| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Зачем он туда шел, он и сам до конца не понимал.
Сидеть взаперти в библиотеке и строить глобальные планы по захвату Британии — это, конечно, солидно. Наверное, в глубине души скреблось банальное человеческое любопытство. В восточном крыле сидел Гарри Поттер. Настоящий Избранный, герой семи прочитанных книг, персонаж фильмов. Не пойти и не глянуть было бы непростительно.
Светлая дверь в конце коридора встретила его легким мерцанием защитных чар. Волан-де-Морт небрежно повел палочкой, контур послушно растаял, и замок щелкнул.
Стоило двери распахнуться, как из полумрака комнаты с вылетело нечто массивное.
Тяжелый стул из красного дерева летел прямо ему в лоб.
«Ну разумеется. Кто бы сомневался», — с тоской подумал Волан-де-Морт.
Чего-то в этом роде он и ждал от четырнадцатилетнего гриффиндорца, запертого в логове главного кошмара всей своей жизни. Рука с тисовой палочкой среагировала быстрее мысли — короткий росчерк в воздухе, вспышка, и увесистая мебель прямо в полете превратилась в огромного плюшевого барана с глупыми пуговичными глазами.
Мягкая игрушка шлепнулась о невидимый щит перед плоским лицом Волан-де-Морта и, смешно задрав пушистые лапы, отлетела в угол.
В глубине комнаты тяжело дышал Поттер. Стоял в боевой стойке у стены. Волосы дыбом, очки перекошены, под зелеными глазами залегли тени. Кулаки сжаты так, что костяшки побелели.
— Не подходи! — хрипло выкрикнул Гарри. — Давай! Делай что хочешь! Я тебя не боюсь!
Волан-де-Морт медленно опустил палочку и окинул взглядом апартаменты.
Комната была роскошной, как и все в мэноре: шелковые обои, лепнина, высокое окно с видом на залитый дождем парк, резная мебель.
Кровать с балдахином так и стояла идеально заправленной — мальчишка к ней даже не притронулся. Помятая подушка валялась брошенной на широком подоконнике: судя по всему, Гарри провел здесь всю ночь без сна.
На полу, на дорогущем фламандском ковре, расплылось безобразное жирное пятно. Рядом валялась опрокинутая серебряная супница. А на полированном письменном столе сиротливо остывала… еще одна супница.
«Господи, Малфой, - мысленно застонал попаданец. — Чистокровные лорды, мать вашу. Сказал же вчера: «горячий суп». Они что, буквально решили поить растущий организм одним куриным бульоном на завтрак, обед и ужин? Кто вообще кормит запертого подростка одной жижей? Тут бы любой стульями кидаться начал».
Волан-де-Морт перевел взгляд со стола на Гарри, который продолжал воинственно. отступать к стене.
— Тебя, видимо, всегда досыта кормили, раз ты так обращаешься с едой, — негромко, с едва уловимым укором заметил Тёмный Лорд.
Гарри на секунду поперхнулся воздухом. В его глазах мелькнула растерянность, тут же сменившаяся злостью.
— Не нужны мне твои подачки! — огрызнулся он, задирая подбородок. — Отравить вздумал? Думаешь, я не знаю, кто ты?
— Тратить редкие яды на то, чтобы испортить хороший бульон, — непозволительное расточительство, — сухо бросил маг.
Рубиновые глаза остановились на подростке.
— Если бы я желал твоей смерти, Гарри,… ты бы умер вчера.
Взмах тисовой палочки — и жирное пятно на ковре с тихим шипением испарилось, волокна шерсти расправились, вернув первозданную чистоту. Маг шевельнул рукой, и пустая супница воспарила к своей товарке.
Он не следил за этим — это тело колдовало легче, чем дышало — а прошел к окну.
Гарри инстинктивно отступил вдоль стены, не сводя с него бешеных глаз.
Волан-де-Морт поднял с подоконника подушку, с налетом педантизма отряхнул ее от пыли, отложил в сторону и спокойно сел на деревянную банкетку. За панорамным стеклом серые тучи цеплялись за верхушки вековых дубов Уилтшира. Белые павлины Малфоев жались под навесами живой изгороди, спасаясь от ливня.
— Как ты думаешь, что будет дальше, Гарри? — не оборачиваясь, спросил Волан-де-Морт.
Мальчик сглотнул.
— Ты… ты будешь меня пытать. А потом убьешь. Только ничего ты от меня не узнаешь. Дамблдор все равно придет за мной. Он знает, что ты вернулся.
Волан-де-Морт медленно повернул к нему бледное безносое лицо. На губах блуждала почти сочувственная усмешка.
— Дамблдор? — переспросил он. — Твой великий директор сейчас занят тем, что отбивается от репортеров и Попечительского совета. Ты ведь не читал утренний «Пророк», верно?
Он достал из кармана сложенную вчетверо газету и небрежным щелчком пальцев отправил ее по воздуху прямо в руки Поттеру. Тот инстинктивно поймал бумагу, — а ведь это могло быть проклятие, нет-же, ловец чертов, — и опустил взгляд на передовицу.
Волан-де-Морт наблюдал, как лицо мальчика вытягивается.
— Что… что это за бред? — шепотом выдохнул Гарри, лихорадочно пробегая глазами по строчкам. — Какая схватка?! Я не убивал его! Это ты… Это твой прихвостень Петтигрю убил его! Они что, слепые?! Почему они пишут, что я сбежал?!
— Потому что миру не нужны сложные трагедии, Гарри, — легко пояснил Волан-де-Морт, постукивая бледным пальцем по подоконнику. — Миру нужны простые и удобные виновники. Тебя нет. Седрик мертв. А твой директор твердит про какое-то зло, не имея доказательств. Как ты думаешь, кому поверит обыватель? В сказку про воскресшего из пепла духа или что у ослепленного славой подростка помутился разум?
— Дамблдор докажет! — с отчаянием выкрикнул Гарри, скомкав газету. — Он найдет меня!
— И как же он тебя найдет? — Волан-де-Морт чуть наклонил голову набок. — Пойдет штурмовать поместья всех семей Англии без ордера Министерства?
Гарри молчал.
Его плечи опустились.
Маг понимал — на его месте он бы тоже хотел верить, что мудрый старик в очках-половинках вот-вот распахнет дверь с отрядом спасателей.
— Дамблдор бросил тебя в лабиринт, Гарри, — спокойно продолжил Волан-де-Морт, глядя мальчику прямо в глаза. — Он знал, что вокруг Турнира творится неладное. Знал, что твое имя в Кубок бросал кто-то другой. И все равно позволил тебе дойти до финала. Он использовал тебя как наживку. Очень храбрую, очень благородную, но совершенно глупую наживку. Разница между мной и им сейчас лишь в одном: он убеждал тебя, что ты герой, толкая на смерть, а я прямо говорю тебе, что ты — пешка.
Гарри тяжело задышал, сжимая зубы:
— Ты не лучше него. Ты убил моих родителей!
«Туше.».
Том Реддл действительно убил Лили и Джеймса Поттеров, и как смешно сейчас выглядела бы жалкая попытка взрослого мужика оправдываться перед сиротой: «Понимаешь, малой, это был не я, я вообще пролетом в этой змеемордой туше». Бред. Раз уж натянул на себя эту чешуйчатую шкуру, за все ее грехи расплачиваться тоже тебе.
В голове услужливо всплыли картины. Маленький коттедж в Годриковой Впадине, сгущающиеся сумерки тридцать первого октября и касание потных пальцев трясущегося Петтигрю, передающего клочок пергамента с адресом. По-человечески родителей Гарри было искренне жаль — молодые, яркие ребята, которым жить бы да жить. Но он оказался в этом теле после катастрофы, а не до нее.
Волан-де-Морт медленно выдохнул через узкие ноздри-щели и посмотрел на Поттера почти по-отечески, если такое определение вообще применимо к двухметровой змееподобной твари.
— Они погибли, Гарри. Это факт, — ровно произнес он. — Но Джеймс и Лили Поттеры сделали свой выбор задолго до той ночи. Они вступили в войну. Они встали под знамена Дамблдора и подняли палочки против меня. А когда взрослый человек решает стать солдатом, он ставит свою жизнь на кон. На войне солдаты убивают. И на войне солдаты гибнут. Они были моими врагами, сильными и непримиримыми.
Про себя же осекся.
«Тормози, оратор хренов. Сворачивай тему, живо, пока он не догадался спросить: «А за каким хреном ты тогда целился в мою детскую кроватку, чучело лысое?!“»
Оправдать попытку прикончить годовалого младенца военной необходимостью не смог бы даже самый отбитый софист в мире. Пацану нужно было срочно запудрить мозги и сбить фокус, пока шестеренки в буйной голове не закрутились в ненужную сторону.
— Но скажи мне другое, Гарри, — Волан-де-Морт плавно понизил тон, шагнув вбок, заставляя мальчика следить за собой взглядом. — Ты ведь сам не помнишь ту ночь? Ты был слишком мал. Откуда ты вообще знаешь, что там произошло?
Гарри нахмурился, в глазах мелькнула растерянность, но он упрямо вскинул подбородок:
— Все это знают!
— Все? — тонкие бескровные губы изогнулись в легкой усмешке. Волан-де-Морт кивнул на край газеты, которую мальчишка все еще судорожно сжимал в кулаке. — Вот эти «все»? Пресса? Обыватели? Общество, которое сегодня печатает твой портрет в золотой рамке, а завтра с упоением пишет, что ты хладнокровно прикончил товарища ради кубка? Насколько правдиво то, что там написано, Гарри? Ты ведь держишь это в руках.
Поттер невольно опустил взгляд на смятый заголовок «Пророка».
-…ты сам видишь цену их «правде», — едва различимо прошелестел Волан-де-Морт.
Пальцы пацана дрогнули.
— Был ли там Дамблдор в ту ночь? — вкрадчиво продолжал Волан-де-Морт, сокращая дистанцию. — Был ли там хоть кто-то, кроме меня, твоих родителей и жалкого Питера, который трясся от страха под дверью? Подумай, кто рассказал тебе всю историю той ночи. Кто рассказал тебе правду.
Гарри молчал. Он отчаянно цеплялся за свою ярость, но в глазах за стеклами очков сквозило смятение. Почва уходила из-под ног.
— Я никогда не стремился лить кровь волшебников зазря, — соврал Волан-де-Морт, задвигая в самый дальний угол памяти воспоминания Реддла о пытках и казнях. — И твою кровь я проливать не желаю. Магический мир и без того вырождается. Каждая оборванная жизнь чистокровного или полукровки — это удар по нашей силе.
Волан-де-Морт распрямился. Сам не заметил, как навис над растерянным подростком — что-то хищное, реддловское, знало как себя вести.
Он тряхнул лысой головой. Удерживая себя от желания продолжить охоту, направился к двери.
И заодно показал подростку спину. Хороший жест, чтобы продемонстрировать намерения — от тех, кто поворачивается к тебе спиной, не ожидаешь расправы.
Уже на пороге он остановился, лениво повернув голову.
— Я желаю говорить с тобой, Гарри. Не с марионеткой Ордена Феникса, не со священным символом пропаганды и уж точно не с эхом Альбуса Дамблдора. Бесед с глубокоуважаемым директором мне хватило еще в школьные годы.
Дверь закрылась с тихим щелчком.
Гарри моргнул раз, другой.
Он так и остался стоять у стены, сжимая в побелевших пальцах злополучный номер «Пророка». Бумага уже смялась вся, люди разбежались с колдографии. В ушах всё ещё звенел этот вкрадчивый, шелестящий шёпот, а перед глазами стояла спина уходящего Волан-де-Морта.
Сумасшествие.Чистейшее сумасшествие.
В груди клокотала привычная ярость — он хотел схватить что-нибудь тяжелое и расколотить зеркало, выбить стекла, разнести к чертям эту вылизанную роскошь. Но ярость почему-то буксовала, он вяз в ней, точно в болоте. Его слова рикошетили от черепа, оставляя после себя дурноту и противный зуд сомнения.
«Орден Феникса?..» — зацепился Гарри за незнакомые слова. Что это за Орден? Дамблдор никогда не говорил ни о чем подобном. Сириус тоже молчал. Какая марионетка? Какая еще пропаганда?
И это… чудовище.
Бесед с директором мне хватило еще в школьные годы.
От этих слов внутри всё перевернулось. Гарри никогда не думал о Волан-де-Морте, как о человеке. Да он и не мог быть человеком! Волан-де-Морт всегда казался ему порождением тьмы, ожившим ужасом, который существовал лишь затем, чтобы нести смерть и боль.
Это было противоестественно. Так просто не должно было быть.
Гарри попытался представить, что эта безносая тварь с кроваво-красными глазами когда-то была обычным первокурсником. Что он тоже надевал Распределяющую шляпу, сидел за партой и получал нагоняи от профессоров… От этой мысли голова шла кругом
И, словно этого бреда было мало, Волан-де-Морт — убийца родителей, кошмар магической Британии — только что… отчитал его за разлитый суп. Как уставший взрослый, застукавший шкодника за порчей имущества.
Гарри растерянно посмотрел на идеально чистый ковёр. Тёмный Лорд, «величайший» тёмный маг столетия, только что убрал с него жирное пятно.
«Тебя, видимо, всегда досыта кормили…»
Гарри скривился. В горле встал ком.
Чулан под лестницей. Дядя Вернон, орущий из-за лишней крошки. Сухие подгоревшие тосты, решётка на окне, миска консервированного супа, которую тётя просовывала через кошачий лаз. И пустота в желудке, от которой некуда было деться.
Гарри знал, что такое голодать.
Ему вдруг стало мерзко и тошно от самого себя.
Волан-де-Морта ненавидеть было легко и правильно. Но домовики… Ушастые создания, которые готовили этот бульон и несли поднос наверх, стараясь угодить. Они-то в чем были виноваты? В том, что Гарри Поттер решил продемонстрировать свой праведный гнев перевернутой супницей? Перед глазами невольно встал Добби с его маниакальным желанием наказывать себя утюгом за каждую оплошность. Если здешние эльфы из-за его выходки начнут колотить себя кочергой по голове…
Зачем Волан-де-Морту вообще было обращать на это внимание? Какое дело бессердечному убийце до еды?
Гарри тяжело вздохнул, швырнул газету на подоконник и подошел к письменному столу.
Вторая супница стояла на серебряном блюде. Металл уже остыл, но от посудины все еще едва уловимо пахло укропом и топленым жиром.
Желудок буквально прилип к позвоночнику — с самого утра перед лабиринтом Гарри не взял в рот ни крошки, а пережитый на кладбище ужас выжег остатки сил. Это было будто бы в прошлой жизни.
Гарри осторожно снял тяжелую крышку.
Бульон был прозрачным, с мелкими кругляшками золотистого жира и кусочками курятины на дне.
«Там яд. Обязательно яд. Зелье подчинения. Сыворотка правды.».
Он взял тяжелую серебряную ложку, зачерпнул немного жидкости и замер, глядя на свое бледное отражение в ней.
Зачем Волан-де-Морту яд? Зачем эти сложности? Он держал его на кладбище, связанного и беспомощного. Если бы он хотел убить — Гарри был бы уже мертв. Кормить пленника изысканным супом, чтобы отравить его у Малфоев дома — верх идиотизма, а сумасшедшим Волан-де-Морт, к ужасу Поттера, не выглядел.
С ненавистью к собственной слабости Гарри отправил ложку в рот.
Бульон оказался одуряюще вкусным, совсем как у миссис Уизли в «Норе», только более пряным. Голод взял верх: бросив ложку, Гарри обеими руками подхватил тяжелую чашу и жадно выпил наваристый суп почти до половины.
Опустив посудину на стол, он вытер губы рукавом и замер, прислушиваясь к ощущениям.
Ждал рези в животе. Ждал удушья. Вспышки боли.
Ничего не произошло. Боль не пришла.
Но вместо неё началось нечто куда более странное и пугающее.
Пульс, колотивший в висках, вдруг стал замедляться. Дыхание выровнялось. Паника, сжимающая голову с момента вспышки кубка в лабиринте, начала таять.
Гарри внутренне содрогнулся. Мысль о Седрике… Седрик был мертв. Эта рана должна была гореть, должна была душить его, но отрешенность мягко, словно плотный войлок, обволакивала это воспоминание…превращая в факт.
И Гарри почему-то мог с этим жить.
«Нет… нет, не смей!» — закричал Гарри внутри собственного разума. Он не хотел этой пустоты. Забыть Седрика сейчас, перестать чувствовать эту боль казалось ему самым страшным предательством. В груди стало горячо. В сердце на мгновение полыхнуло привычное упрямство, но тело уже не слушалось.
Мысли стали тягучими и неповоротливыми. В голове шумело. Страх отодвинулся далеко-далеко, за плотную ватную занавеску, и это равнодушие собственного разума ужасало Гарри сильнее любого Круциатуса.
«Что… что со мной…»
Ноги подкосились. Гарри покачнулся, сделал неловкий шаг назад и рухнул на край кровати.
Веки налились чугуном. Мысли путались, ускользая проворными снитчами.
«Успокоительное… — вяло, сквозь пелену угасающего сознания догадался он. — Волан-де-Морт подлил туда… зелье сна…»
Он отчаянно попытался разозлиться, заставить себя встать, ущипнуть себя со всей силы, но пальцы безвольно разжались на бархатном покрывале. Силы покидали его, но сознание продолжало испуганно биться в капкане.
Гарри закрыл глаза, проваливаясь в лишенный сновидений черный омут.

|
Здравствуйте, планируется ли продолжение?
Стоит статус "закончен" 🥲 2 |
|
|
Многообещающее начало.
2 |
|
|
Арроенавтор
|
|
|
Карина_третья_попытка_зарегаться
Автор пытается разобраться на фанфиксе, продолжение будет конечно))) 2 |
|
|
Снейпо-Роно-Хагридо-хейтер Онлайн
|
|
|
Подписался.
2 |
|
|
Это уже не мини, а миди - более 50к символов
И скорее всего перерастет в макси 1 |
|
|
Арроенавтор
|
|
|
Terry Black
Ага, я поменяю. Оно точно вырастет в макси. Вы подсказывайте автору - я впервые пытаюсь разобраться в фанфикс-ми) |
|
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |