Мир, который невозможно встретить где-либо ещё (гет)

Адриан

Сложный, тяжелый день. Мне казалось, что он никогда не закончится.

За внешне красивой картинкой скрывалось всеобщее напряжение и ожидание чего-то неминуемого. Опасного. Страшного. Я не знал, чего именно, даже не предполагал, но был уверен, что легко и гладко сегодняшний день, а в особенности вечер точно не пройдет. Предчувствие — оно меня никогда не подводило.

Ближе к обеду начали прибывать послы из соседних княжеств, а также почетные горожане моего княжества. Как драконы, так и люди, ведь для меня наши расы равны.

После известия, что сегодня закончится отбор, мне стали приходить письма с просьбами разрешить присоединиться к балу, дабы одними из первых увидеть и оценить будущую княгиню. Изначально я не хотел устраивать настолько пышное мероприятие, но за прошедшие дни стало понятно, что его не избежать. Ведь нам было необходимо найти и поймать заказчика всех покушений, а кто он, мы до сих пор не знали и даже не догадывались. Но я нисколько не сомневался, что он прибудет на бал. Осталось только вычислить предателя. Если, конечно, им окажется не одна из участниц. Действующая или уже выбывшая. Поначалу я подозревал княжну Шаулу, но в последнее время начал сомневаться в своих суждениях, уж слишком явная кандидатка. Друзья разделяли мою точку зрения, и теперь казалось, что ее просто используют, ставят под удар. Но кто и с какой целью, мы пока могли только догадываться.

Конечно, если мы не ошибались.

Как только вернулись Гарнар с Селеной, я тут же понял, что дальнейшее участие девушки в отборе прекращено. Надо было видеть, насколько ревниво мой главный военачальник смотрит на свою невесту. Да-да, теперь и он решительно и бесповоротно заявил, что намерен жениться на одной из участниц отбора.

— Не одной, а самой лучшей! — чуть ли не взревел он, сверкая серебристыми глазами, когда услышал мое замечание, а девушка мило краснела, кусала губы и виновато смотрела в пол, но не возражала против такого быстрого развития отношений, что заставило меня улыбнуться.

Я тоже не возражал. С самого начала не рассматривал ее в качестве супруги, так что только порадовался счастью новообразовавшейся пары.

Гарнар не стал вдаваться в подробности, что между ними произошло, а я не настаивал. Потом расскажет, когда все закончится. Но несмотря на его категоричное «нет» в отношении дальнейшего участия Селены в отборе, я попросил его повременить с подобным заявлением.

— Гар, я понимаю, что ты боишься за свою невесту, — сказал, когда мы с другом отошли в мой кабинет, а Селену он лично проводил в комнату и приставил к двери стражу. — Я тоже боюсь не меньше твоего. За каждую из участниц, так как несу за них ответственность. И за свою невесту особенно. Надеюсь, теперь ты меня понимаешь, друг, — усмехнулся я, вспомнив, как он относился к моему беспокойству «по пустякам». — Однако если сейчас объявить о вашей помолвке и выбытии Селены из отбора, то это вызовет много лишних вопросов и подозрений. Давай повременим хотя бы до вечера. На балу и ты, и Эд, и Идрис сможете объявить о своем выборе и намерении жениться.

Гарнару это не понравилось. Спорил он долго, напористо, рьяно доказывая свою правоту и то, что Селене теперь нет смысла продолжать участие в моем отборе, но в итоге уступил. Правда, с условием, что будет находиться рядом с ней и ни с кем больше.

— Хорошо. Только будь поблизости и не забывай, зачем именно сегодня устраивается бал. Ты мне нужен как один из самых лучших и сильных драконов, а не как ревнивый жених. Нам необходимо поймать заказчика всех этих покушений, пока дело не зашло еще дальше.

— Понял. Не подведу.

Больше донимать друга не стал. Просто знал, что если он дал слово, то не откажется от него. И теперь не сомневался, что он будет зорко следить и за Селеной, и за гостями, а это сегодня в приоритете.

Ближе к обеду начался следующий этап конкурса — к участницам стали приходить горожане с различными просьбами. Не скажу, что прием жителей Алиота входил в ежедневные обязанности княгини. Обычно на такие приемы выделялся один день в неделю. В другие же дни просителей мог принять управляющий, если случалось что-то срочное и важное, но это было скорее исключением. Ведь в княжестве уже много лет было тихо и спокойно. Сегодня же пришлось отойти от многолетнего правила и открыть двери для всех желающих, пойдя на поводу у распорядителя. Но на самом деле я был даже рад этому, ведь вне конкурсов все участницы добры, милы и улыбчивы. Показывают только свои положительные качества, но, когда дело касается какой-то проблемы, могут показать истинное лицо. Так что сейчас я издали наблюдал за каждой из девушек, подмечая малейшие изменения в мимике или разговоре. Их расположили в соседних комнатах на первом этаже дворца, чтобы и они не пересекались друг с другом, и горожанам не нужно было далеко идти, и я их хорошо видел.

Селена, что меня приятно удивило, была дружелюбна, мила и добра с просителями, с чем бы они к ней ни обращались. И это несмотря на то, что в отборе, по сути, уже не участвовала.

— …Госпожа, мне в магазин нужно закупить сырье, а оно поставляется из вашего княжества Альтаир. Может, вы сможете поспособствовать?

— …И мне тоже! Да, у нас глиняная утварь, но мы хотим расширяться.

— …А у меня куры заболели. И зелье в лекарской лавке закончилось, а мне лечить их нечем. Может, у вашего лекаря есть нужное зелье?

И все в таком же духе. К каждой девушке было отправлено по пять горожан с самыми разнообразными прошениями, и за каждой участницей пристально наблюдал Логмэр, записывая в блокнот чуть ли не каждое предложение.

Как он везде успевал, для меня оставалось загадкой.

Княжне Шауле достались прошения посерьезнее, впрочем, я не сомневался, что она со всем справится. Вот только ее манера общения с горожанами меня совершенно не устроила. Быть князем не означает считать себя выше остальных или позволять себе грубое и надменное поведение. А вот за княжной это было замечено. Именно мной, но не Логмэром. У моего управляющего к этой участнице как раз не было никаких претензий или замечаний, что насторожило.

Было видно, что княжна больше всех импонирует распорядителю, но нельзя же так явно это показывать. Девушка может быть во всем идеальной и прекрасно подходить на роль княгини, но в моем случае это ничего не решало. Свой выбор я уже сделал.

А вот леди Миарель не смогла справиться с заданием. На третьем же прошении она заволновалась и в итоге дала неверную информацию. Так что мне даже пришлось вмешаться. Четвертое и пятое прошения она тоже истолковала неверно и, по сути, провалила испытание, но выгонять ее прямо посреди конкурса я не стал. По той же причине, почему оставил Селену. Нельзя показывать заказчику покушений, что участниц стало меньше.

Опасно? Очень. Но за девушек я был спокоен, за Селеной следил ее жених — самый грозный дракон моего княжества, за Шаулой — Идрис, параллельно отслеживая ее мысли. Ведь княжна полна тайн и загадок, до которых очень сложно добраться. А за Миарель следил Эдмунд. Пусть он и производил впечатление легкомысленного ловеласа, но, когда дело касалось чьей-либо безопасности, был одним из самых надежных и преданных драконов. Чуть позже я отправил к Миарель и Таллию, чтобы она тоже была перед глазами своего жениха и он не порывался отойти и проверить ее безопасность.

А вот Варвара на конкурсе приятно удивила. На довольно сложные вопросы она смогла ответить достойно и без заминок.

— Госпожа, мне всего лишь необходимо узнать, когда откроется еще одна школа для детей из простых семей. В тех школах, что уже есть, не хватает мест, и я очень боюсь, что моего мальчика не возьмут учиться.

Перед моей невестой стояла простая горожанка. Человек. Анна, конечно же, не знала этой информации, ведь об этом нигде не было сказано, да и не общались мы с ней на подобные темы, но тем не менее не растерялась.

— А что вам говорили ранее по поводу ее открытия? — деловито поинтересовалась Анна.

— Что она откроется осенью.

— А сейчас еще весна, так что время есть, и я вас уверяю, что ее обязательно откроют.

— Так а если не успеют?

— Если князь дал слово — он обязательно его выполнит, не беспокойтесь.

После такого четкого, прямого ответа тепло разлилось в груди. Несмотря ни на что, она верит в меня и силу моего слова. Это заставило улыбнуться.

Было огромное желание подойти и обнять ее, но я сдержался. Нельзя показывать любые эмоции на публике. И уж тем более дать понять, что Анну я выбрал на роль будущей княгини. Что она моя истинная. Преступник, кем бы он ни был, в этом случае может полностью переключиться на нее, а я могу просто не успеть ее защитить…

Что примечательно, некоторые почетные граждане нашего княжества изъявили желание присутствовать на испытании участниц. Быть судьями. Среди них я узнал судью Алиота — отца одной из выбывших участниц, а также Главного прокурора княжества, казначея, нескольких торговцев и даже дядю княжны Альнитак, лорда Ронгреда, что стало для меня не очень приятным сюрпризом.

В редких поездках в княжество Альхен я имел честь с ним познакомиться и пообщаться. Неприятный тип, скрытный, жесткий и властный, ловко умеющий вывернуться из любой ситуации. Даже удивительно, ведь его родной брат — действующий князь Альхена и отец Шаулы, был довольно приятным мужчиной. Спокойным, рассудительным и умным. Насколько я помню, в прошлом у братьев был серьезный конфликт из-за власти, но он уже давно решился. И сейчас оба брата находились в моем дворце в качестве почетных гостей.

После обеда и окончания второго этапа конкурса гостей во дворце стало значительно больше — прибыли послы из некоторых соседних княжеств. И сейчас, задолго до начала бала, они были везде. На террасах, во внутреннем дворе, в зале, следили за подготовкой к торжеству и даже на кухне. Все обитатели дворца вели себя спокойно, сдержанно, но была видна общая напряженность. Настолько масштабных и грандиозных событий за последние несколько десятков лет у нас еще не было, и некоторые из слуг с таким наплывом гостей столкнулись впервые. Но ничего, справятся. И я очень надеюсь, что к ним не будет применяться магия внушения, иначе последствия могут быть более чем серьезными.

Первым делом всех вновь прибывших проверял Идрис, используя тонкую, незаметную ментальную магию. Нам нужна была любая зацепка, любая нить, связывающая человека или дракона с заказчиком покушений. Хоть что-то, на что можно обратить внимание. За что зацепиться. Да, у Идриса это отнимало очень много сил и энергии, но я знал, что он справится. Потом сможет отдохнуть и восстановиться, но сейчас его ментальная магия была очень нужна. Но, как назло, мысли очень многих гостей были полностью закрыты, дракл их раздери. Оно и понятно, многие драконы с детства учатся закрывать разум и мысли от посторонних для своего же блага. Я и сам часто так делал, но сейчас это умение только раздражало.

После нескольких неудачных попыток я дал указание смотреть на всех магическим зрением. Подмечать любые колебания и изменения потоков магии. Все, что может показаться подозрительным. Такая же установка была дана и моему личному отряду стражи, ведь за таким количеством гостей уследить намного сложнее.

Я и сам смотрел на всех, используя магическое зрение, подмечая ко всему прочему настроение и эмоции, но, как назло, весь вечер меня отвлекали. Практически каждый из прибывших почитал своим долгом подойти и поинтересоваться делами княжества. И моими личными.

— Как же так получилось, ваша светлость, что решили окончить отбор досрочно? Неужели успели выбрать себе супругу или дело в чем-то еще?

Одним из первых любопытствующих был главный торговец нашего княжества, отец одной из девушек, не прошедших даже в первый этап. Как всегда улыбчивый, учтивый, но уж слишком явный подхалим. Для торговых дел это неплохое качество, но в повседневной жизни мешает.

— Вы скоро обо всем узнаете, господин Варненский. Осталось подождать совсем немного, будьте более терпеливыми.

— О, если вы не заметили, ваша светлость, терпением тут не отличается никто, — рассмеялся он, подмечая редкие, быстрые, но уж очень внимательные взгляды в нашу сторону.

Я с сожалением подтвердил этот факт. Тут собрались не драконы, а настоящие боевые виверны, готовые наброситься в любую секунду, стоит только дать повод.

— Заметил, — улыбнулся я в ответ. — Так что не переживайте, вы не одиноки в своем неведении.

— А это правда, что в финал отбора прошла иномирная девушка?

Да, пусть это был вполне логичный интерес, но он меня насторожил. Сказать по правде, сейчас меня настораживали все, кто интересовался моей Анной.

— Да, это правда, — ответил я спокойно, ничем не выдавая истинных эмоций. — Она достойно прошла все испытания и смогла обойти многих участниц отбора.

— Да-да, смогла обойти даже мою дочь, — не то с сожалением, не то со скрытой злобой отозвался он, но тут же вновь улыбнулся. — О ней не говорит только ленивый, а таких в княжестве, можно сказать, нет. Ведь появление иномирянок в наших краях стало чрезвычайно редким событием. Такого не наблюдалось уже несколько сотен лет. Так что нам уже не терпится посмотреть на девушку и оценить ее, а заодно и выбор королевы.

А вот это мне совсем не понравилось. Захотелось наплевать на сегодняшний день, на бал и поимку этого драклового преступника и унести Анну на своих крыльях куда-нибудь далеко, но… нельзя. Если я сейчас упущу заказчика, то потом не прощу себе этого. Так что пришлось сжать зубы и продолжить общение вполне учтиво.

— Скоро у вас будет такая возможность, господин Варненский. А сейчас прошу меня простить…

— Ваша светлость, пока мы здесь, можем ли мы решить пару вопросов, касающихся поставок айдулита?

Как только я отвязался от одного неприятного типа, ему на смену подошел посол княжества Блуэрген. Отсылать его сразу было неправильным, но разговаривать и уж тем более улаживать дела княжества и поставок я сейчас не желал.

— Мы обязательно вернемся к этому вопросу, только уже после бала. Не волнуйтесь, ваш вопрос я не забуду, но сейчас у меня много других дел и забот.

Правда, заняться насущными делами все равно не получилось: послы и гости сменяли друг друга, стараясь обязательно подойти ко мне до бала и задать пару-другую вопросов. Как важных, касающихся дел княжества, так и пустых, бестолковых. Общаться ни с кем не хотелось, но тем не менее я вежливо улыбался и отвечал, попутно прощупывая их самих.

Но ни у кого не заметил ничего подозрительного.

Некоторые из гостей сразу же по прибытии попросили предоставить им отдельные комнаты, дабы привести себя в порядок после долгой дороги. В основном дамы из соседних княжеств, но были и представители моего княжества. Предоставил, куда ж деваться, но ситуация мне нравилась все меньше и меньше. Я уже с нетерпением ждал начала бала и особенно его окончания.

В главном зале собрались все, кто находился в данный момент во дворце. Даже слуги, причем полным составом. Стараясь быть незаметными и не путаться у господ под ногами, они встали вдоль стен и тихо наблюдали за разворачивающимся действием. Не упустили возможности посмотреть на «церемонию» выбора будущей княгини. По-хорошему им тут не место, однако выгонять никого не стал. Просто потому, что посчитал это неправильным. Даже если мое решение не нравилось некоторым из гостей, менять его не стал. В своем дворце я могу делать то, что считаю нужным. Даже позволять слугам находиться на балу.

Однако если бы только это было моей головной болью. Послы, почетные люди и драконы Алиота, приглашенные гости и даже некоторые из покинувших отбор девушек с родственниками — сейчас в этом зале собрались все, кто хотел одним из первых узнать о победительнице сложнейшего отбора. О девушке, которая в скором времени станет княгиней Алиота. Которая смогла обойти более трехсот участниц, истинных дракониц. Лучших среди остальных.

Что ж, думаю, мой выбор для многих станет неожиданным, но это даже лучше.

Сегодня Логмэр постарался. Убранство зала поражало своей роскошью и помпезностью. Резьба, лепнина, позолота даже там, где ее отродясь не было, хрусталь, всевозможные статуи, цветы, дополнительные люстры с сотней магических огоньков. Все это искрилось и переливалось, отражаясь бликами на начищенном до блеска полу и драгоценностях гостей, коих собралось больше двух сотен. То тут, то там мелькали слуги в парадных ливреях, угождая каждому, даже самому взыскательному гостю. Шуршали пышные юбки, всюду слышен смех и звон бокалов. В общем, торжество удовлетворило всех. Кроме меня.

Я не любитель подобных торжеств и тем более таких помпезных, но показная роскошь сейчас была как нельзя кстати. Она отвлекала гостей от меня и давала возможность спокойно сосредоточиться на считывании их эмоций.

Леди Парренс, знатная дама моего княжества и супруга почившего первого ювелира, слишком сильно волнуется, постоянно оглядываясь на свою дочь, совсем еще юную драконицу, отчаянно краснеющую при разговоре с лордом Хенсвингом — высоким, видным драконом, но отчаянным ловеласом, не пропускающим ни одной юбки.

Госпожа Дорвейн, наоборот, показывала свою уже довольно взрослую дочь всем и каждому, не забывая кокетничать сама. Лорд Роелс с двумя сыновьями стояли в стороне ото всех и тщательно разглядывали зал, явно присматриваясь к хорошеньким незамужним девушкам. Оно и неудивительно, на таких масштабных мероприятиях часто можно найти выгодную партию для себя или засидевшегося в холостяках родственника. Так что это для меня не стало новостью. Пусть устраивают свою судьбу, главное, чтобы вели себя достойно.

Но были и те, кому присутствие на балу доставляло отнюдь не удовольствие. И к ним я приглядывался особенно тщательно.

Лорд Матиас, прилетевший из княжества Игринор, смотрел на всех так, словно тут собрались не люди и драконы, а ядовитые змеи. Насколько я знаю, он в принципе не жалует подобные мероприятия и сюда прилетел исключительно из-за важности налаживания поставок айдулита, но проигнорировать приглашение на бал не смог. Однако никаких негативных эмоций я у него не ощутил, только пренебрежение и безразличие. Что ж, вполне возможно, к покушениям он не имеет отношения.

Лорд Вертэс тоже был не рад присутствовать на встрече и всячески старался это показать: придирался к слугам, к напиткам, угощениям и даже гостям. То госпожа Дорвейн ведет себя слишком вызывающе и порочит гордое имя дракона, то леди Дирран надела слишком вызывающее платье, выпячивая напоказ «срамоту», то пол слишком скользкий, то ночь слишком темная. Вот тут я не сдержался и хмыкнул. Немногим раньше, ещё до вступления на трон, я имел честь видеться с лордом Вертэсом, находясь в его княжестве вместе с отцом. И уже заранее знал, чего можно ждать от чопорного дракона преклонных лет. Он и в более молодом возрасте не отличался добродушным характером, а с возрастом становился еще более придирчивым. Но заказчик преступлений точно не он. Вертэс, хоть и вредный старый дракон, но до такого низкого поступка не опустится.

А вот господин Вензелос из Эфратара, лорд Ронгрейд и князь Альнитак, а также несколько малознакомых драконов вызвали очень много вопросов. Пусть все они, кроме двоюродных братьев из княжества Альхен, были друг с другом не знакомы, но всех их объединяет одно — закрытые мысли. Целиком и полностью. Я наблюдал за ними долго, но так и не смог взломать защиту. И даже Идрис, подошедший по моей просьбе, не справился со взломом ментальной стены.

— Что ты можешь на это сказать? — спросил я тихо друга, пока он сосредотачивался на Вензелосе, неприятном драконе с темным прошлым и неоднозначной репутацией.

— Не знаю, Риан. Но такая закрытость мне не нравится. Им явно есть что скрывать, но относится ли это к нашему делу, пока не знаю. Буду присматриваться к ним и дальше.

В том, что высокопоставленные драконы закрывают свой разум, нет ничего сверхъестественного, но эмоции при любой ментальной защите обычно чувствуются без проблем. И тут полное закрытие разума и мыслей показалось более чем странным. Настораживающим. Но проверить их официально, без объявления причин и предъявления обвинений, тоже было невозможно и чревато отнюдь не положительными последствиями. Так что мы снова не спешили. Следили, подмечали детали, но не вступали в открытые конфликты.

Послы, гости, стража, слуги… все смешалось в один пестрый калейдоскоп. Кто-то из гостей подходил ко мне для решения вопросов или простой, ничего не значащей беседы. А кто-то, наоборот, старался не привлекать внимания и тихо перешептывался в укромных уголках. Именно к таким гостям я и отправлял дополнительную проверку. Незаметную, ментальную и довольно сильную. Да, пусть там и разговаривали на темы, неприемлемые для всех, но опять же ни у кого из них мы не заметили даже намека на покушения.

Это начинало настораживать.

Я отдал указание следить за ними более тщательно, однако именно в этот момент Логмэр начал объявлять о появлении в зале последних, самых стойких участниц отбора, которые смогли дойти до последнего испытания. Это отвлекло меня от считывания эмоций.

— Княжна Шаула Альнитак из княжества Альхен, — объявил он во всеуслышание, после чего в зале воцарилась звенящая тишина. И в этой тишине особенно громко был слышен стук каблучков гордо вышагивающей красивой девушки. Облаченная в пышное темно-синее платье с элегантной серебряной вышивкой, она буквально проплыла по вмиг опустевшему центру зала прямо ко мне и с очаровательной улыбкой поклонилась.

— Рада приветствовать вас, мой князь.

Сдержанная, как всегда, элегантная и красивая, она приковала к себе взгляды всех собравшихся. Я даже услышал тихие восхищенные вздохи и перешептывания, что именно она станет будущей княгиней. Неудивительно. Девушка на самом деле как нельзя лучше подходила на эту роль. Знает этикет, умеет обращаться со слугами и придворными, прекрасно воспитана и умеет держаться в обществе.

Идеальная.

Но не для меня.

Как и полагается, поприветствовал участницу в ответ, обжигая ее ручки, облаченные в перчатки, поцелуем, и дежурно улыбнулся, провожая девушку взглядом, пока она занимала место, отведенное для участниц.

Странно, но вдруг почувствовал небольшое головокружение и пелену перед глазами, которые тут же прошли.

Хм, что это было?

Обернулся на Гарнара и Эдмунда, стоявших не так далеко от меня, и нахмурился. Они тоже что-то заметили, судя по напряженным лицам. Пока пытался понять, что произошло, Логмэр уже объявлял следующую участницу.

— Леди Миарель Карьяни, княжество Эфратар, — продолжил распорядитель, едва от меня отошла первая участница. Леди Миарель вышла чуть смущенная и, кажется, заплаканная. В красивом золотом платье, прекрасно оттеняющем ее волосы. И что меня порадовало, не стала долго задерживаться, поприветствовала, присела в реверансе и быстро заняла место недалеко от княжны.

— Леди Селена аль Шафар, княжество Альтаир, — невозмутимо продолжил распорядитель, представляя следующую участницу.

При выходе Селены невольно улыбнулся, отметив, с какой ревностью за ней и всеми собравшимися следит Гарнар. Да, пусть он не мог сейчас в открытую объявить всем собравшимся, что эта девушка занята, но следил зорко. Главное, чтобы об основной обязанности на сегодняшний вечер не забыл, ревнивец.

Селена, как и Миарель, чуть смущенно меня поприветствовала и встала на свое место, осторожно и так же застенчиво поглядывая на своего жениха. Хорошо, что на бал не смог прилететь ее брат, иначе разборка между Гарнаром и Сэнтаром была бы неизбежна.

— Варвара Ларина, иномирянка, — закончил Логмэр, как всегда, неприглядно представив мою девочку. Я невольно скривился от такого обращения, но, похоже, многими моя гримаса была воспринята иначе — как нежелание видеть девушку на отборе. Некоторые гости даже тихо посмеялись, что снова меня не обрадовало и даже разозлило. Однако быстро взял себя в руки: пусть думают, что Анна для меня не важна. Пусть считают, что я лишь терплю ее присутствие и по неизвестной причине не выгоняю, сейчас так даже лучше, меньше будут обращать на нее внимание и не станут донимать.

Быстро справился с невесть откуда взявшимся гневом и посмотрел на осторожно ступающую в зал девушку. Боги, какая же она красивая. От одного только взгляда на Анну перехватило дыхание. Такая… нежная, смущенная, чуть испуганная. Очаровательная. Надо отдать должное Аисе, она прекрасно подобрала бальный наряд для будущей княгини. Анна была облачена в темно-синее платье с пышной юбкой и золотой вышивкой, выгодно подчеркивающее ее стройную фигуру. Пышные локоны забраны в аккуратную прическу и заколоты фамильными драгоценностями. Я сам, лично, передал их Аисе для образа моей девочки. И не прогадал. Тонкая, изумительно изящная диадема с айдулитами прекрасно вписывалась в образ и оттеняла невероятные голубые глаза.

По всей видимости, Анна впервые присутствует на таком масштабном мероприятии с участием сотен гостей. Хоть держалась достойно, но была взволнована и настороженно поглядывала по сторонам.

Она тоже заметила изменившееся выражение моего лица и нахмурилась. Не поняла, что именно оно означает. Видимо, решила так же, как и большинство гостей, что я не рад ее появлению. Что ж, придется позже вымаливать у нее прощение. Но ничего, уверен, она простит, когда поймет весь замысел сегодняшнего вечера. А пока Анна гордо вздернула подбородок и уверенно прошествовала через весь зал ко мне. Я очень надеялся увидеть ее улыбку, хотя бы намек на нее, но Анна присела в идеальном реверансе (спасибо любимой кузине) и, глядя куда-то в пол, проговорила дежурное:

— Ваша светлость, я рада вас видеть.

— Конечно рада, — донеслось откуда-то сбоку, пока я не успел сказать ничего в ответ. — Наверняка в своем мире была какой-нибудь посудомойкой.

Варвара поджала губы, выпрямилась, но отвечать ничего не стала и не увидела, каким взглядом я наградил говорившего, коим оказался сын помещика, холеный и лощеный молодой хлыщ блондинистой наружности. Кивнула и развернулась, чтобы пройти к остальным невестам. Однако я ее задержал.

— Господин Олбрейд, вы слишком тихо говорите. Не могли бы вы повторить свои слова, но уже для всех гостей?

Варвара, стоя рядом со мной, заметно напряглась. Даже едва слышно шепнула: «Зачем?» — но я точно знал, для чего это делаю. Белобрысый хлыщ самодовольно усмехнулся и повторил свои слова более громко. В идеальной тишине зала они прогремели подобно звуку горна.

— Я сказал, ваша светлость, что иномирянка наверняка работала посудомойкой или иной прислугой, раз не может нормально держаться в высшем обществе.

— Я. Вас. Понял, — произнес тихо и по слогам. По одному моему тону всем присутствующим стало ясно, что сейчас я еле себя сдерживаю, чтобы не применить истинную драконью силу против этого недоумка.

Оскорбить участницу отбора. В моем присутствии и в присутствии сотен гостей. Это ж каким придурком надо быть? Все присутствующие это поняли и заметно побледнели. Как, впрочем, и Олбрейд. Только запоздало.

— А теперь я хочу, чтобы вы извинились, — продолжил я, обращаясь к нему и не отпуская Варвару от себя.

— Простите, ваша светлость. Это было неосмотрительно с моей стороны.

— Извиниться нужно не передо мной, а перед Варварой.

Олбрейд поднял недоуменный взгляд, но перечить не стал. И правильно. Я сейчас еле себя сдерживал, и, видимо, мое состояние прекрасно отражалось в светящихся глазах с вертикальными зрачками.

— Д-да, конечно. Прошу прощения, Варвара. Я не хотел вас оскорбить.

Вопросительно взглянул на свою девочку и заметил, что она кивнула, не проронив ни слова. Обижена. И это снова моя вина. Да, можно было прямо сейчас во всеуслышание объявить о том, что именно она моя нареченная. Что она моя истинная и будущая княгиня, но… опять это драклово но. В этом случае мы спугнем заказчика преступлений и уже никогда не найдем. Кто знает, на что он еще может быть способен.

Так что я, стиснув зубы, отпустил Варвару к остальным участницам и уже чуть более спокойно продолжил:

— Для начала я рад приветствовать каждого из вас в своем доме. Сегодня особенный день: окончание отбора и объявление победительницы. Будущей княгини, которая займет место рядом со мной. Тем не менее хотел бы напомнить об уважительном обращении по отношению к каждой участнице отбора. Оскорбляя нашу гостью, вы оскорбляете прежде всего меня и королеву Софию Арумскую. Ведь именно она сделала выбор, приведя из далекого, необычного для нас мира по девушке в каждое княжество. Я надеюсь, что впредь подобного не повторится.

Ответом мне послужили потупленные взгляды и тишина. Проняло. Однако настроение Варвары было окончательно испорчено. Даже не настраиваясь конкретно на нее, я это ощущал. Она была расстроена. И сильно.

Дракл всех раздери!

Не стал больше тянуть время и объявил о начале бала. Не стал упоминать, что это последний официальный этап конкурса. Что тут будут оценивать, как девушки держатся в обществе, как общаются с гостями, как танцуют. Это уже формальность, не более.

Когда же начались танцы, я вновь был вынужден сосредоточиться на гостях, будь они неладны. Как же хотелось послать всех к драклам, взять Анну в охапку и улететь. Но нельзя. Позже. Сейчас я смотрел, как несколько пар вышли на середину зала и закружились в такт плавной музыке. Селену тут же пригласил Гарнар, что совсем неудивительно, к Миарель подошел посол ее княжества. Княжну Шаулу увел в центр зала ее дядя, лорд Ронгред, а вот Анну решил пригласить на первый танец… князь Альнитак. А ведь это хотел сделать я, дракл вас раздери! Даже двинулся в ее сторону, намереваясь станцевать первый танец именно с ней, но меня опередили.

Как не кинулся на князя, осталось загадкой даже для меня. Перед глазами вновь появилась пелена гнева и возникло небольшое головокружение. Ярость застила взор, но я сдерживался, показывая просто чудеса выдержки. Я даже перестал следить за гостями, считывать их потоки магии и эмоции, поглощенный своими мыслями.

Что со мной? Это странно и неправильно.

— Риан, все в порядке?

Ко мне подошел Идрис, а позади него стояла взволнованная Аиса, поглядывая то на меня, то на Анну, вальсирующую не со мной, а с князем Альнитаком. И даже о чем-то с ним мило беседующую. А князь улыбался. Улыбался ей, дракл подери!

— В полном, — ответил я другу и стремительно вышел на балкон. Подальше от всех этих гостей. Подальше от лицемеров. Подальше от всего.

Сейчас я был зол даже на Варвару. За то, что танцевала с другим. За то, что улыбалась. За все…

Расстегнул ворот камзола и тяжело облокотился на перила, стараясь дышать полной грудью и прийти в себя.

Это не я. Это ненормально.

Я всегда прекрасно держал себя в руках в любой ситуации, а тут едва не накинулся на мою девочку.

Дракл…

За размышлениями даже не услышал, как ко мне подошли. Почувствовал легкое, но уверенное касание и обернулся, тут же утонув в ледяном светящемся взгляде невероятно красивых девичьих глаз.

— Все будет хорошо, муж мой. Я смогу тебе помочь.