Сестра Громовержца, или новая мстительница (гет)

От автора

Пока Мстители и жители Ваканды сражались с армией Таноса, а Селена со своми друзьями готовились к встречи с ним, вы спросите как дела у Тора? Сын Одина вместе со своими новыми друзьями были уже на полпути к Недовеллиру.

— Я есть Грут. — сказал Грут, ерзая в кресле.

— В чашку по-маленькому сходи. Мы отвернемся. Да и что мы там не видели? Сучков? Вот уж чего-чего...

— Я есть Грут! — в панике воскликнул подросток.

— Древо, сначала вылей то, что в чашке, а потом снова в нее сходи, — ответил Тор, повернувшись к переминающемуся на сидение созданию.

— О, ты знаешь грутский? — спросил Ракета, сидевший на месте капитана.

— Да, я с сестрой учили его в Асгарде.

— Я есть Грут, — сказал Грут, который уже решил свою маленькую проблему и теперь, когда все стало нормально, заскучал.

— Да, почти. Ты увидишь, как долетим. Нидавеллир питает мощь нейтронной звезды. — Тор отошел от иллюминатора и устало присел на ступеньку, свесив голову. — Здесь родился мой молот. Великолепный молот был.

Ракета повернулся на бесцветный голос Тора.

— Так, пора вести себя настоящий капитан.

Ракета включил автопилот, отстегнул ремень безопасности и подошел к асгардцу. Разглядывая координаты на дисплее, он заговорил:

— Значит, говоришь, брат помер? Да, неприятно, чего уж там.

— Он и раньше погибал. Но на этот раз, наверное, погиб окончательно, — проговорил Тор, будто только в этот момент смирившись с потерей.

— И, говоришь, сестра с отцом тоже?

— Все мертвы, — сказал Одинсон, кивая. — Все кого я знал мертвы. Даже наша мать.

— Никого совсем не осталось?

— Кроме Селены никого.

— Это твоя младшая сестра?

В ответ Тор кивнул.

— И где она сейчас?

— Когда Танос напал на наш корабль, я велел ей вернуться на Землю и предупредить "Мстителей" о Таносе. С ней все будет хорошо. — последние слова Тор произнес напряженно.

— Однако я вижу ты все же за нее беспокоишься. — сказал енот.

— Да... если и с ней что-то случится, я этого не переживу. Она единственный родной человек который у меня остался.

— Хорошо наверное, когда у тебя есть младшая сестра?

— Ты даже не представляешь. Я никогда не забуду тот день, когда Селена появилась на свет. Когда она родилась, то выглядела такой маленькой и беззащитной. Я и Локи тогда поклялись маме, что всегда будем ее защищать, что никогда не дадим ее в обиду. Но когда моя сестренка подросла я увидел какой она стала. Такая храбрая, такая смелая и отважная девушка, которая никогда тебя не оставит в трудную минуту. И такая добрая. Она как наша мать.

В этот момент по щеке Тора скатилась слеза.

— Вот добуду себе новый молот, разделаюсь с Таносом и вместе с сестрой восстановим новый Асгард на Земле.

Ракета подошел ближе.

— А ты уверен, что готов к встречи с Таносом?

— Еще как готов! Этот гад один из тех уродов, которые угрожают вселенной, и я за все ему отомщу. Такова воля судьбы.

После этих слов сын Одина встал и подойдя к Груту сел рядом с ним.

— Ладно уж. — сказал Ракета подходя к Тору. — Если судьба зовет тебя убить этого гада, одного дуратского глаза будет маловато. — после этих слов енот вытащил что-то из жилета протянул это богу грома.

— Что это? — спросил мститель, взяв предмет в руки.

— А ты как думаешь? Один придурок на Контракции продул мне в споре. — Ракета забрался в капитанское кресло, пристегнул ремни и отключил автопилот.

— Он продул тебе свой глаз?

— Нет, он отдал мне сто кредитов. А глаз я потом у него ночью украл.

— Спасибо тебе, добрый кролик. — Тор снял повязку. Грут торопливо выгнулся: вот-вот должно было случиться кое-что полюбопытнее чем видеоигра. Тор широко раскрыл пальцами пустую глазницу и вставил новый глаз.

— Фу! Я бы его сначала помыл. Угадай, куда я его засунул, чтобы вывезти с Контракции... — По кораблю разнесся сигнал тревоги. — Вот мы и на месте!

Тор постучал себе по виску, чтобы приладить новый глаз, который пытался подстроиться под нового владельца.

— Кажется, эта штука не работает. Сплошная темень.

Тор стоял у иллюминатора в носу шаттла и смотрел вперед.

— Глаз тут не при чем.

Их и правда окружала тьма.

— Что-то случилось. Звезда погасла. И кольца заледенели.

Что бы ни ждало Ракету на Недовеллире, все это исчезло вместе со светом нейтронной звезды, которая питала легендарную кузницу. Ракета осторожно направил корабль к потухшему небесному телу.

Судно опустилось на поверхность звезды, и троица вышла из корабля. Тор шагал через руины и думал о том, что же могло здесь произойти.

— Хоть с оружием эти гномы обращались лучше, чем с веником. Может, они поняли, что живут в мусорной куче, и убрались отсюда?

— Огонь этой кузницы не гас веками, — сообщил асгардец.

Ракета шумно сглотнул. Он заметил нечто, что могло пролить свет на упадок Нидавеллира.

— Ты вроде говорил, что у Таноса большая перчатка есть? — спросил пушистый зверек.

— Да, а что?

Асгардец подошел взглянуть на находку енота.

— Такая?

Рядом с наковальней стояла единственная, судя по виду этого места, уцелевшая форма — большая перчатка с шестью углублениями. Сомнений не было — именно здесь изготовили Перчатку Бесконечности.

— Я есть Грут! — предупреждающе вскрикнул древесный подросток.

— Бегом в шаттл! — скомандовал Тор, опасаясь худшего.

Но было уже поздно. Из неоткуда возник великан с длинными лохмами и темной густой бородой. Он ударил Одинсона так, что тот отлетел в другой конец кузницы, а затем развернулся и проделал тоже самое с Грутом и Ракетой. Громила двинулся к Тору, и под гривой спутанных волос асгардец разглядел его глаза, полной решимости убивать.

— Эйтри, стой!

Великан тут же остановился, услышав свое имя.

— Стой, — спокойно повторил сын Одина. — Остановись.

Гном Эйтри, хранитель кузницы Нидавеллира, создатель Мьельнира, замер как вкопанный. Одежда на нем была изорвана в клочья. Волосы всклочены. Казалось, будто он несколько месяцев не спал, а воняло от него так, будто не мылся гигант еще дольше.

— Тор? — Эйтри как будто избавился от наваждения.

Бог грома подошел к давнему другу.

— Что здесь случилось?

— Ты должен был нас защищать. Асгард должен был защищать нас, — взвыл Эйтри от горя.

— Асгард уничтожен. — Тор встал и указал на форму. — Эйтри, здесь перчатка! Что ты сделал?

Гном огляделся; на его лице отразились стыд и сожаление. Спотыкаясь, Эйтри подошел к кузнечному горну и сполз на пол.

— На этом кольце жили три сотни гномов. Я думал, если выполню его просьбу, спасу их. Я сделал то, что он хотел, — устройство, способное вобрать силу камней. — Каждое слово гнома было полно отчаяния. — А потом... он все равно всех убил. Кроме меня.

Тут Тор заметил, что руки гнома закованы в нерушимую сталь.

— Твоя жизнь принадлежит тебе, — сказал он, — но твои руки — только мне.

Уверенный, сильным голосом Тор проговорил:

— Эйтри, твое мастерство — не руки. Все оружие, которое ты создал, каждый топор, молот, меч... все это у тебя в голове. Я знаю, тебе кажется, что надежды нет. Поверь мне я знаю каково это. Но вместе мы с тобой... — сын Одина заставил легендарного кузнеца посмотреть ему глаза и произнес самые правильные слова: — ...вместе мы сможем убить Таноса.

На мгновение настала тишина. После этих слов гном встал и произнес:

— За мной.

Темная кузня Нидавеллира хранила множество тайн. Одину из них Эйтри всегда держал при себе. Древняя форма, слепок. На одном конце — секира, на другом — молот.

Ракета, казалось, не особенно впечатлился.

— Это и есть ваш план? Запустить в него булыжником?

Бросив на енота испепеляющий взгляд, гном объяснил:

— Это форма. Для оружия царей. Это величайшее оружие Асгарда. Возможно, даже способное вызвать Биврест.

Услышав это, Тор быстро обернулся. Если с этим оружием можно пересечь Девять Миров, он успеет догнать титана на Земле и остановить его.

— Как его называют? — спросил Тор.

— Гром-секира.

Ракета усмехнулся.

— Звучит как-то топорно.

Громовержец тщательно изучал все, что касалось оружия Асгарда. Гром-секира считалось легендой. До этого момента.

— Как ее сделать?

При этих словах лицо гнома вытянулось.

— Нужно разжечь огонь кузницы. Пробудить сердце умирающей звезды.

Одинсон был готов к такому ответу и начал размышлять над планом действий. Он повернулся и кивнул Ракете:

— Кролик, заводи шаттл.

* * *

— Мне кажется, ты упускаешь из виду ряд научных фактов. Кольца. Чтобы их сдвинуть и раскрутить, нужно что-нибудь помощнее, — объяснил Ракета асгардцу, когда они зависли над неподвижным механизмом.

Тор спрыгнул с шаттла прямо на замерзшие кольца.

— Я справлюсь, — сказал он, хватаясь за трос.

— Справишься? Как? Дружок, мы в космосе. У тебя с собой веревка и...

Енота тряхануло. Это бог грома начал раскручивать шаттл.

— Заводи! — крикнул Тор, и Ракета, не мешкая, запустил двигатель на полную мощность, увлекая асгардца за собой.

Одинсон заскользил по ледяному кольцу, изо всех сил держась за трос.

— Поддай газу, кролик!

Кольца,которые пытался сдвинуть крошечный шаттл, наконец поддались. Ракета прибавил мощности, его мордочка скривилась от напряжения, а корабль протестующе заскрипел. Тор издал первобытный вопль, а лед, сковавший пазы и рамы, наконец дал трещину. Под ногами бога грома раздался грохот, и обледеневшие кольца ожили. Когда они повернулись и сложились в причудливую структуру, из сердца звезды, как луч надежды, полилось сияние.

— Молодец, мальчик мой, — прошептал гном, с благоговением глядя на вновь загоревшуюся звезду.

Тор прыгнул на шаттл и прижался к носовому иллюминатору.

— Это Недовеллир! — крикнул он своему пушистому другу сквозь стекло крошечного героического кораблика.

Енот обомлел, уставившись на пылающий свет.

Луч вырвался наружу, пробил путь сквозь сложившейся прицел кольца и ударил в сердце кузницы. Эйтри обернулся и увидел, что кузница ожила. Несколько секунд казалось, что все пошло на лад.

Но внезапно луч погас. Кузница вновь погрузилась во тьму.

— Черт его раздери, — выругался гном.

— Что? Кого черт раздери? — разволновался Ракета.

— Механизм неисправен, — объяснил Эйтри.

— Что? — спросил Тор.

— Если не открыть раму, я не смогу расплавить металл, — сказал гном.

— Сколько его плавить? — уточнил асгардец с явной усталостью в голосе.

— Несколько минут. Может, дольше. А что? — спросил Эйтри.

— Сам подержу. — Тор собрался с силами перед новой задачей.

— Это чистое самоубийство, — предупредил Эйтри.

— Как и биться с Таносом без секиры, — решительно возразил Тор.

С этими словами он понесся к раме и шагнул в нее.

— Всеотцы, дайте мне сил, — твердым голосом, полным почтения, воззвал асгардец к предкам. Скорбь по всем, кого он потерял и надежду на вновь воссоединение с сестрой, превратились в несгибаемую решимость.

— Тор, неужели ты не понимаешь? Тебе придется выдержать всю мощь звезды. Это верная гибель, — предупредил его гном.

— Только если я умру, — сказал Тор, подбадривая себя.

— Ну...да. Это и значит гибель.

Одинсон схватился за ручки. Ни секунды не мешкая, он потянул за них. Позади вспыхнул луч и, опалил бога грома, ударил в кузницу.

В ней играл огонь, яркий и сильный.

— Держи! Держи, Тор! — крикнул Эйтри, заглядывая в наконец в бурлящие жидким металлом котлы.

Гном поспешил водрузить котел на плечо и залил металлом форму. Едва в ней проявились крепящие очертания Гром-секиры, Тор потерял сознание. Обожженными руками едва едва живой Тор все еще держался за раму. Когда его пальцы наконец разжались, луч света подтолкнул обмякшее тело в сторону кузницы. Ракета рванул за ним на шаттле, тщетно пытаясь подхватить.

Тор ударился о стену кузницы и прокатился по полу посадочной площадки. Ракета приземлился следом. Грут смотрел на неподвижного бога грома. Енот спрыгнул на пол и поспешил к асгардцу. Он опустился рядом с ним на колени.

— Тор! Скажи что-нибуть. Ну же. Тор, ты живой?

Эйтри столкнул Гром- секиру на пол, часть формы откололась. Закованные в сталь руки гнома колотили и колотили, вытаскивая секиру из обломков. Ракета в панике крикнул ему:

— Он умирает!

— Ему нужна секира! Где рукоять? Древо, помоги мне найти рукоять! — гном бегал по кузнице в поисках чего-нибуть подходящего.

Грут бросил взгляд на Тора. На Ракету, который не теряя надежды пытался привести бога грома в чувство.

Древесный подросток подумал обо всем, чем Тор пожертвовал ради малейшего шанса на победу. Грут отложил видеоигру и собрался с духом.

Пора доказать, что и он — часть команды. Древо подошел к Гром -секире.Раскаленные половинки секиры лежали на полу. Выпустив ветви, Грут обвил ими части секиры. Грут подтащил его к себе, поднял легендарное оружие вверх. Морщась от боли, он отломил себе руку посередине.

Гром-секира обрела рукоять.

Пальцы Тора зашевелились, едва секира коснулась пола кузницы. Вокруг нее вспыхнули голубые искры, и оружие сорвалось с места в руку хозяина.

* * *

Тем временем в Ваканде.

Мстители и жители Ваканды все еще сражались с армией Таноса. Баки, Стив и Черная Пантера сражались втроем, но их теснили дальше от купола. Бомбы, которые обрушивались сверху, казалось, вовсе не останавливали инопланетных тварей.

Вдова и Окойе рубили направо и налево, прикрывая друг друга. Пьетро уже из последних сил еле отбивался от врагов и прикрывал товарищей.

Шесть пришельцев повалили Халкбастер, закрыв Бэннеру обзор.

— Их слишком много! — сказал по рации Брюс. товарищам, у которых с тех пор, как открылся один из секторов купола, были точно такие же проблемы.

Каждому герою приходилось сражаться с тысячей зверюг. И они проигрывали. Но тут внезапно небо озарила яркая вспышка, в землю с треском ударила молния. Электрические разряды поразили орду пришельцев. С неба упала Гром — секира, уничтожив еще сотни зубастых воинов.

Затем оружие послушно вернулось в руки своего хозяина.

Из дыма с Ракетой на плече и Грутом выступил сам Тор. Его окутало покрывало электрических вспышек, сзади развивался красный плащ.

Наташа и Кэп с теплотой посмотрели на старого друга, понимая, что теперь им станет легче. Тор жив и готов им помочь. Может быть, не все еще потеряно.

— А вот теперь вам, уроды, мало не покажется! — крикнул Бэннер.

— Подать мне Таноса! — громко крикнул Тор, выдвигаясь на поле боя.

Подняв свое оружие, он взмыл в небо, будто грозовая туча. Его глаза засветились белым, и бог грома обрушился на армию пришельцев, уничтожая их удар за ударом.

Расстановка сил изменилась. Бой продолжается.