекам текли слёзы.

— Я...

— Что случилось?

— Не могу вспомнить лицо родителей...

Эти слова прозвучали страшнее любого заклинания.

— Протего Максима! — закричала Макгонагалл.

Защитный купол накрыл всех четверых.

Серебряные огоньки отлетели.

Голос снова заговорил.

— Зачем вам помнить боль?

Тьма медленно сгустилась над озером.

— Я забираю только то, что делает людей несчастными.

Гермиона неожиданно ответила:

— Нет.

— Разве?

— Без боли невозможно помнить любовь.

Тишина.

— Объясни.

Она сделала шаг вперёд.

— Если забыть смерть близкого человека, исчезнет и память о том, почему он был дорог.

Голос молчал.

— Если забыть страх, исчезнет мужество.

Если забыть ошибки — исчезнет возможность стать лучше.

Если забыть потери...

Она посмотрела на Гарри.

— Тогда исчезнут люди, которых мы потеряли.

На поверхности чёрного озера впервые появилась рябь.

Голос стал тише.

— Я не понимаю.

— Конечно не понимаешь.

Это впервые заговорил Драко.

Все удивлённо посмотрели на него.

— Потому что ты никогда не был человеком.

Вода вспенилась.

— Верно.

— Тогда перестань решать за нас.

Голос вдруг стал холодным.

— Человек...

Из глубины медленно начала подниматься фигура.

Сначала руки.

Потом плечи.

Потом лицо.

Но лица не было.

Вместо него — гладкая чёрная поверхность, напоминавшая зеркало.

И в этом зеркале каждый видел себя.

Только гораздо старше.

Одинокого.

Потерявшего всё.

— Я не человек.

Существо поднялось полностью.

Его рост превышал три метра.

Тело было соткано из чёрной воды и серебристого тумана.

Внутри него медленно кружились тысячи светящихся воспоминаний.

— Меня создали первые страхи этого места.

Гермиона едва слышно прошептала:

— Невероятно...

— Когда люди построили Хогвартс, они построили его надо мной.

Существо коснулось собственной груди.

— Они назвали меня Пожирателем памяти.

Макгонагалл побледнела ещё сильнее.

— Основатели знали...

— Да.

— И ничего не рассказали?

— Они заключили со мной договор.

— Какой?

— Я забирал воспоминания только у тех, кто сам приходил ко мне.

— Но сейчас ты нарушаешь договор!

Тишина.

А затем существо медленно произнесло:

— Нет.

Оно подняло руку.

Из чёрной воды всплыл старый свиток.

Потрескавшийся.

Почти рассыпавшийся от времени.

— Договор нарушили они.

Свиток сам раскрылся.

Внизу отчётливо виднелись четыре подписи.

Годрик Гриффиндор.

Ровена Когтевран.

Пенелопа Пуффендуй.

И...

Гарри нахмурился.

— Это не подпись Салазара Слизерина.

Гермиона подошла ближе.

Её лицо резко изменилось.

— Гарри...

— Что?

Она сглотнула.

— Здесь написано не "Салазар Слизерин".

— Тогда кто?

Дрожащим голосом Гермиона прочитала вслух имя четвёртого основателя, которого история никогда не знала:

— Морвейн Блэк.

И в тот же миг стены пещеры содрогнулись, словно само имя пробудило древнюю магию. Впервые за тысячу лет тайна Хогвартса начала открываться.