Ручной ворон (гет)

— Глаза не меняют цвет из-за освещения, — он горько усмехнулся, закрывая лицо руками.

— я надеялся, что это просто усталость. Галлюцинации от недосыпа. — он резко выпрямился, я увидела как сильно дрожат его руки.

— Спасибо, что не соврала. Что не стала играть в «тебе показалось». Мне страшно, — он наконец произнес это вслух, и его голос больше не дрожал, он был просто пустым. Я осторожно его слушала, внимая каждому слову.

— Мне до смерти страшно, что однажды я усну и больше не проснусь. А «он»... «он» сделает что-то, за что я никогда не смогу вымолить у тебя прощения.

— Извинятся будет он. — Я смотрела ему в глаза.

— Тебе не за что просить прощения за то, что ты не контролируешь. — я почувствовала, как во мне поднимается какая-то отчаянная решимость. Плевать на расследование, на эти границы... Я медленно протянула руку и накрыла его дрожащие пальцы своей ладонью. Его кожа была ледяной, он не отпрянул. Наоборот, он замер, впитывая мое тепло, как единственный шанс на спасение.

— Я не дам тебе «не проснуться», Серёж, — мой голос стал тише, но в нем не было сомнений. Мои слова звучали как факт.

— Я здесь. И я никуда не уйду.

Сергей посмотрел на наши руки — белая ткань моей кофты касалась его рукава, создавая единственный светлый островок в этом хаосе. Он медленно перевернул ладонь, сплетая свои пальцы с моими. Крепко, будто я была его единственным якорем. Это, это слишком близко... Промелькнула беглая мысль у меня в голове.

— Почему?.. — выдохнул он, и в этом вопросе было всё: и страх, и робкая надежда, и что то ещё... что он боялся произнести вслух...

— Почему ты до сих пор не боишься меня? — я медленно посмотрела на свою кофту, потом на стены, вспомнила рыжие глаза которые видела ночью, как будто пытаясь найти в них ответ.

— Потому что... — я надеялась что ответ придет ко мне если его позвать, но он ждал пока я сама его найду.

Ну же... Это так просто понять... Вот я расследую дело, притворяюсь его девушкой, держу его за руку... сочувствую... поддерживаю... понимаю что нравлюсь ему ... С каждым словом я удивлялась себе все больше и больше. Вместо того чтобы найти ответ я загоняла себя в угол. Что это за бред вообще? Я же просто .. .

я поняла что нравлюсь ему.

Я ему нравлюсь.

В смысле.

У меня округлились глаза. По телу будто прошел ток. Я схватилась за край дивана так, что мышцы предплечья напряглись до предела.

Почему почему... Я здесь...

Может... Если ... Конечно...

Господи!

Я сделала глубокий вдох. Надо успокоить взбунтовавшееся сознание детектива, я больше не хочу действовать под его влиянием.

Моя рука по прежнему была сжата им. Сама этого не замечая я напрягла ее тоже. Молчать дольше, уже нельзя.

Но мне нечего сказать. Раз он так меня и раскрыл с первой нашей встречи, может сейчас тоже поймёт... ЧТО ПОЙМЁТ.

НИЧЕГО НЕ НАДО ПОНИМАТЬ.

Он ждал моего ответа.

— Потому что, я не боюсь его. Он уязвим, потому что излишне эмоционален, я знаю что он скажет дальше, вижу насквозь его травмы и комплексы... — я осеклась. Если в него вселяется какой то псих, являющийся его полной противоположностью... точно.

— А если, если у тебя... — я последний раз прикулиса губу, после этих слов, мне будет нечего боятся, я скажу все.

— Раздвоение личности? — я с опаской на него посмотрела.

— Значит... — он горько усмехнулся, не поднимая глаз.

— Раз ты, ставишь мне такой диагноз... значит, я окончательно проиграл.

— Я не психиатр, чтобы ставить такие диагнозы, Серёж, — я горько усмехнулась, чувствуя, как его пальцы мелко дрожат в моих.

Тишина в кабинете не была тежёлой, она плавала вокруг нас, перенося воздух в пространстве.

Я смотрела на наши переплетенные руки, мне не надо было думать что ответить...

— Я не врач... — я подняла на него взгляд, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Я частный детектив.- с некоторой горечью выплатила я, подсознательно ожидая, что он сейчас отпрянет, вырвет руку, закричит о предательстве... но я не могла больше молчать.

— И я здесь... — мой голос на мгновение сорвался, — я здесь была по работе. — ну да, я сама вскрыла последние карты...

— Но то, что происходит сейчас... Пересаёт быть просто расследованием. Я не ухожу потому что вижу, что тебе нужна помощь, и один ты с этим не справишься.