Сестра моего врага (гет)

Месяц пролетел как один день.

Я считала дни, как в приюте считали до Рождества — с замиранием сердца и с надеждой, что это не сон. Но это было не сном. Мои вещи лежали в старой сумке, которую я нашла в шкафу: новая чёрная мантия, книги, котёл, палочка. Всё было настоящим.

Миссис Картер провожала меня до вокзала с таким лицом, будто я уезжала на войну, а не в школу.

— Ты уверена, что это безопасно? — спросила она, когда мы стояли у входа на Кингс-Кросс.

— Профессор Дамблдор сказал, что да, — ответила я, сжимая в руках билет. На нём было написано: «Платформа 9¾».

Миссис Картер вздохнула и покачала головой. Она явно не понимала, что происходит, но спорить с Дамблдором не решилась. Да и я уже была слишком взрослой, чтобы меня кто-то удерживал.

— Ну, иди, — сказала она и неловко похлопала меня по плечу. — Напиши, если что.

Я кивнула, хотя мы обе знали, что я не напишу. Я смотрела на неё и вдруг поняла, что, возможно, больше никогда не увижу этот приют. И вместо грусти я почувствовала облегчение.

Я вошла на вокзал.

Кингс-Кросс был шумным и многолюдным. Люди бежали по своим делам, носильщики толкали тележки, кто-то кричал в телефон, дети плакали, смеялись, спорили. Я стояла с билетом в руке и смотрела на платформы. Девять. Десять.

Между ними — стена.

— Бред какой-то, — пробормотала я себе под нос. — Как я должна пройти сквозь стену?

Я стояла и тупо смотрела на кирпичную кладку. Вокруг сновали люди, никто не обращал на меня внимания. Я чувствовала себя полной дурой. Может, это шутка? Может, Дамблдор просто решил надо мной посмеяться?

Я оглянулась по сторонам, надеясь увидеть кого-то, кто выглядел бы так же растерянно, как я. И тут заметила семью — родителей и мальчика примерно моего возраста. У них была такая же тележка, нагруженная сумками и клеткой с совой.

Я подошла ближе, стараясь не привлекать внимания.

— Не волнуйся, Драко, — говорила женщина в зелёной мантии, поправляя сыну воротник. — Твоя тётя Беллатриса уже всё объяснила. Просто беги прямо в стену. Это не больно.

Мальчик, бледный и с острым лицом, кивнул и, не глядя на стену, разбежался и нырнул в кирпичи.

И исчез.

Я чуть не заорала.

— Он прошёл! — вырвалось у меня громче, чем я планировала.

Женщина обернулась и посмотрела на меня с лёгким презрением.

— Ты тоже в Хогвартс? — спросила она, оглядывая мою потрёпанную сумку и старое платье.

— Да, — ответила я, стараясь не обращать внимания на её взгляд.

— Тогда просто беги прямо в стену. Это магия, — сказала она холодно и, взяв мужа под руку, исчезла за углом, даже не попрощавшись.

Я осталась одна у стены. Сердце колотилось. Я смотрела на кирпичи, и внутри всё сжималось. Что если я врежусь? Что если это сработает только для них, а я просто разобью себе нос?

Я закрыла глаза. Сделала глубокий вдох.

— Ты справишься, — прошептала я себе.

И побежала.

На секунду стало темно и холодно — как будто я нырнула в ледяную воду. А потом я вылетела на платформу, где стоял огромный багровый паровоз с надписью «Хогвартс-экспресс».

Я замерла, переводя дыхание.

Платформа была заполнена детьми в мантиях. Кто-то обнимался с родителями, кто-то уже сидел в вагонах и махал в окно, кто-то тащил огромные клетки с совами, которые ухали и хлопали крыльями. Из окон вагонов валил пар, пахло дымом, и где-то играла музыка.

Я стояла с открытым ртом, сжимая в руках билет, и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле.

— Ты в порядке? — раздался голос рядом.

Я обернулась. Рядом стоял мальчик с чёрными, растрёпанными волосами, круглыми очками и шрамом на лбу. Он смотрел на меня с лёгкой улыбкой, и в руках у него была такая же сумка, как у меня.

— Я... да, — ответила я, пытаясь прийти в себя. — Просто я впервые здесь. И я чуть не разбила себе нос, пока соображала, как пройти сквозь стену.

Мальчик усмехнулся.

— Я тоже впервые, — сказал он. — Но мне помогла одна семья. Они подсказали. А ты как догадалась?

— Подслушала, — честно призналась я. — Там, за стеной, была одна женщина. Она объясняла своему сыну, как это делать. Я просто повторила.

Он кивнул.

— Я Гарри, — сказал он.

Я прищурилась, разглядывая его шрам.

— Тот самый Гарри Поттер? — спросила я, и тут же почувствовала себя неловко. — Прости, я не хотела звучать как все эти придурки, которые на тебя пялятся. Просто Дамблдор упоминал твоё имя. Когда мы были в Косом переулке.

Гарри удивился.

— Ты знаешь Дамблдора?

— Ну, он приезжал ко мне в приют, — пожала я плечами. — Сказал, что я волшебница. И вот я здесь. Я Лизи. Лизи Реддл.

Гарри на мгновение задумался, но потом улыбнулся.

— Приятно познакомиться, Лизи. Мы можем сесть вместе? Я никого здесь не знаю.

— А я и подавно, — ответила я. — Давай.

Мы забрались в вагон и нашли свободное купе. Я села у окна, положив сумку рядом, а Гарри сел напротив. Поезд тронулся, и за окном начали проплывать дома, потом поля, потом деревья.

Некоторое время мы молчали, глядя в окно. Я не знала, что сказать. Я вообще никогда не умела начинать разговоры с незнакомыми людьми. Но Гарри, кажется, тоже не знал, что делать.

— Слушай, — сказала я, чтобы нарушить тишину, — ты знаешь, какие здесь факультеты? Дамблдор мне ничего не рассказывал. Только сказал, что меня распределят, когда я приеду.

Гарри пожал плечами.

— Я слышал про Гриффиндор, Слизерин, Рейвенкло и Хаффлпафф. Но что это значит — не знаю. Мой дядя называл их «странными сборищами». Но он вообще считает магию бредом.

— А я выросла в приюте, — сказала я. — Там вообще никто не знал про магию. Все думали, что я странная, потому что вокруг меня иногда летали предметы. Но никто не говорил про волшебников. Я думала, я одна такая.

— Значит, нас двое, — улыбнулся Гарри.

Я невольно улыбнулась в ответ.

— Если нас распределят на один факультет, — сказала я, — я хочу, чтобы мы дружили. Я никогда не умела дружить. В приюте я была одна.

Гарри посмотрел на меня серьёзно, и в его взгляде мелькнуло что-то тёплое.

— Я тоже, — сказал он. — У меня никогда не было друзей.

— Ну, тогда, — я протянула ему руку, — давай начнём прямо сейчас.

Он улыбнулся и пожал мою ладонь.

— Договорились.