Глава 12. Анатомия тостера, или Эффект бабочки
Место действия: апартаменты Дамблдора, потом вся Британия. Время: вечер после победы и далее. Атмосфера: пряники, «Огденское» и осуждающий тостер.
— Поздравляю, — сказал Гарри. — Мы объединили три магические школы, два министерства и одну психушку. Мой лучший аврор теперь — пума, а мой крестный отец, кажется, решил стать частью интерьера в Лютном переулке. Что дальше?
Драко объяснил: они не просто спасли магглов — они сшили лоскуты реальности суровой ниткой. Ткань истончилась. В Министерстве самопомешались все самопишущие перья и начали писать стихи о бренности бытия.
Рон Уизли пытался намазать пряник горчицей, перепутав её с джемом, и обнаружил главное последствие операции: его тостер теперь осуждает. Каждая яичница получает цитату из «Происхождения видов». Вчера его яичницу назвали «жалкой попыткой эволюции».
— Он не разговаривает. Он просто... осуждает.
Юлия погладила тостер. Тот мурлыкнул и выплюнул идеальный тост. По её классификации: когда сталкиваются две системы — жесткая (Хогвартс) и текучая (Тибидохс) — на стыке рождается мусор. Энтропия. Тостер — метафора. Как лифты. Как стажёрка, которая теперь может случайно превратить кота в табуретку.
Решение было найти не запереть, а адаптировать: магия теперь как ребёнок, который только что научился ходить. Ударишь по рукам — сожжёт дом. Гарри позвонил Кингсли: — Нам нужен не Отдел по борьбе с неправомерным использованием магии. Нам нужен Департамент межмировой интеграции.
Распределение по уставу нового департамента: Драко — протоколы. Юлия — силовое подавление. Гарри — объяснения Министру, пока у него не случится инсульт. Рон — совесть отдела и контроль за тем, чтобы жена не скармливала домовому эльфу артишоки: у того от них изжога и желание устроить революцию.
Тостер выплюнул тост. На нём корицей было выведено: «Сопротивление бесполезно. Да здравствует завтрак».




