Fate | Судьба (джен)

От лица Рональда Уизли

11 августа 1992 года

— С днём рождения! — хором закричали все, когда Джинни разрезала торт.

Праздник снова устроили во дворе: в Норе столько народу попросту не поместилось бы. Рон с улыбкой смотрел, как младшая сестрёнка в пышном лиловом платье кормит Фреда только что отрезанным куском торта.

Теперь Джинни официально исполнилось одиннадцать, и она была готова отправиться в Хогвартс. При мысли об этом Рон одновременно радовался и тревожился… Его грела возможность видеть сестру почти каждый день и, быть может, даже помогать ей с уроками. Но Рон уже на собственном горьком опыте узнал, каким опасным местом бывает Хогвартс, и не мог не волноваться.

А ведь ещё есть та угроза, о которой Добби предупредил Гарри…

— Рон? — донёсся голос Джинни.

Рон моргнул и увидел сестру: она стояла перед ним с озадаченным выражением лица и держала в руке кусок торта.

— Будешь? — спросила Джинни, протягивая ему угощение.

Рон радостно ухмыльнулся и откусил такой огромный кусок, что сестра взвизгнула:

— РОН! Ты чуть не испачкал мне платье! — захныкала она, отскакивая назад.

— Вкуснотища! — объявил Рон с набитым ртом.

Джинни нахмурилась.

— ФУ! Жуй с закрытым ртом! — приказала она, хотя на лице уже расцветала улыбка.

Взрослые, наблюдавшие эту сцену, весело рассмеялись, а братья и сёстры Рона захихикали. Джинни показала ему язык и важно удалилась за следующим куском торта.

Она положила его на тарелку и с явной опаской подошла к Гарри.

— Вот… — пробормотала Джинни.

Гарри принял тарелку с доброй улыбкой.

— Спасибо, Джинни. И с днём рождения.

Джинни широко улыбнулась, кивком поблагодарила его — чем немало удивила Гарри — и торопливо ускакала к Луне. Рон никак не мог понять, почему лицо сестры сделалось таким пунцовым.

Она заболела? Сегодня и правда ужасно жарко, а мы целый день провели на улице… Вдруг это солнечный удар? Надо сказать маме.

— Мам… — тихо позвал Рон, подойдя к Молли и Пандоре.

— Да, дорогой? — с широкой улыбкой отозвалась Молли.

— По-моему, Джинни плохо… — сказал Рон, и мама тут же взглянула на дочь. — У неё только что всё лицо покраснело… Очень сильно! А сегодня такая жара, и мы с утра сидим на улице…

Молли по-настоящему встревожилась, но Пандора, едва сдерживая усмешку, что-то шепнула ей на ухо. Молли от души расхохоталась, и Пандора к ней присоединилась.

Что за?.. Почему они смеются? Я ведь серьёзно!

— С Джинни всё хорошо, дорогой, — сквозь смех заверила его Молли. — Не беспокойся… Лучше побудь с бедным Гарри. Кажется, ему там приходится нелегко.

Рон обернулся. Гарри стоял в стороне и молча слушал, как братья Уизли о чём-то ожесточённо спорят.

Наверняка ему слова вставить не дают… Маме я про Джинни сказал, так что теперь лучше составить Гарри компанию.

— Привет, Гарри, — поздоровался Рон, подходя к Мальчику-Который-Выжил.

Гарри заметно обрадовался.

— Весело проводишь время?

— Ага, — улыбнулся Гарри, и оба мальчика отошли подальше от шумных братьев Рона. — Кстати, я закончил домашнюю работу и вернул все твои записи в стол. Спасибо. Ты сэкономил мне несколько часов.

— Только никому не рассказывай — и будем в расчёте, — рассмеялся Рон, представив реакцию Гермионы.

Она нас с Гарри живьём съест!

— Ну как, освоился, приятель? Я знаю, что в Норе бывает… тесновато…

— Мне здесь ужасно нравится, — торопливо заверил его Гарри. — Это лучший дом из всех, где я когда-либо бывал… У тебя потрясающая семья, Рон. Особенно близнецы! Они показывали мне розыгрыши, которые сами придумали! А ещё…

Гарри умолк.

— Что ещё?

— Я рассказал им про… Добби… — тихо признался Гарри. — Они считают, что Добби, скорее всего, принадлежит семье Малфоев…

— Семье Малфоев? — нахмурился Рон.

Малфои что-то замышляют против Хогвартса? Они работают на Сам-Знаешь-Кого?

— Да… — ответил Гарри. — Близнецы рассказали, что мистер Малфой служил Тёмному лорду…

Рон вздрогнул и перебил его:

— Не говори о нём, — твёрдо произнёс он.

— Рон… У него есть имя. И я его не боюсь, — упрямо ответил Гарри.

— А следовало бы… — только и сумел сказать Рон.

Наверное, он просто не понимает, почему даже говорить о Тёмном лорде запрещено… Неважно. Я хочу узнать больше про Добби.

— Лучше расскажи подробнее о Добби и мистере Малфое.

Гарри на миг нахмурился, но потом медленно покачал головой и продолжил рассказ о Люциусе Малфое.

— Близнецы сказали, что он служил… Ну, ты понял. А потом заявил, будто всё это время находился под заклятием… Министерство ему поверило и отпустило на свободу… — Гарри мрачно нахмурился. — Сириусу они даже суда не дали… А одного из его последователей просто отпустили…

Теперь нахмурился и Рон.

Министерство… Клянусь, ничего хорошего я о нём ещё не слышал…

— Значит, предупреждение Добби… — задумчиво начал он. — Как думаешь, оно связано с Малфоями? Они что-то замышляют против Хогвартса?

— Не знаю… Близнецы могут ошибаться. Они лишь предположили, кому принадлежит Добби, — ответил Гарри. — Похоже, в следующем году нас ждёт ещё одна загадка, — пошутил он.

Но Рон не засмеялся. Его ничуть не радовало, что где-то рядом затаилась новая «загадка».

Прошлого года мне хватило с головой… А видений у меня не было уже… Мерлин, я даже не помню сколько…

— Кстати, о следующем годе, — сказал Рон, вспомнив про метлу Джинни. — Мне нужна твоя помощь, Гарри…

Тот заинтересованно посмотрел на друга.

— Какая?

— Когда поедем в Хогвартс, спрячь «Комету-260» Джинни вместе со своим «Нимбусом-2001»… — попросил Рон, надеясь, что Гарри согласится. — Первокурсникам нельзя привозить собственные мётлы. Но если ты сделаешь вид, будто обе принадлежат тебе, Джинни сможет «одалживать» свою, когда захочет потренироваться. Ты не против?

— Наверное, нет… — медленно ответил Гарри. — Я не против, просто твоя сестра бывает… странной…

Странной?

— Что значит «странной»? — прищурился Рон.

— Рядом со мной она всегда краснеет и убегает… — объяснил Гарри, вспоминая встречи с Джинни. — Когда мы остаёмся вдвоём, она вообще со мной не разговаривает… Да и каждый раз, когда я вхожу в комнату, тоже. Ты уверен, что метлу следует отдать именно мне? Почему не попросишь близнецов?

— Близнецы… — нахмурился Рон. — Они не позволят ей летать. Все мы слишком опекаем Джинни… К тому же наверняка сами начнут пользоваться метлой! Я купил её для Джинни, и только для неё… Пожалуйста, Гарри.

— Хорошо, Рон, я помогу, — с лёгкой улыбкой согласился Гарри. — Просто хотел понять, почему ты не попросил братьев… Хотя насчёт Перси всё и так ясно.

Рон рассмеялся.

— Он бы её конфисковал.

Гарри тоже захихикал.

— Я так и подумал… Ладно, Рон. Скажи Джинни, что она сможет попросить метлу в любое время.

— Спасибо, Гарри. Для меня это правда очень важно!

15 августа 1992 года

Рон сидел слева от отца, а напротив расположились лорд Гринграсс и Дафна. Взрослые обсуждали договор на кухне Норы. Рон же не сводил глаз со стола, лишь бы не встретиться с ненавидящим взглядом Дафны.

Оказывается, ложь близким друзьям ни к чему хорошему не приводит, когда правда всё-таки выплывает наружу… А Дафна узнала её прошлым вечером, когда отец неожиданно велел дочери сопровождать его в Нору.

Если бы взглядом можно было убивать…

Кто-то пнул Рона под столом по левой голени. Он болезненно поморщился.

— Ты в порядке, сынок? — встревоженно спросил Артур.

— Всё хорошо, пап… — с натянутой улыбкой ответил Рон.

Артур медленно кивнул и снова повернулся к лорду Гринграссу.

— Прости, Себастьян. На чём мы остановились?

Лорд Гринграсс недовольно смотрел на дочь, и под его взглядом Дафна слегка присмирела. Затем он повернулся к Артуру с лёгкой улыбкой.

— Я как раз хотел спросить, не желаете ли вы добавить что-нибудь к договору, — ровно произнёс он.

Артур поднял документ и принялся перечитывать его.

— Не торопитесь. Дети, это может занять немало времени. Вы свободны.

Рон посмотрел на отца, но тот с улыбкой махнул рукой, отпуская его.

Дети послушались и оставили взрослых за работой. Рон решил выйти из Норы и погреться на солнце. Дафна грозной тенью последовала за ним.

Она ведь собирается меня убить, да?

При мысли о её намерениях по коже Рона побежали тревожные мурашки. Мрачные взгляды, которыми Дафна одаривала его во время переговоров, спокойствия тоже не прибавляли…

Едва дверь за ними закрылась, Дафна подскочила и так сильно ущипнула Рона за правую руку, что он закричал.

— ЗА ЧТО?! — потребовал он ответа, растирая больное место.

Дафна смотрела на него убийственным взглядом.

— Ты лживый, вероломный… засранец, Рональд Уизли! — крикнула она и снова попыталась его ущипнуть.

Рон увернулся от цепких пальцев и бросился наутёк. Дафна погналась следом.

— Вернись сейчас же!

— НЕТ! — крикнул Рон через плечо, изо всех сил стараясь оторваться от преследовательницы.

Спасибо Мерлину, платье мешает ей бежать!

— Ты опять сделаешь мне больно!

— Ты это заслужил, лжец! — крикнула Дафна.

Они продолжали обмениваться ругательствами. Рон постепенно выдыхался, зато Дафна разгонялась всё сильнее.

Я СЕЙЧАС УМРУ!

— ДАФНА, ПОЖАЛУЙСТА! — взмолился Рон, когда они приблизились к пруду.

Он быстро оглянулся и увидел, что Дафна отстаёт всего на шаг и улыбается, словно безумная. Рон испуганно взвизгнул — и тут она схватила его за правое запястье.

— Попался! — торжествующе воскликнула Дафна, упёрлась ногами в землю и заставила их обоих замедлиться. — А теперь начинай объяснять, Уизли!

Она крепче сжала его запястье.

АЙ! Больно…

Голова Рона закружилась, а тело вновь стало невесомым.

Вот дерьмо…

Рон очутился в чёрно-белом коридоре и сразу узнал Хогвартс. Оглядевшись, он с удивлением заметил гобелен, на котором какой-то волшебник пытался научить троллей танцевать балет.

Где я? Судя по всему вокруг, это Хогвартс, но в этой части замка я никогда не бывал…

Послышались торопливые шаги. Рон повернулся на звук и увидел спешащую к нему девушку постарше. В отличие от коридора, она была цветной. Стоило Рону заметить разделённые пробором светлые волосы и тёмно-синие глаза, как он мгновенно её узнал.

Дафна!

На вид ей было лет шестнадцать или семнадцать, и Рон не мог не признать, что она выросла настоящей красавицей. Кожа оставалась такой же светлой, волосы стали длиннее, черты лица — тоньше и выразительнее, а фигура приобрела взрослые очертания. Рон покраснел при этой мысли, недоумевая, с чего вдруг смотрит на неё подобным образом.

Когда Дафна подошла ближе, он заметил её тревогу. Она принялась ходить взад-вперёд между гобеленом и противоположной стеной.

Что она делает?

Вдруг в стене напротив гобелена появилась огромная дверь. Рон изумлённо разинул рот.

Какого чёрта?!

Дафна поспешно вошла, а Рон бросился следом. Они оказались в комнате, до странности похожей на гостиную Слизерина, и здесь были не одни… Перед уютно пылающим камином сидели три девушки.

Это Пэнси, Трейси и Милли? ОНИ!

Дафна быстро приблизилась к подругам и опустилась на маленький диванчик рядом с Пэнси.

— Ты его нашла? — спросила Трейси.

Волосы она собрала в хвост, и сама тоже стала весьма привлекательной.

Прекрати… Да что со мной такое?!

— Нет, — тихо ответила Дафна.

Милли тяжело вздохнула, а остальные девушки совсем приуныли.

Кого — его?

— Он опять исчез… — пробормотала Пэнси.

Её лицо уже не напоминало моську, и сама она стала довольно хорошенькой, хотя печаль слегка портила впечатление.

— В этом году уже в шестой раз…

Несколько секунд девушки молчали, а Рон пытался догадаться, о ком идёт речь.

Это должен быть Тео, Блейз или я… Уф-ф… Видение забросило меня слишком далеко в будущее. Тут ни за что не угадаешь!

— Где Тео и Блейз? — спросила Трейси.

— Всё ещё его ищут, — ответила Дафна и закрыла лицо руками.

Двое подозреваемых отпадают…

Дафна потёрла пальцами лоб, и Рон заметил на её руке тот самый браслет с сапфирами, который подарил ей. Его охватила гордость: даже через четыре или пять лет она продолжала носить его подарок!

— Нам нужно это обсудить… — сказала Милли, поворачиваясь к Дафне. — Никто из нас больше не может отрицать очевидное…

Дафна открыла лицо и нахмурилась.

— Милли, не надо… — пробормотала Пэнси.

Выглядела она ужасно уставшей.

— Нет, продолжай! — вызывающе бросила Дафна.

Милли стиснула зубы.

Эм… Может, не будете ссориться?

— Ты и без того знаешь, что я хочу сказать, — процедила Милли.

Трейси раздражённо вздохнула.

— Милли… Рон не Пожиратель смерти…

Что?

У Рона будто вышибли воздух из лёгких. Он машинально отступил на несколько шагов.

О чём они говорят?..

— Я этого и не утверждаю. Я не сошла с ума, как Поттер… — ответила Милли. — Но я говорю, что он обманывает всех нас! Можете и дальше отрицать, но я не стану… Больше не стану. Он скрывает от нас что-то ужасное… Я это знаю!

Я не понимаю…

— Рон всегда был скрытным, — вступилась Пэнси. — Мы все это знаем…

— Скрытным — да… Но он не был лжецом! — возразила Милли, и глаза её заблестели от слёз. — А теперь он лжёт нам без конца! Исчезает на несколько дней! Почти с нами не разговаривает! А теперь ещё стал лучшим другом Драко?! Скажите, что я ошибаюсь! Ну же, возразите!

Милли громко всхлипнула, и по её щекам покатились слёзы. Остальные молчали, а Рону стало дурно. От всего услышанного голова шла кругом. Этого не могло быть…

Какого чёрта происходит?.. Лучшие друзья с Малфоем? Исчезновения и ложь? Что за дерьмо?..

— Они с Драко не друзья… — тихо сказала Пэнси.

— Но проводят вместе много времени… — задумчиво произнесла Трейси, и в её голосе прозвучала горечь.

— Нет… Ты ошибаешься… — пробормотала Дафна, качая головой. — Рон не такой. Он всё ещё один из нас…

— Хватит обманывать саму себя, Дафна, — снова всхлипнула Милли. — Ты знаешь, что я права… Вы все знаете… Тео и Блейз полностью со мной согласны…

— Нужно потребовать от него объяснений, — решительно объявила Трейси, и лицо её потемнело.

— Потребовать объяснений у Рона… — Пэнси широко распахнула глаза. — Ты с ума сошла?.. Как, по-твоему, он на это отреагирует?

Несколько мгновений девушки снова молчали, но затем Трейси нарушила тишину:

— Мне всё равно, как он отреагирует… Я больше не намерена ждать ответов.

Пожалуйста, сделайте это! Я должен увидеть! Должен узнать…

— И о чём ты вообще собираешься его спрашивать? — В голосе Пэнси зазвучала паника. — Не делай этого… Прошу тебя. Мы должны просто ему доверять… Он никогда не совершит ничего, что подвергнет опасности кого-то из нас!

Она… Она меня боится?

— Да я за него боюсь! — вспылила Трейси. — Мы столько лет мирились с его секретами… И когда он хоть что-нибудь рассказывал нам сам?! НИКОГДА!

Остальные девушки вздрогнули.

— Каждый раз, когда мы раскрываем очередную его тайну… там непременно скрывается что-то ужасное…

О чём она говорит?

Миллионы вопросов разом обрушились на сознание Рона.

Кто этот «Рон»? Я совсем не такой… Я никогда таким не стану!

— И он никогда ничего не объясняет! — продолжала Трейси, и её речь становилась всё более исступлённой. — Никто из нас не знает, зачем он часами сидит в кабинете Дамблдора! Никто не знает, откуда он владеет змеиным языком! Последней рядом с Амбридж видели именно его, а она до сих пор не нашлась! И это ещё не считая ежедневных встреч со Снейпом и тайных делишек с Малфоем!

Закончив свою гневную речь, Трейси стиснула зубы.

— Я знаю: вы хотите ответов не меньше моего… Помогите мне их получить!

Рон снова и снова перебирал в уме всё услышанное, но ни в одном слове не находил смысла… Девушки надолго замолчали, а он опустился прямо на пол.

Она сказала «змеиный язык»? Я не умею говорить со змеями…

Рон закрыл глаза и изо всех сил растёр виски. Это видение было безумием…

— Сегодня вечером… — тихо произнесла Дафна. — Сегодня вечером мы все с ним поговорим…

Рон не открывал глаз и продолжал тереть виски — голова начинала болеть. В ушах опять раздался громкий звон, а тело сделалось невесомым. И вдруг он почувствовал щекой траву…

— Рон, с тобой всё хорошо?! — услышал он голос Дафны и открыл глаза.

Он лежал на земле, уткнувшись лицом в траву.

— Я позову твоего отца!

Дафна хотела убежать, но Рон схватил её за руку и сел.

— Я в порядке… Что случилось? — спросил он.

После непонятного видения голова по-прежнему болела. На лице Дафны появилось огромное облегчение.

— Ты вдруг упал… — тихо ответила она. — Ты уверен, что всё хорошо?

Нет… Видение было совершенно безумным…

— Да, — солгал Рон. — Наверное, слишком сильно себя изнурил… Я всё ещё устаю, когда много двигаюсь…

На самом деле движение уже совсем его не утомляло, но рассказать Дафне правду Рон не мог. Услышав его объяснение, она виновато поникла.

— Прости… — прошептала Дафна. — Не следовало так за тобой гоняться.

— Но зачем ты гонялась? — спросил Рон, надеясь наконец понять причину её гнева.

Если уж на то пошло, она должна радоваться!

— Ты мне солгал… Нам всем… — пробормотала Дафна и села рядом с ним. — Я думала, ты переживаешь из-за «отказа» моего отца, и отправила ему столько гневных писем… Из-за тебя я выглядела и чувствовала себя полной дурой, Рон…

Последние слова прозвучали совсем беззлобно. Дафна не отрывала глаз от пруда. Видя её подавленность, Рон ощутил болезненный укол вины и решил объяснить, почему солгал.

— Твой отец нарушил несколько правил, — начал он. — Сразу после турнира предложил мне ученичество.

Дафна непонимающе посмотрела на него.

— Ему полагалось выждать неделю или около того, чтобы весть успела разойтись и обо мне узнали другие возможные покровители… Но твой отец ждать не захотел, поэтому мы придумали этот план. Поверь, я хотел сразу всё вам рассказать… Но лорд Гринграсс попросил молчать, и я согласился. Вот, — закончил Рон и протянул Дафне левую руку. — Щипай изо всех сил.

Дафна взяла его за руку. Рон зажмурился, готовясь к боли, но щипок оказался совсем лёгким. От неожиданности он открыл глаза и посмотрел на неё. Дафна задумчиво глядела на пруд.

Рон тоже повернулся к воде, а недавнее видение продолжало терзать его разум.

Кабинет Дамблдора… Встречи со Снейпом… Дружба с Малфоем… «Пожиратель смерти»… Змеиный язык… Бесконечная ложь друзьям…

Перед глазами вспыхнули измученные лица повзрослевших девушек, и Рон внутренне содрогнулся.

Это я с ними сделал… Со своими собственными друзьями…

— Больше мне не лги… — через несколько минут прошептала Дафна.

— Не буду, — пообещал Рон.

Я не позволю всему зайти так далеко… Я должен измениться… Должен стать лучше него… Лучше того «Рона», которого знали мои друзья в видении…

17 августа 1992 года

— Он ждёт вас в кабинете, Рональд, — сказала леди Гринграсс, ведя его по поместью.

Сегодня начинался первый день ученичества у лорда Гринграсса, и Рон едва сдерживал восторг.

— Прошу, зовите меня Роном, миледи, — учтиво сказал он.

Леди Гринграсс улыбнулась.

— Тогда и вы можете звать меня Мэри, Рон. Теперь вы союзник нашего семейства, и это будет справедливо, — любезно ответила она. — Кстати, о семье. Я с самого утра не видела дочерей… Вчера они с таким нетерпением ждали вашего приезда, а сегодня обе куда-то запропастились.

— Возможно, ещё спят. В конце концов, сейчас довольно рано… — предположил Рон.

Хотя Дафна ни за что не станет валяться в постели допоздна… Она слишком воспитанная для такого поведения.

— В случае Астории я бы поверила. Но Дафна никогда не спит допоздна, особенно в столь важный день. Вчера за ужином она только и говорила, что о вашем шахматном таланте, — весело произнесла Мэри.

Рон почувствовал, как запылали уши и покраснели щёки.

Она меня так расхвалила… А если я разгромно проиграю? Вдруг лорд Гринграсс выгонит меня?! Мерлин, лучше бы Дафна этого не делала!

— А вот и пришли, — сказала Мэри, остановившись перед дверью из чёрного дерева.

Она легонько постучала, и из кабинета донёсся голос лорда Гринграсса:

— Войдите.

Мэри открыла дверь и провела Рона внутрь. Кабинет был больше всего первого этажа Норы и вмещал несколько огромных шкафов, доверху забитых старинными книгами. Пол, стены и потолок отделали тёмно-коричневым деревом — настолько тёмным, что оно казалось почти чёрным.

В центре стояли два чёрных кожаных кресла, обращённые друг к другу, а между ними располагался шахматный столик. Левое кресло занимал лорд Гринграсс, правое — Дафна.

— Наконец-то ты пришёл, — с улыбкой сказала она.

Рон улыбнулся в ответ.

— Дафна, я повсюду тебя искала, — притворно строго пожурила дочь Мэри.

Дафна виновато потупилась.

— Прости, матушка. Мы с отцом сыграли несколько партий…

— Я вижу, — рассмеялась Мэри. — Идём, моя милая. Пора Рону и твоему отцу приступить к работе…

— Я думала остаться и посмотреть… — сказала Дафна, устремив на мать и Рона самый умоляющий свой взгляд.

Да оставьте её… Я не вынесу этого взгляда!

Мэри посмотрела на мужа, и лорд Гринграсс вздохнул.

— Дафна, — твёрдо произнёс он, — мне необходимо безраздельное внимание Рональда, поэтому остаться ты не можешь. Прошу, ступай вместе с матерью.

Дафна надулась, но послушалась. Когда они с Мэри выходили, Рон виновато ей улыбнулся.

— Проходите, садитесь, — гостеприимно предложил лорд Гринграсс.

Рон опустился в кресло напротив.

О-о-о… Какое же оно удобное…

— Итак… С чего начнём, милорд? — спросил Рон.

Лорд Гринграсс поднял ладонь, не давая ему продолжить.

— Астория, дорогая, — произнёс он с усмешкой.

Рон огляделся, но девочки в комнате не было…

— Выходи оттуда и ступай к матери с сестрой.

За одним из книжных шкафов послышалось шуршание, и в поле зрения выпрыгнула надувшаяся Астория Гринграсс.

— Ну вот… — простонала она.

Рон вытаращил глаза.

— Я всё утро там пряталась… Как вы догадались?

Лорд Гринграсс лишь усмехнулся и указал на дверь.

— Ну хорошо… — снова надулась Астория и понуро поплелась прочь.

— Простите моих дочерей, Рональд, — рассмеялся лорд Гринграсс. — Иногда с ними бывает нелегко.

Вот это да… Что она вообще делала за шкафом?

— А теперь сыграем. Прежде чем мы начнём занятия, я хочу проверить ваше мастерство. День предстоит долгий…

Рон нервно сглотнул.

— Белые начинают, — с усмешкой добавил лорд Гринграсс.

Рон сделал первый ход.

Первые пять минут складывались для него удачно: он уже захватывал прочную позицию в центре доски. Однако ходы лорда Гринграсса вызывали всё больше подозрений. Старший волшебник выстраивал фигуры в обороне, словно совершенно не замечая игры Рона.

Рон понял, что противник собирается обойти его укреплённую позицию, и решил помешать ходам лорда Гринграсса, заманив того в несколько ловушек. Это стало роковой ошибкой…

На самом деле лорд Гринграсс нарочно вынуждал Рона отказаться от выгодного положения. Понял это Рон лишь после того, как отдал три пешки, забрав одну, и поспешно решил перегруппироваться.

Лорд Гринграсс играл именно так, как любил играть сам Рон… Расставлял ловушки и избегал излишней агрессии. Рона это выбило из колеи — совсем как на турнире, когда ту же тактику применила Микаса. Он терпеть не мог противников, которые играли в точности как он. Они вынуждали его наступать, а в этом Рон был далеко не так хорош, как в излюбленной осторожной игре.

С этого мгновения партия медленно покатилась в пропасть…

Лорд Гринграсс внезапно перешёл в яростное наступление. Рону пришлось отвести сильные фигуры назад, пожертвовав по пути ещё несколькими пешками. Он слишком далеко выдвинулся вперёд и теперь попусту тратил ходы, пытаясь спасти главное войско.

Лорд Гринграсс воспользовался этими потерянными ходами так, как Рон прежде никогда не видел. Старший волшебник бросил в атаку самые сильные фигуры, будто совершенно ими не дорожил. Рон снова растерялся… Почему лорд Гринграсс вдруг сделался таким беспечным? Это очередная ловушка? Шахматный мастер не мог совершать настолько глупые ходы… И всё же совершал!

Рон решил воспользоваться предоставленными возможностями и храбро пошёл в ответную атаку, но тщетно. За время «отступления» он потерял больше половины пешек, а лорд Гринграсс не ослаблял натиска.

Рон отдал ферзя слону в обмен на ладью… От такого удара оправиться было почти невозможно. К концу кровавой битвы он едва держался. У него остались конь, две пешки, ладья и король… А у лорда Гринграсса — половина пешек, два коня, ладья, ферзь и король.

Партия закончилась… Рон это знал… Впервые в жизни он проиграл и теперь сидел потрясённый. Лорд Гринграсс его победил.

Рон опрокинул короля и молча уставился на павшую фигуру.

— Вы хорошо сыграли, Рональд, — с гордой усмешкой произнёс лорд Гринграсс. — Я не ошибся, выбрав вас своим учеником.

Хорошо сыграл? Да он меня уничтожил…

— Но отсюда нам предстоит пройти ещё очень долгий путь. В этой партии я всего лишь проверял свою догадку о вашем стиле игры.

— Какую догадку, милорд? — спросил Рон, всё ещё не оправившись от первого поражения.

— Когда я наблюдал за вами на турнире, одна партия особенно привлекла моё внимание, — объяснил лорд Гринграсс. — Партия против Микасы Хасаси… Я прав, полагая, что она была одной из самых тяжёлых в вашей жизни?

— Да, милорд, — ответил Рон, поражённый тем, как много наставник заметил несколько месяцев назад.

— Поэтому я решил скопировать вашу манеру, — с лукавой улыбкой продолжил лорд Гринграсс. — Вы, Рональд, играете от ответа. Ждёте первого шага противника, а затем подстраиваете собственную игру под его замысел. Приём достойный, но он сильно вас ограничивает.

— Ограничивает? — переспросил Рон.

— Именно. Если вы ждёте, пока противник сделает все важные ходы, значит, ход партии определяет он. Против более опытного игрока — например, меня — такая манера равносильна смертному приговору. Не научившись уверенно проводить собственные замыслы, вы всегда будете проигрывать… И это приводит нас к главной особенности вашей игры…

Лорд Гринграсс вздохнул.

— Вам недостаёт уверенности в себе, верно?

Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, и Рон почувствовал, как горят уши. Не дождавшись ответа, лорд Гринграсс заговорил снова:

— Я вас не осуждаю, Рональд, — с доброй улыбкой сказал он. — Мой долг — помочь вам стать лучше… во всём. О чём бы мы ни говорили в этой комнате или где-либо ещё, всё останется строго между нами. Вы понимаете?

— Да… — неловко ответил Рон.

— Хорошо. Во второй половине партии вы тратили больше времени, сокрушаясь о своих ошибках, чем обдумывая мои ходы. Вы решились атаковать лишь тогда, когда я не оставил иного выбора, но было уже поздно. Главная ваша ошибка заключалась в том, что вы слишком верили в мои способности и совсем не верили в собственные. Поэтому вы проиграли мне — и поэтому едва не проиграли Микасе Хасаси.

Рон слушал внимательно и не мог не согласиться с таким разбором. Его пугала манера лорда Гринграсса — точно так же, как прежде пугала манера Микасы. Оба скопировали его осторожную игру и заставили перейти в наступление… А Рон знал, что наступать умеет не слишком хорошо.

Он начинал сомневаться в каждом решении и почти переставал следить за партией. Рон заранее знал, что обязательно всё испортит… Поэтому было проще ждать, пока ошибётся кто-то другой. Именно потому его игра и строилась на ответных ходах. Рону недоставало уверенности, чтобы вести партию самому…

И всё равно неприятно слышать, когда об этом говорит кто-то другой…

— Сыграем ещё раз? — предложил Рон, надеясь поскорее забыть недавнюю неловкость.

— Нет, — ответил лорд Гринграсс. — На сегодня у меня иные планы.

Он взмахнул палочкой, и в свободную руку прилетела красная книга.

— Здесь собраны сотни схем с различными положениями фигур на шахматной доске. Ваша задача — найти наилучший возможный ход для каждой из них. Это заставит разум работать и научит вас мыслить более стратегически. Мы должны разрушить вашу привычку играть только от ответа и начать всё заново. Эта книга нам очень поможет.

Лорд Гринграсс протянул её Рону, и тот открыл первую страницу со схемами.

— А как мы узнаем, какой ход самый выгодный? — спросил Рон, пристально изучая первое задание.

— У меня есть другая книга со всеми ответами. И да, Рональд, эти ответы действительно верны. Книги написали шахматные мастера, игравшие ещё до моего рождения… В юности я и сам по ним занимался.

— Сколько заданий мне решить?

— До шестидесятой страницы… — усмехнулся лорд Гринграсс.

ЧТО?! Да я здесь на несколько дней застряну!

— Милорд… Вам не кажется, что это многовато? — робко спросил Рон, опасаясь выговора.

— Нисколько… На каждое задание у вас три минуты. Удачи.

Лорд Гринграсс снова усмехнулся.

— А что будете делать вы? — спросил ошеломлённый Рон.

— Читать магловский любовный роман и пить выдержанный яблочный бренди.

Какого чёрта?!

— Приступайте. Немедленно.

Рон послушался и принялся записывать ходы на пергаменте, который дал ему лорд Гринграсс. День предстоял долгий…

17 августа 1992 года, время ужина

— На сегодня достаточно, Рональд, — с весёлой ноткой в голосе произнёс лорд Гринграсс.

Рон отложил перо и облегчённо вздохнул, растирая левой обнажённой ладонью правую руку в перчатке.

— Вы справились превосходно. Должен признать, ваша сосредоточенность приятно удивляет. Быть может, в ней и кроется секрет вашего успеха? — рассмеялся лорд Гринграсс.

Рад, что хоть вы сегодня развлеклись… Вот же чёрт…

— Идёмте. Пора вас накормить, — сказал лорд Гринграсс, поднимаясь.

Рон попытался встать, но ноги подкосились, и он рухнул обратно в кресло.

— Рональд? — тихо произнёс лорд Гринграсс и подошёл к нему справа. — С вами всё хорошо?

— Просто устал… Я отвык так долго на чём-то сосредотачиваться, — выдохнул Рон. — Во всяком случае, после нападения… Мне нужна минута…

Лорд Гринграсс нахмурился.

— Почему вы ничего не сказали? — укоризненно спросил он. — Следовало предупредить меня, как только почувствовали усталость…

И показать, что я даже сосредоточиться толком не могу? Ещё чего…

— Идёмте. Вам нужно как следует поесть.

Лорд Гринграсс помог Рону подняться, и они вместе направились в столовую. Он усадил ученика рядом с Дафной, и та немедленно засыпала их вопросами. Лорд Гринграсс объяснил, что Рон просто устал и после небольшого отдыха с ним всё будет хорошо. Но ни Дафну, ни Мэри такое объяснение не удовлетворило…

Рон молча ел, пока обе сердито смотрели на лорда Гринграсса — каждая по своей причине. Дафна злилась, что отец так изнурил Рона после всего недавно пережитого. А Мэри — что муж испортил приветственный ужин, который она устроила для нового ученика…

Но Рон всё равно наслаждался едой: она была чертовски вкусной. Единственная беседа за столом шла между ним и Асторией.

— Значит, ты проиграл отцу? — с ухмылкой спросила девочка.

— Да, — устало ответил Рон.

— А я думала, ты никогда не проигрываешь, — сладким голосом продолжила Астория, постукивая указательным пальцем по подбородку. — Дафна говорила, что ты всегда побеждаешь… Выходит, она солгала…

Ах вот как? Ну давай, мелкая…

— Выходит, она лгунья, — с доброй улыбкой согласился Рон, застав Асторию врасплох.

— Нельзя называть друзей лжецами, — притворно строго пожурила она его, быстро вернув себе самообладание.

— Но ты только что назвала лгуньей собственную сестру… Разве это не хуже? — невинно спросил Рон.

Сначала научись препираться хотя бы на уровне Тео и Блейза…

— Нет… Нет, я такого не говорила… — запнулась Астория, и Рон рассмеялся.

Она грозно прищурилась, но из-за слегка пухлых щёчек выглядела не страшной, а очаровательной. Рон подмигнул ей, и Астория смутилась ещё сильнее. Щёки её стали пунцовыми, однако «грозного» выражения она не оставила.

Ха-ха, Дафна не обманула! Астория и правда прелесть!

— Перестань дразнить мою сестру, — серьёзно сказала Дафна и посмотрела на Асторию.

Даже ей пришлось сдерживать смех.

— Астория… веди себя прилично… — с трудом выговорила Дафна между смешками.

— Вы обе злюки… — надулась Астория, явно смертельно оскорблённая.

Так тебе и надо!

26 августа 1992 года

Рон в одиночестве ждал в «Дырявом котле» и высматривал среди посетителей знакомые лица. Сегодня был день рождения Трейси, и весь день они собирались провести в магловском Лондоне!

Рон рассмеялся, вспомнив, с какой завистью утром смотрел на него отец. Поддразнивать папу оказалось ужасно весело.

— А вот и он, — донёсся голос Блейза.

Рон повернулся с широкой улыбкой. Вместе с Блейзом пришли Тео, Трейси, Милли, Пэнси, Дафна и родители именинницы.

— Доброе утро, — поприветствовал их Рон.

Все обменялись любезностями.

— Вы меня приятно удивили, Рон, — сказала мама Трейси, Сьюзен Дэвис, разглядывая его одежду. — Я не знала, что вы умеете одеваться по-магловски.

А я и не умею…

— Не умею, миссис Дэвис, — честно признался Рон. — Гарри одолжил мне свою одежду и научил вести себя среди маглов. Правда, насчёт последнего ничего обещать не могу…

— Погоди, это тебе Поттер отдал? — удивлённо спросил Тео.

— Ага. Он проводит каникулы у нас… Вообще-то живёт прямо в моей комнате…

— Почему? — прищурился Блейз.

Рон виновато на него посмотрел.

Потому что я, чёрт побери, выкрал его у магловской семьи…

— Долгая история… — вздохнул он.

— А нам уже пора отправляться! — поспешно объявил отец Трейси, Джеймс Дэвис.

Рон понял, что мистер Дэвис спасает его от приближающегося допроса, и был ему благодарен.

— Идёмте, дети. Зоопарк откроется через двадцать минут, так что надо успеть занять очередь.

Магловский зоопарк? Может быть весело… Мне всегда было интересно, похожи ли магловские животные на наших…

Они вышли из «Дырявого котла» в магловский Лондон. Рон понемногу замедлял шаг, пока не оказался рядом с Трейси.

— С днём рождения, Трейс, — с улыбкой сказал он.

Трейси широко улыбнулась в ответ.

— Спасибо, Рон! — Она наклонилась к нему ближе. — Ты их принёс?

Улыбка Рона сделалась лукавой. Он покосился на родителей Трейси, которые шли впереди и вели детей за собой.

— Держи… — шепнул Рон и тайком передал ей коробку навозных бомб, спрятанную под курткой.

Трейси приняла коробку и сунула в сумочку.

— Спасибо, Рон, — возбуждённо прошептала она. — Ты лучший! Мама с папой никогда не разрешают мне пользоваться товарами «Зонко»…

Моя мама в этом почти такая же… Слава Мерлину, у меня есть близнецы и Сириус…

— Что вы двое делаете? — раздался за спиной голос Пэнси.

Рон испуганно вздрогнул.

— Ничего, — в один голос ответили они с Трейси.

Пэнси подозрительно прищурилась.

— Пожалуйста, не совершайте ничего такого, из-за чего маглы на нас нападут… — раздражённо вздохнула она.

Они на нас не нападут… Ведь правда? Маглы нападают на людей, которые их раздражают?

— Маглы не бросаются на людей без причины… — нахмурилась Трейси. — Они такие же, как мы… Только волшебства у них нет.

— Значит, они не такие, как мы, — вмешался Тео.

Рон невольно заметил, как нервно тот озирается.

Почему он смотрит по сторонам, будто нам угрожает опасность?

— Всем нужно держаться вместе. И не убирайте палочки далеко…

Трейси нахмурилась ещё сильнее.

— Хватит так себя вести, — отчитала она Тео и Пэнси. — Нам ничто не угрожает. Я почти всю жизнь здесь прожила, забыли? Я выросла в магловском мире…

От её слов Тео и Пэнси немного расслабились. Даже Рон почувствовал облегчение.

— Идёмте, дети, мы поедем на этом автобусе, — с широкой улыбкой объявил мистер Дэвис.

Все поднялись в автобус, и Рон сел рядом с Тео.

— Это что-то вроде «Ночного рыцаря»? — спросил Тео, настороженно разглядывая маглов вокруг.

Ладно… Да что с ним сегодня? Даже Пэнси не настолько дёрганая…

— Не знаю, приятель… У маглов разве есть «Ночной рыцарь»?

— Почему ты меня спрашиваешь? — возмутился Тео.

— По той же причине, по которой ты, чёрт побери, спросил меня, — огрызнулся Рон.

— Я думал, твой отец научил тебя всему о маглах… — прошептал Тео.

— Папа, может, маглов и обожает, но не знает о них ровным счётом ничего, — рассмеялся Рон. — Поверь мне.

— Ты уже получил письмо из Хогвартса? — внезапно спросил Тео. — Нам велели купить семь книг Гилдероя Локхарта… Можешь в такое поверить?!

При упоминании Локхарта Рон мрачно нахмурился.

Из-за его книг у моей семьи столько неприятностей… А моё хранилище из-за этого мерзавца заметно опустеет…

— Поверь, Локхарт никого не раздражает сильнее, чем меня… — вздохнул Рон.

Когда пришли письма из школы, его огорчило, как сильно мама с папой расстроились из-за цен на учебники. Тогда Рон отдал отцу собственный кошель из «Гринготтса», но Артур наотрез отказался его принимать.

Рон продолжал предлагать деньги. Объяснял, что накопил достаточно и хочет, чтобы в этом году Джинни и остальные получили новые книги и мантии… Наконец отец уступил, хотя, принимая деньги сына, выглядел ужасно печальным. Рон не понимал почему… Ведь он предложил их по собственной воле…

— Вы говорите о Локхарте? — спросила Трейси, обернувшись с сиденья перед ними.

— Да… — медленно ответил Тео. — О семи его книгах…

— А я уже купила свои, — воодушевлённо сообщила Трейси. — И Дафна тоже!

Рон посмотрел на сидевшую рядом с ней Дафну и заметил румянец на её лице.

— Хотите, расскажу тайну? Папа сказал, что в этом году Локхарт будет преподавать в Хогвартсе… Станет профессором защиты от тёмных искусств! Разве не чудесно?!

Рон и Тео быстро переглянулись.

— Откуда он это знает? — раздосадованно спросил Рон.

Сначала Квиррелл, теперь этот тип… По крайней мере, он знает, что делает…

— Мой отец входит в попечительский совет Хогвартса, — вмешалась Дафна. — Он рассказал лишь нескольким избранным… Ты ведь рад, Рон? Защита от тёмных искусств — твой любимый предмет, верно? Наверняка ты в восторге!

— В неописуемом… — с сарказмом ответил Рон, но Дафна ничего не заметила.

Трейси и Дафна оживлённо заговорили о Локхарте, а Рон с Тео снова обменялись взглядами.

— Девчонки… — пробормотал Тео.

Глядя, как сильно Дафна и Трейси радуются будущим урокам защиты от тёмных искусств, Рон и сам понемногу заражался их воодушевлением.

Может быть, Локхарт окажется не так уж плох… Он получил множество наград за спасение людей от тёмных искусств и опасных созданий… Да, всё может получиться. Наконец-то я смогу блеснуть своими знаниями на защите от тёмных искусств!

Они вышли из автобуса и направились к зоопарку. Рон заметил, что теперь уже все четыре девочки вполголоса обсуждают Локхарта. Тео рассказывал Блейзу новость о будущем преподавателе, а родители Трейси весело беседовали между собой, возглавляя их маленькое шествие.

Рон воспользовался возможностью осмотреться и понаблюдать за маглами. Несмотря на ранний час, по улицам ходило довольно много людей, и почти все куда-то торопились. К радости Рона, несколько маглов совершали утреннюю пробежку. Он тоскливо вздохнул.

Мама до сих пор не разрешает мне бегать… Но в Хогвартсе она ведь не узнает!

— Вот мы и пришли! — объявил мистер Дэвис, указывая на зоопарк. — А поскольку мы приехали так рано, никакой очереди нет! Весь зоопарк достанется вам одним! Ну, почти…

Рон ухмыльнулся Тео и Блейзу, и те ответили такими же ухмылками. Компания спустилась ко входу и купила билеты у сидевшего в будке подростка. А затем все отправились навстречу зоопарку!

После голосования решили первым делом посетить «Подводный мир». Огромные аквариумы со всевозможными удивительными созданиями привели Рона в восторг! Даже Тео с Блейзом не скрыли впечатления, когда мимо них проплыла большая белая акула.

Все девочки, кроме Милли, умилённо ворковали над маленькими существами — крабами и морскими коньками. Милли присоединилась к мальчикам: прилюдно сюсюкать она не любила, и Рон обрадовался, что хотя бы одна девочка ведёт себя нормально.

Лучшей частью «Подводного мира» оказалась выставка хищников — по крайней мере, так решили Рон, Тео, Блейз и Милли. Оказывается, маглам приходилось иметь дело с по-настоящему жуткими тварями: акулами-молотами и рыбами-удильщиками. Рон содрогнулся при мысли, что однажды может столкнуться с чем-нибудь подобным…

Затем они отправились в часть зоопарка под названием «Сафари», и Рон снова пришёл в восхищение. За ограждениями, устроенными наподобие естественной среды обитания, жили самые разные звери.

Рон решил, что скоро непременно привезёт сюда Луну и Ксенофилиуса. Им обоим здесь наверняка понравится. Блейз громко восхищался леопардами, да и самого Рона впечатлили огромные кошки.

Но всех затмил слон. Размеры зверя потрясли детей! Слон равнодушно посмотрел на них в ответ, а Рон задумался, смог бы тот одолеть в бою кого-нибудь из волшебных существ.

Следующим был террариум — и здесь Рон занервничал. В памяти без конца повторялось видение: если верить будущей Трейси, он умел говорить на змеином языке… Рон решил это проверить.

Раньше он никогда не пытался беседовать со змеями — главным образом потому, что при виде любой змеи возле Норы со всех ног удирал прочь… Но теперь любопытство оказалось сильнее страха.

Рон подошёл к питону, отдыхавшему в вольере, который напоминал небольшое болото. Он быстро огляделся, проверяя, не наблюдает ли кто-нибудь. К счастью, все его спутники увлечённо рассматривали других пресмыкающихся и не обращали на Рона ни малейшего внимания.

Он снова посмотрел на огромную тёмно-коричневую змею и нервно сглотнул.

Ну, была не была…

— Привет, — неуверенно произнёс Рон.

Змея его проигнорировала.

— Ты меня понимаешь? — медленно спросил он, но питон по-прежнему не обращал на него внимания.

Ладно… Может быть, я пока не умею говорить на змеином языке.

Рон решил попробовать ещё раз — в последний. Он легонько постучал по стеклу, и змея угрожающе повернулась к нему.

— Назойливый детёныш… — прошипел питон.

У Рона отвисла челюсть.

Мерлин… Я понял змеиное… шипение…

— Привет, — снова поздоровался Рон.

Но на этот раз потрясён был питон.

— Ты меня понимаешь? — медленно спросил Рон, широко распахнув глаза.

Питон кивнул.

— Ты говоришь на моём языке? — спросил он и подполз ближе к стеклу.

Змея подняла голову, и её морда оказалась прямо напротив лица Рона.

— По всей видимости… — тихо прошипел Рон, нервно глядя на питона.

Как такое вообще возможно?! Я умею разговаривать со змеями! Какого чёрта?!

— Надо же, надо же… — прошипел питон. — Не каждый день встречаешь подобное… Как тебя зовут, детёныш?

— Рональд… Рональд Уизли, — прошипел в ответ всё ещё ошеломлённый Рон. — А как з-зовут тебя?

— У меня нет имени… — печально прошептал питон. — Я родился и вырос среди таких, как ты. Другого дома, кроме этого… места… я никогда не знал.

— Мне очень жаль… — прошипел Рон, сочувствуя огромной змее.

— Не стоит, детёныш… Меня кормят каждый день, и сотни существ приходят мной полюбоваться. Пусть имени у меня нет, жизнь моя не так уж плоха. А откуда пришёл ты? — мягко прошипел змей.

Всё это как во сне…

— Я пришёл из… Норы… — неуклюже ответил Рон.

— Из Норы? Это чудесное место? Опиши его, прошу. Я хочу знать, как выглядит мир за пределами этих стен…

— О… — слегка удивился Рон. — Я живу в Норе вместе со всей семьёй… У меня пять старших братьев и две младшие сестры… Нора не очень большая, но это мой дом, и я его люблю… Вокруг раскинулись просторные поля, а ещё неподалёку есть пруд, где мы с братьями и сёстрами иногда купаемся…

— Звучит и правда прекрасно, Рональд, — прошипела змея и издала странный звук, похожий на смех. — Тот мальчик — твой друг?

Какой мальчик?

Рон медленно обернулся и побледнел. Позади стоял Блейз, испуганно глядя на него.

ДЕРЬМО! Я так увлёкся разговором со змеёй, что перестал смотреть по сторонам…

— Р-рон… Ты сейчас… разговаривал со змеёй? — пробормотал Блейз дрожащим голосом.

И что теперь делать?! Он всё видел! Какой же я идиот!

— Эм… Нет… — запнулся Рон.

Но Блейз ему не поверил.

Ну почему всегда он?! Вечно ловит меня за занятиями, которыми мне заниматься не следует…

— Я слышал… Ты шипел, и змея тебе отвечала… — дрожащим голосом произнёс Блейз.

Рон начал тревожиться и за друга, и за себя. Он впервые в жизни заговорил на змеином языке — и тут же раскрыл свой дар!

Вот откуда девочки из будущего знали, что я говорю со змеями… Наверное, Блейз им рассказал!

Воспоминание о видении напомнило Рону об обещании стать лучше того «Рона», которого он там увидел.

Не стану лгать ему в лицо… Он и так всё видел…

— Блейз… Дай мне объяснить… — тихо попросил Рон.

Тот молча смотрел на него.

— Я не знал, что умею с ней разговаривать… Всё произошло само собой, клянусь. Пожалуйста, не говори остальным…

На лице Блейза было написано полнейшее неверие.

— Но как ты это делаешь? — прошептал он. — Как можно просто… заговорить со змеёй?

— Я не знаю… — честно ответил Рон. — Я просто говорю… а она меня понимает…

— И ты понимаешь её? — Блейз подошёл к стеклу и встал рядом. — Можешь… поговорить с ней… ещё раз?

Рон сомневался, стоит ли, но хотел убедить Блейза, что всё произошло случайно.

— Я попробую… — пробормотал он и повернулся к змее. — Ты меня понимаешь?

Питон кивнул. Блейз резко втянул воздух и широко распахнул глаза.

— Он тебя понял! — воскликнул Блейз.

Рон торопливо шикнул на него.

— Прости… Ты говоришь на змеином языке? Какого чёрта, Рон? Как такое возможно?

— Не знаю… Клянусь, Блейз, я не знаю, — честно ответил Рон. — Я в жизни ни с одной змеёй не разговаривал… Понятия не имею, откуда это умею…

— Салазар… — пробормотал Блейз, словно только что совершил великое открытие. — Салазар Слизерин тоже говорил со змеями… Наверное, ты его родственник. Я читал, что этот дар передаётся по наследству… Во всяком случае, в Англии змеиный язык знают лишь его потомки.

Салазар Слизерин?! Мой предок?! Да ни за что на свете… До меня никто из моей семьи не попадал в Слизерин. Да и меня распределили туда лишь потому, что Распределяющая шляпа сочла его лучшим выбором… Погодите… Шляпа уже знала? Нет… Откуда ей было знать? Я и сам, чёрт побери, не знал!

— Что вы двое делаете? — донёсся сзади голос Тео.

Рон и Блейз разом подпрыгнули.

— Ничего, — торопливо ответил Блейз. — Просто любуемся этой змеёй…

Он не рассказал Тео? Спасибо, Блейз…

— Любуетесь змеёй… — Тео подозрительно прищурился. — Тогда почему вы так странно себя ведёте? Перешёптываетесь, а от моего голоса подпрыгиваете…

— Ты нас напугал, — неубедительно произнёс Рон. — Вот и всё…

Тео вопросительно вскинул бровь, глядя на Рона и Блейза, а затем вздохнул.

— Мы собираемся обедать… Мистер Дэвис попросил привести вас двоих. Идёмте.

Рон и Блейз поспешили следом. Напоследок Рон оглянулся на змею. Питон кивнул ему и скрылся из виду.

Рон тревожно посмотрел на Блейза, но тот шагал вперёд с задумчивым, отрешённым лицом.

Вот же чёрт…

26 августа 1992 года, время обеда

Рон откусил от гамбургера — и был потрясён вкусом. Это оказалось великолепно!

Мерлин! Неужели все маглы едят такое?! Надо спросить у Гарри, когда вернусь домой!

Он откусил ещё больше и блаженно принялся жевать, но Трейси нарушила счастливое мгновение.

— Вкусно? — хихикнула она, протянула салфетку и вытерла левую щёку Рона.

— Эй! — захныкал он. — Я не маленький…

— Я такого и не говорила, — проворковала Трейси.

Она пыталась смутить его, и Рон прекрасно это понимал.

Спокойно… Всё хорошо…

Блейз пока никому не рассказал о змеином языке, но Рон вполне естественно боялся, что рано или поздно тот проговорится.

Если друзья узнают о моём даре, часть безумного видения сбудется…

— Знаешь, спасибо, Трейси. Можешь вытереть и вторую щёку? — невинно спросил Рон, решив обратить её игру против неё самой.

На мгновение Трейси растерялась, но затем счастливо улыбнулась и вытерла ему другую щёку.

— Спасибо, ты лучшая!

— Чудак, — рассмеялась Трейси.

Рон засмеялся вместе с ней, но друзья смотрели на них как на двух ненормальных. Все, кроме Дафны: она бросала на обоих довольно мрачные взгляды…

— Вы оба чудаки… — вмешалась Милли.

Рон повернулся к ней с широкой ухмылкой.

— Не улыбайся так… — пробормотала Милли, хотя уголки её губ поползли вверх.

Попалась!

Заодно Рон взглянул на Блейза. Тот ответил совершенно безразличным взглядом.

По крайней мере, он уже не потрясён…

— Доедайте, дети, — весело сказала миссис Дэвис. — Мы ещё не видели антарктическую экспозицию!

26 августа 1992 года, дорога домой

— До сих пор поверить не могу… — прошептал Блейз.

Они сидели рядом в автобусе, возвращаясь к «Дырявому котлу».

— Ты умеешь говорить со змеями…

— Тише, — нахмурившись, шикнул Рон. — Серьёзно, Блейз, никому ни слова. Даже я пока не понимаю, что происходит. Хочу сначала во всём разобраться и только потом кому-нибудь рассказывать…

— Что ж, я помогу, — заявил Блейз.

Его совершенно несвойственное желание помочь другому человеку озадачило Рона.

— Серьёзно? — растерянно переспросил он.

Блейз нахмурился.

— Это слишком интересно, чтобы просто забыть. Я хочу узнать, кто из твоих предков состоял в родстве с Салазаром… Ну же, разве тебе самому не любопытно?

Не уверен, что хочу это знать…

— Может быть… Так ты обещаешь сохранить тайну? — с надеждой спросил Рон.

Блейз лукаво улыбнулся.

— Разумеется… Но взамен я кое-что получу…

Ну конечно!

— Что тебе нужно? — раздражённо спросил Рон.

— Для начала… Ты до сих пор не научил меня заклинанию, с помощью которого внезапно появился в спальне. Так что первым делом покажешь его! А за молчание останешься должен мне одну услугу. Я смогу попросить о ней когда пожелаю. Справедливо? — закончил Блейз с усмешкой.

— Ладно… — процедил Рон. — А теперь, пожалуйста, закроем эту тему.

Будь проклята моя паршивая удача!

30 августа 1992 года

— Мам, всё в порядке… — в десятый раз процедил Рон.

Почему она так себя ведёт?!

Сегодня они собирались в Косой переулок, и мама узнала о соглашении Рона с отцом… Последовавший за этим спор не утихал всё утро. Братья, сестра и Гарри давно разбежались наверх. Сириус с Римусом ещё не пришли, а Пандора и Ксенофилиус увели Луну обратно в Гнездо, чтобы подготовиться к поездке.

— Нет, Рональд, — яростным шёпотом возразила Молли. — Это твои деньги, не наши… Артур, немедленно верни ему кошель из «Гринготтса»…

Отец уже собирался послушаться, но Рон нахмурился.

— Пап, мы договорились… Я хочу купить новые школьные принадлежности, — взмолился он.

На лице Артура отразилась мучительная нерешительность.

— Ни в коем случае, — вмешалась Молли. — Я не позволю тебе…

— Почему?! — крикнул Рон, окончательно потеряв терпение.

Его вопль застал родителей врасплох. Рон наклонил голову и громко хрустнул шеей, озадачив их ещё сильнее.

— Я сам предлагаю купить всё это, никто мне руки не выкручивает! Почему вы так упрямитесь?!

Артур смотрел на разъярённого сына с открытым ртом. У Молли же от его тона вскипела кровь.

— Рональд. Уизли. Как ты смеешь разговаривать с нами в таком тоне? — процедила она, и доброе лицо стало багровым.

Но это не я веду себя совершенно неразумно!

Рон решил не отступать. Впервые в жизни его братья и сестра могли отправиться в Хогвартс с новыми вещами… Но родители стояли у него на пути. Собственные родители… Это не имело никакого смысла!

Взгляды матери и сына столкнулись, и ни один не собирался уступать.

— Молли, оставь нас, пожалуйста, — устало вздохнул Артур.

Молли нахмурилась, но решимость во взгляде мужа её убедила. Она сердито фыркнула и вышла из комнаты, направляясь наверх. На прощание Молли бросила на Рона яростный взгляд, и он ответил таким же.

А затем она исчезла.

Мерлин! Она совершенно спятила!

— Сынок… Я разочарован, — усталым голосом сказал Артур. — Мы растили тебя не для того, чтобы ты на нас кричал…

Рон ощутил укол вины, но упрямство родителей по-прежнему его злило.

— Мы договорились… — сумел выговорить он. — Договорились, что заплачу я… Я сам этого хочу… Не понимаю, почему вы оба так себя ведёте…

Артур лишь смотрел на сына с явным разочарованием. Он был разочарован поведением Рона, но ещё сильнее — самим собой… Ни один ребёнок не должен оплачивать нужды всей семьи…

— Послушай меня, — отчётливо произнёс Артур. — Одни только книги Локхарта обойдутся тебе в сто семьдесят пять галлеонов…

Рон потрясённо уставился на него.

— Как? Неужели они и правда настолько дорогие?!

— Книг семь, сынок. А в этом году в Хогвартс отправляются пятеро детей Уизли… Каждая книга стоит пять галлеонов. Посчитай сам, — тихо сказал Артур.

Рон посчитал и болезненно поморщился, поняв, что отец прав.

Да что не так с этим мерзавцем Локхартом?! Пять галлеонов за одну книгу?! Какого чёрта?!

— Теперь понимаешь, почему мы хотим купить подержанные учебники? — спросил Артур.

Рон упрямо кивнул.

— Ты собираешься потратить столько собственных денег на книги, которые можно приобрести намного дешевле… Мы просто не хотим, чтобы заработанные тяжёлым трудом деньги пропали зря.

— А мантии? Другие школьные вещи — например, котлы? — не отступал Рон.

Ему всё ещё хотелось, чтобы братья и сестра получили новые вещи. Рон терпеть не мог обноски и не позволит Джинни пройти через то же самое! У него были средства купить ей всё новое, и несправедливо, что собственные родители ему мешали!

— Рон… В чём настоящая причина? — мягко спросил Артур, пытаясь успокоить сына.

Рон неловко переступил с ноги на ногу, а уши его покраснели. Он не хотел признаваться, как стыдился чужих обносков и как боялся, что Джинни почувствует то же самое…

Не дождавшись ответа, Артур продолжил:

— Я застал её с новой метлой, Рон. Знаю, что ты купил её для Джинни… и скрыл это от нас. Точно так же, как скрывал всё, что дарила тебе Пандора.

Рон побледнел.

— Я не сержусь на тебя, сынок, — тихо сказал Артур. — Но Джинни может разбиться на этой метле… А поскольку летать она тайком выходит по ночам, рядом никого не окажется, чтобы ей помочь… Не беспокойся, маме я ничего не рассказал. Но мы оба тревожимся из-за твоего поведения. После возвращения ты стал… другим… Мы волнуемся, поэтому, пожалуйста, расскажи, что случилось.

Что случилось? Такие семьи, как Гринграссы, живут в поместьях, а мы ютимся в этом… в этом жалком домишке… Мы тоже принадлежим к Священным двадцати восьми! Так почему живём в такой нищете?! МЫ ДАЖЕ НЕ МОЖЕМ ПОЗВОЛИТЬ СЕБЕ ШКОЛЬНЫЕ УЧЕБНИКИ!

Рон стиснул зубы и уставился в пол. От собственных мыслей кровь закипала в жилах. Он снова завидовал — но на этот раз своим друзьям… Им всё, о чём он только мог мечтать, досталось просто по праву рождения… Даже если Рон проработает всю жизнь, он никогда не сравнится с ними богатством и влиянием… Где же здесь справедливость?!

Он проглотил раздражение и не произнёс ни слова. Артур тяжело вздохнул.

— Вот, — сказал он, возвращая Рону кошель из «Гринготтса».

Рон принял его, глубоко нахмурившись.

— Тебе следует беречь свои деньги. Мы с мамой сами обо всём позаботимся. И ещё, Рон…

Тот поднял взгляд.

— Пожалуйста, больше не действуй у нас за спиной. Ты всегда можешь прийти ко мне с любой бедой. Я хочу, чтобы ты это знал…

30 августа 1992 года, Косой переулок

Все тринадцать человек одновременно вышли в Косой переулок. Сириус и Римус явились в Нору вскоре после ссоры Рона с родителями, а следом пришли Пандора с семьёй. Через камин они вместе переместились в «Дырявый котёл». Гарри отправился бок о бок с Сириусом, потому что прежде никогда не пользовался каминной сетью.

Вся компания направилась к банку «Гринготтс», и прохожие расступались, пропуская многочисленное семейство.

После недавней ссоры Рон пребывал в отвратительном настроении, поэтому братья и сестра держались от него подальше. Даже Джинни прижималась к маме, которая беззаботно улыбалась. Но Рон видел: на людях Молли лишь притворяется счастливой…

Они почти дошли до «Гринготтса», когда чей-то девичий голос окликнул Гарри:

— Гарри! Гарри! Мы здесь, Гарри!

Все подняли головы и увидели Гермиону, которая сбегала по парадной лестнице банка. Гарри поспешил навстречу подруге, а Сириус с Римусом тихо рассмеялись. Дети оживлённо заговорили, пока к ним не присоединились остальные спутники Гарри.

Гермиона весело со всеми поздоровалась и наконец дошла до Рона.

— Рон! Как же чудесно снова тебя увидеть! — воскликнула она.

— И тебя, Гермиона, — с натянутой улыбкой ответил Рон.

Если у меня паршивое настроение, это ещё не значит, что я должен срываться на ней…

Гермиона не заметила его притворства и счастливо улыбнулась рыжеволосому другу.

— Как прошли каникулы? — спросил Гарри, когда они начали подниматься по ступеням «Гринготтса».

— Замечательно, особенно после того, как Рон… — Гермиона умолкла и виновато посмотрела на него.

Уф-ф… Со мной всё хорошо, перестань…

— В общем, замечательно. Мы с родителями объездили всю Италию, как я и писала вам в письмах! Там было невероятно красиво! Больше всего мне понравилась Венеция, а ещё…

Гермиона продолжала говорить, но Рон перестал слушать. Эту историю он уже слышал и сейчас совсем не хотел выслушивать снова.

Когда они вошли в банк, Рон заметил двух растерянных маглов, обменивавших обычные деньги на волшебные. Увидев Гермиону, маглы улыбнулись дочери и её друзьям.

— Так вы маглы! — внезапно воскликнул Артур, и от его воодушевления супруги Грейнджер широко распахнули глаза. — Мы непременно должны выпить вместе! А что это у вас в руке?! Молли, посмотри, у них магловские деньги!

Рон закатил глаза, а Молли сердито нахмурилась. Над поведением Артура рассмеялись все, кроме Рона и Перси.

— Артур… — укоризненно произнесла Молли. — Не шуми так, ты их пугаешь…

Артур слегка смутился, но всё же подошёл ближе и завёл разговор с родителями Гермионы. Тем временем к остальным приблизился гоблин и предложил проводить их к хранилищам.

— Мы сами справимся, приятель, — с улыбкой ответил Сириус.

Гоблин грозно нахмурился.

— Мы пойдём с вами, — поспешно сказала Молли и повела всех Уизли, кроме Артура, а также семейство Лавгудов к служащему банка.

— Скоро увидимся, — сказал Рон Гарри и Гермионе и последовал за родными.

Поездка вниз, как всегда, внушала ужас. На каждом резком повороте Рон боялся, что ему сломает шею. Наконец они выбрались из вагонетки и подошли к хранилищу Уизли. Гоблин отпер дверь ключом, который передала ему Молли.

Стоило хранилищу открыться, как Рон мрачно нахмурился при виде его содержимого.

Горстка сиклей и один-единственный чёртов галлеон…

Оглянувшись, он заметил, как неловко выглядят братья и сестра, и нахмурился ещё сильнее.

Я мог оплатить всё, что им нужно… Но нет, давайте лучше потратим эти жалкие гроши… Давайте снова отправим детей в школу с подержанным хламом!

Рон склонил голову, с хрустом размял шею и крепче стиснул кошель из «Гринготтса».

Так неправильно… На что они купят Джинни волшебную палочку?!

— Рон? — Голос Пандоры вырвал его из мрачных мыслей. — С тобой всё хорошо?

— Всё прекрасно… — холодно ответил он.

Пандора пронзительно посмотрела на него.

Вот же чёрт… Сто лет не видел у неё такого взгляда!

Но Пандора ничего не сказала, и Рон решил не обращать на неё внимания. Когда мама сгребла жалкую горстку монет в сумочку, все спустились к хранилищу Лавгудов.

Лавгуды не купались в богатстве, но денег у них было гораздо больше, чем у Уизли. Рон невольно задумался, как такое возможно… Он даже не знал, чем Пандора и Ксенофилиус зарабатывали на жизнь, но это явно приносило больше денег, чем «работа» его отца…

После очередной головоломной поездки они вернулись наверх, и Рон снова присоединился к друзьям из Хогвартса.

Выйдя из банка, большая компания разделилась. Пандора и Молли решили отвести дочерей на примерку мантий. Артур, Римус, Сириус и Ксенофилиус пригласили Грейнджеров пропустить по стаканчику в «Дырявом котле». Перси заявил, что ему «нужно новое перо», и куда-то зашагал. Фред с Джорджем увидели школьного приятеля и отправились к нему.

В итоге перед банком остались только Гарри, Рон и Гермиона.

— Через час встречаемся у «Флориша и Блоттса», — сказала Молли, уходя вместе с Джинни. — И не натворите глупостей, — быстро добавила она, заметив ухмылки близнецов.

И вот Рон остался наедине с двумя друзьями.

Они пошли по извилистой мощёной улице, оживлённо беседуя. Вернее, говорила в основном Гермиона, а мальчики слушали. Она рассказала, что Невилл уже купил школьные принадлежности вместе с бабушкой и очень огорчился, что не сможет увидеть Гарри до поездки в Хогвартс.

Гарри явно не терпелось вновь встретиться с Невиллом, и Рон радовался скорому воссоединению «золотой троицы».

По дороге Гарри купил каждому мороженое с клубникой и арахисовой пастой. Когда друзья доели сладости, Гермиона потащила их покупать новые чернила и пергамент.

Закончив, троица встретила Фреда с Джорджем в лавке розыгрышей. Вместе со своим другом Ли Джорданом близнецы запасались новыми шуточными товарами. Гермиона напомнила, что все эти приобретения нельзя брать в Хогвартс, но трое старших мальчиков лишь рассмеялись.

Затем им повстречался Перси с небольшой книгой в руках. Рон спросил, о чём она, и Перси с удовольствием объяснил: книга рассказывала, как достичь успеха после назначения старостой. После зрелища в хранилище Уизли Рону было приятно увидеть, что старший брат по-прежнему полон честолюбивых замыслов.

Когда они попрощались с Перси, Гермиона спросила, как он сдал экзамены на СОВ. Рон с гордостью сообщил, что старший брат получил все двенадцать. Гермиона потеряла дар речи от восхищения, а Гарри лишь с улыбкой вздохнул.

Через час троица подошла к «Флоришу и Блоттсу». Рон поразился огромной очереди из девушек и женщин средних лет, протянувшейся от самого входа.

Присмотревшись, друзья увидели громадный плакат: сегодня Гилдерой Локхарт подписывает свою автобиографию «Я — волшебник!». Рон сердито посмотрел на объявление, вспомнив нелепые цены на его книги.

— Он сегодня здесь! — по-девчоночьи взвизгнула Гермиона. — Мы и правда сможем с ним встретиться! Он написал почти все книги из нашего списка!

Не напоминай… Пять галлеонов за книгу — настоящий грабёж…

— Скорее! Нужно пробраться внутрь!

Гермиона потащила Гарри и Рона за собой, и вскоре они присоединились к остальным Уизли. Все уже собрались, а Сириус при виде Гарри облегчённо вздохнул.

— Вот вы где… — сказал он. — Мы начали волноваться. Скорее вставайте к нам. Ваши книги уже собраны.

Гарри благодарно улыбнулся Сириусу, а Рон нахмурился при виде старых потрёпанных учебников Джинни.

Они же вот-вот развалятся…

Он встал рядом с Гарри и Сириусом: вид сестриных учебников снова пробуждал злость на родителей.

И тут показался Гилдерой Локхарт. Он подписывал автобиографии, а позади висел огромный портрет. Нарисованный Локхарт подмигивал покупательницам и широко улыбался, демонстрируя безупречные зубы.

Женщины вокруг Рона восторженно перешёптывались. Даже Пандора с Молли хихикали и что-то говорили друг другу… Возбуждённый мужчина с большой камерой носился вокруг Локхарта и без конца делал снимки. В какой-то момент он толкнул Рона прямо в бок Сириуса.

— Уйди с дороги, мальчишка… — прорычал фотограф. — Я снимаю для «Ежедневного пророка»!

— Смотри, куда прёшь, мерзавец, — огрызнулся Сириус.

— Велика важность, — одновременно с ним сказал раздражённый Рон.

Гилдерой Локхарт поднял голову. Увидев рядом Сириуса и Рона, он удивлённо распахнул глаза. А когда заметил Гарри, те едва не вылезли из орбит.

— Неужели это Гарри Поттер?! — вскричал Локхарт, вскакивая со стула.

Гарри ошеломлённо посмотрел на раздражённого Сириуса, моля о помощи. Но Локхарт уже ринулся вперёд, схватил мальчика за руку и потащил к себе. Рон услышал, как Сириус выругался, а затем двинулся к светловолосой кудрявой знаменитости.

— Ах, и крёстный отец тоже здесь! Присоединяйтесь! — воскликнул Локхарт, не замечая ярости на лице Сириуса.

Он бесцеремонно поставил Сириуса рядом с собой и принялся изо всех сил трясти руку Гарри. Фотограф делал снимок за снимком, наполняя лавку клубами дыма. Женщины вокруг Рона бурно аплодировали — в том числе обе его мамы и Гермиона.

— Эй, ты! — перекрывая шум толпы, крикнул Локхарт и указал прямо на Рона.

Я?..

— Иди сюда!

Рон отступил на шаг, но мама подтолкнула его вперёд, прямо в мёртвую хватку Локхарта. Тот поставил Рона рядом с Сириусом, а Гарри притянул с другой стороны. Затем обнял обоих мальчиков за плечи, в то время как Сириус стоял возле Рона с мрачным лицом.

— Улыбнитесь пошире, мальчики… — процедил Локхарт сквозь сияющие зубы. — Вчетвером мы попадём на первую полосу.

Рон попытался улыбнуться, но от всеобщего внимания лицо сделалось пунцовым, а яркая вспышка камеры едва его не ослепила.

— Дамы и господа! — громогласно объявил Локхарт, заставив поклонниц прекратить аплодисменты. — Какое необычайное мгновение! Идеальное мгновение — если позволите мне так выразиться — для объявления, которое я давно готовился сделать! Когда юный Гарри и… Слизеринский вундеркинд… сегодня вошли в эту лавку — несомненно, чтобы приобрести мою автобиографию, — они даже не подозревали, что я лично вручу им её… совершенно бесплатно!

Толпа снова разразилась аплодисментами. Локхарт так сильно встряхнул Гарри, что очки едва не слетели с его носа.

Он даже имени моего не знает… «Слизеринский вундеркинд» — вот ещё…

— Но одной автобиографией дело не ограничится! — воодушевлённо продолжал Локхарт. — В этом году оба мальчика увидят настоящего меня — волшебника! Именно так, дорогие друзья! Я с гордостью объявляю: в сентябре я присоединюсь к школе чародейства и волшебства Хогвартс в качестве нового профессора защиты от тёмных искусств!

Услышав собственные слова, Локхарт улыбнулся до ушей, а женщины оглушительно захлопали. Двое помощников лавочника подошли и взвалили на руки Рона и Гарри полные собрания книг Локхарта.

Под их тяжестью Рон едва не упал. Он торопливо, прихрамывая, подошёл к маме. Молли забрала книги и улыбнулась Локхарту.

— Иди, Рон… Я попрошу его всё подписать, — быстро сказала она, даже не взглянув на сына.

Но Рону было всё равно — он лишь хотел убраться подальше от Локхарта.

По-моему, он сломал мне руку…

Рон растирал плечо и хмуро жалел себя, пока не заметил Гарри, разговаривавшего с Малфоем. Драко презрительно усмехался, а рядом с Гарри стояла Джинни.

Что там происходит? Что Малфой забыл возле моей сестры?!

Рон решительно зашагал к ним. На половине пути к нему присоединилась Гермиона.

— Завёл себе подружку, Поттер? — издевательски спросил Малфой, глядя на Джинни.

Рон мгновенно разозлился на мерзавца.

— Что здесь происходит? — вмешался он, взглянув на пунцовое лицо сестры.

— А вот и «Слизеринский вундеркинд»… — выплюнул Малфой, буравя Рона ненавидящим взглядом. — Салазар перевернулся бы в гробу, если бы узнал…

— Хорошо, что он уже умер… — угрожающе произнёс Рон. — Как умрёшь и ты, если не отстанешь от моей сестры…

— Твоей сестры? — Малфой презрительно усмехнулся, глядя на Джинни. — Следовало догадаться… По одной её одежде… Всё ваше семейство — сплошное…

Его перебил голос Артура:

— Рон! — Отец с трудом протискивался через толпу поклонниц Локхарта, а следом шли братья Рона. — Вот ты где, сынок. Пойдём отсюда… Здесь слишком тесно…

— Так-так-так… Артур Уизли, — раздался за спиной Драко холодный, шелковистый голос.

Там стоял его отец, мистер Малфой, с ледяной усмешкой глядя на Артура.

— Люциус… — холодно поприветствовал его Артур, немало удивив Рона.

Никогда не слышал, чтобы папа говорил таким голосом!

— Много работы в Министерстве, Артур? — спросил Люциус таким же холодным голосом. — Все эти рейды по твоему новому «закону»… Надеюсь, тебе хотя бы хорошо платят…

Он сунул руку в котёл Джинни и вытащил оттуда потрёпанный старый экземпляр «Руководства по трансфигурации для начинающих».

— Очевидно, что нет… — усмехнулся Люциус.

Сердце Рона забилось, словно боевой барабан. Всё раздражение, накопившееся из-за родителей, медленно поднималось к поверхности.

— Боже мой, — холодно протянул Люциус с такой усмешкой, о какой Драко мог лишь мечтать. — Какой смысл позорить имя волшебника, если за это даже не платят как следует?

Артур побагровел и стиснул зубы. Рон сделал то же самое, заметив ухмылку Драко.

Надо было бросить этого мерзавца в лесу… С чего он ведёт себя так, будто хоть чем-то заслужил богатство своей семьи?! Ему просто повезло родиться богатым…

— У нас с тобой совершенно разные представления о том, что позорит имя волшебника, Малфой… — парировал Артур.

— Это очевидно, — презрительно произнёс Люциус и перевёл взгляд на Грейнджеров.

Те встревоженно наблюдали за происходящим, а миссис Грейнджер заслонила собой Гермиону.

— Одни твои знакомства чего стоят… А я-то думал, ниже твоей семье падать уже некуда…

Котёл Джинни с громким грохотом упал на пол: Артур бросился на Люциуса, и оба мужчины врезались в книжный шкаф. Джинни испуганно взвизгнула, а Драко и Рон застыли, широко распахнув глаза.

Рон первым вышел из оцепенения и решил выплеснуть собственную ярость на Драко.

Это за то, что ты без конца ко мне цеплялся! И за все гадости, которые говорил о моей семье!

Рон ударил ничего не ожидавшего Драко Малфоя прямо в скулу, и тот тяжело рухнул на пол. В тот же миг чья-то рука схватила Рона и рванула назад — это была мама…

Рон услышал восторженные крики близнецов. Сириус и Римус пытались оттащить Артура от Люциуса, но разнять двух мужчин сумел лишь Хагрид, неизвестно откуда появившийся в лавке.

Люциус резко вырвался из его рук и презрительно посмотрел на Артура. У Артура была разбита губа, на челюсти Люциуса красовалась ссадина, правая щека Драко уже опухала, а правую ладонь Рона пронзала пульсирующая боль.

Люциус Малфой насмешливо взглянул на Джинни и швырнул учебник обратно в её котёл.

— Держи, девочка… — процедил он. — Забирай свою книгу… Лучшее, что способен дать тебе жалкий отец…

Он грубо затолкал книги Джинни в котёл, помог Драко подняться и одарил Рона взглядом, полным ледяной ярости. Затем отец и сын исчезли из виду.

Так и бегите…

Молли схватила Рона за ухо и поволокла из лавки, а Хагрид тем временем поднял Артура на ноги. Великан что-то говорил отцу, но Рон ничего не слышал: мама изо всех сил выкручивала ему ухо.

— Артур Уизли! — завопила Молли, не выпуская Рона. — Как ты мог! Прекрасный пример для детей! И что теперь подумает о нас бедный Гилдерой?! Мы сорвали ему встречу с читателями!

Артур виновато потупился, когда Хагрид поставил его на землю. Супруги Грейнджер выглядели ошеломлёнными. Гарри с Гермионой болезненно морщились, глядя, как мама тащит Рона за ухо. Даже Сириус и Римус смотрели на него с сочувствием. Зато Пандора и Ксенофилиус мрачно хмурились…

Замечательно, вечером меня ждёт ещё одна нотация… А мне всё равно! Этот неблагодарный мерзавец заслужил! Я спас ему жизнь, а он продолжает поливать мою семью грязью! Почему он такой гад?!

После этого все отправились домой. Всю дорогу до Норы Рон хмуро растирал пострадавшее ухо.

Они попрощались с Грейнджерами, и Гермиона виновато помахала Рону. Тот помахал в ответ, изо всех сил пытаясь ободряюще улыбнуться.

Сегодня мне все уши прожужжат…

30 августа 1992 года, после ужина

Сразу после ужина Рон поднялся в спальню. Мама весь день даже не смотрела в его сторону после всего, что он сегодня натворил.

Я лишь предложил купить семье новые вещи, а потом защитил нашу честь! Я ничего плохого не сделал…

Рон наклонил голову и с хрустом размял шею. Гнев продолжал жечь сердце. Братья и сестра тоже избегали его, отчего Рон злился ещё сильнее. Перси весь день одаривал его разочарованными взглядами, а Гарри лишь неловко улыбался. Даже Сириус и Римус расстроились, когда услышали, как Рон вёл себя утром.

Я не сделал ничего плохого! Никому из них не приходится каждый день терпеть Малфоя, поэтому они ничего не понимают… Даже папа набросился на отца этого мерзавца!

— Рон? — позвала Пандора, входя в комнату.

Рон перестал расхаживать из угла в угол. Увидев ярость на его лице, Пандора печально вздохнула.

— Мама очень тобой недовольна… Как и все мы… Что сегодня на тебя нашло?

— Ничего на меня не нашло, — твёрдо ответил Рон. — Я ударил Малфоя, потому что он среди бела дня издевался над моей сестрой!

Пандора нахмурилась.

— А почему ты кричал на родителей? — спросила она, пронзительно глядя на Рона. — Ты понимаешь, что глубоко их ранил?

Рон нахмурился и неловко переступил с ноги на ногу.

— Они не стали меня слушать, когда я предложил купить всем новые вещи… — пробормотал он, чувствуя укол вины за крик. — Теперь Джинни придётся отправиться в школу в чужой старой мантии… Я предложил деньги, а они без всякой причины отказались…

Пандора вздохнула, наконец поняв причину его поведения. Рон стыдился бедности своей семьи… Поэтому так отчаянно стремился купить братьям и сестре новые вещи. Его доброта родилась из неуверенности и стыда.

Пандора была разочарована. Она не помнила, чтобы прежде Рон придавал столько значения деньгам и вещам… Молли оказалась права: после возвращения домой он изменился.

— Скажи мне, Рон, — мягко произнесла Пандора. — Ты хотел купить им новые вещи, чтобы сделать счастливыми их? Или чтобы стало легче тебе?

Рон непонимающе посмотрел на неё.

— Я видела твоё лицо возле семейного хранилища… Скажи, Рон, какова настоящая причина? И не вздумай мне лгать, — твёрдо потребовала Пандора.

Рон был потрясён её строгостью. Но правду он уже знал — и понимал, что Пандора тоже её видит. Да, ему хотелось купить родным новые вещи, но лишь потому, что надоело слыть бедняком и казаться хуже товарищей по факультету…

Пандора подошла и протянула ему платиновое кольцо, покрытое рунами.

— Вот… — печально сказала она. — Сегодня тебе следует стыдиться самого себя.

После этого Пандора тихо вышла, а Рон остался молча смотреть на кольцо.

Ему и правда было стыдно… Но одновременно он по-прежнему злился на весь мир.