Врач Дамира. Остров Надежды (джен)

Нора сказала им, что в десяти километрах от поселения должен проехать грузовик с оружием. Командир составила план, где они должны разместиться и как действовать, когда машина будет проезжать мимо.

Отряд спрятался в засаде. Время полуденное. Солнце жгло даже привычных к нему арабок. Наконец-то на горизонте показался грузовик.

— Вперёд! — Барака выбросила под колёса самодельные ежи из досок и гвоздей. Лопнули шины. Из кузова грузовика повыскакивали охранники, но их подстрелили из-за засады. Отряд подождал некоторое время, и только потом высыпали на дорогу.

— Мы тебя не тронем, если не будешь вмешиваться — сказала командир водителю, — хватайте всё что можете и уходите прочь! — Нора ушла поодаль от грузовика, чтобы стоять на дозоре.

— Так-так-так, караваны грабим?

Нора обернулась на голос. Кого она точно не ожидала увидеть — так это Дафну Бергер.

«В смысле — мне должны вспороть живот?!» — недоумевала Нора и через несколько мгновений жизнь сжалась до невыносимой боли в животе.

«Дафна — псионик!!!» — пронеслось в голове. Нора упала на землю, скорчившись в позе эмбриона и пытаясь зажать рану в животе.

«Не теряй сознание! Только не теряй сознание!» — кричала телепатически, чувствуя, как кровь льётся сквозь пальцы. Голова стала кружиться, а лоб покрылся липким потом.

«Болевой шок! Я не могу сосредоточиться и телепортироваться в больницу! Неужели я так глупо умру?!».

Сознание начало меркнуть. Нора закрыла глаза.

«Все мы умрём — от болезни, от старости, от несчастного случая, — приговаривала она тогда раненной Яэль, — поэтому я не могу обещать, что ты не умрёшь. Только меня никто не вытащит...».

* * *

Нора лежала в мягкой траве. Вокруг неё росли ромашки, дул лёгкий ветерок, а сверху светило солнце. И ещё ей показалось, что кто-то целует.

«Иллюзия!» — Нора усилием воли разорвала дымку и открыла глаза. Она очнулась на железном столе, а на животе находился кибермедик, который накладывал последние швы.

— Ну и ну, обычно люди валяются, блаженно пуская слюни, — послышалось со стороны.

Нора мгновенно захлопнула блоки в сознании, не давая прочитать мысли.

— Нора Адамс... Хотя я не уверена, что это твоё настоящее имя, — произнесла Дафна

— Зачем ты это сделала?!

— Скажи спасибо, что я не оставила тебя подыхать! Ты хотела устроить битву псиоников на глазах у кучи народа? Крайне неосмотрительно!

— Я бы победила.

— Да ну?

— Я рассеяла твою иллюзию без особых усилий, значит я намного сильнее тебя. Просто не поверила своему чутью, за это и поплатилась. В следующий раз, если интуиция будет утверждать, что в лицо летит кабачок-людоед — я и в это поверю.

— Давай не будем мериться... силами! Ты хоть на секунду осознаешь, во что ты ввязалась?

— Нет и осознавать не собираюсь.

— В оружейном бизнесе такие деньги крутятся, что ни в одном сладком сне тебе не приснятся! Тебя просто размажут по стенке молекулярным слоем!

— Боже, как страшно.

— И что ты вздумала? Бороться за права женщин? Воевать с терроризмом? Окстись, дорогуша! И солдат погубишь, и сама сдохнешь ни про что!

Дафна сдёрнула кибермедик.

— Шрам уберёшь в пластической клинике.

— Мне замуж не выходить. Могу походить и со шрамом.

— Сдаётся, ты не из благородства ты этим занимаешься. Ты преследуешь свою цель.

— Может быть. Надеюсь, мы больше не увидимся.

— Взаимно.

* * *

Отряд был близок к истерике, когда Нора, наконец, вернулась, правда, почему-то плащ был завязан на животе.

— Нора жива!

— Эй, хватит на мне виснуть! Да, жива. А что, надеялись, что помру и оставлю в покое? Не дождётесь, — саркастично прокомментировал командир, выворачиваясь из объятий

— Что у тебя с одеждой?

— Увы, когда меня подлатали, с одёжкой возник напряг. Пришлось так ухитриться, чтобы народ не пугать, — Нора развязала узел, демонстрируя разрезанную залитую кровью водолазку и огромный красный рубец на животе.

На следующий день она принесла ноутбук и солнечную батарею.

— Что собралась делать?

— Нужно рассказать миру о нас. Поэтому я создам сайт. И у вас будет задание — пусть каждая из вас напишет о себе историю.

— Ой, я не умею писать! — сказала Барака.

— Ты умеешь читать и писать.

— Не в этом смысле! Я не смогу красиво написать.

— Никто и не требует, чтобы вы писали красиво. Главное — пишите о себе правду. Искренность она ценится выше всего.

Девушки из отряда взяли листочки. Простое на первый взгляд задание оказалось совсем нелёгким. Мысли путались в голове. Неужели кому-то будет интересна их история? А вдруг будет интересна, а они как назло, напишут о себе коряво? Сомневаться можно было до бесконечности, потому Нора дала им срок три дня.

Так же Адамс достала фотоаппарат и сделала их фото. Рукая выпросила у командира камеру, и потом они всем отрядом бегали по всему поселению, фотографируясь во всех позах и ракурсах.

Сфоткай меня у камня.

Сфоткай меня на дереве.

Сфоткай нас в обнимку.

— Закончили баловаться! — прервала их командир, — пора за работу. В двадцати километрах от поселения расположен лагерь радикальных исламистов. Мы не можем жить в безопасности, пока они находятся у нас под боком.

— Значит, мы идём на диверсию! — воскликнула Рукая.

— Именно это мы и собираемся сделать. Теперь слушайте, какой у нас план!

Отряд погрузил в вещмешки самодельную взрывчатку и собрался в поход. Под покровом ночи они покинули поселение. Затем, достигнув лагеря, отряд разделился на группы по два-три человека и принялся минировать опоры зданий, вернее тех развалин, которые остались с довоенного зрения. Девушки достали пеньковые мешки и стали засыпать их песком, чтобы энергия взрыва ушла в опоры, а не рассеялась извне.

Атаковать террористов их же методами.

— Нора, опять?! — и дальше нецензурная брань.

— И тебе всего хорошего, Дафна. Только на этот раз меня не получится застать врасплох.

— Разве я не говорила тебе отступиться?!

— И ещё раз повторюсь — нет, и не собираюсь.

Силуэт в чёрной военной форме — Дафна поняла, что старую одежду она выбросила, оставив лишь перевязь с плащом и сапоги, — держался расслаблено, но это спокойствие хищника в засаде.

— Убирайся отсюда, пока с тобой не случилось что-то плохое.

— Опять твоё ясновидение, которое ни шиша не предвидит?

— Как хочешь.

Дафну пробрало до мурашек, хотя она не была трусихой. Как раз наоборот, ей нравилось видеть, как намеренно дерзкие, можно сказать — грубые манеры заставляют людей тушеваться. Нора же стала загадкой ещё с первой встречи. Тогда чета Бергеров приютили какую-то бродяжку, самаритяне чёртовы. Девица с огромным синячищем на лице. Дафна намеревалась напуститься на неё, ожидая, что она трусливо подожмёт хвост, как побитая собака с улицы. И реакция этой бродяжки удивила — она не испугалась, не смутилась, лишь во взгляде была мрачная решимость. Гематома на скуле распалась на отдельные лиловые пятна, сбитые костяшки — Нора выглядела изрядно потрёпанной, но совсем не жалкой. Бродяжка игнорировала все оскорбления, направленные в её сторону, но, когда Дафна задирала родителей, серые глаза словно бы меняли цвет на стальной. Позже негативная реакция стала понятна — Нора мусульманка, а у мусульман принято почтительное отношение к родителям. Тогда Дафна в кои-то веки решила вести себя смирно, насколько было применимо это понятие к ней, — во избежание.

Прогремела серия взрывов. Нора успела вскинуть защитное поле, а Дафна нет, и обломок стены полетел ей в голову. К счастью не в висок, но для псиоников любые удары в голову были опасны. Дафна сорвалась было в обрыв, когда Нора молниеносным движением — не иначе при помощи телекинеза — сняла с пояса ремни и схватила ими за руку. Оглушённую Дафну швырнуло на землю.

— Почему ты спасла меня?

— Захотелось, — был ответ.

Отряд подбежал к командиру.

— Кто это?

— Это наш пленник. Свяжите ей руки и отведите в поселении, там заприте в сарае.

«Ты думаешь, я так просто прощу тебе вспоротый живот?» — раздалось в голове Дафны.

«Вот же ты сучка!».

«Какая есть».

* * *

Возле дверей сарайчика стояли две девушки в чёрной военной форме с автоматами за плечами. На поясах у них ножны с кинжалом. Нора открыла дверь, чтобы навестить пленницу. Дафна стояла с уверенным видом, словно она в гостях, а не в заключении.

— А ты неплохо надрессировала своих цепных псов. Вернее, сучек!

«Поживи здесь пару, пока не оклемаешься, а дальше либо совершишь побег, либо останешься работать на меня» — услышала Диана по мыслепередаче.

«А на кой ляд мне работать на тебя?».

«Просто так».

— Ты собираешься со мной сотрудничать, Дафна Бергер? — произнесла Нора уже вслух.

— Бегу и падаю! — девушка крикнула с бравадой.

— Ну что ж, Рамля, Валида, смените Танвиру и Фазилю.

Сменщики чеканным шагом заняли свои места.

«Эта мать-командирша из ссыкливых девчонок сделала настоящих бойцов! Пожалуй, на неё стоит обратить внимание».

* * *

Лейла упала навзничь, будто бы со всего маха споткнулась о камень. Айша в недоумении остановилась рядом с девушкой и тут же завалилась назад. Её черты лица были искажены огнестрельным ранением.

«Дафна! Искажающая иллюзия!» — Нора крикнула телепатически. Дафна тут же накрыла всем полем. Бойцы, словно не поняв, что случилось, окружили убитых. Затем одна взглянула в лицо Айши.

— АЙШАААА!!!

— ЛЕЙЛААА!!!

— НЕЕЕЕЕТ!!!

— Отставить реветь!!! — рявкнула командир, — хоть мама ваша умрёт, а боевая задача должна быть выполнена!

«Дафна, проследи за ними, я займусь снайпером!».

— Выдвинуться на место через двадцать минут! — Нора принялась карабкаться по насыпи. Мелкие камешки летели из-под ног в разные стороны. Солдаты издавали плачущие звуки.

— Цыц! Прекратить истерику! — строго, но негромко сказала Дафна, зная, что это самый верный способ оборвать плач.

Через условленное время отряд отправился в поселение и быстро разделался с остатками радикалов, обитавших в поселении. Нора отыскала лопаты и приказала их погрузить в грузовик.

— Похороним их в пустыне, — произнесла она, — и прочитаем по ним джаназа-намаз.

Дафна села за руль. Она припарковала автомобиль к телам, и девушки за руки и ноги подняли убитых в кузов грузовика. Затем Дафна подъехала к насыпи. Нора схватила лопату и начала копать могилу. Солдаты присоединились к ней, сменяя друг дружку.

«Даже в горе они собраны» — отметила Дафна.

Командир встала перед могилами, и солдаты выстроились на молитву.

— О Аллах, прости их, помилуй и защити. Будь щедр к ним. Сделай просторной их могилы. Омой их водой, снегом и градом. Очисть их от прегрешений, подобно очищению белоснежной одежды от грязи. Дай им взамен обитель и окружение лучшее, чем было. Введи их в Рай и защити от мучений в могиле и адского наказания.

Дафна подпёрла голову руками, опёршись о приборную доску автомобиля. Она сочла зрелище по-своему красивым.

Отряд поднялся в кузов грузовика. Нора обратилась ко всем:

— Бойцы, в поселении завёлся предатель. Он передал врагам, что мы выдвигаемся, и они стали ждать нас. Нам нужно срочно найти его!

— Нора, гениальная ты наша, как собралась вычислять? — саркастично отозвалась Дафна, — сообщение могли передать через мессенджер.

— Нет, не могли. В этом поселение электричество есть далеко не в каждом доме, а КПК для них как космический аппарат для бушменов. Сообщение могли передать только лично. Значит, кто-то поздно вечером или рано утром покидает поселение. Вам нужно выследить его и привести ко мне.

— Сделаем!

* * *

— Мы нашли крысу! — Рукая и Умм Хаким конвоировали женщину, попутно награждая болезненными ударами под рёбра.

— Да воздаст вам Аллах добром.

Нора прочитала её мысли, чтобы убедиться, что именно она предатель. Увидев в её воспоминаниях, как она поздно вечером шла в пустыню и встречалась с террористами, чтобы передать им сведения...

— Зачем ты это сделала?

— Женщина должна подчиняться мужчине... Вы поступаете против законов Аллаха!

— А что если мужчины таковы, что от них надо защищаться с оружием в руках? А то, что законы Аллаха побуждают защищать свою жизнь, здоровье и имущество — это ты не знала?

Нора врезала по лицу. Женщина заорала дурным голосом, размазывая кровь из разбитой губы.

— О, я вижу, тебя никогда не били по-настоящему. К боли от побоев ты явно непривычна. Тебя наверно всю жизнь учили, что надо слушаться мужчину и угождать ему, тогда он никогда не обидит тебя, верно?

Нора снова ударила по лицу, да так, что она пошатнулась.

— Вот только истина состоит в том, что хорошее поведение не спасёт тебя от насилия!!! Я бы тебя отдала своим девочкам на расправу, да боюсь, они тебя забьют до смерти. Поэтому я изобью тебя сама.

Командир вспомнила пыточную технику, при которой не ломают кости и не повреждают внутренние органы, но при этом удары причиняют сильную боль. Предательница скорчилась на полу, вздрагивая от каждого пинка или затрещины.

— Хватит хныкать, я ничего тебе не сломала, так что уйти ты сможешь. Собирай свои манатки и убирайся отсюда.

Нора повернулась к солдатам.

— Передайте всем мой приказ — если эта террористская шлюха приблизится к поселению на сто метров — расстрелять на месте.

— Есть! А можно я сейчас её пристрелю? — спросила Фазиля.

— Не надо. Предателей нигде не любят.

— Она переживает, — молвила Танвира, глядя вслед развевающемуся плащу, — виду не подаёт, но переживает.

Дафна пошла вслед за Норой. Командир вошла в дом и закрыла дверь своей комнаты. Дафна собралась войти в неё, как наткнулась на осуждающий взгляд Валиды. На её лице так и проглядывало — как ты смеешь заходить к Норе без разрешения! Но потом солдат решила не связываться с Бергер — пусть сама и получит на орехи от командира.

Дафна вошла в комнату и увидела, как Нора сидит на полу, обняв себя за колени. По неподвижному, словно у статуи, лицу стекали слёзы. Она подняла голову, но не стала гневаться или прогонять её.

— Они всего лишь пешки в моей игре... Я отправляю их на верную смерть... Я не должна к ним привязываться!

Дафна молча обняла её и поцеловала в щёку. Кожа была холодной на ощупь и солёной от слёз.

Дафна поцеловала в губы.

Нора с размаху врезала по лицу, едва не свалив с ног.

— Этот поцелуй сладострастный! Значит, мне не почудилось, когда ты навела на меня иллюзию, — воздух вокруг Норы загудел от псионической силы, — Дафна, скажи мне честно — ты испытываешь влечение к своему полу?

— Да, я лесбиянка! — криво усмехнулась девушка, — что теперь предпримешь?!

— Ничего, — Нора опустилась на стул, — только не забывай, что я мусульманка.

— Да я скорее поверю в то, что на миндальном дереве вырастет картошка, чем в твою приверженность религии!

— Тогда ещё один момент — меня женщины не привлекают от слова совсем.

— Откуда тебе знать?! Я вижу, что ты девственница!

— Врать не буду — у меня никогда не было половых отношений. Но я была влюблена в мужчину.

— И чем закончились эти отношения?

— Тогда я проходила ординатуру.

— Так ты врач?!

— Бывший врач. Меня лишили лицензии.

— Мне кажется, ты бы не сделала ничего такого, за что бы следовало лишать лицензии. Тебя подставили.

— Да меня подставили, — лицо Норы исказила болезненная гримаса, — во время ординатуры на меня напали хулиганы. Я тогда не владела псионическими способностями... я и драться толком не умела. И меня спас мужчина.

— И в лучших традициях любовных романов ты в него влюбилась, — съязвила Дафна.

— Да. Его звали Аляутдин. Я надеялась, что мы заключим брак, но он не хотел переезжать в Дар-ул-Исламию, а я не могла оставаться за границей. Нам пришлось расстаться. Я ничего не сказала родителям. Может оно и к лучшему.

«Сколько всего ей пришлось пережить» — Дафна постигла секрет стойкости Норы. Но та не дала долго жалеть себя, отчеканив металлическим голосом.

— Я не могу запретить любить себя, но ты не должна надеяться на взаимность.

Командир указала на дверь.

— И не вздумай целовать меня. В следующий раз ты так легко не отделаешься.

На следующий день Нора решила заглянуть на свой сайт и увидела, что посетителей стало непривычно много. Она зашла на заглавную страницу прочитала некрологи на Лейлу и Айшу, с прикреплённой фотографией себя и своих солдат, как они читали джаназа-намаз. Комментарии выражали сочувствие и готовность поддержки.

Нора точно помнила, что она это не публиковала.

— Дафна Бергер, что это значит?! Ты что, фотографировала нас?!

— Нет, конечно. Есть же чудесная штука, как сканирование памяти. Вот и сделала из своей головы снимок.

— Но это же чёрный пиар... Танцы на костях.

— Потому и опубликовала без твоего разрешения, хоть ты и притворяешься циничной сволочью, но на деле стукнутая с детства с благородством. Ты бы на такое никогда не пошла.

Нора закусила губу.

— Так нельзя.

— Нора, встряхнись! Они знали, что отдают жизни для построения острова надежды. Так пусть их смерти не будут напрасными!

Командир впервые улыбнулась за всё это время.

* * *

Шуламит точила нож о правильный ремень.

— Рядовой Зильбер, лейтенант Бекер вызывает к себе, — передала ей солдат.

— Чего ей от тебя понадобилось? — нервно произнесла Яэль, — ты же уже отбыла наказание!

Девушка лишь вложила нож в ножны и направилась в палатку. Ярдена сидела за столом, на котором стояла кружка с кофе и один надкусанный бутерброд.

— Ты слышала сказку о Золушке?

— Да.

— Как фея-крестная превращает лохмотья в платье, тыкву в карету, а мышей в лошадей, и Золушка отправляется в дворец, но после полуночи магия рассеивается, и ей приходится бежать из дворца, чтобы её не разоблачили.

Ярдену боялись, считая её чокнутой психопаткой. А каким счесть человека, который с тобой ласково разговаривает и посреди разговора берёт и бьёт в солнечное сплетение? Так что разговор о сказке совсем не к добру.

— Я безошибочно определяю, врёт ли человек или нет.

Шуламит стояла неподвижно, ожидая дальнейших действий.

— Сколько тебе лет?

— Девятнадцать!

— Врёшь!

В голосе не осталось и намёка на ласку — в нём звенела сталь. Лейтенант вскочила со стула.

— Тебя выдаёт даже твоя невозмутимость. Любой бы из моих солдат начал бы дёргаться на твоём месте, даже если бы ей на самом деле было девятнадцать лет.

Ярдена подошла к Шуламит и приблизила своё лицо так близко, что её синие глаза смотрели в упор в серые глаза солдата.

— Да, ты выглядишь молодо. Стройная как кипарис, не пользуешься косметикой и не делаешь причёску. Но тебя выдают глаза. У тебя взгляд человека, повидавшего некоторое дерьмо.

Молниеносный удар ногой по колену, — но Зильбер ловко увернулась от него.

— Ты не та, кого за себя выдаёшь!

Апперкот в голову — тот же результат.

— Кто ты такая, Шуламит Зильбер?! — рычала лейтенант.

— Ты не поверишь, кто я такая.

Ярдена замерла на месте.

— С этого места поподробнее.

Теперь уже Шуламит двинулась навстречу командиру:

— Как говорили на лекции по инфекционным болезням — одно отравление привокзальным пирожком убедительнее сотни санбюллетеней на тему пищевых токсикоинфекций.

— Ты выражаешься не как медсестра.

— Так я и не медсестра. Я врач.

— Значит тебе точно не девятнадцать! На врача надо долго учиться.

Шуламит стремительным движением положила руки на виски Ярдены. Та хотела отскочить...

Ярдена открыла глаза. Она увидела под собой водную гладь и вопреки всем законам физики, стояла на поверхности, не проваливаясь. Она подняла глаза и поняла, что стоит посреди моря. По небу, оглашая воздух громкими криками, пролетела стая попугаев. Они двигались в направлении острова. Рядом стояла Шуламит.

— Моё имя тебе ничего не скажет, но я всё равно представлюсь. Меня зовут Дамира Драйзер.

— Врач Дамира, значит..., — Ярдена оскалилась, — и куда ты меня затащила?

— В чертоги памяти. Теперь уже моя очередь удивляться твоей хладнокровности.

— Ты псионик, — командир оглянулась, — и, судя по всему, неслабый псионик.

— Да, — Дамира посмотрела вслед летящим птицам.

— Значит террористы, которые друг друга расстреляли — твоих рук дело.

Солдат молчала.

— Что может столь могущественному человеку понадобиться от обычного командира?

— Ты не обычный командир, Ярдена Бекер.

Та скептически хмыкнула.

— У тебя не просто талант продумывать оптимальную стратегию — у тебя полководческий гений. Как у Александра Македонского или Суворова.

— Если я такой одарённый военачальник, то почему я глушу радикалов в заднице мира, вместо того, чтобы сесть в кресло генерала?

— Может потому, что тебе хочется глушить радикалов в заднице мира?

Ярдена и Дамира направились к острову. Вода упруго пружинила под ногами.

— С какой стати я должна помогать тебе?

— Я спасла Яэль. Ты не простила бы себе её смерть.

— Почему ты так решила?

— Ты понимала, что, скорее всего это сражение не выиграть и пришлось бы отступить. И Яэль бы осталась умирать в одиночестве.

— Да, она зелёный подросток, который пошла воевать, чтобы заработать на лечение мамы, — командир страдальчески поморщилась.

— Теперь же помоги спастись мне.

— Странная просьба от человека, которого может любого стереть в порошок.

— Я нахожусь в безнадёжном тупике. Пожалуйста, помоги мне придумать выход оттуда.