| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Прости… но я промок до нитки. Не мог бы ты подсобить еще раз?
Глупая фраза. Почти смешная. Я тону, а извиняюсь за внешний вид.
Слегка ухмыльнувшись, Я протянул к нему руку. Пальцы дрожали от того, что сил оставалось всё меньше.
— Тц.
— Умереть не дал, но спас. Сам посуди. Я рассчитывал на смерть…
Я закашлялся. Вода попала в рот. Лёгкие болезненно сжались, словно внутри разом захлопнули несколько дверей. Воздух проходил с трудом, рваными порциями.
— Вот и тони.
Он прикрыл рот рукой. Будто происходящее его слегка развлекало.
— Чего ждешь? Не собираешься?
Меня качнуло сильнее. На секунду вода поднялась к губам, и я с усилием вынырнул, жадно втягивая воздух. Грудь горела. В висках стучало.
— Я же прошу тебя о помощи. Пожалуйста.
— А если бы не я? Ты так же мог прыгнуть, и смерть была бы не гарантирована. Почему же сейчас решил, что я руку протяну?
Я попытался вдохнуть глубже. В груди будто провели ножом. Мир слегка поплыл.
— Ты ведь сам привел меня к ответу.
Я говорил медленно, ловя воздух между словами. Вода давила на рёбра. В холодной воде ноги начинали неметь.
— Уже жалею.
В его голосе не было злости. Только усталость. И это испугало сильнее насмешки.
Я опустился ниже. Вода коснулась подбородка.
— Оставишь умирать?
Он тяжело вздохнул. Крылья шевельнулись, едва слышно рассекли воздух. Поставив руки в бока, он наклонился ко мне ближе.
— Как же зовут этого суицидника?
Я сглотнул. Вкус воды был металлическим, неприятным.
— Рамин.
Он склонился ещё ниже, едва протягивая руку. Между нами оставалось несколько жалких сантиметров воздуха.
Теперь я видел его глаза отчётливо.
«Небесно-голубые».
— Позволь узнать и твое имя.
Он будто не ожидал. Зрачки расширились, взгляд на мгновение потерял свою холодную уверенность. Как если бы я нарушил правило, о котором мне никто не говорил.
— Тебе знать не обязательно.
Слова упали вниз так же тяжело, как я несколькими минутами раньше.
Я с усилием вытащил руку из воды. Она не слушалась. Словно принадлежала уже не мне. Пальцы побелели, дрожали, но я всё равно протянул их навстречу его ладони.
— Имя спасителя…
Едва улыбнувшись, я почувствовал, как ноги полностью оцепенели.
Вода продолжала двигаться вокруг меня, но я стоял в ней, как столб, вбитый в дно. Грудь сжимало всё сильнее. Воздух входил короткими, болезненными глотками.
Только бы не начать кашлять.
Только бы не показать слабость раньше, чем он решит.
Я смотрел ему в глаза, не отводя взгляда.
Если он отпустит сейчас, я даже не смогу сопротивляться.
Кажется… будто он увидел страх в моих глазах… В следующую секунду его ладонь сомкнулась на моей руке. Сильнее, чем я ожидал. Ангел потянул меня вверх, цепляясь крыльями за воздух, и с горем пополам он вытащил меня. Я слышал, как перья режут ветер, как он буквально выталкивает нас из воды. Моё тело болталось, беспомощное, тяжёлое, как мокрая одежда.
Он вытащил меня. Почти срываясь обратно. Почти падая вместе со мной.
И обнял…
Крепко прижимая к себе, чтобы я не сорвался.
Тяжело дыша, я уткнулся лбом ему в плечо.
— Прости… но я… больше не могу.
Слова рассыпались между вдохами. Грудь горела. Лёгкие будто наполнили песком.
Я прикрыл глаза.
Холодный ветер обволакивал тело, сушил одежду, бил в лицо. Мы взмыли в небо. Я чувствовал, как земля уходит вниз, как воздух становится резче. Высота давила на уши, но это было ничто по сравнению с тем, как давило внутри.
Набрав высоту, он направился к пустому берегу.
Аккуратно уложив меня на песок, он сел рядом. Я тяжело переводил дыхание.
— Глупо.
Рассмеявшись, я открыл глаза.
— Что глупого в том, чтобы кому-то помочь?
— Как Ангел, я не имею права вмешиваться в чью-то жизнь.
Отдышка подступила к горлу. Я закашлялся, прикрывая рот. Воздух входил неровно, с усилием.
— По-почему?
— Вам дают определенное время при рождении, а значит…
— Мое время настало. Говорят, осталось два месяца.
Он повернулся ко мне.
— Почему бы тебе не потратить его с пользой?
Я усмехнулся.
— Какая польза? От меня? Я живу один и стимула давно нет… после того, как я узнал о болезни.
Он поджал колени к груди и повернулся ко мне полностью. Крылья сложились за спиной.
— Разве у тебя не было смысла до болезни?
Я посмотрел в его небесно-голубые глаза, потом перевел на само небо.
— Я просто существую. Никогда не видел смысла и желания стремиться к чему-то. Я хотел только одного… чтобы у меня была отметка в жизни, что я это прошел:
Родился — галочка.
Пошел в начальную школу — галочка.
Средняя школа — галочка.
Старшая школа — галочка.
Поступил в институт искусств — галочка.
Я усмехнулся.
— Все дети, когда задувают свечку на торте, загадывают желание, чтобы оно само осуществилось в будущем. Я же стоял перед тортом и смотрел, когда свеча погаснет. Мне было интереснее, как быстро исчезнет огонь, чем то, что он может исполнить. Я не видел смысла в желаниях, которые не сбудутся.
Он чуть наклонил голову.
— Откуда ты знаешь, что оно не сбудется?
— Потому что я не хотел этого.
Тишина легла между нами мягким слоем.
— Для меня неважно ни время, ни моя жизнь… Я никогда не держался за неё. Просто плыл по течению, смотрел на то, что мне уготовлено. Как будто кто-то выдал маршрут, а я отмечал пройденные станции.
Я посмотрел на него снова.
— Болезнь ничего не забрала. Потому что брать было нечего.
Ветер прошёлся по берегу, подняв песок. Я глубоко вдохнул и снова почувствовал, как лёгкие сопротивляются. Даже они будто не понимали, зачем продолжают работать.
— Разве это не смешно? Люди боятся умереть, потому что не успели пожить. А я боюсь только того, что всё закончится точно так же, как и началось. Без смысла.
Я снова перевёл взгляд на небо.
— Почему тогда ты здесь?
— Просто ты был рядом.
— Увидел свой смысл?
— Я бы так не сказал.
Я провёл ладонью по песку, чувствуя, как мелкие крупицы липнут к коже.
— Мне просто неприятно, когда с меня не сводят глаз.
Он едва заметно нахмурился.
— Я вынудил тебя жить?
Я посмотрел на него прямо.
— Можно и так сказать.
Между нами повисла пауза. Ветер шевелил его волосы, касался сложенных крыльев.
— Алира.
— Прекрасное имя.
— Оно означает рожденный над небом. Честно, мне всегда было интересно, кто решает, когда и кому умирать.
— Разве не богу это известно?
Он не смотрел на меня.
— Мы его ни разу не видели, как и вы. Просто существуем и следуем указам от начальства.
— Не ты ли та, кто должна была меня забрать? А в итоге спасла?
— Этим распоряжаемся не мы. И мой статус не позволяет взаимодействовать с людьми.
— Наблюдатель, значит.
Подняв голову, Алира посмотрела на небо.
— Раз твоя жизнь тебя не тревожит… почему я вмешался в нее?
Я медленно выдохнул.
— Наблюдать было скучно. Ты ведь смотрела на меня, когда я падал. И руку протянула тоже ты…
— Потом кто-то сам попросил.
Повернув голову, Алира посмотрела на меня.
И в этот момент я понял, что дыхание снова сбивается.
Я прикрыл рот ладонью.
— Что с тобой?
Она протянула руку, и я внезапно хлопнул по ней.
— Прости… но лучше не трогай.
Я вскочил, слишком резко для своего состояния. Голова закружилась. Я пошёл, почти побежал к металлической балке моста, что тянулась вдоль берега.
И не успел.
Кашель сорвался из груди так, будто что-то внутри разорвалось.
Я согнулся.
На ладони была кровь.
— Черт…
Ноги подкосились, и я упал на колени.
— Рамин?
Встав, Алира медленно подошла ко мне и задела плечо.
Я резко выбросил руку назад, останавливая ее.
— Не надо!
Кашель снова скрутил грудь. Я сплюнул кровь в песок. Красное пятно быстро впиталось, будто его никогда и не было.
Я с усилием выпрямился, вытирая рот тыльной стороной ладони.
— Лучше... так.
Дышать было трудно. Воздух будто проходил через битое стекло.
Я слегка повернул голову.
— Алира?
Повернувшись корпусом, я обнаружил, что Ангела не было рядом.
— А-Алира?
Обойдя окрестности я так и не нашел ее.





| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |