Пепел пророчества. Когда замолчит Феникс (джен)

Прошел почти год.

Жизнь продолжалась так, словно ничего необычного никогда не происходило.

Министерство постепенно избавлялось от последствий войны, Хогвартс вновь принимал учеников, а портреты директоров привычно переговаривались по вечерам.

И всё же в замке поселилось странное чувство.

Будто кто-то постоянно опаздывал на несколько секунд.

Гермиона всё чаще ловила себя на том, что оставляет на столе три чашки чая.

Потом удивленно смотрела на третью.

— Странно…

Она качала головой и убирала лишнюю чашку.

Рон однажды неожиданно спросил:

— Слушай… у нас ведь был ещё один друг?

Гермиона замерла.

Сердце болезненно кольнуло.

— Почему ты так решил?

— Не знаю… Просто иногда кажется, что воспоминания обрываются. Будто кто-то вырвал несколько страниц из книги.

Они переглянулись.

И впервые испугались.

В ту же ночь Гермиона проснулась от странного сна.

Она стояла посреди Большого зала.

Все преподаватели были на своих местах.

Все ученики тоже.

Но одно кресло за преподавательским столом пустовало.

Из темноты донесся тихий голос.

— Историю можно изменить.

Память — никогда.

Она резко открыла глаза.

На прикроватной тумбочке лежало серебристое перо.

Она никогда раньше его не видела.

Но почему-то расплакалась.

Макгонагалл заметила изменения первой.

Портрет Дамблдора иногда разговаривал сам с собой.

Вернее…

Так казалось.

Старый директор делал паузу, словно слушал кого-то невидимого.

Потом улыбался.

— Да… Я тоже скучаю.

— Альбус? — осторожно спрашивала Минерва.

Он моргал.

— Простите, Минерва. Мне показалось…

Но что именно показалось, он уже не помнил.

Тем временем далеко за пределами Британии…

В горах Албании…

В древнем храме, который был старше самого Министерства магии, один человек открыл глаза.

Он лежал на каменном алтаре.

Никаких воспоминаний.

Никакого имени.

Лишь старый феникс сидел рядом.

Птица тихо коснулась его лба клювом.

Человек поднялся.

— Кто я?

Фоукс расправил огненные крылья.

В воздухе вспыхнули золотые буквы.

«Ты заплатил цену. Теперь найди причину жить снова.»

Тем временем в глубинах Архива…

Последний Хранитель истории медленно закрыл огромную книгу.

На обложке больше не было имени.

Теперь там значилось лишь одно слово.

«Незавершено».

Старик тяжело вздохнул.

— Даже сама Магия не смогла стереть тебя полностью…

В этот момент одна из тысяч нитей Судьбы вспыхнула ярче остальных.

Она не исчезла.

Она изменила направление.

Хранитель понял.

Кто-то возвращался.

Не вопреки судьбе.

А потому, что сама судьба отказалась отпускать его.

И далеко в темноте, где раньше царила абсолютная тишина, снова прозвучала песня феникса.

На этот раз она больше не предупреждала.

Она звала домой.