На стороне тьмы (гет)

Колокол прозвучал во второй раз.

Ни один человек в комнате не шелохнулся.

Будто каждый надеялся, что ошибся.

Третий удар рассеял последние сомнения.

Дом проснулся.

Из глубины стен донесся низкий гул. Старые балки едва заметно дрогнули, словно огромный особняк сделал первый вдох после долгого сна.

Конрад закрыл глаза.

— Он запечатывает проходы.

— Это хорошо? — спросил Гарри.

— Если мы внутри — да.

Он открыл глаза.

— Если кто-то уже успел войти — нет.

Все одновременно посмотрели на дверь.

За ней было тихо.

Слишком тихо.

Гарри первым поднял палочку.

— Homenum Revelio.

Заклинание разошлось по коридору прозрачной волной.

Несколько секунд ничего не происходило.

Потом воздух перед дверью дрогнул.

Одна фигура.

Вторая.

Третья.

Они стояли неподвижно.

Словно ждали.

— Нас нашли, — спокойно сказал Люциус.

— Почему не входят? — прошептал Драко.

— Потому что знают: мы сами откроем.

Гермиона нахмурилась.

— Почему вы так решили?

— Потому что именно так всегда действуют люди, уверенные в своем превосходстве.

В дверь постучали.

Три коротких удара.

Вежливо.

Почти буднично.

От этого стало не по себе сильнее, чем от любого взрыва.

— Они издеваются, — тихо произнес Гарри.

— Нет, — ответил Люциус.

— Тогда что?

— Демонстрируют уверенность.

Он подошел к двери, но не коснулся ручки.

— Они знают, что дом не пустит их силой.

Значит, рассчитывают на другое.

— На что?

— На разговор.

Стук повторился.

После небольшой паузы раздался спокойный мужской голос.

— Лорд Малфой.

Люциус даже не вздрогнул.

— Давно меня так не называли.

Голос за дверью продолжил:

— Мы не пришли воевать.

Гарри тихо усмехнулся.

— Конечно.

— Мы пришли за книгой.

Гермиона почувствовала, как внутри все сжалось.

Они знали.

Они знали о библиотеке.

О книге.

Они были слишком близко.

— Не отвечайте, — прошептал Гарри.

Люциус отрицательно покачал головой.

— Почему?

— Потому что молчание тоже ответ.

Он сделал шаг вперед.

— Кто вы?

Несколько секунд за дверью было тихо.

Потом незнакомец произнес:

— Меня зовут Адриан Восс.

Это имя ничего не сказало Гарри.

Ничего не сказало Драко.

Но Конрад тяжело оперся рукой о стену.

— Не может быть...

Гермиона сразу заметила его реакцию.

— Вы его знаете?

— Знал.

— Что значит — знал?

Старик побледнел.

— Он умер.

За дверью раздался негромкий смешок.

— Видите, Конрад.

Голос звучал удивительно спокойно.

— Вы все еще повторяете официальную версию.

Конрад медленно закрыл глаза.

— Ты должен был погибнуть.

— Должен.

— Я видел твое тело.

— Видели.

Гарри тихо выругался.

— Мне это совсем не нравится.

Люциус неожиданно спросил:

— Сколько вас?

За дверью не стали скрывать.

— Семеро.

— Почему именно семь?

Наступила короткая пауза.

— Потому что нас всегда семь.

Гермиона почувствовала, как что-то зацепилось в памяти.

Семь.

Она уже встречала это число.

Но где?

Не в письме Элианор.

Не в книге.

Где-то раньше.

Очень давно.

Драко подошел к столу и осторожно взял черный ключ.

— Они пришли за этим?

— Нет, — тихо сказала Гермиона.

— Тогда за чем?

Она посмотрела на книгу свидетелей.

И вдруг поняла.

— Они пришли не за книгой.

Все повернулись к ней.

— Книга им не подчинится.

Гермиона медленно перевела взгляд на Люциуса.

Потом — на ключ.

— Им нужен тот, кто сможет ее открыть.

В комнате стало тихо.

Адриан Восс, словно услышав ее слова сквозь дверь, спокойно произнес:

— Именно поэтому, мисс Грейнджер, мы предлагаем сделку.

Люциус резко сделал шаг вперед.

— Никаких сделок.

За дверью вновь воцарилось молчание.

А затем голос, впервые за весь разговор, стал холоднее.

— Вы ошибаетесь.

Небольшая пауза.

— Сделка нужна не нам.

Еще одна.

— Она нужна вам.

Потому что через час этот дом перестанет существовать.

И вместе с ним погибнет все, что Элианор пыталась сохранить.

Люциус медленно сжал кулаки.

Гермиона увидела, как на его лице вновь появляется знакомая ей маска спокойствия.

Но теперь она знала цену этой маске.

И понимала: внутри него идет совсем другая битва.

Пока Гарри и Драко готовились к возможному бою, Люциус неожиданно повернулся к Гермионе.

— Если через несколько минут мне придется сделать выбор...

Он говорил тихо, чтобы слышала только она.

— ...пообещайте одну вещь.

— Какую?

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Что бы вы ни услышали обо мне сегодня, сначала спросите меня самого, правда ли это.

Гермиона несколько секунд молчала.

Потом медленно кивнула.

— Обещаю.

За дверью послышались шаги.

Не удаляющиеся.

Наоборот.

Кто-то начал медленно обходить комнату по кругу.

Будто проверяя не стены.

А людей внутри.