Близнецы-2. Семейные тайны (гет)

Утром Елена собрала всех учителей в учительской. Все удивились, когда вместе с ней зашли двое полицейских. Выяснилось, что в машине Павла обнаружили труп Каверина. Услышав эту новость, Георгий как можно более убедительно сделал вид, что удивлен. Уж он-то и Войтевич прекрасно знали, как все произошло на самом деле. Удивление остальных было абсолютно искренним. Никто не мог поверить в то, что Лобанов мог убить человека. Больше всех был потрясен Виктор, ведь он знал Павла лучше всех. Да, в последнее время из-за ревности Лобанов часто начал терять самообладание. Например, тот случай, когда он чуть не удушил Максима Морозова, но на убийство человека Павел не был способен. Что-то подсказывало Виктору, что Павла подставили. Но он даже не догадывался, что настоящие убийцы Каверина сейчас стояли рядом с ним.

* * *

В это время ребята сидели в столовой. Андрея среди них не было. Тот сказал, что задержится. Он хотел еще раз посмотреть видео с гипнотического сеанса. Когда Андрей наконец-то появился в столовой, его вид был напуганным.

— Вы давно здесь? — сразу спросил он.

— Да. А что случилось? — поинтересовалась Даша.

— Флешка пропала. Я вышел всего на пять минут, но её уже нигде не было.

— Блин, надо было её спрятать, — расстроилась Даша.

А Андрей быстро осмотрел столовую и спросил:

— А вы Юлю не видели? Она была на завтраке?

— Вроде нет. Ты думаешь, это она? — догадалась Даша.

— Не знаю. Но я видел её в коридоре рядом с нашей комнатой, — ответил Андрей.

— И что вы теперь скажете? — спросила Вика, обрадовавшись, что можно обвинить в этом Юлю и тем самым настроить Макса против неё.

— Вик, хватит. Это уже какая-то паранойя. Юля могла просто проходить мимо, — сказал Рома, вновь защищая Юлю.

— Рома прав, — неожиданно заговорила Люба. — Это еще не значит, что она заодно с преступниками. Мне Юля тоже не нравится, но я же не обвиняю её во всех смертных грехах. Флешку вообще мог взять кто угодно, ведь здесь не школа, а проходной двор.

Люба замолчала и попыталась настроиться. Прибегнув к своим способностям, она неожиданно поняла, что флешка сейчас находится у Ольшанской.

— Странно, способности говорят мне, что флешку могла взять Анна.

— Нет, это точно не она. Зачем ей какая-то флешка? — сразу же возразил Андрей. Ему не хотелось верить, что его возлюбленная могла быть замешана в этом.

— Ладно, не веришь моим способностям, может быть, поверишь Веронике?

После завтрака ребята быстро поднялись в комнату. Вероника сразу же дотронулась до стола, на котором лежала флешка.

Анна старалась действовать быстро, но было видно, что она волновалась и боялась, что Андрей может застать её здесь. Заветная флешка лежала на письменном столе на самом видном месте. Анна быстро схватила её и выбежала из комнаты.

— Это Анна, — сказала Ника.

— Нет, это какая-то ошибка. Я не верю, что Анна с ними, — с уверенностью сказал Андрей и вышел из комнаты, хлопнув дверью.

* * *

В это время Георгий давал показания следователю. Врать было непросто, ведь он всегда хорошо относился к Павлу. Но физрук увидел то, что не предназначалось для его глаз, поэтому был очень опасным свидетелем. Показания Павла могли поставить под удар всю их деятельность, а также отношения Георгия с дочерьми. Поэтому Зарубин не мог допустить, чтобы о его причастности к преступлениям стало кому-то известно. И больше всего он боялся не пожизненного заключения в тюрьме, а того, что дочери, узнав о преступлениях отца, отвернутся от него. При допросе также присутствовал и Виктор. Оттого лгать было еще сложнее, ведь Георгию так не хотелось видеть осуждающий взгляд Полякова и отвечать на вопросы: «Зачем ты оболгал Павла?», «Ты же знаешь, что это неправда?». Поэтому Георгий старался врать как можно более натурально.

— Как давно вы знаете Павла Лобанова? — спросил его следователь.

— Около десяти лет. С тех пор как работаю здесь.

— Какие отношения сложились между Лобановым и Кавериным?

— Сначала они конфликтовали. Так получилось, что Каверин въехал в его машину, а потом начал флиртовать с Анной Ольшанской, когда она еще встречалась с Павлом. Затем вроде бы их отношения нормализовались. Их нельзя было назвать друзьями, но вроде бы они вполне себе мирно сосуществовали. А потом Каверин уехал ухаживать за больной матерью и пропал. Примерно в это же время Павел очень изменился. Он стал очень агрессивным. На уроках появлялся в состоянии алкогольного опьянения. А один раз Павел поднял руку на ученика. Мне было очень больно смотреть на него, но я даже не догадывался, что же с ним произошло. Павел всегда казался мне адекватным человеком, неспособным пойти на такое страшное преступление. Надеюсь, это какая-то ошибка.

— Ладно, вы свободны.

Георгий быстро вышел в коридор. Почему-то ему тут же вспомнились слова Сони, когда он выпустил её из подземелья:

— Я всегда знала, что ты хороший.

«Да, Соня. Хорошо, что ты не видишь, как я пытаюсь посадить в тюрьму невиновного человека, притом, что еще несколько дней назад я пил с ним вино», — с горечью подумал он. В этот момент мимо него прошел полицейский с прозрачным пакетиком, в котором были таблетки. Георгий сразу же его узнал, ведь именно он подбросил эти таблетки в комнату Лобанова после его отъезда.

* * *

Люба с трудом дождалась, когда осталась с Юлей наедине. Она уже давно хотела с ней поговорить. Конечно, чтобы узнать о том, что происходит в этой школе, Любе пришлось заключить с Самойловой временное перемирие. Но её сердце по-прежнему болезненно сжималось, когда она видела влюбленный взгляд Ромы, направленный в сторону Юли. И в то же время она прекрасно знала об отношениях Максима и Самойловой. В этот момент Любе было больно смотреть на Рому, пытавшегося безуспешно добиться Юлиного внимания.

— С Максом была? — спросила она.

— Слушай, как ты обо всем догадываешься? Тебе не кажется, что ты часто лезешь не в свое дело.

— Шею прикрой, иначе об этом догадаются не только я и Вика. Представляю, как Роме будет больно, когда он узнает о ваших отношениях. Лучший друг и девушка, которая ему нравится, за его спиной крутят роман. Такое и врагу не пожелаешь.

— Что тебе от меня надо?

— Брось морочить парню голову. Если ты хочешь быть с Максом, так ему и скажи. Рома мне до сих пор очень дорог, и я никому не позволю делать ему больно.

— Постой, ты что ревнуешь? А мне казалось, что ты встречаешься с Королевым? Так кто же из них двоих — твой парень?

— А это не твоё дело, — грубо ответила Люба и вышла. Ей было больно осознавать, что Юля была права. Девушка, легко угадывающая отношения окружающих её людей, запуталась в своих собственных.