Тень под Чёрным озером (джен)

Шёпот заполнил весь зал.

Он звучал отовсюду одновременно.

Из-под пола.

Из стен.

Из чёрной воды над головой.

Из самой темноты.

— Эвелин...

— Эвелин...

— Эвелин...

Девушка зажала уши руками, но голоса продолжали звучать уже внутри её сознания.

Будто кто-то проник прямо в её мысли.

Перед глазами поплыли тени.

Воздух стал густым и тяжёлым.

Словно сама гробница просыпалась после векового сна.

Теодор Блэк резко шагнул вперёд.

— Не слушай его!

— Кто он такой?!

— Я до сих пор не знаю!

Ответ прозвучал неожиданно отчаянно.

— За сто лет я так и не понял, что именно находится внутри!

Саркофаг снова дрогнул.

На этот раз сильнее.

Каменная крышка медленно сдвинулась ещё на несколько сантиметров.

Из образовавшейся щели вырвался поток чёрного дыма.

Он поднимался вверх подобно живому существу.

Извивался.

Наблюдал.

Ждал.

Внезапно мир вокруг изменился.

Эвелин моргнула.

И подземная гробница исчезла.

Она стояла посреди Большого зала Хогвартса.

Ярко светили свечи.

Повсюду смеялись ученики.

Звучала музыка.

Люди разговаривали за столами факультетов.

Девушка растерянно огляделась.

Что произошло?

Неужели она вернулась?

Но что-то было не так.

Слишком тихо.

Слишком правильно.

Словно декорация.

Она подошла к ближайшему ученику.

— Извини...

Мальчик не ответил.

Он продолжал улыбаться.

Не двигаясь.

Не моргая.

Тогда Эвелин поняла.

Все люди в зале застыли.

Как восковые фигуры.

А потом одновременно повернули головы в её сторону.

Сотни лиц.

Сотни одинаковых улыбок.

Сотни пустых глаз.

— Мы скучали по тебе, — произнесли они одним голосом.

Ужас пронзил девушку.

Она закрыла глаза.

Стиснула палочку.

И выкрикнула первое заклинание, которое пришло в голову:

— Экспеллиармус!

Мир разлетелся на осколки.

Она снова находилась в гробнице.

Тяжело дыша.

Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди.

Теодор стоял рядом.

— Иллюзия?

— Нет.

— Тогда что это было?

Мужчина посмотрел на саркофаг.

— Его разум.

— Чей?

— Того, кто находится внутри.

По спине девушки пробежал холод.

— Он умеет создавать видения?

— Он умеет находить то, что скрывается в людях.

Страхи.

Боль.

Сожаления.

Теодор отвёл взгляд.

— Именно так он уничтожил нас.

Впервые за всё время он рассказал правду.

Сто лет назад двенадцать учеников действительно нашли храм.

Они были талантливыми.

Любопытными.

Уверенными в себе.

Слишком уверенными.

Когда друзья обнаружили саркофаг, никто не хотел уходить.

Все мечтали открыть тайну.

Увидеть древнюю магию.

Понять её природу.

Теодор оказался первым, кто коснулся печатей.

Именно тогда Хранитель проснулся.

Не полностью.

Лишь частью своего сознания.

Этого оказалось достаточно.

Каждый из двенадцати начал видеть кошмары.

Слышать голоса.

Терять связь с реальностью.

Они стали подозревать друг друга.

Бояться друг друга.

Ненавидеть друг друга.

Некоторые сошли с ума.

Некоторые покончили с собой.

Некоторые исчезли бесследно.

А Теодор остался.

Потому что понял: если он уйдёт, существо найдёт путь наружу.

— Поэтому вы провели здесь сто лет?

— Да.

— Один?

Мужчина грустно улыбнулся.

— Не совсем.

В этот момент из темноты начали выходить фигуры.

Одна.

Вторая.

Третья.

Десятая.

Двенадцатая.

Эвелин отшатнулась.

Это были ученики с фотографии.

Те самые члены Круга Глубины.

Они выглядели полупрозрачными.

Словно призраки.

Но при этом не были похожи на обычных духов.

Их лица сохраняли выражение боли.

Будто смерть так и не принесла им покоя.

Одна девушка шагнула вперёд.

— Мы не смогли уйти.

— Почему?

— Он держит нас здесь.

Голос прозвучал тихо.

Почти безжизненно.

— Пока существует связь между ним и миром живых.

— Какая связь?

Все призраки посмотрели на Теодора.

Эвелин почувствовала, как внутри всё сжалось.

Она начала понимать.

— Вы...

Теодор кивнул.

— Я стал печатью.

Пол снова содрогнулся.

На этот раз гораздо сильнее.

Одна из колонн треснула.

Откуда-то сверху хлынула вода.

Тёмный туман начал расползаться по залу.

Призраки тревожно переглянулись.

— Поздно, — прошептал один из них.

— Нет! — резко ответил Теодор.

Но даже он уже понимал правду.

Что-то изменилось.

И произошло это задолго до прихода Эвелин.

Исчезновения учеников.

Голоса.

Сны.

Символы.

Всё это означало одно.

Хранитель постепенно набирался сил.

И теперь пробуждение стало неизбежным.

Тогда произошло нечто ещё более страшное.

Из саркофага донёсся смех.

Негромкий.

Хриплый.

Старый.

Словно смеялся кто-то, забывший человеческую речь много веков назад.

Чёрный туман закрутился над каменной крышкой.

Медленно принимая форму человека.

Высокого.

Невероятно высокого.

Без лица.

Без глаз.

Без рта.

Лишь силуэт из абсолютной тьмы.

Но Эвелин чувствовала его взгляд.

Он смотрел прямо на неё.

И тогда существо впервые заговорило.

Одним-единственным голосом.

Не мужским.

Не женским.

Не человеческим.

— Ты похожа на него.

Девушка ощутила, как кровь стынет в жилах.

— На кого?

Тень вытянула руку.

Указывая на Теодора.

— На того, кто открыл дверь.

Эвелин медленно повернулась к мужчине.

И внезапно вспомнила фотографию из семейного альбома.

Своего деда.

Теодора Блэка.

И странное чувство узнавания.

Которое появилось ещё в первую ночь.

Она посмотрела на Теодора.

Тот закрыл глаза.

Словно давно ждал этого момента.

— Скажи мне правду, — прошептала она.

Мужчина долго молчал.

А затем произнёс слова, которые перевернули всё расследование.

— Эвелин...

Я не просто знал твоего деда.

Я был его братом.

И, значит...

Он тяжело выдохнул.

— Я твой двоюродный прадед.

Воцарилась тишина.

Даже тени вокруг словно замерли.

Но настоящий ужас заключался не в этом.

Потому что Хранитель снова засмеялся.

И медленно произнёс:

— Кровь вернулась.

Печать сломана.

После этих слов крышка саркофага раскололась пополам.

И изнутри поднялось нечто, чего не должен был видеть ни один человек.