Мир после. Книга 2. Северный город (гет)

— Эйлин, к тебе Ярослав, — возвестил голос Фрея, и эльфийка отвлеклась от журнала, который она заполняла, сидя за столом.

— Пусти, конечно, — улыбнулась она, вставая навстречу сыну.- Почему ты один? Где твои друзья? — она присела в кресло, Ярик опустился в соседнее, вздыхая.

— У Истера разболелась голова, а поскольку он отказался просить помощи у целителей, пришлось дать ему немного крови, — он показал порез на ладони, — и теперь он прячется в каморке на первом этаже. Он не хочет, чтобы другие воспитанники узнали о том, кто его отец, как это случилось с Лектусом.

— Глава Академии предупреждала тебя, что могут возникнуть проблемы, когда остальные узнают о том, кто такой Лектус, — мягко заметила Эйлин, чуть подаваясь вперед.

— Я по-прежнему считаю, что его нельзя изолировать, впрочем, как и других, — твёрдо ответил Ярик, качая головой.- Я успел узнать Принца и уверен, что он уникален и отличается от других детей Правящих. Они оба: и Лектус, и Ксения.

— В этом я согласна с тобой, эта девочка удивительная, — согласилась эльфийка, вставая и беря со стола книгу в тёмном переплете.- Я кое-что тут нашла о её даре. Древние звали таких людей целителями душ.

— Удивительно подходящее название, — Ярик скрестил ладони под подбородком, и в этот момент в чертах его лица что-то изменилось, и он перестал быть похожим на семнадцатилетнего подростка. В его глазах, уголках губ застыло выражение мудрости, понимания того, что подростку понимать ещё рано. Словно вечность отразилась во взгляде юного мага.- Я однажды осмелился заглянуть в её мысли, не услышать их, а именно заглянуть.

— Я тебе говорила, что это неправильно, Ярослав. Как и использовать руны, — укорила его Эйлин, — чтобы заставить кого-то замолчать.

— Я помню, мама, — он шаловливо улыбнулся и снова стал похож на подростка.- Но это стоило того — заглянуть в мысли Ксении. Понимаешь, она видит людей не так, как мы, совсем не так! Все люди для нее отмечены каким-то мерцанием или сиянием, я не знаю, как объяснить, разных цветов, и эти цвета для нее имеют температуру. Вот Джеймс — у него яркое оранжевое сияние, и он тёплый, даже горячий. Лектуса она видит в слабом серебристом мерцании, и он такой, как туман летним утром. Истер словно в тёмной дымке, и он то горячий, то холодный, и он её отталкивает.

— А ты? — улыбнулась Эйлин, с интересом слушая сына. Не все могли похвастаться тем, что видели подобную магию изнутри.

— Ну, я себя её глазами не видел, но, думаю, я буду с белыми крыльями, — рассмеялся Ярик, закидывая руки за голову.- Она удивительная, мне кажется, что ничего интереснее я ещё не видел.

— Ксения не объект для изучения.

— Я знаю, но иногда так сложно сдержаться. А как она любит Лектуса, как верит в него, хотя прекрасно видит и его тёмную сторону.

— Эта тёмная сторона Лектуса и Истера очень беспокоит Совет, — Эйлин снова села в кресло, пристально глядя на сына.- Я помню, что ты уверял всех, что именно Лектус или Ксения могут исполнить пророчество, но действительно ли ты так уверен?

— В этом мире нет ничего, в чем можно быть до конца уверенным, но я знаю, что время нам ответит на вопрос, что мы сделали верно, а что нет, — ухмыльнулся Ярик.- Даже если окажется, что дети Байрока не те, кого мы искали, я все равно рад, что они здесь. Хотя что-то мне подсказывает, что не зря гномы чертили все эти схемы, в которые мы так идеально подошли... Академия подскажет, как нам быть.

— Кстати о школе. Как началась учёба твоих друзей?

— Я видел Джеймса, когда он со стоном негодования направлялся в класс грамотности, думаю, ему учиться не очень нравится, — хмыкнул Ярик, — а Кристин очень понравились и одноклассницы, и преподаватели. Истер же всё видит в тёмном цвете, так что...- Ярик пожал плечами, показывая, что комментарии излишни.

— Может, его стоило отправить в Школу Трёх Народов? Там тёмным магам живется легче.

— Ему нигде не будет легче. Я так думаю, что Чёрный Ус, которого ты с него сняла, не усиливал его чувства и эмоции, а просто сел на то, что было в Истере изначально, и питался этим. Никогда ещё не встречал никого более несчастного, так сильно не любящего себя и мир вокруг, но мы с Кристин пытаемся это исправить, — оптимистично заявил Ярик.

— Кристин очень добрая и талантливая, я была на её уроках, мне она понравилась.

— Она уникальная, — улыбнулся юный маг, глядя в глаза матери.- В самом начале, когда мне ещё было позволено заглядывать в её мысли, я поразился, насколько у неё светлая душа, в ней нет боли, нет ненависти, нет злости, лишь грусть. И ещё она совсем не так, как другие, смотрит на Истера. Она верит в него.

— Я рада, что ты нашёл в своем путешествии друзей, ты слишком долго был один, Ярослав. Слишком долго боялся привязываться к кому-то, — она с грустью смотрела на сына и видела в нём совсем другого человека. Человека, с любовью к которому она жила уже много лет, по которому тосковала, спрятав глубоко внутри сжигающую её боль разлуки.

— Я видел отца, — выпалил Ярик, шагнув к маме, видимо, она в очередной раз забыла закрыть от него свои мысли. Такое случалось всё чаще, словно Ярику стало легче пробиваться сквозь заслон.- Скоро срок, да? Поэтому он приближается?

— Я чувствовала, что он где-то рядом, — кивнула Эйлин, прикрыв глаза.- Шесть лет тянутся как шесть веков.

— Однажды это все закончится, — попытался утешить мать Ярик, положив руку на её плечо. Сын был слишком сильным и слишком мудрым, а ещё раньше он был слишком одиноким, скрывавшим всё за своими улыбками и смехом. Он изменился за год своего отсутствия, и стал ещё сильнее напоминать своего отца, которого почти не знал. Зато знал, кто виноват в этом, но Эйлин лишь однажды говорила с сыновьями об этом, не желая множить боль и вражду в семье.

— Я не желаю смерти моему отцу, — покачала головой эльфийка, повторяя то, что уже говорила Ярославу.- Я выдержу все отмеренные мне временем муки. Нам подарены шесть дней, даже их могло не быть.

— Может, на этот раз вы родите нам девочку? — решил пошутить маг, и Эйлин улыбнулась.- Ладно, мама, я пойду, нужно найти Истера и Кристин, вдруг его депрессия слишком далеко зашла, и нужна моя помощь.

— Иди, конечно.

— Мам.

— Да? — она вопросительно посмотрела на сына.

— Если Лектус будет пытаться увидеть Анну, не мешайте ему. Будет только хуже.

— Хорошо, мы учтем это, — после некоторого молчания ответила Эйлин.- И все-таки ты всегда будешь видеть в других Свет, даже если они упрямо тянутся к Тьме.

— Этому учила меня ты. Ты же смогла полюбить бандита-ныряльщика, — хмыкнул Ярик и исчез в нарисованной двери. Эйлин грустно улыбнулась: Ярослав слишком часто сам напоминал своим поведением того бандита.

Первое, что увидел Ярик, войдя в комнату, которая располагалась на первом этаже Академии и использовалась для хранения запасной мебели, — пламя свечи, у которой Истер изучал какую-то книгу. Привыкнув к темноте, маг различил очертания Кристин — девушка спала на плече друга, сжав его руку.

— Тихо, пусть отдохнет, — буркнул Истер, поднимая глаза на Ярика — они ярко горели в темноте. Наверное, друг был прав: не стоило окружающим знать о том, что среди них появился не только сын Байрока, но и полукровка, в котором течёт кровь Чужих.

— Что делаешь? — прошептал Ярик, садясь у стены напротив друзей.

— Учу буквы, Кристин пыталась мне их втолковать, — скривил губы Истер, отодвигая книгу.- Что там снаружи?

— Ребята расползлись после ужина, скоро можно будет пойти в комнату, я там припас для тебя еды. Как твоя голова?

— Лучше, — Истер явно не хотел говорить о себе, и Ярик не стал настаивать: в этом был его друг, дикий одинокий мальчишка, который ненавидел себя за то, что он не сберёг мать, и остальных за то, что из-за этого ему пришлось убить. Странный он, этот Истер: он ненавидел отца, но убийство его переживал, хоть и отрицал это.- Как там наш принц? Ещё жив?

— Джеймс за ним приглядывает, — пожал плечами Ярик. Он не стал говорить, что не только кочевник приглядывает за Лектусом, это уже детали.- Слушай, моя мама считает, что лучше тебя было отправить в Школу Трёх Народов, где учатся тёмные маги, ну, и светлые маги учатся тёмной магии.

— С чего это?

— Она права, там тебе было бы легче.

— Мне и тут не тяжело! — рыкнул Истер, а потом испуганно посмотрел на Кристин — она спала.

— Ну, ладно, я просто сказал, — Ярик примирительно поднял руки, — я в принципе ответил то же самое.

— Что это ещё за школа народов? — Истер насупился, ему явно не понравилось предложение куда-то ехать.

— Есть ещё одна школа магии, северо-западнее материка, — улыбнулся Ярик.- Легенды гласят, что именно там с неба упал второй камень, вошёл в воду, и небольшая его часть осталась над водой. Вот там и находится Школа Трёх Народов, — пожал плечами маг.- Там учат сражаться, учат магии. Ту школу основал Святовит, брат Елень, которая создала Академию.

— Очень занимательно, — хмыкнул Истер.

— Занимательно, потому что остров, на котором находится школа, зовется Островом Драконов, — хмыкнул Ярик, — и там находится Зверинец, в котором живут самые удивительные и самые опасные магические существа, спасённые от Потопа. Думаю, однажды ты там обязательно побываешь, ведь ты Магистр Тёмных Существ.

— Я не магистр, я просто парень, который даже не умеет читать, — огрызнулся Истер.

— Всё ещё впереди, — Ярик посмотрел на спящую Кристин.- Раз ты остаешься, то у меня есть для тебя предложение.

— Как будто ты не знал, что я останусь!

— В Академии сотни лет десятки магистров зелий и снадобий изучали свойства крови Чужих, пытаясь понять, как человек превращается в Чужого, что за магия делает из людей созданий, питающихся жизненной силой других людей, но им мало что удалось понять.

— Но тут появился я.

— Они бы хотели исследовать твою кровь, если ты не против. Силой никто у тебя её не возьмёт, — предупредил Ярик, пристально глядя на друга.

— Куда мне нужно явиться?

— Тебя позовут, если ты не передумаешь, — улыбнулся Ярик.- И ещё одно. В Хранилище артефактов поместят Кинжал, который ты вынес из Красного города, — тихо начал маг, — но Совет и другие магистры не знают, как его изучать, ведь они не могут к нему прикоснуться.

— Ты хочешь, чтобы я помогал?

— Да, им нужна твоя помощь. Возможно, вы поймете, почему он так дорог Байроку, что он не оставляет попыток проникнуть в город и забрать его.

— А он не оставляет? — насторожился Истер.

— Несколько кораблей Правящих вышли из порта, они направляются к восточной оконечности материка, будут пытаться проникнуть через защиту Шемары и Шаары. Это две каменные башни-крепости, поставленные древними магами в полукилометре от берега. Они, а также оконечности гор, поддерживают защиту города со всех сторон, не позволяют Чужим проникать внутрь магического купола.

— И они не проникнут, кровососы? — уточнил Истер.

— Нет, не смогут, как и сотни лет до этого, — покачал головой Ярик, — но это не уменьшает того, что Байроку всё равно, какой ценой, но нужно проникнуть и забрать Кинжал. Чужие у стены удвоили караулы в надежде поймать тех, кто переправляется через реку. Им нужен этот кинжал, а мы должны понять, почему.

— Спросите принца.

— Он не скажет.

— Ну да, конечно, — фыркнул Истер, и Кристин вздрогнула, открывая глаза.

— Привет, — улыбнулся ей Ярик, пламя свечи отразилось в сонных глазах девушки.- Устала?

— Много новых впечатлений, — словно извиняясь, проговорила она, садясь прямо и разминая шею.- Ист, как ты? Как голова?

— Всё отлично, — скривил губы парень.- Ты пропустила ужин.

— Ничего, я ей тоже припас бутерброды, — хмыкнул Ярик. Он замолчал, глядя в пустоту, понимая, что они уже не одни.- Святослав, я слышу тебя, а ну-ка прекращай и иди сюда!

Ярик видел недоуменный взгляд Кристин и настороженную гримасу Истера, а ещё он слышал мысли младшего братца, который, как никто в Академии, умел быть незаметным.

— Свят! — уже сердито одернул брата маг, оглядывая комнату. Наконец, из-за башни из парт выглянуло круглое озорное лицо, обрамлённое копной чёрных волос.- Иди сюда, я познакомлю тебя с друзьями.

Ярик следил за тем, как младший брат — худой, маленький, с широкой улыбкой и блестящими от смеха синими глазами — осторожно подходит, поправляя на ходу лямки комбинезона, надетого поверх жёлтой рубашки. На шее у Святослава был фиолетовый шарф, на ногах — ярко-зелёные унты, расшитые чёрными котами. Руки братец прятал за спину, видимо, они опять были измазаны в чём-то чудовищного цвета.

— Я Святик! — возвестил брат, показывая рот, где не хватало нескольких коренных зубов, потому что молочные уже выпали, а новые нарасти не успели.- Через три месяца мне будет шесть лет!

— И ты забыл сказать, что ты маг-хамелеон, — назидательно напомнил брату Ярик.

— А, да, я хамелеон, — озорно улыбнулся Святослав — и почти сразу растворился в воздухе.

— Куда он исчез? — испугалась Кристин, оглядывая комнату.

— Никуда, он стоит на том же месте, — заметил Ярик, — он демонстрирует, что значит "хамелеон". Если ты присмотришься, то заметишь его. Он умеет принимать цвет того, что находится за ним.

— Повезло, — усмехнулся Истер, по его взгляду было заметно, что он Святика видит.- Но могу разочаровать: любой кровосос тебя разглядит в два счета.

— Ну и ладно! — младший брат стал виден, он улыбался, подпрыгивая на месте.- Зато я могу таскать у флоков конфеты, и мне за это ничего не бывает!

— Очень важное достижение, — едко ответил Истер.

— А ещё меня не видит Фрей, и тогда он сердится, и я могу незаметно подойти и засунуть ему в рот конфеты!

— Просто умираю от зависти, — снова отозвался Истер, и Ярик видел, что Кристин едва сдерживает смех.

— Я могу сбегать из школы и покупать на рынке конфеты! — привёл свой, наверное, самый сильный аргумент Святик.- Вот!

— Кстати, магистр Фауст, если поймает тебя за пределами Академии, имеет разрешение мамы выпороть тебя ремнем так, чтобы твоя пятая точка пылала и не могла слиться ни с чем вокруг, — с доброй улыбкой заметил Ярик.

— Пусть сначала поймает, — озорно улыбнулся Святослав.

— Ну, и что ты тут делаешь?

— Пришёл посмотреть на твою подружку, — хихикнул младший брат, — и я никому не скажу, что ты привел Чужого, — Святик улыбнулся Истеру, и тот сощурил злой взгляд, другу явно не понравилось то, что сказал брат.

— Он не Чужой, он полукровка, — решил просветить мальчишку Ярик, — и ты действительно никому об этом не скажешь.

— Обещаю-обещаю! — Святик даже подпрыгнул на месте, обрадованный, что у него со старшими ребятами секрет.- А то, что он тоже влюблен в твою подружку, говорить можно?

— Святик! — вот это Ярика рассердило, но брат уже слился с окружающим и быстро исчез, понимая, что не должен был говорить то, что сказал.- Простите, ребята, — вздохнул маг, поворачиваясь к двум сильно смущённым друзьям, — я не успел сказать: он тоже читает мысли.

— Не боишься, что однажды найдёшь его труп? — прорычал рассерженный ни на шутку Истер, который избегал взгляда Кристин.

— Перестань, он просто маленький ребенок, — проговорила она мягко, сжав руку друга и пытаясь поймать его глаза.- И он не сказал ничего, что каждый из нас бы ни знал, — сказала она тихо, почти шёпотом, поглаживая друга по плечу.- И он никому ничего не скажет о тебе.

— Не скажет, — пообещал Ярик, и это действительно было так: Свят хорошо знал грани дозволенного, иначе мама могла бы наложить на него руну Запрета, и он бы стал обычным шестилетним ребенком без всяких талантов, пока Эйлин бы не простила его. А до такого момента могли бы пройти годы.- Идёмте, вам нужно поесть и отдохнуть.

— Я лучше останусь тут, — ответил Истер упрямо, и Ярик был уверен, что переубеждать друга — мёртвое дело.

— Я принесу твой ужин и подушку, — кивнул маг, взглядом помешав Кристин начать спорить. Она вздохнула.

— До завтра, Ист, — улыбнулась она, поцеловала его в щеку и первой нарисовала дверь, Ярик последовал за ней.

В спальне двое ребят-близнецов, с которыми Ярик учился уже несколько лет, корпели над книгами, склонившись вокруг лампы. Они только кивнули товарищу и вернулись к занятиям. И оно понятно: не всем повезло родиться в семье эльфа, некоторым приходилось много трудиться, чтобы стать полноценным магом.

Ярик не успел дойти до постели, как позади него Фрей возвестил, что к ним хочет войти Кристин.

— Не возражаете, ребята? — поинтересовался маг у соседей по комнате, и те лишь покачали головами, даже их не поднимая.- Впусти.

Кристин вошла и поздоровалась с мальчиками, они не отреагировали; в руках у девушки был свёрток.

— Отдай Истеру, пусть он хорошо поест.

— Тебе тоже надо питаться, — напомнил подруге Ярик, но бутерброды взял.- И отдыхать.

— Да, я сейчас пойду, — смущённо улыбнулась девушка, но уйти она не успела: снова появился Фрей.

— Сюда ломится Джеймс Картер, буквально пробивает магию лбом.

— Тогда точно впусти, — рассмеялся Ярик, не зная, что там случилось у кочевника, но явно что-то срочное, иначе вряд ли он стал бы носиться по школе после долгого первого учебного дня.

— Ярик! Прочти мне это! — с ходу воскликнул Джеймс, впихивая в руки мага исписанный свиток. Выглядел кочевник примечательно: рубашка торчит из штанов, на воротнике — чернила, волосы растрепаны больше обычного, глаза горят нетерпением. Откажешь такому.

Ярик бросил взгляд на листок и едва сдержал улыбку.

— Извини, я не могу, — он протянул листок обратно, быстро получая всю информацию из хаотичных мыслей товарища. Впрочем, и так все было понятно.

— Она так и сказала! Что никто не будет мне его читать! — рассердился парень, ероша волосы и как-то беспомощно глядя на Кристин.- Может, ты?

Девушка, не понимая, в чём дело, заглянула в протянутый пергамент — и тут же покачала головой, чуть улыбаясь.

— Не могу.

— Это магия, да? — обречённо вздохнул Джеймс.- Ксения дала мне этот листок, сказала, что это её письмо ко мне, и что никто не сможет мне его прочитать, вроде там наложено сильное заклятие.

— Да, она не солгала, — кивнул Ярик, сложив руки на груди и пряча взгляд: ему было очень смешно. Ксения — молодец! Нашла способ принудить кочевника учиться читать! — К тому же это как-то неприлично читать чужие интимные письма. Прости.

— Ладно, — вздохнул Джеймс, — но ведь я умру от любопытства прежде, чем узнаю, что там написано! Я же не научусь читать за ночь!

— За ночь! — Ярик вдруг вспомнил о том, что рассказывал ему однажды Фрей. Он кинулся к своей тумбочке, достал оттуда связку ключей и кинул Джеймсу. Тот автоматически поймал их, вопросительно посмотрев на мага.- В библиотеке, куда ты ещё успеваешь зайти до отбоя, есть секция книг, которые написала Елень, по крайней мере, мы считаем, что эти книги её. Так вот там есть одна книжка, в золотой обложке. С её помощью ты научишься читать за пять часов, ну, если будешь усерден.

— И почему нас по ней не учат?! — возмутился Джеймс, и на его вскрик даже близнецы недовольно подняли головы, вырванные из мира магической науки.

— Простите, ребята, — махнул им Ярик примирительно.- Не учат, потому что она одна и очень древняя, к тому же политика школы: терпение и труд воспитывают человека и мага. Так что возьмёшь книгу тихо и завтра до завтрака вернёшь на место. Ключ от секции на связке, самый большой.

— Здорово! — обрадовался Джеймс: то ли перспективой утром прочесть письмо Ксении, то ли тем, что ему позволили залезть на запрещённую территорию.- А магия в письме не почувствует подвоха?

— Нет там никакой магии, — рассмеялась Кристин, — просто в первой строке листа написано, что любой, кроме адресата, кто прочтёт письмо, покроется гнойниками до следующей зимы. А ещё ниже — просьба оказать ей услугу и не мешать тебе учиться читать, — девушка улыбнулась и нарисовала дверь.- Спокойной ночи, мальчики.

Джеймс насупился, но почти сразу оттаял и улыбнулся.

— Спасибо, Ярик, — он показал на ключи и тоже шмыгнул в сверкающий проём. Ярик только покачал головой, потом сгрёб две подушки, собрал бутерброды и отправился к Истеру: у них тоже впереди была ночь, чтобы поучиться читать.