Чертоги разума Гермионы Грейнджер (джен)

Я вернулась к себе, скоро уже отбой, но тревога не проходила. Я продолжила мониторить состояние Невилла единственно доступным мне способом: вытащила карту Таро. Башня. Трактовать её можно было миллионом способов. Но в моей голове в тот момент возникла одна ассоциация: Астрономическая Башня.

Может, сегодня день Икс, и Невилл ввязался в дело спасения Норберта? Не похоже, помнится Драко в тот день был как на иголках, а я видела его краем глаза в общей гостиной спокойного и довольного.

Так бы я и терялась в догадках, если б в комнату не влетел с истошным рёвом Живоглот и не забегал кругами вокруг меня. Тревога — поняла я, надо бежать на Астрономическую Башню. На ходу накинув на себя Согревающие и Отводящие глаз руны, я побежала.

Взлетая по винтовой лестнице, я услышала приглушённые всхлипы. На верхней площадке я замерла.

Невилл стоял у парапета, вцепившись в камень побелевшими пальцами. Его плечи вздрагивали, а в лунном свете блестели дорожки слёз на щеках.

Я медленно приблизилась и положила руку на плечо мальчугана.

— Я... — он сглотнул, голос дрогнул. — Я не могу больше. Всё рухнуло.

— О чём ты говоришь? — я положила ладонь на его руку, сжатую в кулак.

— Ты не понимаешь! — он рванул ворот мантии, словно тот душил его. — А я не знаю как сказать... Моя бабушка... она умерла. От проклятия... — с трудом выдавливает он.

— Это так внезапно... Она всегда была такой сильной...

Я остолбеваю, не находя слов утешения. Такого нигде не было! Какого слонопотама надо было раздавить, чтобы погибла железная леди Августа!

Невилл продолжает, будто выплёскивает наружу всю свою боль:

— Но это ещё не всё! Перед смертью она рассказала ужасные вещи. Я тоже... тоже скоро умру, Гермиона.

— Рассказывай всё по порядку! — Мне надо знать подробности.

— Я никому не рассказывал об этом... Но мои родители... Они уже не они. Они выжили после пыток,но... Это как разбитое зеркало. Можно склеить, но отражения уже не будут целыми. Я всегда думал, что ведьма, которая их пытала сумасшедшая, но оказалось, что она мстила за своего ребёнка. Я думал, мои родители герои, а они пытали её первые. Она сошла с ума, когда потеряла ребёнка из-за них. Это просто расплата... Это снежный ком мести... А теперь семейное проклятие Блэков убило бабушку. Я следующий... Ничего нельзя сделать!.. Меня уже ничто не спасёт!..

— Спокойно, Невилл, я знаю пару способов тебе помочь. Ну, да, даже, если тебя съели, у тебя есть пара выходов)

Эта нехитрая шутка, несмотря на трагичность ситуации разрядила обстановку, и Невилл попытался улыбнуться.

— Давай, сделаем так. Я прошу тебя в уплату Долга Жизни не спешить со смертью. Ну, да, звучит смешно, но я серьёзно. Не пори горячку, успокойся. Не встревай в ближайшее время ни в какие истории, даже если тебя будут просить помочь драконам, гипогрифам, зелёным человечкам. А я обдумаю ситуацию и предложу конкретный план. Даже два плана.

— Хорошо, — серьёзно сказал последний Лонгботтом, — даже если ты ничего не придумаешь, я умру, отдав тебе Долг.

— Вот-вот, давай-ка я провожу тебя до вашей Башни.

Мой замысел был такой: чтобы разорвать проклятие Беллатриссы, Невилл должен формально прекратить быть частью рода Лонгботтомов. Проклятие, привязанное к кровной линии, потеряет над ним власть. А ещё лучше это сделать через обряд Посвящения Смертью. Символически умереть, тогда проклятие достигнет цели — но цена будет высока. Он лишится не только угрозы, но и фамилии, и рода, и наследия предков.

Нам нужно согласие Невилла как добровольного отрекающегося и Место, где грань между мирами тонка.

Мы дошли до гриффиндорской Башни, когда мой план полностью оформился.

— Невилл, я всё придумала! Отставить не влезать в истории! Когда Поттер попросит тебя помочь Хагриду — соглашайся!

— Нам надо попасть в Запретный лес! — сказала я уже шёпотом вслед уходящему Невиллу. Надежда на спасение, хоть он и не верил в неё, чуть приободрила мальчика.

* * *

Я подловила Малфоя на выходе из Общежития Слизерина. Он был как на иголках в радостном предвкушении, что наконец-то Гарри Поттеру достанется по заслугам!

— Драко, я иду с тобой! — заявила я с ходу, — я знаю про дракона и тоже хочу лично наблюдать позор гриффиндорцев. Драко скорчил недовольную мордочку, а потом, словно вспомнив что-то сказал:

— Конечно, Грейнджер! Мы их прищучим!

Я уже заметила, что после каникул Драко Малфой стал ко мне более лояльным, думаю, не обошлось без внушения его сиятельного папочки, который не против использовать к своей выгоде любой поворот событий.

Вот так и вышло, что Макгонагалл, поймала нас с Драко в ночном коридоре, а скоро на нашу тёплую компанию выбежали запыхавшиеся Гарри и Невилл, благополучно доставившие Дракончика на Астрономическую Башню и на радостях забывшие там Мантию Невидимку. Рон Уизли, как и ожидалось, соскочил с этой опасной ночной прогулки.

— Подумать только — четверо учеников бродят ночью по школе! — отрабатывала своё выступление Минерва.

Баллы сняли со всех, но теперь с противоборствующих факультетов ушло поровну самоцветов в Часах в Главном Холле. Снейп оглядел нас с Малфоем подозрительным и презрительным взглядом одновременно. Всё же мимика у него — просто отпад!

Он передал нам записки и стремительно удалился.

"Для отбытия наказания будьте сегодня в одиннадцать часов вечера у входа из школы. Там вас будет ждать мистер Филч".

Ну, вот, всё те же лица, всё то же действо. Гарри с Драко и Клыком отправились в одну сторону, а мы с Невилом и Хагридом в другую.

Проходя по поляне, залитой лунным светом, я узнала и это место, и это толстое раскидистое дерево из моего сна. Я потянула Невилла под ветви дерева — под ними скрывалось такое огромное дупло, что мы спокойно спрятались вдвоём не нагибаясь.

Ночной Запретный лес дышал холодом, а каждый шорох заставлял сердце сжиматься. Лунный свет пробивался сквозь листву редкими бликами, рисуя на земле причудливую мозаику теней. Хагрид, не заметив нашего исчезновения, тараном ломился сквозь чащу.

Невилл осторожно всматривался в темноту. Его лицо казалось непривычно серьёзным.

Я только что поведала ему свой план спасения от Проклятия Блэков и ожидала его отказа или согласия.

— Это очень страшно, то что ты предлагаешь, но я хочу жить, — прошептал он, — пусть я не буду Лонгботтомом, но я останусь Невиллом. И этого у меня не отнять. Я согласен!

На этих словах на поляну перед нашим деревом выбежал раненый единорог и рухнул на землю, а за ним появилась фигура в капюшоне. Вязкую тьму леса пронзили ледяные стрелы страха. Фигура в капюшоне не была человеком, это была тень, несущая Смерть. Невилл резко отдернул руку, зацепился за торчавший сучок, и у него на ладони показалась кровь.

Все условия для нашего ритуала выполнены: Запретный Лес, близость Смерти, ритуальная кровь. Осталась только Клятва Отречения. Я протянула Невиллу лист с текстом клятвы, буквы её неоновым светом выделялись в темноте дупла. И он шёпотом, замирая от страха и чуть не падая в обморок, проговорил:

— Я, Невилл Лонгботтом, отказываюсь от крови, имени и судьбы Рода. Пусть моя жизнь станет моей собственной, а Проклятие уйдёт в пустоту!

Невилл погрузился в транс на несколько минут — его сердце замерло, а кожа стала ледяной. В этот момент он должен видеть образы предков: они молча кивнут, принимая его выбор.

Когда он открывает глаза, на ладони остаётся шрам в виде разорванной цепи.

Тем временем на поляне, как на сцене продолжается действие. На поляну вваливаются следующие действующие лица: Гарри, замерший от ужаса от увиденной картины, и Малфой с Клыком. У последних с чувством самосохранения все в порядке, поэтому они бросаются прочь.

— Мы с тобой здесь в безопасности, — вдруг произносит Невилл, не таясь, чуть повернувшись ко мне. Его голос звучит непривычно уверенно.

— Этот Дуб... Он помнит много веков. Его корни тянутся глубоко, знают все тропы леса. Чувствуешь?

Я прислушалась. Не к звукам, к чему-то иному. И тоже уловила: едва заметное, глубинное гудение, словно тихий ритм огромного сердца.

— Он помнит тебя, помнит как ты прилетала к нему Птицей. Говорит, что под его ветвями никто не тронет.

— Невилл, ты какой-то другой!

— Да, я чувствую странную лёгкость, будто сбросил невидимый груз. Но теперь я "Никто" для магического мира, моего имени больше нет в реестре древних магических родов.

— Зато ты можешь стать членом нового рода. Не правда ли, удачно, что я могу ввести тебя в свой молодой, но славный род Грейнджер. Хочешь ли ты стать моим братом?

— Ты это серьёзно? А когда ты сможешь ввести меня в свой род? До летних каникул ещё далеко, мне не хочется так долго быть "Никем".

Я выглянула на полянку. Там кентавры обсуждали с Гарри яркость Марса.

— Да хоть сейчас. Пока они там разбираются в астрологии, мы успеем.

Руна Портус засветилась в гостеприимном дупле, я взяла Невилла за руку, и мы шагнули на мой, а скоро уже и наш Остров.