Улица Промышленная казалась вымершей. Вывеска «Продукты. Удача» мигала, пропуская буквы. Нин Шу поправила сумку и толкнула тяжелую дверь.
Внутри пахло старой пылью и дешевым табаком. За прилавком стоял сухопарый старик со всклокоченными седыми волосами — Старый Ли. Он как раз сосредоточенно обсчитывал какого-то работягу в засаленной спецовке, подкручивая пальцем гирьку на весах.
— С тебя еще семьдесят пять копеек, милок, — проскрипел Ли, не поднимая глаз.
Работяга что-то буркнул, выгреб мелочь и ушел, хлопнув дверью. Нин Шу подошла к прилавку. Старик мазнул по ней равнодушным взглядом, оценив школьную форму и бледное лицо.
— Хлеб закончился, молоко завтра будет.
Нин Шу молча достала магнитную карту и положила её на прилавок. Ли замер. Он быстро накрыл карту ладонью, оглянулся на дверь и коротким, резким жестом велел ей идти за ним.
Они прошли через узкую дверь за прилавком в захламленный склад. Среди штабелей ящиков с заплесневелыми овощами Ли отодвинул тяжелый стеллаж, за которым оказалась массивная стальная дверь. Старик приложил карту к считывателю, и дверь с глухим шипением открылась.
— Спускайся, — буркнул он.
Нин Шу пошла вниз по крутой бетонной лестнице. В носу сразу закололо от резкого, кислого запаха сгоревшего пороха и застоявшегося воздуха — вентиляция в подвале явно не справлялась. Это был настоящий бетонный бункер, разделенный на стрелковые позиции.
У верстака в углу сидел мужчина в серой майке. Он методично чистил длинную винтовку. Услышав шаги, он обернулся. Его лицо пересекал старый шрам, а взгляд был тяжелым и немигающим.
— Ли, ты мне что, детский сад привел? — Инструктор сплюнул на бетонный пол. — У нас тут серьезное заведение, а не кружок юных техников.
Ли подошел к нему почти вплотную и что-то быстро зашептал на ухо, косясь на Нин Шу. Единственное слово, которое она расслышала, было «Психо».
Инструктор мгновенно перестал скалиться. Он замер, медленно положил ветошь на стол и еще раз внимательно посмотрел на Нин Шу. В его глазах появилось выражение настороженности. Он молча кивнул в сторону третьей стрелковой позиции.
— Ствол с собой? — коротко спросил он. Голос стал сухим.
Нин Шу достала из-за пояса маленький пистолет. Инструктор поморщился, увидев «дамскую» модель, но ничего не сказал.
— Дистанция пять метров. Ростовой щит. Стреляй.
Нин Шу встала на позицию. Она вытянула руки, как видела в фильмах, сняла оружие с предохранителя и нажала на спуск.
Грохот в закрытом пространстве оказался неожиданно мощным. Звук ударил по ушам, вызвав противный звон. Маленький пистолет в её руках дернулся вверх гораздо сильнее, чем она ожидала, больно ударив отдачей в запястье.
Нин Шу посмотрела на мишень. На сером картоне щита не было ни следа. Пуля ушла куда-то в потолок.
— Корова на льду и то точнее, — прокомментировал Инструктор, не меняя выражения лица. — Руки не задирай. Хват крепче. Пробуй еще.
Нин Шу выстрелила еще трижды. Руки начали мелко дрожать от напряжения. Одна пуля задела край щита, остальные снова ушли в молоко. Адреналин, который держал её весь день, начал уступать место свинцовой усталости. Всё тело после вчерашних тренировок и драки ныло, требуя покоя.
— Достаточно на сегодня, — Инструктор забрал у неё пистолет, проверил магазин и положил на верстак. — С такой стрельбой ты только мух пугать можешь.
Нин Шу вытерла пот со лба. У неё не было сил даже на то, чтобы обидеться на его слова.
— Мне нужно место, где можно поспать, — глухо сказала она Ли. — Домой я не вернусь.
Старик молча кивнул и провел её в небольшую подсобку за стрелковыми позициями. Там пахло машинным маслом и сыростью. В углу стояла старая, драная раскладушка с тонким одеялом.
Нин Шу не стала раздеваться. Она просто сбросила сумку на пол и повалилась на жесткую сетку раскладушки. За стеной изредка бухали выстрелы — кто-то пришел на ночную практику. Под этот мерный, тяжелый звук Нин Шу мгновенно провалилась в сон.