РМЖ. Наследие (джен)

Дома Гарри сразу же почувствовал запах пирога.

— Кричер?

— Миссис Уизли заходила, — буркнул тот с недовольным видом.

— Накрывай на стол!

Пару раз в месяц Молли передавала свои фирменные пироги, чем жутко раздражала Кричера. Не то чтобы старый эльф Блэков плохо готовил, но некоторые вещи, как, например, пирог с почками, делать он наотрез отказывался, считая недостойной чистокровного мага едой. Поначалу Гарри пытался спорить и требовал исполнять распоряжения без комментариев или брать носок и валить на все четыре стороны, но потом они нашли компромисс: недостойные пироги в доме появляются без участия Кричера.

За едой Гарри с добродушной усмешкой прикидывал, сколько Молли приходится печь, чтобы накормить ораву родных и почти родных людей да еще и передавать гостинцы, и потрясённо завис. Помимо усилий и времени, это всё вставало в солидную сумму…

— Кричер, ты вроде говорил, у нас есть вино хорошее? В бочках, в смысле.

— Конечно, есть, — домовик застыл за полировкой подсвечника. — Хозяин же не любил сухие вина…

— Потому хочу его подарить Уизли.

Кричер поджал губы, но с возражениями не нашёлся.

Законсервированные чарами Стазиса запасы Блэков действительно просто пылились в подвале, Гарри же кривился и плевался от вина, предпочитая пить либо маггловские напитки, либо сливочное пиво… в крайнем случае — огденское виски.

— Подготовь бочку. И укрась как-нибудь, что ли? В следующий раз захвачу с собой в Нору, когда за Джимом пойду.

— Мистер Джеймс придёт в субботу, как обычно? — оживился Кричер, и Гарри подавил усмешку.

— Да, после дня рождения Одри заберу его, но ты не пеки гору его любимых котелков. Джин писала, что мальчик нашкодил и его наказали.

— За дело? — уточнил домовик, исподлобья смотря на Гарри, и тот рассмеялся:

— Конечно! Ты же знаешь, какой он непоседа. И как все закрывают глаза на его шалости. Если уж мать его решила наказать, дело точно было серьёзным.

— Хорошо, хозяин, я сварю кисель для мистер Джеймса.

— Какой ты коварный!

Кисель в семье Поттера ненавидели все, и Кричер об этом прекрасно знал.

* * *

Утром Гарри первым делом заглянул к Робардсу, но секретарь покачал головой и махнул рукой в сторону допросных:

— «Посылка» из Азкабана.

— О! Отлично! — Гарри развернулся на каблуках и двинулся в противоположном направлении, но по дороге притормозил и, секунду поколебавшись, решил зайти за Гойлом. Но того тоже не оказалось на месте.

…А в допросную его не пустили.

Незнакомый маг в серой мантии преградил дорогу и без намёка на эмоции сказал:

— Мистер Поттер, это вне вашей компетенции.

— А вы новенький?

Маг ухмыльнулся, становясь похож на человека, а не манекен, и качнул головой:

— Я выше рангом, чем охрана, так что выводы о серьёзности заваренной вами каши делайте сами.

Выводы Гарри сделал и без споров вернулся к себе.

На столе лежала записка, где вверху почерком Симуса было написано, что в Лютном бойня, и он в качестве подкрепления ушёл с седьмой группой, ниже была приписка от Самира: «Застряну в архиве до обеда».

Откинувшись на спинку компьютерного кресла, лично притащенного в кабинет — к чёрту жесткие офисные стулья! — Гарри решил систематизировать всё, что узнал.

Итак… Волдеморт что-то придумал. То ли способ сломить сопротивление, то ли меняющее память заклинание, но что-то связанное с менталистикой. Держалось это в тайне, но Акерман прознал и… И что? Торговец артефактами, ведущий дела только с богатыми чистокровками, вхожий в их круг… И знающий, кто чем обладает. Учитывая несколько пропаж, в том числе и те, о которых не посмели заявить…

Гарри даже выпрямился. Неужели всё настолько просто, и Акерман просто вор?

Звучало сомнительно.

Появление невыразимцев же и вовсе исключало простое объяснение.

Гарри и так и эдак вертел известные факты, но в картинку не складывалось.

Гойл говорил про зелье, и найденный Гарри на террасе Забини осколок фиала подтверждал, что какое-то зелье действительно было использовано… Или как минимум присутствовало. Но Луна-то его не пила, а ведь именно она не могла рассказать, чему стала свидетелем. Опять же, зелёное заклинание она видела, но применено то было не к ней…

Или к ней?

От возникшей идеи Гарри дёрнулся и чуть не упал со стула.

Следы какого-то воздействия на Луну в Мунго всё же нашли, но после победы над Волдемортом всю Тёмную магию запретили, так что даже целители были вынуждены ограничить комплекс лечебных заклинаний, чтобы не попасть под служебную проверку. А между тем каждому здравомыслящему магу было понятно, что Тёмную магию светлым набором чар не нейтрализовать. Сейчас в Визенгамоте в очередной раз шли споры, что из запрещённого можно вернуть в обиход, а за что отправлять в Азкабан, однако до решения этого дела ничего тёмного сканирующие чары не обнаружат.

Так вот Луна видела зелёное заклинание, направленное на кого-то Акерманом. Ни тела, ни заявлений о пропаже нет — очень уже похоже на другие случаи. Однако воспоминания Луны повреждены, и, кажется, вовсе не Акерманом.

«Ушёл к Лавгуд за уточнением», — дописал Гарри на записке Симуса под строками Самира и отправился к Луне.

Он не был целителем, конечно, зато работал аврором достаточно и успел выучить парочку полезных заклинаний.

Домик Луны выглядел точь-в-точь так же, как в девяносто восьмом, когда Гарри, Рон и Гермиона прибыли за информацией о Дарах Смерти к Ксенофилиусу. Никаких следов сражения и пожара не осталось, всё вокруг радовало взгляд совершенно мирным пейзажем.

На стук Гарри долго никто не открывал, затем внутри дома послышался грохот, но Гарри не успел решиться ломать дверь — та распахнулась и на пороге предстал полуодетый всколоченный мужчина.

— Аврор Поттер, — машинально представился Гарри. — Мисс Лавгуд дома?

Парень побледнел, сглотнул и вдруг заорал:

— Луна, к тебе Аврорат! — Заставив Гарри отшатнуться. И улыбнулся заискивающе: — Входите, сэр.

Луна появилась в гостиной первого этажа минут через пять-семь. В пеньюаре и с мокрыми волосами, небрежно замотанными в полотенце.

— Привет, Гарри, — мягко улыбнулась она. — Что-то ещё случилось?

— Надеюсь, нет. Мы можем поговорить наедине?

— Наедине? — переспросила она и повернулась к топчущемуся у окна мужчине. — Флойд, оставь нас, ладно?

— Флойд? — ухватился за ниточку Гарри. — Ты с ним была у Забини?

— Ну да…

— Сэр, будьте любезны ответить на несколько вопросов.

Реакция Флойда на простую просьбу о разговоре Гарри не понравилась, да и сам по себе мужчина показался каким-то скользким, но критиковать вкус подруги он не собирался.

— Я ничего не видел, — поспешно произнёс тот и шагнул к двери.

— Сэр, я прошу вас задержаться. И представьтесь, пожалуйста.

— Меня зовут Флойд, — почему-то со злостью сказал тот и, игнорируя Гарри, сделал ещё один шаг к двери. — Луна, я не собираюсь участвовать в этом.

Он почти сбежал, но у Гарри давно были до автоматизма отработаны рефлексы, так что Флойд врезался в закрытую дверь.

— Гарри! — возмутилась Луна и хотела было броситься на помощь своему возлюбленному, но он не пустил:

— Оставайся на месте. Как его фамилия?

Луна поджала губу и с видом «сейчас начнётся» сказала:

— Яксли.

Гарри секунду смотрел на подругу, а затем хлопнул себя по лбу и выругался, заставив Луну скривиться, а трущего плечо Флойда вытаращить глаза.

Теперь картинка начала сходиться.

А вот свой непрофессионализм Гарри отругал последними словами. Это же надо было даже не спросить имя её спутника и не поговорить с ним! Слабым оправданием служил тот факт, что дело тогда ещё не было заведено и показания Луны вообще не казались надёжными, но… Раз уж он не послал Луну сразу, нужно было нормально разбираться в ситуации, а не спускать всё на тормозах и отговариваться «бредовыми показаниями». В конце концов, он до сих пор не знает точно, было ли совершено убийство, заявлением о котором вся эта каша и заварилась.

— Итак, мистер Яксли, мне ситуация видится следующим образом, — холодно из-за злости и на себя, и на связавшуюся с этим типом Луну, начал Гарри. — Поправьте, если я ошибусь. Ваш отец — или дядя? Впрочем, это неважно. Корбан Яксли вёл дела с Полом Акерманом, о чём вам было прекрасно известно. После победы ваша семья оказалась в опале, но затем вы вместе с Акерманом решили, что прошлое покрылось патиной забвенья и можно возобновить прибыльное сотрудничество. Кем был тот человек, чьё убийство видела Луна?

Луна замерла в неестественной позе и, кажется, даже дышать забыла, во все глаза глядя на Флойда. Но тот молчал.

— Мистер Яксли, напоминаю, в распоряжении Аврората есть неограниченный запас веритасерума…

— Я никого не убивал! — взвился тот.

— И пока у нас нет оснований считать иначе, — почти мягко улыбнулся Гарри. — Расскажите, что именно произошло?

Но Яксли снова замолчал и поглядывал на дверь, явно выбирая момент для побега. Гоняться или тем более сражаться с подозреваемым Гарри не планировал, а потому одним взмахом руки обезоружил его и зачитал стандартный текст:

— Флойд Яксли, вы арестованы по подозрению…

— Да я ничего не сделал! — подскочил тот.

— Гарри…

— Луна, — осадил Поттер, — проблемы с твоей памятью — это его рук дело, ты понимаешь это? Так, хватит. Разговор продолжим в допросной.

— Я могу одеться?

Гарри укоризненно посмотрел на Луну и вздохнул:

— Жду тебя через полчаса, — предупредил он и аппарировал вместе с подозреваемым, явно не ожидавшим такой оперативности.

О том, что веритасерум не имеет ни вкуса, ни запаха, всем было прекрасно известно, но Гарри не видел ни одного преступника, кто не поморщился бы, принимая сыворотку правда.

Без визы Робардса поить подозреваемого зельем было нельзя, но сам Яксли-младший о том, разумеется, не знал и был готов к худшему, так что Гарри достаточно было наколдовать стакан с водой и строго приказать пить, чтобы Флойд раскололся.

Насчёт предыстории Гарри не ошибся, но акценты были расставлены чуть иначе.

Волдеморт был гением, но он учился на Слизерине, а не Равенкло, и это значило много больше привычных цветов галстука.

Обзаведясь друзьями-последователями ещё в школе, Том Риддл по приютской маггловской привычке ждал предательства и не мог никому доверять, потому и начал придумывать способы привязки. Метка изначально была знаком отличия, в этом Пожирателям не лгали, так что принимали старшие маги метку с открытыми глазами, не догадываясь, что в скором времени помешанный на паранойе Лорд изменит саму суть метки. С годами его страх перед предательством никуда не делся, так что он придумывал всё новые и новые способы покрепче привязать магов…

И одним из таких заклинаний было Сурдо, меняющее восприятие жертвы.

Обливиэйт и другие известные всем способы легко отслеживались, это же заклинание было необнаружимо просто потому, что никто не знал о его существовании, а легчайший налёт ментального колдовства не каждый вообще мог определить, да и рассеивался тот быстро. Сурдо не стирало память, а прятало её за наведёнными образами, и уже через пару часов после его наложения человек не мог ничего точно вспомнить и был способен с полной уверенностью делать ложные заявления хоть под веритасерумом, хоть клясться магией — он был уверен, что всё было по-другому.

Авторскими заклинаниями Волдеморт не делился, пока дело не дошло до захвата Министерства. Слишком много всего происходило одновременно, контролировать всё лично было ему не под силу, и тогда о заклинании Сурдо узнали несколько Пожирателей смерти Ближнего круга… И Грегори Гойл, да.

История Флойда началась с положенного по закону свидания с отцом четыре года назад. Флойд трясся от ужаса в Азкабане и едва ли был способен понять хоть что-то из сказанного Корбаном Яксли, но главное запомнил и на следующий день отправился в магазин Акермана.

Над Яксли-старшим довлела клятва, которой не было дела до его заключения, — неисполненное обязательство медленно, но верно убивало его. И сын вызвался заменить отца, чтобы спасти, толком не зная, во что ввязывается.

— То есть всё же примитивное воровство, — с немалым разочарованием покачал головой Гарри, дослушав. Конечно, предстояло ещё разобраться, что Акерман обещал Флойду и как это должно было помочь Яксли-старшему, но главное уже было известно. — Мистер Яксли, я воздержусь от оценки ваших действий, но замечу, что ситуация с вашим отцом будет изучена и, если всё подтвердится, ему постараются оказать помощь, а в вашем деле будут учтены мотивы. Сотрудничество так же будет учтено, — выразительно напомнил Гарри и спросил: — Так кого убил Акерман?

— Да никто никого не убивал! — всплеснул руками Флойд и скривился, когда наручники впились в запястья. — Я не знаю, что и как делал Акерман, он не посвящал меня в свои дела, лишь отдавал приказы. Но он никого не убивал, хотя со стороны так действительно могло показаться, потому что подвергшиеся его заклинаниям маги действительно на некоторое время пропадали.

Стало ясно, что дальнейший допрос бессмысленнен: младший Яксли ничего не знал.

— Распишитесь, — Гарри подвинул пергамент с показаниями и жестом предложил встать. — Вы останетесь в камере Аврората, пока ваши слова будут проверяться.

Флойд душераздирающе вздохнул и без возражений или тем более сопротивления двинулся с Гарри к камерам.

Неся шефу показания, благодаря которым потенциально можно было закрыть аж десяток висяков, Гарри пытался радоваться, но выходило из рук вон плохо.

Акерман был обычным вором, и, судя по всему, никаких убийств не было. Магазин с редкими магическими диковинками у него и вправду был, и торговал он там на законных основаниях, но большая часть заказов приходила к нему по иным путям. И вот для исполнения этих заказов он и шёл на преступления. Флойд ничего не знал о загадочном зелье, единственное, что он смог подтвердить, так это само его присутствие в каждом случае кражи. Акерман распылял что-то, предварительно отсылая Флойда, а затем передавал ему тщательно упакованный предмет, сам же оставался в обворованном доме до конца приёма, отслеживая реакцию на зелье. Сколько всего эпизодов было в послужном списке Акермана, можно было лишь гадать. До того, как к нему присоединился Флойд, тот тоже крал ценности, и заявлений о том почти никогда не поступало: заклинание работало, а Акерман следил, чтобы до того, как Сурдо подействует, никто ничего не заподозрил.

Встреча с Луной на террасе спутала ему планы. Он уже «убил» свидетеля кражи — Гарри надеялся, что неизвестный маг жив-здоров и вернётся, как все жертвы до него — и готов был решить вопрос и с Луной — Флойд этому помешал, пообещав самостоятельно со всем разобраться. Но не учёл шебутной характер подружки и её близкое знакомство с Гарри Поттером. До того, как Сурдо подействовало, Луна аппарировала к давнему другу и поделилась увиденным.

Оставался вопрос с зельем и… Исчезновением неизвестно кого, о котором никто не торопился оповещать Аврорат.

— Шеф, я раскрыл дело.

Робардс повернулся, окинув Поттера недовольным взглядом, и Гарри увидел, что тот в кабинете не один. Кингсли и Гойл-старший в азкабановской робе рядышком сидели на диване для посетителей и выглядели задумчивыми.

— Войди, — приказал Робардс, бросив быстрый взгляд на присутствующих в кабинете. — И скажи, что ты имел в виду какое-то другое дело.