История о Лорде Гарольде, великом попаданце и избраннике Магии (джен)

Край вселенной, неизвестный континент, деревенька Увядшего Персика

Покинув хибару трусливого крестьянина, Вася с наслаждением и превосходством вдохнул воздух неизвестного мира.

— Ну что ж. Это маленькая неудача на моём великом пути. Пусть у меня больше нет силы, но я всё ещё остаюсь Владыкой Вселенной! Эти земли должны принять своего повелителя… Хотя… Не недооцениваю ли я себя? — внезапно остановившись, Вася задумчиво почесал затылок, — всего лишь император… Это недостойно моего несравненного величия! Решено! Отныне я принесу на эти земли свет истинной веры! Жалкие рабы, время поклониться своему богу!

Довольно рассмеявшись, Вася направил стопы в сторону виднеющегося неподалёку хутора.

* * *

Бу Цзо, лидер небольшой банды головорезов, держал деревню Увядшего Персика в своём кулаке уже больше пяти лет. Сама по себе она не представляла никакой ценности, но была весьма удобной базой для рейдерских налётов на близлежащий торговый тракт.

Этим утром он и пара его самых преданных головорезов решили навестить деревеньку, проверив ситуацию. Стоило им войти в деревню, как навстречу, вышагивая походкой, отдалённо напоминающей цаплю, вышел тип в очень странном наряде со взглядом, будто бы он находился не на чистой деревенской улице, а в городской канализации. Не успел Бу Цзо что-либо предпринять, как тип, заметив его со товарищи, как-то особенно гадко ухмыльнулся и, сделав два особенно длинных и нелепых шага, встал напротив слегка растерявшегося от такого странного поведения лидера разбойников. Бу Цзо гневно нахмурился на такое явное неуважение, но, прежде чем он успел осадить наглеца, тот, горделиво вздёрнув подбородок, начал нести какую-то чушь:

— Эй, жалкий смерд! Как утречко? Вижу, не очень. Это всё потому, что ты, жалкая букашка, забыл помолиться великому мне! Оттого неудача и преследует тебя! Ну ничего, я — бог милостивый. Немедленно отвези меня в лучший ресторан, да предоставь покои достойные небожителя! Тогда, быть может, я смилуюсь и развею тучи неудач над твоей головой!

Вася, а это, разумеется, был он, надменно хмыкнул, с нескрываемым презрением и некой брезгливостью смотря на мускулистых верзил, что были выше его на целую голову. По его мнению, эти существа не были достойны даже знать его имени, но как начинающий бог, он должен был пойти на милость и позволить первым последователям небольшую вольность. Разумеется, в дальнейшем их следовало казнить!

Бандиты недоумённо переглянулись, а затем, как по команде, дружно расхохотались. Вволю насмеявшись, они взглянули на красного от гнева Васю, что, помня реакцию жалкого крестьянина, приташившего его к себе в сарай, надеялся, что ему наконец-то удалось найти землю с действительно умными людьми, понимающими кто стоит перед ними! Стоило головорезам увидеть готового взорваться от злости Великого Бога, как они вновь громко засмеялись. От захлеснувшего его возмущения Вася несколько раз громко втянул воздух и подавился им. Прокашлявшись, он злобно уставился на всё ещё ржущих как лошади бандитов и, как ему казалось, холодно и высокомерно проговорил:

— Жалкие смертные, вам жить надоело? Как вы смеете хулить моё несравненное я! Да я… Да я вас… Ух! Я на вас…

Бум! Не успел Вася закончить свой гневный монолог, как левый от главаря бандит, наконец, закончил смеяться и с размаху заехал Васе прямо в табло. Только разгневанный Великий Бог хотел снова начать материться, как правый головорез пинком перевернул его лицом в землю, а главарь мигом придавил худосочного Васю ботинком в землю.

— Дебил! Ты, может, и сумасшедший, но меру знать надо! Я — Бу Цзо, главарь банды Персикового Копья! Ещё одна такая выходка и я не посмотрю, что у тебя беды с башкой и отправлю эту самую бошку болтаться на пике! — убрав ногу с приглушённого Васи, Бу Цзо развернулся к своим подручным и скомандовал: — Эй, парни, отметельте этого ушлёпка хорошенько, да выкиньте в лес. Будет ему уроком.

Хрипящего от боли Васю мигом подхватили под руки, пока тот отплёвывался от песка, бандиты отнесли его в ближайшую рощу, где, хорошенько избив, и оставили валяться.