The Red Knight | Красный рыцарь (джен)

Как она меня увидела? Я опустил взгляд, судорожно проверяя, не совершил ли какую-нибудь чудовищную глупость — например, не забыл ли обновить Дезиллюминационные чары после того, как натянул новое снаряжение. Нет, всё на месте: я по-прежнему был полупрозрачным силуэтом, размытым в пространстве. Впрочем, даже забудь я об этом, в кромешной тьме потайной комнаты и под вторым наложенным заклятием это не имело бы ровным счётом никакого значения. Так каким же образом она разглядела меня сквозь темноту, маскировочные чары и чары Отвода глаз?

Я прищурился, придирчиво изучая незнакомку. На ней был плотно облегающий фигуру серый плащ, ничуть не скрывавший плавных изгибов тела. При этом любые приметы были надёжно спрятаны: даже волосы скрывал глубокий капюшон. Единственное, что мне удалось с трудом разглядеть в полумраке — изящную многоцветную маску в виде бабочки, закрывавшую верхнюю половину её лица.

Эта маска… должно быть, зачарованная. Скорее всего, Магическое зрение или что-то в этом духе. Да ещё наверняка с чарами ночного видения. Проклятье. Значит, оба моих маскировочных заклятия пошли прахом. Я тут же сбросил их: если назревает бой, не стоит сковывать себя лишней нагрузкой на каналы, сейчас мне пригодится каждая крупица магии, какую я только способен выжать.

— Весьма недурные чары для тайных вылазок, — промурлыкала она, двинувшись ко мне подчеркнуто манерной походкой, покачивая бедрами и плечами на каждом шагу. Это выгодно подчеркивало её фигуру и пышную грудь, на которых она сделала ещё больший акцент, слегка наклонившись вперёд и приложив указательный палец к подбородку: — Неужели я поймала господина Пожирателя смерти за чем-то неподобающим?

Я ошарашенно уставился на неё. Это тянуло на личный рекорд: меня редко вводили в ступор столько раз за один-единственный вечер — ну, разве что в присутствии Флёр или Габи, но те хотя бы жульничали с вейловской магией. Сначала чересчур взрослый наряд Вайлет, затем сочащаяся неприкрытой сексуальностью леди Блэк, чьё появление вообще стоило бы запретить законом, а теперь вот это.

Я даже не знал, как подобное описать. Вряд ли кто-то вообще поверит: мол, здрасьте, я тут ворую архиважный артефакт в подземельях богатейшего и влиятельнейшего волшебника Британии, уже почти выбрался наружу, как на выходе нарисовывается девица и встаёт в позу фотомодели из журнала «Колдовской каприз».

Мерлин упаси, если она сейчас начнёт раздеваться, мне точно крышка.

— Я не Пожиратель смерти, — отозвался я густым, искаженным магией и нарочито невозмутимым басом.

— Само собой нет, Дарт Вейдер, — игриво парировала она.

Эта реплика мгновенно выдала в ней либо полукровку, либо маглорождённую. Или, на худой конец, редчайший экземпляр чистокровной волшебницы без сословных предрассудков. Впрочем, волшебница ли она вообще? Где её палочка? Или она использует какую-то заморскую магию?

— Я предпочитаю Кайло Рена, — бросил я. Она слегка склонила голову набок. Что ж, по крайней мере, передо мной не очередная путешественница во времени. Нормально ли вообще проверять на это каждого встречного-поперечного? Наверное, паранойя. — Ты из охраны Малфоя?

— Разве я похожа на охрану? — бархатным голосом вопросила она в ответ.

Я покачал головой:

— Ты похожа на воровку. А раз уж сегодня ночью я занимаюсь тем же самым, давай просто сохраним этот маленький секрет между нами.

— Хм-м-м, — протянула она с откровенно чувственной истомой. — Секретная встреча… Я всегда мечтала о тайном ночном рандеву.

Я оцепенело смотрел на неё, всё ещё сомневаясь, не бред ли это. Мне ещё не доводилось встречать людей, которые так разговаривали — даже среди профессиональных обольстительниц.

— Понятно, — протянул я, сделав ударение на первом слоге. — Что ж, не смею тебя задерживать.

Однако стоило мне сделать шаг вперёд, как она плавным, едва ли не профессиональным взмахом запястья извлекла палочку.

— О, неужели ты откажешься задержаться ненадолго? — поинтересовалась она, и в её тоне не было ни намёка на просьбу. — Я была бы просто счастлива, помоги ты мне с покупками.

Я на всякий случай перехватил собственную палочку поудобнее:

— И что же именно ты ищешь?

— В данный момент я присматриваю редчайший и весьма изысканный дневник некоего старосты Слизерина по имени Том Риддл.

Я моргнул. Кто она вообще такая? В это время едва ли сыскалась бы пара человек, проявивших хоть какой-то интерес к этой с виду безобидной вещице. Её осведомленность означала одно из двух: либо она знала, что дневник — крестраж, либо кто-то знающий нанял её для кражи. В любом случае дело дрянь.

— Странное место для поиска канцелярских товаров, — заметил я, отступая на шаг назад и занимая более удобную оборонительную позицию, хотя палочку вскидывать пока не спешил. — Почему бы вместо этого не взять симпатичную золотую чашу? Кажется, я видел одну во-о-он там, — и я махнул рукой в случайном направлении за спину.

— Хм-м, соблазнительно, но нет.

Я пожал плечами:

— Что ж, тогда я вряд ли смогу тебе помочь.

— Почему? Потому что он уже у тебя? — вкрадчиво спросила она. Я, словно последний идиот, замер на долю секунды. Наблюдательности ей было не занимать: — О-о, так он у тебя. Прелестно. А теперь будь хорошим мальчиком и отдай его мне.

— Послушай… — договорить я не успел: в меня тут же полетел Оглушающий луч. Взмахнув палочкой, я выставил Щитовые чары.

От удара щит ощутимо содрогнулся и, к моему ужасу, пошёл трещинами. Стиснув зубы, я довернул палочку под углом и едва успел срикошетить заклятие до того, как защита разлетелась вдребезги. Луч с глухим треском рассыпался о каменную стену слева от меня. Я отступил ещё на шаг, во все глаза глядя на незнакомку.

Мерлин великий, да она чертовски сильна!

Её улыбка стала шире.

— Быть может, ты всё же передумаешь? — проворковала она. — Мне совсем не хочется делать тебе больно.

— Отвали, — прорычал я, вскидывая палочку.

— Ой-ой, кажется, кого-то нужно поучить хорошим манерам при общении с дамами, — произнесла она, сделав ещё несколько шагов ко мне. — К твоему счастью, я невероятно увлечённая учительница.

Прежде чем она успела договорить, моя палочка уже пришла в движение, как и ноги. Комната была слишком тесной для полноценного маневрирования, но торчать на одном месте мишенью я точно не собирался. С кончика моей палочки один за другим сорвались снопы зелёных, багровых и фиолетовых лучей. Ничего смертельного, но более чем достаточно, чтобы заставить её уйти в глухую защиту или прыгнуть в сторону.

Она не сделала ни того, ни другого. Вместо этого незнакомка играючи уклонилась от первых двух заклятий, изогнувшись самым причудливым образом, а затем запустила Экспеллиармус прямо навстречу моему Оглушающему, отразив его обратно в меня. Я пригнулся, выпуская новую волну несложных проклятий, но тут же остолбенел: женщина взмахнула палочкой и остановила их прямо в воздухе.

— Тебе определённо стоит постараться получше, мистер Не-Пожиратель-Смерти.

Элегантным взмахом она развернула зависшие чары и швырнула их обратно в мою сторону: лучи описали дугу, преследуя меня по всей комнате. Урок усвоен: не бросаться простыми заклинаниями, которые легко перехватить.

Кряхтя от напряжения, я принялся отбивать их, но следом накатила новая порция чужих чар. Только благодаря отчаянным рикошетам, паре Обезоруживающих заклинаний и толкающим чарам мне удалось уйти с траектории ударов — пара лучей лишь скользнула по зачарованной ткани мантии.

Вскинув палочку, я связал целую комбинацию чар уровня третьего-четвёртого курса и быстро выпустил их одну за другой. Однако эта ведьма оказалась куда проворнее, чем я предполагал. Двигаясь словно в танце, она ныряла, перекатывалась и лавировала меж моих атак, после чего мгновенно ответила собственной связкой.

Чёрт побери, мне кажется, или она мурлычет себе под нос какую-то мелодию?!

По лбу покатились капли пота. Я начал ощущать отток манеры и то, как постепенно нагревается древко палочки, пока я парировал всё, от чего не мог банально увернуться. Она была быстрой и невероятно мощной, но при этом разительно неэффективной в движениях. Её повадки казались нарочито театральными: кружиться на месте, вилять бедрами и выставлять грудь при каждом выпаде и уклонении. Неопытного сопляка это, быть может, и сбило бы с толку, но мне уже доводилось сражаться с дуэлянтами обоего пола, практиковавшими подобный цирк. Всё, чего она добивалась этими выкрутасами — попусту растрачивала драгоценное время и движения, которые могла бы потратить на пару лишних проклятий в мою сторону.

Впрочем, когда мне пришлось кубарем покатиться по полу, едва разминувшись с мерзкого вида желтоватым лучом, я с досадой признал: пожалуй, она могла позволить себе такое баловство. Все её заклинания были сложными, вылетали со свистом и били со страшной силой. Это пугающе напоминало мне Гарри.

Гарри… Мои глаза округлились. Неужели это Вайлет?! Нет, полный бред. Женщина передо мной швырялась столь мощной магией, какая бывает под силу лишь волшебникам с полностью сформировавшимся ядром. Даже окажись Вайлет таким же природным уникумом, как Гарри, подобный шквал тяжелейших чар досуха выжал бы любого одиннадцатилетнего ребёнка, какими бы колоссальными познаниями он ни обладал.

Серебристый луч врезался мне под лопатку — ощущение было такое, будто по спине с размаху приложили бетонной кувалдой. Не отвлекайся, Уизли! Погасив инерцию перекатом, я прополз несколько футов и укрылся за каменной колонной, потирая ноющее плечо. Хвала небесам и тому, кто надоумил меня надеть защитную мантию Пожирателя.

— Кто ты такая? — крикнул я. Мерлин, хоть бы она оказалась из тех болтливых особ, что обожают перекинуться парой слов прямо посреди дуэли. К счастью, так оно и вышло: обстрел прекратился.

— Разве правила приличия не требуют сперва представиться самому? — раздался в ответ насмешливый голос.

— Гарри Джеймс, — выпалил я. Прости, Гарри.

— Что ж, Гарри Джеймс — хотя я очень сомневаюсь, что это твоё настоящее имя, — меня ты можешь звать Злой Ведьмой.

— И что, теперь ты собираешься поступить со мной по-злому?

Она тихо рассмеялась:

— Смотря насколько хорошо ты сумеешь меня развлечь, Гарри Джеймс. Знаешь что? Сыграй свои карты правильно и отдай то, что мне нужно — и мы устроим отличный сеанс порки.

Я прикрыл глаза, лихорадочно выстраивая план. У меня в арсенале было кое-что подходящее против неё — связка заклинаний, которую я обычно приберегал для спаррингов с Гарри. Её придумали как раз для тех случаев, когда оппонент обожает лупить тяжелыми чарами так, словно завтрашний день никогда не наступит. Вот только я не был уверен, что сумею правильно сплести её прямо сейчас. Да и продержи я её долго, резерв бы лопнул.

Мерлин, в который раз я пожалел, что Старящее зелье не состаривает ядро на самом деле. Лишняя магия четырнадцатилетнего волшебника мне бы сейчас ой как не помешала.

— Порка для меня или для тебя? — поинтересовался я.

Её голос стал глубже и бархатистее:

— О, поверь, тебе понравится моя порка. Обещаю.

— Соблазнительно, — я мгновенно сместился влево, вскидывая палочку, — но нет!

С этими словами я обрушил на неё новый шквал заклятий средней руки. Сначала прицелился повыше, вынуждая её закрыться щитом или отбить атаку на верхнем уровне, а затем резко сбил ритм, переведя огонь ниже — в район живота и бедер.

Я рассчитывал, что она нырнет в сторону, раз уж верхняя половина корпуса была связана защитой. Вместо этого ведьма рухнула на колени и — явно при помощи толкающих чар — проскользила по полу, прогнувшись назад так низко, что её спина едва не коснулась каменных плит.

Я на мгновение опешил от столь экзотического уклонения, но тут же сообразил: она освободила проход! Я со всех ног рванул к выходу, пока путь был свободен, но в глаза ударила серебристая вспышка. Едва успев вильнуть в сторону, я бросил взгляд на женщину: та уже снова стояла на ногах, и на её губах играла самодовольная усмешка.

— И куда это мы намылились? — протянула она, а её палочка уже выписывала замысловатый узор. — Я ведь тебя ещё даже не отшлёпала!

Сейчас или никогда.

— Эквес! — отчеканил я формулу, совершая необходимое движение палочкой.

Она уже вовсю посылала в беззащитного маленького меня тяжелые, болезненные на вид чары. Я лишь криво ухмыльнулся, крутанув палочку и выставив её прямо перед собой.

— Контего! — выдохнул я вторую часть формулы.

Прямо передо мной соткался полупрозрачный алый каплевидный щит, приняв вражеские удары в упор. Ведьма явно не ожидала, что ни одно из её заклятий не пробьёт преграду и не срикошетит в сторону — они просто бесследно растворялись при контакте с алым полем. С каждым поглощённым ударом щит становился всё плотнее и ярче, впитывая каждую каплю направленной в него мощи. Едва прогремело последнее заклятие, я резко рубанул палочкой сверху вниз.

— Гладиум! — выкрикнул я.

Яркий щит мгновенно схлопнулся, а моя палочка вспыхнула багровым сиянием — вокруг неё материализовался полупрозрачный контур алого полуторного меча. Я наставил этот меч-палочку прямо на опешившую волшебницу и оскалился.

Судя по её остекленевшему взгляду, я попал точно в цель: до неё наконец дошло, что все брошенные в меня чары сейчас полетят обратно. Она попыталась уйти с линии атаки, но выпущенные моим зачарованным клинком лучи неслись с чудовищной плотностью огня, напоминая лучшие магловские скорострельные пушки. Сделав пару шагов, ведьма осознала, что увернуться не успеет, и спешно выставила купольный щит. Впереди вспыхнула ослепительная полусфера, принявшая на себя основной массив возвращенной магии.

Какой бы мощной волшебницей она ни была, в природе не существовало щита, способного безболезненно выдержать собственную концентрированную ярость. Не прошло и секунды, как купол пошёл трещинами, тускнея от каждого попадания.

Я уже решил, что дело в шляпе, но тут из её груди вырвался низкий хищный рык. По моей спине пробежал ледяной холодок. В ослепительной вспышке женщина обратилась в гибкую чёрную пантеру и сорвалась с места. Если прежде она казалась быстрой, то теперь превратилась в смазанную тень, с легкостью обгонявшую траектории заклятий. Корректировать огонь было бесполезно: зверь мчался не по прямой, то взлетая на каменные стены, то меняя направление вопреки законам физики.

Чёрт возьми, это было просто нечестно!

Накатило свинцовое утомление, зрение сузилось до темнеющего туннеля. Стиснув зубы, я разорвал связь с плетением заклинания — видимо, таков был предел для моего нынешнего двенадцатилетнего резерва.

Не теряя ни секунды, я припустил к лестнице, надеясь оторваться. Однако леденящий душу рык раздался прямо за спиной. Оглянувшись, я едва не наложил в штаны: две пары ослепительно белых клыков неслись прямо на меня. Я машинально вскинул руки, прикрывая шею, и в тот же миг страшный удар сбил меня с ног.

Земля ушла из-под ног, а через секунду спина с размаху врезалась во что-то твёрдое. На миг перехватило дыхание, но я с облегчением почувствовал, что под подошвами снова каменный пол. В глазах всё ещё двоилось, и я понимал, что передышки мне не дадут. Каждая клеточка внутри вопила, что нужно действовать. Я вскинул палочку в надежде выпустить хоть какое-то заклятие, но что-то мягкое, горячее и на диво тяжелое со всего маху впечатало меня в стену.

В нос ударил густой аромат сандала.

— А танец вышел неплох.

Я потряс головой, силясь сообразить, что произошло. Открыв глаза, я увидел лицо Злой Ведьмы: её улыбка жутковато напоминала леденящую ухмылку Вайлет. Я попытался шевельнуть руками, чтобы оттолкнуть её, но тут снизу прилетел сокрушительный удар прямо в пах. Я задохнулся, согнувшись пополам, пока обжигающая волна боли прокатилась от бедер по позвоночнику к самому затылку. Голова глухо ткнулась во что-то мягкое, но упругое, а с губ сорвался сдавленный стон.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она снова заговорила:

— Будь умницей, иначе в следующий раз моё колено обойдётся с тобой не столь деликатно.

Я откинулся назад, скрипя зубами от спазмов в животе. Собрав крупицы концентрации, я возвёл Окклюментный щит, пытаясь отрезать болевой шок. Это возымело эффект: дыхание выровнялось, а резкая обжигающая боль притупилась до терпимого пульсирующего покалывания.

— Это было подло, — прохрипел я.

— Чистая правда, — согласилась она, растягивая губы в довольной улыбке. — Вообще-то это любимый приёмчик моей подружки. Правда, она обычно советует сперва связать жертву. Но раз уж веревки под рукой нет, сойдёт и так. — Она приподняла левую руку, и я скосил глаза: прямо на меня хищно смотрел узкий кинжал с зазубренным лезвием.

Где, во имя Мерлина, она его прятала?!

— Ну так что, будешь пай-мальчиком? — поинтересовалась она.

Я глухо рыкнул и откинул затылок к холодному камню:

— Ладно, — буркнул я.

— Вот и умница, — промурлыкала она, придвинувшись практически вплотную. Запах сандала стал почти удушающим, а её грудь уперлась мне прямо в подбородок. Как и во время памятных объятий с леди Блэк, моё тело мгновенно бросило в жар, а внизу живота всё перевернулось. Против гормональной бури двенадцатилетнего тела спасовала даже Окклюменция. — Думаю, то, что будет дальше, тебе понравится. Давай сыграем в игру: «Где ты прячешь этот дневник?», идёт?

Я зарычал, когда её свободная рука принялась неторопливо поглаживать мой левый бок. Я дёрнул руками вверх, но тут же почувствовал острое покалывание в шею — недвусмысленное предупреждение лезвием. Пришлось медленно опустить ладони обратно.

— Да забирай уже и покончим с этим, — процедил я сквозь зубы, пока её пальцы продолжали медленно скользить по одежде, оставляя за собой дорожки жара.

— Ах, мужчины, — вздохнула она с лукавой усмешкой. — Вечно стремитесь сразу к кульминации. Тебе стоит научиться ценить прелюдию. Хм-м-м, в карманах мантии пусто… Я бы сразу нащупала. — Она замерла, и её ладонь внезапно скользнула ниже. Меня прошиб озноб. На губах ведьмы мелькнула ехидная улыбка: — В карманах брюк? Если я задержусь спереди, найду ли я там дневник — или свидетельство того, как сильно ты обрадовался нашей встрече?

Я пробормотал нечто откровенно нецензурное прямо ей в вырез. Она заливисто расхохоталась.

— О-о, за это тебе полагается ещё один сеанс порки! Кстати, о порке…

Её ладонь скользнула назад, в сторону заднего кармана. Нащупав твердый корешок дневника, натягивавший плотную ткань, она разок похлопала по нему, после чего рука вернулась на мой бок.

— Ну вот и он, — удовлетворённо произнесла она. — Совсем не больно, правда? — Она помолчала пару секунд, склонив голову набок.

Я ждал, что она вытащит тетрадь и это даст мне шанс вырваться. Но женщина просто продолжала стоять, прижимая меня к стене. Спустя несколько секунд бесцельного разглядывания её маски я тяжело вздохнул:

— Да забери ты его и проваливай уже.

Она фыркнула:

— Какой же ты нетерпеливый. Нам ведь ещё нужно обсудить детали порки.

— Чего ты от меня хочешь? — прямо спросил я.

— Ну ладно, раз уж ты так ставишь вопрос. Если честно, мне просто любопытно. Ты дерёшься слишком чисто для Пожирателя смерти. Или ты решил меня недооценить? Использовать банальные школьные чары было даже немного обидно.

— Прости, если ранил твои чувства, — огрызнулся я.

Она продолжила, словно не заметив моей шпильки:

— Хотя должна признать, этот твой алый щит с мечом — штука потрясающая. Защитное плетение, поглощающее входящую магию, а затем меч, стреляющий этой же силой без вербальных формул и пассов… Моя подружка отдала бы всё на свете, чтобы поболтать с тобой.

— Та самая подружка, которая любит бить волшебников промеж ног?

Она снова рассмеялась:

— Именно она.

— Извини, но график у меня сейчас чересчур плотный.

— Может, встретимся как-нибудь ещё? — жизнерадостно предложила она. — Правда, не зная, как ты выглядишь на самом деле, провернуть это будет трудновато, так что…

Мои глаза полезли на лоб: её левая ладонь потянулась к моей щеке. Даже с изменённым цветом волос показывать своё настоящее лицо столь опасной и умелой колдунье было чистым самоубийством — особенно учитывая, что я понятия не имел, на чьей она стороне. Я дернулся, но острие кинжала тут же предупреждающе кольнуло кожу на горле чуть глубже.

— Не усложняй себе жизнь, — мурлыкнула она. — Я всего лишь хочу посмотреть, кто скрывается под маской. Разве я прошу о чём-то невозможном?

От накатившего отчаяния внутренности скрутило узлом, когда её пальцы коснулись края маски у моего подбородка.

То ли вмешался сам Мерлин, то ли мне сказочно повезло, но в тишине подвала раздался звонкий хлопок аппарации. Женщина замерла, и мы оба синхронно повернули головы налево. В проходе стоял домовик, ошалело взирая на происходящее.

— Что здесики происходит? — пискнул он грубым мужским голосом. Не Добби, мгновенно отметил мой мозг.

Повернувшись к нам, эльф вытаращил круглые глазища. Я живо представил, какую картину он застал: двое людей в масках — парень и девушка — сплелись в объятиях, которые любой сторонний наблюдатель счёл бы откровенно интимными, и происходит всё это в самом сердце тайного хранилища его господина.

На долю секунды мне стало нестерпимо стыдно: только бы этот бедолага не решил, будто мы устроили тут любовные утехи. Хотя, положа руку на сердце, кража пустого блокнота из тайника Малфоев выглядела ничуть не менее бредово.

Спустя мгновение домовик наконец судорожно втянул воздух:

— Воры-ы-ы!..

С непостижимой скоростью Злая Ведьма отпрянула от меня и, развернувшись на пятке, вскинула палочку. Алый луч Оглушающего врезался эльфу точно в грудь, и тот кулем повалился на каменный пол.

Это был мой единственный шанс. Я сделал резкий подсекающий выпад ногой, выбивая у неё опору. Она попыталась удержать равновесие, но тут наши взгляды встретились: вся её игривая улыбка испарилась, сменившись бешеным оскалом. Слишком соблазнительная мишень, чтобы пройти мимо. И я ударил. Со всей дури.

Кулак впечатался в её подбородок с восхитительным, опьяняющим хрустом. Ведьма покачнулась, схватившись за ушибленное лицо, а я выиграл драгоценные две секунды, чтобы сосредоточиться. Я ненавидел подобные авантюры, но крайние меры редко бывают приятными. Риск расщепления был запредельным, но оставаться здесь означало верную гибель. Я закрыл глаза и отчаянно воскресил в памяти образ той самой ванной комнаты, где оставил своего Двойника: форму умывальника, душевую кабину, запах лавандового мыла на полке…

Распахнув глаза, я увидел, как ведьма уже вскидывает палочку в мою сторону. Я лишь резко крутанулся на пятке. Тайное хранилище померкло. Мои рёбра и конечности стиснуло чудовищным давлением, словно меня проталкивали сквозь узкую резиновую трубку, а глазные яблоки, казалось, вдавило вглубь черепа. И вдруг мрак рассеялся, а в лёгкие хлынул воздух. Я стоял на коленях на кафельном полу ванной, совершенно выжатый и дрожащий от слабости.

Прошло пара минут, прежде чем дыхание наконец восстановилось. Первым делом я ощупал себя — пальцы, уши, нос были на месте, расщепление миновало. Затем запустил руку в карман и извлёк холодную гладкую книжицу в кожаном переплёте. Дневник был со мной. Следом полетели на пол маска и мантия.

Спасибо тебе, мантия Пожирателя смерти, за беспрепятственный доступ к аппарации прямо сквозь чары Малфой-мэнора.

И всё же это было слишком близко к провалу. Кто, чёрт возьми, эта ведьма? Мысль о том, что под маской скрывалась Вайлет, не давала мне покоя. В конце концов, у неё были самые веские причины выкрасть этот дневник. Но даже используй она Старящее зелье, как и я, она ни за что не смогла бы выдать такое количество сокрушительных чар и не упасть без чувств от истощения.

Существовали десятки фундаментальных исследований развития магического ядра, копившихся веками. Я не был экспертом в тонкостях теории, но суть сводилась к трём стадиям.

Первая стадия — когда у детей только просыпается магия, но ядро ещё нестабильно, отсюда частые стихийные выбросы. Вторая — когда ядро стабилизируется настолько, что в одиннадцать лет ребёнок может взять палочку (именно поэтому Луне не покупали её раньше времени). Случайные выбросы всё ещё возможны, но с годами сходят на нет. И третья стадия — полное созревание и окончательная фиксация резерва к семнадцати годам.

Короче говоря, эта женщина физически не могла быть Вайлет.

Впрочем, внутренний голос тут же ехидно напомнил мне, что буквально на днях я выяснил, что Вайлет и Грейнджер вполне могли переродиться с воспоминаниями из прошлой жизни, а сам я очутился в параллельном мире. С академической точки зрения всё это тоже считалось абсолютно невозможным. Так кто мог поручиться, что Злая Ведьма — не Вайлет?

Теории в голове посыпались одна за другой. Вдруг Вайлет оказалась настолько редким феноменом, что родилась со взрослым ядром, перечеркнув вековые догмы? Или существует особая версия Старящего зелья, ускоряющая взросление самой магии? Чёрт побери, да вдруг она наткнулась на какой-нибудь забытый тёмный ритуал и превратилась в суперведьму?!

Не усложняй, осадил я себя. Были ведь и другие кандидатуры. К примеру, та же Беллатриса Блэк — разве не идеальная подозреваемая? Но едва сформулировав эту мысль, я тут же её отбросил. Запахи совершенно не совпадали, как и пропорции тел. Учитывая, что сегодня мне невольно довелось вплотную пощупать обеих дам, я мог с абсолютной уверенностью заявить: по части пышности форм леди Блэк дала бы Злой Ведьме фору в добрых два очка.

Если только она не воспользовалась маскировочным зельем или чарами изменения внешности. Это ведь тоже вполне логично?

И тут меня осенило. Мерлин правый, какой же я кретин!

— *Статус?* — мысленно послал я сигнал по связке.

После короткой паузы в голове раздался бесстрастный мысленный ответ:

— *Скоро ужин.*

— *Беллатриса Блэк и Вайлет в зале?*

— *Да.*

— *Кто-нибудь из них отлучался из бальной залы хоть ненадолго?*

— *Ни на секунду.*

Я шумно выдохнул. Пусть это и не опровергало мои догадки на все сто процентов, но служило железобетонным алиби против обеих. Впрочем, сейчас у меня были заботы поважнее личности таинственной ведьмы. Вылазка ещё не закончилась, и я понятия не имел, не растревожили ли события в хранилище гнездо акромантулов.

— *Малфои на месте?*

— *Их появление только что официально объявили.*

— *Есть признаки того, что они заметили брешь в защите?*

— *Никаких.*

Снова вздохнув, я подумал, что мне стоит задним числом поблагодарить Злую Ведьму за то, что она оглушила домовика до того, как тот поднял тревогу. При мысли о ней меня снова передёрнуло. То, как она впечатала меня в стену, блуждающие по телу руки, грудь прямо перед лицом… Что ж, если прибавить к этому недавние объятия с леди Блэк, моё половое созревание явно взлетело на скоростном магловском лифте прямо на верхний этаж небоскрёба.

— *Как освободишься, возвращайся в туалетную комнату. Через ту же дверь. Попробуй снова взять Тилли в провожатые.*

— *Я не идиот, сам соображу.*

— *Я просто не хочу, чтобы всё пошло прахом. Сегодня всё и так идёт наперекосяк.*

— *Тебе стоит поработать над самооценкой, приятель. Ты ведь выбрался целым и невредимым, разве нет?*

Ему наверняка потребуется некоторое время, но это было мне только на руку: предстояло срочно привести себя в божеский вид. Увеличив сундук, я достал флакон Бодроперцового зелья. Осушив его залпом, я почувствовал физическое облегчение, хотя даже на простейший Люмос сейчас вряд ли наскрёб бы искру. Спрятав маску и завернув дневник в мантию, я надёжно упрятал добычу на самое дно сундука.

К моменту, когда он вернулся, действие зелья уже развеялось, и ко мне вернулась привычная рыжая шевелюра. Мой Двойник окинул меня придирчивым взглядом и смешно сморщил нос. Я вздохнул и огляделся по сторонам. Богатые чистокровные семейства обычно оставляли в гостевых уборных флаконы с освежающими эликсирами. Глупая светская блажь, но сейчас она пришлась как нельзя кстати.

Заметив батарею стеклянных флакончиков с распылителями, я сделал пару пробных пшиков в воздух. Единственный аромат, не отдающий откровенно женскими духами, всё равно имел лёгкий цветочный шлейф, но выбирать не приходилось. Оставалось надеяться, что Дафна не станет коситься на меня весь остаток вечера из-за того, что от меня разит слаще обычного.

Слегка сбрызнув воротник, я повернулся к Двойнику. Тот удовлетворённо кивнул и протянул ладонь. Едва наши пальцы соприкоснулись, его воспоминания хлынули в моё сознание. Судя по увиденному, Дафна успела представить меня ещё нескольким почтенным семействам, прежде чем чета Малфоев наконец соизволила объявить о начале торжественного ужина.

Когда поток образов иссяк, я благодарно кивнул. Мой двойник улыбнулся и прямо на глазах начал складываться обратно в тонкий лист зачарованной бумаги. Смяв его, я сунул комок в карман, мысленно сказав ему спасибо за безупречную службу.

Когда домовик Тилли проводил меня обратно в бальную залу, гости уже неторопливо рассаживались за накрытыми столами под звуки негромкой струнной музыки. Дафна стояла неподалёку с лёгким раздражением на лице, которое мгновенно сменилось тревогой, едва она меня заметила.

— Ты в порядке? — с порога спросила она.

— Э-э, да, — отозвался я, надеясь, что дело не в цветочном аромате. — А что такое?

— У тебя волосы в полном беспорядке.

— А, это… — Я глупо улыбнулся.

— Впрочем, сойдёт. — Она взяла меня под руку, но тут же замерла: — На тебе что, духи «Бельмонт»?

— Что?

Она покачала головой:

— Неважно. Пойдём скорее к нашему столу.

— Ладно, — выдохнул я, едва сдерживая стон, когда она потянула меня за собой чуть быстрее, чем хотелось бы уставшим мышцам. — Помедленнее, ладно? Я немного вымотался.

Она воззрилась на меня с искренним недоумением:

— Вымотался? От обычной прогулки до уборной?

Я лишь криво усмехнулся:

— Ты просто не поверишь, сколько всего стряслось по дороге.