Гарри Поттер и Миррина из Слизерина (гет)

Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь бело-серебристый искрящийся туман, созданный Сонным Духом.

И компания первокурсников, приступивших к реализации грандиозного плана родственницы Реддла, неторопливо направилась в сторону Вестибюля, с любопытством разглядывая студентов Хогвартса, попадающихся им на пути, которые теперь выглядели как живые статуи с закрытыми глазами, застывшие в разных позах.

«Потрясающе!» — восхищённо прошептала Миррина.

«Да… Теперь понятно, почему зелье, которое вызывает Сонного Духа, называется зельем ЗАСТЫВШЕГО СНА», — сделала вывод Миртл.

«Смотрите! Миссис Норрис тоже спит!» — неожиданно воскликнул Альбус, указав своей волшебной палочкой на кошку Филча, которую Сонный Дух застал в тот момент, когда она поднималась по лестнице.

«И ИПЭ заснула!» — чуть слышно произнёс Джимми, заметив светящегося золотисто-жёлтого зверька, который висел над подоконником в коридоре и тихо посапывал.

«И все студенты в Большом Зале, которые пришли на обед!» — прошептала дочь Гермионы, осторожно открывая тяжёлые двери, окутанные искрящимся бело-серебристым туманом. — «И даже директриса Макгонагал!»

С этими словами, Роза переступила порог Большого Зала. И, вместе со своими друзьями, медленно пошла вперёд, оглядываясь по сторонам.

У студентов и преподавателей, которые здесь собрались, тоже были закрыты глаза. И все они застыли именно в той позе, в которой находились в момент контакта с искрящимся бело-серебристым туманом Сонного Духа.

Профессор Флитвик заснул, когда наливал в свою фарфоровую чашку чёрный чай из золотистого чайника. И этот чай, который наливался в чашку, застыл, словно на магловской фотоплёнке.

Минерва Макгонагал держала перед собой какой-то свиток, пристально всматриваясь в него закрытыми глазами.

Профессор Изобретариус склонился над газетой Ежедневный Пророк, где на первой странице красовалась фотография Джимми, превратившегося в медведя, который недавно навёл ужас на всю магловскую полицию Франции.

Студенты, сидящие за столами, застыли, когда поедали многочисленные бутерброды и булочки.

А под потолком, между левитирующими свечами, пламя которых теперь не двигалось, висели в воздухе почтовые совы, которые несли своим хозяевам письма. Однако не донесли их, потому что тоже уснули, настигнутые волшебным туманом…

«А профессор Слизнорт так громко храпит!» — усмехнулся Альбус, покосившись на преподавателя Зельеварения, который поднёс к своему рту стакан сока, но так и не успел выпить его.

«Это не профессор Слизнорт, Альбус», — чуть слышно произнесла Роза.

«А кто?» — удивлённо обернулся к ней младший сын Гарри.

«Гриффиндорская Чума!» — с усмешкой пояснил Джимми, указав своей волшебной палочкой на эксцентричную блондинку с поцарапанной физиономией и подбитым глазом, которую Сонный Дух заставил заснуть в тот момент, когда она широко разинула рот, чтобы откусить САМЫЙ большой кусок сэндвича…

Скорпиус слегка поёжился. — «Кошмар! Какая же она всё-таки противная!»

«Да», — кивнул староста Хаффлпаффа. — «И, если честно, я бы сейчас с УДОВОЛЬСТВИЕМ наколдовал ей ШЕРСТЬ, как у макаки, и ЗАД, как у павиана. Ну-у, чтобы её внешность хотя бы немного соответствовала её характеру. Вот только, опасаюсь, что, за подобную ШАЛОСТЬ, Сонный Дух сразу усыпит меня ВЕЧНЫМ СНОМ!»

Сын Драко быстро перетасовал колоду Карт Таро, которую держал в руках, и, вытащив из неё карту с изображением СМЕРТИ, нервно сглотнул воздух. А потом произнёс сдавленным голосом. — «Ты прав, Джимми. Лучше не надо».

«Ребята, смотрите!» — неожиданно воскликнула дочь Гермионы, подбегая к окну. — «Студенты Когтеврана и Слизерина, которые сейчас тренируются на поле для Квиддича, спят высоко над землёй!»

Её друзья сразу подошли к ней и увидели две школьные команды, застывшие в небе, загонщики которых заснули в тот момент, когда пытались отбить подлетающие к ним бладжеры. И эти бладжеры тоже застыли в воздухе.

А ловцы обеих команд одновременно протянули руки к снитчу, который поблёскивал в лучах яркого солнца, но, тем не менее, не двигался с места.

«Круто!» — восхищённо прошептал Джимми.

«А вон там наши родители! И Хагрид!» — снова воскликнула Роза.

И быстро выбежала из Большого Зала в Вестибюль. Её друзья последовали за ней.

А дочь Гермионы вышла во двор Хогвартса и остановилась рядом со скамейкой, на которой с закрытыми глазами сидели её родственники вместе со школьным лесничим.

«Хм… Что это у него в руке, интересно?» — удивлённо поинтересовался Джимми, замечая, что в огромной ладони Хагрида зажат документ с печатью Минервы Макгонагал.

«Свиток о зачислении его в студенты Хогвартса!» — радостно объявил младший сын Гарри, прочитав несколько строк в слегка помятом документе.

Джимми восторженно запрыгал на месте и радостно зааплодировал. — «О! Превосходно! Значит, наша директриса всё-таки дала ему на это своё разрешение!»

«Боже, какое чудо!» — невольно воскликнула Миртл, замечая над крышами Хогвартса полупрозрачную сову-сипуху, размером со скалу, которая расставила свои гигантские крылья в разные стороны и окутывала искрящимся бело-серебристым туманом школу и всю прилегающую к ней территорию, вместе с Запретным Лесом.

«Да. Ты права», — кивнул Альбус, глядя вверх. — «Жаль только, что мы сейчас не можем сфотографировать Сонного Духа. И оставить эту фотографию себе на память».

«Зато мы можем воспользоваться его помощью и вернуть из Царства Великого Мерлина нескольких хороших волшебников», — напомнила ему родственница Реддла.

И снова направилась к главному входу в замок. — «Поэтому, идёмте, ребята. Надо поскорее создать большой флакон для получения золотистой звёздной пыли. И проверить, сварился ли наш умиротворяющий бальзам…»

«Да. Не будем терять времени», — согласилась с ней Роза.

И, вместе со своими друзьями, последовала за молодой герцогиней.

Светящийся единорог, наблюдающий за ними с дальнего облака, проводил их внимательным взглядом, а потом бесследно растворился в воздухе…

Но юные волшебники его не заметили.

Они снова вошли в Вестибюль школы и направились в сторону лестницы, ведущей к туалету Миртл.

«Послушайте, ребята! А может быть, сначала ПОЕДИМ?» — умоляющим голосом предложил староста Хаффлпаффа, остановившись рядом с Большим Залом.

«Хорошая мысль!» — согласился с ним Альбус. — «Но только не в Большом Зале. Потому что меня ужасно раздражает храп Аманды!»

«Если честно, меня тоже, приятель», — признался Джимми, открывая тяжёлые двери, за которыми располагались факультетские столы со спящими за ними студентами. — «Поэтому я предлагаю забрать еду с собой».

С этими словами, он вошёл в Большой Зал, и, взяв со стола факультета Когтевран большой серебряный поднос, начал с видом официанта прохаживаться между спящими студентами и наполнять этот поднос тем, что ему казалось наиболее вкусным.

«Возьми побольше кексов, Джимми!» — попросила его Роза. — «И ещё пирожков!»

«И блинов с мясом для меня!» — добавила Миррина.

«И сок!» — прокричал ему Скорпиус.

«Какой?» — поинтересовался староста Хаффлпаффа, остановившись рядом со столом, за которым сидели спящие преподаватели. — «Тут несколько видов! Апельсиновый, малиновый, яблочный, вишнёвый, тыквенный…»

Сын Драко пожал плечами. — «Не имеет значения! На твой вкус!»

«Ладно. Тогда я возьму… ВСЁ!» — объявил Джимми, сгребая на поднос маленькие стеклянные графины. И даже тот, который пододвинула к себе Макгонагал.

А потом снова направился к выходу из Большого Зала.

«О! Потрясающе!» — радостно потёр ладони Альбус, предвкушая пир.

Но не успел староста Хаффлпаффа покинуть Большой Зал, как все окна в Хогвартсе одновременно распахнулись. И в них ворвался сильный ветер, вместе с искрящимся бело-серебристым туманом.

«Ой, что это?» — испуганно прошептала Роза, оглядываясь по сторонам.

«Сонный Дух!» — догадалась родственница Реддла.

«Хогвартс будет крепко спать ещё десять часов. Я в Английское Министерство Магии лететь готов», — объявил бело-серебристый туман, трансформируясь в фантом совы-сипухи, размером с родственницу Реддла.

Миррина поспешно направилась к лестнице. — «Очень хорошо. Следуйте за мной. Я покажу вам, как быстрее туда попасть».

С этими словами, она быстро поднялась по ступенькам и первой вошла в туалет Миртл. А потом прикоснулась указательным пальцем к Зеркалу Еиналеж и мысленно произнесла заклятие Инпортиос.

«Вот портал в Англию!» — объявила родственница Реддла, снова обращаясь к фантому совы-сипухи. — «Министерство Магии находится где-то под землёй. Но, где именно, я не знаю».

Сонный Дух пристально всмотрелся в отражение зеркала, в котором появились многочисленные улицы Лондона, и из его глаз сразу вырвались светящиеся серебристые лучи, которые абсолютно не замечали маглы, спешащие по своим делам.

Эти лучи проникли в зеркальный портал, и, подобно свету, исходящему от двух мощных прожекторов, начали освещать дома и дороги, которые отчётливо просматривались в Зеркале Еиналеж.

А потом лучи, исходящие из глаз Сонного Духа, исчезли.

И фантом совы-сипухи произнёс умиротворённым голосом. — «Я вижу, где кипит волшебная жизнь. Но она уснёт, окутанная туманом моим!»

С этими словами, Сонный Дух снова превратился в полупрозрачный серебристый шлейф. И бесшумно влетел в зеркальный портал. А потом уверенно направился к дальнему переулку, в котором располагалось невзрачное обветшавшее здание…

«Что ж! Будем вам очень признательны, сер», — прошептал ему вслед младший сын Гарри.

А дочь Гермионы подошла к письменному столу, где стояли котлы с зельями, и обеспокоенно посмотрела на один из них. — «Хм… Кажется, с умиротворяющим бальзамом что-то не так, Миррина».

«Ты права, Роза», — согласилась с ней родственница Реддла, взглянув на котёл, в котором застыли многочисленные пузырьки и даже дым, исходящий из него. — «Он тоже заснул. То есть, застыл в пространстве и времени, когда Сонный Дух усыпил Хогвартс».

«И что же теперь делать?» — испуганно поинтересовалась дочь Гермионы. — «Ведь без умиротворяющего бальзама я не смогу спокойно смотреть на профессора Снейпа, когда войду в Визжащую Хижину!»

Староста Хаффлпаффа сразу обернулся к порталу, в который недавно влетел Сонный Дух. — «Надо спросить совета у Зеркала Еиналеж».

«Согласна», — кивнула Миррина. — «Но, сначала, дождёмся возвращения Сонного Духа».

«А зачем ждать?» — удивился Скорпиус. — «Мои Карты Таро смогут дать ответ на этот вопрос не хуже, чем Зеркало Еиналеж!»

«Ах, да, точно!» — радостно воскликнул Джимми. — «И как я забыл?»

«Леди Миррина, спрашивайте!» — потребовал сын Драко, перетасовав свои Карты Таро.

«Ладно», — кивнула родственница Реддла. — «Что произойдёт, если я добавлю в умиротворяющий бальзам немного бодрящей сыворотки? Она решит проблему?»

Скорпиус поспешно разложил Карты Таро на чайном столике, и, взглянув на получившуюся у него комбинацию, утвердительно кивнул. — «Решит. Умиротворяющий бальзам проснётся. То есть, доварится. Но только бодрящей сыворотки нужно совсем немного. Не более двух капель. Иначе умиротворяющий бальзам потеряет свои уникальные свойства, и превратится в малиновый пунш».

И Миррина сразу добавила две капли бодрящей сыворотки в котёл с умиротворяющим бальзамом. — «Понятно. Спасибо тебе, Скорпиус».

И в тот же миг, зелье в медном котле снова начало дымиться и кипеть.

«Смотрите-ка! Получилось!» — обрадовалась дочь Гермионы.

«Да. Через пять минут умиротворяющий бальзам будет готов», — сделала вывод родственница Реддла, ещё раз перемешав бурлящее зелье.

«Миррина! Можно тебя на минуту?» — неожиданно окликнуло её привидение студентки Когтеврана, которое висело у входа в туалет и как-то странно смотрело на заместителя директрисы, заснувшего в двух шагах от порога.

«Конечно, Миртл», — ответила родственница Реддла. И быстро подошла к ней.

«Скажи… А почему запястье профессора Снейпа перевязано носовым платком с твоим именем и фамилией?» — поинтересовалась Миртл.

«Не знаю», — удивлённо произнесла родственница Реддла, рассматривая правую руку профессора, на которой из-под манжеты, залитой серебристой кровью, выглядывали края её носового платка, украшенного по краям белым кружевом. И на этом носовом платке английскими буквами было вышито несколько слов: герцогиня Миррина Лилиана Элеонора Виктория де Реддл.

Только теперь этот носовой платок и вышивка на нём были эфемерные. Как и сам профессор Снейп.

«Это так странно», — прошептала Миртл.

«Что? Что случилось?» — удивлённо поинтересовался Джимми, выходя вместе с друзьями в коридор.

«Ничего особенного, ребята», — успокоила их Миррина, продолжая рассматривать полупрозрачную копию своего носового платка. — «Просто профессор Северус перед смертью где-то поранил руку».

«Да. Только на этой руке именной носовой платок Миррины, который лежит в её сумке!» — пояснила Миртл.

«Откуда ты знаешь?» — удивилась родственница Реддла.

«Я его случайно заметила, когда доставала из твоего футляра пробирку с золотой кровью единорога», — призналось привидение. — «Кстати, в ней ещё осталось много этого эликсира, поэтому я убрала эту пробирку обратно в футляр».

«Хорошо, Миртл», — рассеянно отозвалась Миррина, продолжая рассматривать полупрозрачную руку Снейпа. — «Но, если честно, я не понимаю, каким образом на запястье профессора Северуса оказался мой именной носовой платок. Потому что он у меня единственный. Мама подарила мне его три года назад. И сама вышила на нём моё имя и фамилию, которую я получила при рождении. И с тех пор я всегда ношу этот носовой платок с собой, как талисман».

«Хм… Любопытно…» — с интонацией мистера Олливандера произнёс младший сын Гарри, обернувшись к сыну Драко. — «Послушай, Скорпиус! А что твои Карты Таро могут сказать по этому поводу?»

«Сейчас выясню…» — уверил его тот.

Но, в этот момент, из Зеркала Еиналеж подул сильный ветер. И этот ветер выхватил Карты Таро из рук Скорпиуса. А потом разбросал их по всему туалету.

«О, нет!» — вскрикнул сын Драко. И, вместе со своими друзьями, начал поспешно собирать свои магические карты.

«Ладно, вернёмся к этому вопросу позже», — сделала вывод Миррина, взглянув на Зеркало Еиналеж, из которого только что вылетел полупрозрачный серебристый шлейф. — «Потому что Сонный Дух вернулся».

«Дело сделано, друзья мои… Погружены в сон две территории, о которых говорили вы…» — умиротворённым голосом объявил он, снова трансформируясь в эфемерную сову-сипуху.

«Превосходно!» — обрадовался Альбус.

А Сонный Дух продолжил. — «И Хогвартс, и Министерство будут крепким сном спать… И десять часов я им буду сны навевать…»

С этими словами, Сонный Дух снова превратился в полупрозрачный серебристый шлейф. И бесшумно влетел в золотой котёл, расположенный в центре причудливого механизма, собранного родственницей Реддла.

«О! Вы даже вообразить не можете, как мы вам благодарны!» — признался староста Хаффлпаффа, проводив его внимательным взглядом.

А Миррина вытащила из ящика письменного стола ещё один пустой флакон, и, плотно закупорив его стеклянной пробкой, поставила этот флакон на пол, рядом с Зеркалом Еиналеж.

После чего, громко обратилась к своим друзьям. — «А ну-ка, посторонитесь, ребята! Сейчас этот флакон немного увеличится в размере! Энгоргио!»

И в тот же миг, флакон рядом с Зеркалом Еиналеж стал величиной с гиппогрифа.

«Ух, ты, какой он огромный!» — восхищённо воскликнула Роза, обойдя вокруг флакона.

А Миррина прикоснулась к этому флакону волшебной палочкой Скорпиуса и выкачала из него весь воздух. — «Эфириус Нон!»

А потом торжественно объявила. — «Ну, вот и всё. Ёмкость для сбора золотистой звёздной пыли готова».

«Да. Теперь осталось дождаться ночи, чтобы на небе появились звёзды», — вздохнул староста Хаффлпаффа, взглянув в окно, за которым ярко светило солнце.

Но Миррина отрицательно покачала головой. — «Нет, Джимми. Если мы будем дожидаться ночи, мы потеряем много времени. И не успеем вернуть к жизни тех, кого задумали. Поэтому, чтобы добыть золотистую звёздную пыль, мы откроем портал в Зеркале Еиналеж в то место, где ночь уже наступила».

«И куда именно?» — удивлённо поинтересовался Альбус.

«В Россию. На Полуостров Камчатка», — ответила родственница Реддла. — «Потому что разница во времени между этим полуостровом и Шотландией — составляет примерно 12 часов».

«Ух, ты! Значит там сейчас глубокая ночь!» — радостно воскликнул Джимми. — «И все спят!»

«И на небе есть звёзды, которые нам нужны», — сказала Миррина. — «И особенно хорошо их видно с вершины вулкана, который называется Авачинская Сопка… Кстати, он действующий. Последнее его извержение было в 1991 году. Его высота — более 8000 футов, а диаметр кратера — примерно 1300 футов. И все нижние склоны этого вулкана покрыты лесами из кедрового стланика и каменной берёзы. А на вершине этого вулкана располагаются ледники и снег».

«Красиво...» — задумчиво произнёс сын Драко.

«Да, Скорпиус», — кивнула Миррина. — «Полуостров Камчатка — действительно красивое место. Потому что там много природных заповедников и действующих вулканов. Есть даже Долина Гейзеров, которая входит в список семи чудес России. С 1992 года маглы организовывают туда вертолётные экскурсии. Однако для получения золотистой звёздной пыли мы должны будем перенестись не в Долину Гейзеров, а на вершину Авачинской Сопки. А там очень холодно. Поэтому я советую вам надеть самые тёплые зимние вещи, которые у вас есть. Если, конечно, вы хотите наблюдать за сбором звёздной пыли непосредственно со склона вулкана, а не через портал в Зеркале Еиналеж».

«Да! Мы хотим наблюдать за сбором звёздной пыли со склона вулкана!» — уверила её Роза.

«Хорошо», — кивнула Миррина. — «В таком случае, я вас жду».

И в тот же миг, в небе над Хогвартсом, рядом с огромными эфемерными гербами Слизерина и Гриффиндора, появился герб ещё одного факультета школы, чьим символом являлся орёл, в облике которого отчётливо просматривались черты ворона. И знакомый голос, словно принадлежащий невидимому великану, громогласно произнёс:

ДОСТОИН ВЫСШЕЙ ПОХВАЛЫ ТВОЙ ГЕНИАЛЬНЫЙ ПЛАН!

ХОЧУ СКАЗАТЬ, ТАКОЙ КАК ТЫ — ГОРДИТСЯ КОГТЕВРАН!

«КОГТЕВРАН! КОГТЕВРАН! КОГТЕВРАН!» — трижды повторило за ним оглушительное эхо.

И в следующее мгновение, со стороны огромного эфемерного герба, чьим символом являлся орёл, в окно туалета Миртл устремился яркий луч. И этот луч коснулся мантии родственницы Реддла. И в тот же миг, у змеи с львиной головой, которая красовалась на гербе мантии Миррины, появились птичьи крылья…

«Круто!» — восхищённо прошептал Джимми. — «Ещё один ГЕРБ ПОДТВЕРЖДЕНИЯ!»

«Ребята, но это же превосходно!» — обрадовалась Роза. — «Значит, Ровена Когтевран тоже на нашей стороне!»

«Бежим за зимними куртками, быстрее!» — скомандовал Альбус, первым покидая туалет.

И все его друзья, кроме родственницы Реддла и Миртл, которая сейчас удивлённо рассматривала странный герб на мантии Миррины, последовали за ним.

И в этот момент, из-под кровати родственницы Реддла неожиданно высунулась белая лапа. И попыталась зацепить упавший на пол блин с мясом, который Сонный Дух случайно сдул с подноса, нагруженного едой, когда вылетал из Зеркала Еиналеж.

Миртл заметила эту лапу и невольно вскрикнула. — «О, Мерлин! А это ещё кто?!»

«Где?» — удивлённо обернулась к ней Миррина.

«Под твоей кроватью!» — испуганно прошептало привидение. — «Там прячется какое-то белое существо с острыми когтями!»

«Да… Ты права», — кивнула родственница Реддла, тоже заметив лапу, которая настойчиво пыталась подцепить упавший на пол блин.

А потом медленно подошла к кровати и направила на неизвестное существо волшебную палочку.

«Осторожней, Миррина!» — нервно предупредила её Миртл.

А родственница Реддла медленно приподняла покрывало, и, встав на колени, с опаской заглянула под кровать. И маленький цербер-альбинос, который там прятался, виновато заскулил, встретившись взглядом с Мирриной. А потом поджал уши. И быстро отполз в самый дальний угол под кроватью.

«Ух, ты! Снежинка!» — улыбнулась Миррина.

Трёхголовый щенок понял, что на него не сердятся, и завилял хвостом. А потом робко выбрался из-под кровати, и, положив свои передние лапки на колени родственницы Реддла, попытался вылизать её лицо всеми тремя языками.

«Миртл! Всё в порядке!» — усмехнулась молодая герцогиня, погладив маленького цербера. — «Это потерявшаяся дочка Пушка!»

Привидение студентки Когтеврана сразу подлетело поближе и осмотрело трёхголового щенка со всех сторон. — «Невероятно! Как она здесь оказалась?»

«Наверное, пришла на запах еды», — предположила родственница Реддла, покосившись на серебряный поднос, который Джимми поставил на чайный столик.

С этими словами, Миррина подняла с пола упавший блин и протянула его Снежинке. — «Ты голодная, малышка? Хочешь блинчик с мясом?»

И дочка Пушка моментально его проглотила.

«Что? Нравится?» — усмехнулась родственница Реддла, взяв с подноса ещё один блин. — «Мне они тоже нравятся!»

«Ничего не понимаю!» — удивлённо произнесла Миртл. — «Почему её не усыпил Сонный Дух?»

«Потому что она слизала с пола Бодрящую Сыворотку, которую случайно уронила Роза», — догадалась Миррина, заметив под кроватью пустую пробирку, в которой не осталось ни капли волшебного зелья.

И в тот же миг, из коридора послышались встревоженные голоса. — «Миррина! Миррина!»

Снежинка вздрогнула и поспешно забралась под письменный стол.

«Быстро же вы вернулись!» — обратилась к своим юным друзьям родственница Реддла, когда они снова вбежали в туалет.

И сразу удивлённо поинтересовалась, глядя на них. — «А где ваши тёплые вещи?»

«В гостиных наших факультетов», — со вздохом ответил Альбус.

«Но мы не можем туда попасть», — призналась дочь Гермионы. — «Потому что заколдованные двери и портреты, которые обычно задают нам вопросы и спрашивают пароли, спят беспробудным сном».

«Н-да… Обидно», — задумчиво произнесла родственница Реддла, подойдя к шкафу, где висела её одежда, которую она привезла из дома. — «А у меня только одна шуба. Однако, если её увеличить заклятием Энгоргио, проблему можно решить!»

С этими словами, молодая герцогиня взмахнула волшебной палочкой Скорпиуса над своей шубой из чёрной норки. Но, прежде чем она успела изменить размер этой шубы, сын Драко её остановил, взяв за руку. — «В этом нет необходимости, леди Миррина. Потому что мы вполне можем понаблюдать за сбором звёздной пыли через портал в Зеркале Еиналеж».

«Да. Так будет проще. И тебе, и нам», — согласилась с ним Роза.

«Ну-у, хорошо», — кивнула родственница Реддла, быстро надев свою шубу и белую песцовую шапку. — «Как скажите».

А потом набросила себе на плечи горжетку из полярного песца, в глазах которого поблёскивали чёрные алмазы, и снова направилась к флакону, увеличенному заклятием Энгоргио.

И в этот момент, Роза испуганно вскрикнула, случайно заметив маленького цербера, наблюдающего за ними. — «Ой! А это кто?»

«Где?» — сразу обернулась к ней Миррина.

«Вон там, под письменным столом!» — прошептала дочь Гермионы, указав своей волшебной палочкой на Снежинку, которая обеспокоенно поджала уши.

Староста Хаффлпаффа медленно подошёл к письменному столу, и, оглядев маленького цербера-альбиноса, притаившегося под ним, задумчиво произнёс. — «Хм… Я, конечно, могу ошибаться. Но, полагаю, что это щенок того трёхголового ужаса, который сейчас обитает в Тайной Комнате».

«Ты прав, Джимми», — кивнула Миррина. — «Это дочка Пушка. И, если честно, я очень рада что она забрела сюда. Потому что Гарри, Рон, Гермиона и профессор Северус — просили меня поймать её, если я вдруг случайно её обнаружу».

«А она не опасна?» — настороженно поинтересовалась Роза.

«Вовсе нет», — уверила её Миррина. А потом слегка наклонилась и позвала щенка мягким голосом. — «Снежинка, иди сюда! Познакомься с моими друзьями!»

Дочка Пушка поняла, что ей никто не причинит вреда, и быстро вышла из своего укрытия, виляя хвостом. А потом легла на ковёр у камина, рядом с которым стояла дочь Гермионы, и перевернулась на спину, поджав передние лапки.

Роза присела рядом с ней и погладила её животик. — «Ой! Какая хорошенькая! А почему ты не спишь, как все остальные?»

«Потому что она случайно выпила Бодрящую Сыворотку, которую ты любезно уронила на пол», — пояснила Миррина.

«А помимо Бодрящей Сыворотки чего-нибудь хочешь?» — поинтересовался Альбус, подойдя к подносу с едой. — «Пирожков с курицей, например… Или блинов с мясом… Кстати, у нас их много!»

«Смотрите-ка, ей нравится!» — радостно воскликнул Скорпиус, скармливая Снежинке самый толстый блин.

«Ну, вы пока присмотрите за ней, а я пойду собирать звёздную пыль», — сказала родственница Реддла.

И быстро закрыла портал в Зеркале Еиналеж, ведущий в Лондон.

А потом применила к Зеркалу Еиналеж заклятие Энгоргио, чтобы через него сумел пройти увеличенный ею флакон, и прикоснулась к отражающей поверхности этого зеркала указательным пальцем, вообразив самую верхнюю точку Авачинской Сопки. После чего, мысленно произнесла заклятие Инпортиос. И буквально через мгновение, в зеркале появилась заснеженная вершина вулкана, над которым раскинулся Млечный Путь.

Альбус сразу взял дочку Пушка на руки, и, вместе со своими друзьями, направился к Зеркалу Еиналеж. — «Идём, Снежинка! Посмотрим, сколько звёздной пыли удастся собрать Миррине».

А родственница Реддла применила к огромному флакону заклятие Вингардиум Левиосса, и осторожно прошла вместе с этим флаконом через зеркальный портал.

«Ух, ты! А там действительно жуткий холод!» — восторженно воскликнул Джимми, просунув в портал свою голову. — «От него даже дыхание перехватывает!»

Роза сердито схватила старосту Хаффлпаффа за руку и резко втянула его обратно в туалет. — «Джимми! Немедленно отойди от портала! Иначе простудишься!»

«Ладно, ладно!» — покорно отозвался тот.

А Миррина поставила огромный флакон рядом с собой и снова обернулась к своим друзьям. — «Ну, что, ребята? Вы готовы?»

«Разумеется!» — кивнул Альбус.

«ВАФ!» — громко подтвердила его слова Снежинка.

«Тогда начинаем!» — объявила родственница Реддла, направив в небо волшебную палочку Скорпиуса. — «Старлитио Стримео!»

И в ту же секунду, со стороны звёзд, к Миррине устремились золотистые лучи света. Они начали просачиваться в стеклянный флакон, размером с гиппогрифа, и быстро трансформироваться внутри него в золотистую звёздную пыль. А ещё через мгновение, из портала в Зеркале Еиналеж донёсся громкий и протяжный звук, напоминающий волчий вой.

«С ума сойти! А этот гул НАМНОГО ГРОМЧЕ, чем я предполагал!» — прокричал староста Хаффлпаффа, зажав себе уши обеими руками.

«Не беспокойся, Джимми!» — усмехнулся младший сын Гарри, наблюдая, как огромный флакон на вершине вулкана быстро наполняется золотистой звёздной пылью. — «За десять часов мы от него ОГЛОХНЕМ и перестанем обращать на этот гул внимание! И на остальные звуки тоже!»

«Альбус, ты ИЗДЕВАЕШЬСЯ?» — возмущённо обернулась к нему Роза.

«Надо принести наушники!» — предложила Миртл.

«Какие?» — удивлённо поинтересовался Скорпиус.

«Такие, которые используют студенты Хогвартса на занятиях Травологии, когда изучают свойства САЖЕНЦЕВ МАНДРАГОРЫ», — громко пояснило привидение.

«Точно!» — согласился с ней староста Хаффлпаффа. И моментально направился к выходу из туалета, продолжая зажимать руками свои уши. — «Я сейчас сбегаю за ними!»

«Лучше я, Джимми», — остановила его Миртл, вылетая в окно. — «Потому что у меня это быстрее получится!»

«ВОЗЬМИ ПОБОЛЬШЕ! Чтобы хватило на всех, кого мы собираемся ОЖИВИТЬ!» — прокричал ей вслед Альбус.

«Обязательно!» — пообещало ему привидение, стремительно удаляясь в сторону Теплиц Хогвартса.

А родственница Реддла дождалась, пока её огромный флакон наполнится золотистой звёздной пылью, и, нарисовав в воздухе волшебной палочкой английскую букву «Х», заставила лучи, проникающие во флакон, рассеяться. А потом снова применила к флакону заклятие Вингардиум Левиосса. И вернулась вместе с ним через портал в свою Персональную Гостиную, стены которой продолжали сотрясаться от громкого гула.

«А вот и звёздная пыль, ребята!» — торжественно объявила Миррина, поставив огромный флакон рядом с письменным столом.

«Ух, ты! Как много!» — восхищённо воскликнул Альбус. — «Уверен, такого количества хватит, чтобы создать тысячу стандартных маховиков времени!»

«Тем лучше», — сделала вывод молодая герцогиня, закрывая портал, ведущий на вершину Авачинской Сопки. — «Значит, у нас есть возможность починить маховик Минервы Макгонагал и маховик профессора Изобретариуса. Но, сначала, займёмся нашим двустандартным маховиком времени».

С этими словами, она подошла к серванту, и, вытащив оттуда двустандартный маховик, установила его на верхнюю часть рамы Зеркала Еиналеж. А потом перенесла в этот маховик из огромного флакона четыре фунта золотистой звёздной пыли с помощью заклинания Инвардео. — «Ну, вот и всё. Вроде бы готово».

«А вот и наушники!» — прокричала Миртл, снова влетая в приоткрытое окно туалета и быстро раздавая их студентам, собравшимся у Зеркала Еиналеж. А потом положила несколько лишних наушников на письменный стол.

«Ох! Спасибо тебе, Миртл!» — поблагодарила её Роза, поспешно надевая на себя наушники.

«Да. Так гораздо тише», — согласилась с ней Миррина.

«РЕДУЦИО! РЕДУЦИО! РЕДУЦИО!» — громко прокричал Альбус, направляя свою волшебную палочку на наушники, которые лежали на столе.

И когда несколько наушников уменьшились в размере, надел их на все три головы щенка цербера. — «А это тебе, Снежинка!»

Дочка Пушка завиляла хвостом и лизнула его в щёку.

«Ну, ладно, ладно…» — усмехнулся младший сын Гарри. — «Не стоит благодарности!»

А родственница Реддла сняла с себя верхнюю одежду, и снова обратилась к своим юным друзьям. — «Итак, кого начнём оживлять в первую очередь?»

«Давайте, Миртл», — предложила Роза, взглянув на эфемерную студентку. — «Потому что её помощь была просто бесценна!»

«Согласна», — кивнула Миррина.

И сразу обратилась к привидению. — «Надеюсь, ты не возражаешь?»

«Конечно, нет!» — уверила её эфемерная студентка. — «Я буду только рада! Кстати, наушники можете снять. Потому что этот гул стал намного тише!»

«Действительно…» — удивлённо согласился с ней Альбус, снимая наушники с себя и Снежинки.

«Что ж! В таком случае, пора открывать портал в прошлое, ребята», — серьёзным голосом произнесла родственница Реддла, взглянув на Зеркало Еиналеж. — «Но, помните! У нас будет только ДЕСЯТЬ МИНУТ, в течение которых нам КАТЕГОРИЧЕСКИ НЕЛЬЗЯ КОЛДОВАТЬ!»

«Оставьте свои волшебные палочки здесь! Тогда у вас не возникнет искушения их использовать!» — предложила им эфемерная студентка.

«Хорошая идея, Миртл», — согласилась с ней Роза. И, одновременно с Альбусом и Джимми, положила свою волшебную палочку на письменный стол. — «Присмотри за ними!»

«И за Снежинкой тоже!» — попросил её младший сын Гарри, усадив дочку Пушка на пол.

«Обязательно, ребята!» — пообещала им Миртл.

А потом добавила слегка обеспокоенным голосом. — «Удачи вам!»

«Н-да… Она нам понадобится», — нервно отозвался староста Хаффлпаффа, подняв с ковра лопаты.

А родственница Реддла прикоснулась указательным пальцем к отражающей поверхности Зеркала Еиналеж и тихо прошептала. — «Как свет повелевает тьмой, так и мой маховик времени повелевает временем! Экспекто Патронум — это мой свет! Пусть он ведёт меня, сквозь вехи лет!»

А после этого, произнесла громким голосом, направив волшебную палочку сначала на двустандартный маховик, а потом на Зеркало Еиналеж. — «Двустандартный маховик времени! Зеркало Еиналеж! Неразрывное соединение!»

И в ту же секунду, и маховик времени, и Зеркало Еиналеж, поглотила яркая вспышка белого света. А когда она рассеялась, зеркало и маховик стали серебряными и мерцающими, словно вечерние звёзды, потому что недавняя вспышка сделала их единым целым.

А родственница Реддла закрыла глаза, и, направив волшебную палочку на двустандартный маховик, громко прокричала. — «Экспекто Патронум!»

И в ту же секунду, из волшебной палочки, которую она держала в руке, вырвался Телесный Патронус единорога, который грациозно пробежал по туалету, и, уменьшившись до размера птенца феникса, подлетел к двустандартному маховику времени. А потом начал вращаться вокруг него с бешеной скоростью, постепенно превращаясь в серебристое световое кольцо. И отражающая поверхность Зеркала Еиналеж сразу стала белой, как молоко.

И тогда Миррина дотронулась до неё указательным пальцем и тихо прошептала. — «Место, в которое нам необходимо попасть — это Кладбище в Годриковой Впадине. Могила Миртл. Время, в которое нам необходимо попасть — это первая ночь после её похорон».

И буквально через секунду, в зеркале, словно на плёнке магловского кинофильма, стали быстро сменяться события, начиная от настоящего времени и заканчивая далёким прошлым, пока в отражении этого зеркала не появилось старое кладбище в Годриковой Впадине и похороны погибшей Миртл Элизабет Уоррен, на которых священник читал проповедь. А родители Миртл, окружённые людьми, которые были их друзьями и соседями, плакали около гроба своей единственной дочери. А потом гроб медленно опустили в могилу и засыпали землёй. И все люди, приглашённые на похороны погибшей студентки Когтеврана, начали расходиться, утешая её родителей. И вот наступила ночь…

«Инпортиос!» — прошептала Миррина, снова прикоснувшись указательным пальцем к отражающей поверхности зеркала.

И от того места, к которому она прикоснулась, разлетелись в разные стороны серебристые молнии. И портал в далёкое прошлое открылся…

«ПОЛУЧИЛОСЬ!» — радостно воскликнул Альбус.

«Да», — кивнула молодая герцогиня, положив на пол, рядом с Зеркалом Еиналеж, волшебную палочку Скорпиуса, и первой шагнув в портал. — «Идёмте!»

Её друзья последовали за ней. И, пройдя несколько десятков футов по тёмному кладбищу, освещаемому только светом далёких звёзд, остановились у могилы погибшей студентки Когтеврана.

«Что ж! Начинаем копать», — скомандовала Миррина, взяв у Джимми лопату.

И все юные волшебники, которые пришли с ней на кладбище, стали быстро раскапывать могилу.

«Ох! Глубоко же её зарыли!» — посетовал младший сын Гарри.

«Как положено», — уверил его староста Хаффлпаффа, выбрасывая своей лопатой из могилы крупные комки земли. — «Потому что, если гроб закопать на меньшей глубине, он, через определённое время, вылезет наружу. Так как одно из уникальных свойств почвы — это способность проседать и обваливаться».

«Знаю, можешь не напоминать», — мрачно покосился на него Альбус.

А староста Хаффлпаффа взлохматил свои волосы и продолжил свои объяснения страшным голосом. — «И тогда разложившийся труп обязательно вывалится из прогнившего гроба, и, подобно Аманде Гриффиндор, начнёт распугивать своим внешним видом всех, кто на него наткнётся! Г-Ы-Ы-Ы-Ы!»

С этими словами, он слегка выпятил вперёд нижнюю челюсть, чтобы получилось подобие улыбки Аманды, и выпучил глаза.

Роза с укоризной посмотрела на него. — «Очень смешно!»

«Ребята! У меня лопата в чём-то застряла!» — обеспокоенно произнёс сын Драко.

«Наверное, это гроб Миртл», — предположил Альбус.

«Ты прав», — кивнул староста Хаффлпаффа, с трудом выдёргивая лопату Скорпиуса из деревянной крышки.

«Открывайте его, быстрее!» — скомандовала Миррина.

Джимми сразу надавил обеими руками на два крепких замка, и, спустя мгновение, раздался негромкий щелчок. И крышка гроба послушно открылась.

«Готово!» — торжествующим голосом объявил староста Хаффлпаффа.

И вежливо поздоровался с телом погибшей студентки. — «Ну, привет, Миртл!»

А потом пожал её холодную ладонь и неожиданно заорал на всё кладбище. — «А-А-А-А-А! Она меня СХВАТИЛА! СХВАТИЛА ЗА РУКУ!»

Его друзья испуганно вздрогнули.

Но в тот же миг, в затылок старосты Хаффлпаффа попал пустой флакон, который в него бросила возмущённая Миртл, наблюдающая за происходящим на кладбище через портал в Зеркале Еиналеж. — «Прекрати ДУРАЧИТЬСЯ, Джимми! Я НЕ МОГЛА этого СДЕЛАТЬ!»

«Ладно, ладно! Я пошутил!» — усмехнулся староста Хаффлпаффа, поспешно вытаскивая её тело из могилы.

«И вообще! Поторопитесь!» — встревоженным голосом потребовала эфемерная студентка. — «Потому что у вас осталось МЕНЬШЕ ТРЁХ МИНУТ!»

Староста Хаффлпаффа нервно сглотнул воздух. — «Что ж ты раньше не сказала?»

И быстрыми шагами направился к порталу. — «Ребята! Я отнесу тело Миртл в туалет, а вы пока закопайте могилу!»

«Зачем?» — удивился Альбус.

«А разве не понятно?» — на мгновение обернулась к нему Роза, поспешно сбрасывая в разрытую могилу крупные комки земли. — «Чтобы её родители и соседи ничего не заподозрили!»

«Ах, да, точно!» — согласился младший сын Гарри.

А потом со вздохом добавил. — «Ох! И тяжёлая эта работа… Покойников оживлять!»

«Ничего, мы справимся!» — уверил его Скорпиус, продолжая быстро работать лопатой.

«Ребята! Вам пора возвращаться!» — громко прокричал им Джимми.

«Одну минуточку!» — отозвалась Миррина, формируя на зарытой могиле Миртл аккуратный земляной холмик.

«НЕМЕДЛЕННО!» — истерично проорала Миртл. — «Потому что Патронус, который вращается вокруг маховика, сейчас ИСЧЕЗНЕТ!»

Миррина моментально сорвалась с места, и вместе с Альбусом, Скорпиусом и Розой — помчалась обратно к зеркальному порталу. — «Ладно! Скорей-скорей-скорей! Бежим-бежим-бежим!»

И едва они успели запрыгнуть обратно в портал, как Патронус единорога, который вращался вокруг двустандартного маховика времени, действительно исчез. А Зеркало Еиналеж на секунду стало белым, как молоко, а потом в нём снова появились отражения юных волшебников, собравшихся в Персональной Гостиной Миррины.

«Ох! Кажется, успели!» — устало произнёс Альбус, садясь на пол.

«У меня просто сил нет!» — признался Скорпиус, облокотившись на свою лопату.

«Да. Надо бы отдохнуть», — согласился с ним Джимми, поставив свою лопату у стены.

Но дочь Гермионы отрицательно покачала головой. — «У нас нет на это времени!»

«Вообще-то, Роза, у нас полно времени», — напомнил ей Альбус. — «У нас ДЕСЯТЬ ЧАСОВ!»

«Девять…» — вздохнула родственница Реддла, взглянув на часы, которые висели над камином.

А потом подошла к подоконнику, где стояли флаконы, наполненные золотой кровью единорога, смешанной со слезами феникса, и взяла один из них. — «Поэтому, давайте поскорее оживим Миртл, немножко отдохнём, и отправимся выкапывать Ариану Дамблдор».

«Давайте!» — кивнул Скорпиус, быстро выпивая стакан яблочного сока.

А эфемерная студентка взглянула на своё тело, неподвижно лежащее на полу, и произнесла расстроенным голосом. — «О, Мерлин! Как ужасно я выгляжу!»

«А чего ты хотела? Ты же труп!» — усмехнулся староста Хаффлпаффа.

«Который, я полагаю, скоро вернётся к жизни», — уверила его Миррина.

С этими словами, она подошла к телу эфемерной студентки. — «Ну, что, Миртл? Ты готова?»

«Думаю, да!» — кивнуло привидение.

«Отлично! В таком случае, выпей этот ОЖИВЛЯЮЩИЙ ЭЛИКСИР!» — торжественным голосом произнесла родственница Реддла.

И осторожно вылила в рот студентке, лежащей на полу, всё золотистое зелье, которое находилось во флаконе.

И в тот же миг, эфемерная Миртл начала мерцать. А потом превратилась в туман и просочилась в своё тело через собственный нос.

«И что теперь?» — шёпотом поинтересовался Альбус, глядя на тело Миртл, которое по-прежнему неподвижно лежало на полу.

Джимми пожал плечами. — «Не знаю…»

«Ох! Неужели всё было напрасно?» — расстроенно предположила Роза.

«Я так не думаю», — ответила Миррина, проверив пульс у погибшей студентки Когтеврана. — «Потому что сердце у неё БЬЁТСЯ!»

«МИРТЛ! Очнись, МИРТЛ!» — громко потребовал Скорпиус.

Но студентка, лежащая на полу, никак не отреагировала на его слова.

«Странно! Она дышит… Но почему-то НЕ ПРОСЫПАЕТСЯ!» — обескураженно произнесла молодая герцогиня.

«Ну, разумеется!» — неожиданно воскликнула дочь Гермионы, хлопнув себя ладонью по лбу. — «Какие же мы глупые! Здесь же волшебный туман, созданный СОННЫМ ДУХОМ! А фантомическая бодрящая сыворотка, которую она выпила, будучи привидением, НЕ ДЕЙСТВУЕТ НА ЖИВЫХ ЛЮДЕЙ!»

«О, Господи, Роза! Ты права!» — согласилась с ней Миррина.

И быстро подошла к письменному столу, на котором стоял котёл с Бодрящей Сывороткой. А потом наполнила этим зельем пустой флакон из-под Оживляющего Эликсира, и осторожно вылила его содержимое в рот погибшей студентке. — «А ну-ка, Миртл, выпей это снадобье!»

И в тот же миг, погибшая студентка начала громко кашлять и открыла глаза. — «КХЕ! КХЕ!»

«Получилось!» — радостно воскликнул Альбус.

«Ох! Я чуть не подавилась!» — пожаловалась Миртл.

А потом покосилась на камин, в котором застыл огонь, окутанный туманом Сонного Духа, и слегка поёжилась. — «Ну и холод здесь!»

«Потрясающе! Она ОЖИЛА!» — восторженно воскликнул староста Хаффлпаффа.

Миртл моментально вскочила на ноги, и, оглядев себя, начала кружиться на месте. — «Что? О, Мерлин! Действительно! Поверить не могу! Миррина! Спасибо тебе! И вам спасибо, ребята! Я так рада!»

«Мы тоже рады, Миртл», — призналась родственница Реддла, подняв с пола волшебную палочку, которую оставила рядом с Зеркалом Еиналеж. — «А теперь, нам пора откапывать Ариану».

«Что ж! В таком случае, я составлю вам компанию!» — объявило бывшее привидение, вытащив из серванта большой серебряный ковш. — «Потому что, я уверена, лишняя пара рук вам не помешает!»

«Ты права», — кивнула Роза. И сразу обратилась к родственнице Реддла. — «Открывай портал, Миррина!»