Кирай Кагуя (гет)

От лица Асами Кагуя

Не думала, что когда-нибудь стану свидетельницей смены идеологии целого клана, при чём почти бескровной! Пусти их и было всего тридцать два человека, но сам факт! Не знаю, что происходит у них в головах, но следить за скоротечными изменениями мне нравится. Особенно я рада за то, что моим мужем стал Глава этого клана.

Из Кирая, как оказалось в последствии, получился замечательный лидер. Одно то, что он пресекает все попытки притеснения тех, кто не обладает их кекей-генкаем, поднимает его авторитет на небывалую высоту. Ставя в сравнение мой клан, где ко всем не обладающим или обладающим порченным шаринганом, относились как к мусору, он действует куда лучше.

Пусть таких всего несколько человек, но они могут жить спокойно, развиваться и получать такое же отношение, как и те, кто обладает шикотцумьяку. Название они своему кекей-генкаю выбрали, язык сломаешь, но раз оно передаёт суть, почему бы и нет. “Биение мёртвых костей” звучит жутко и пафосно!

Когда я окончательно приняла тот факт того, что теперь это мой дом, печать на моём теле ослабла, и стала выпускать меня на прогулки по острову. Тогда я и начала замечать изменение в поведении этих клановых шиноби.

Раньше, когда я наблюдала за их жизнью из окна дома, то часто видела картины избиения более слабых сильными, отнимание всего, в плоть до верхней одежды, хотя все они были одеты в одежду из весьма достойной ткани. Сейчас же, они друг с другом здороваются, общаются и радуются жизни. Значительные изменения, за столь короткий срок.

Я живу на этом острове уже почти полгода. За это время я успела познакомиться с большей частью таких же, как и я, наложниц. К этому времени, у большей части из них значительно выпирали животы, отчётливо показывая не маленький срок беременности.

По началу я сильно переживала на счёт того, в какой атмосфере будет жить наш с Кираем ребёнок, но очень быстро мои опасения сменились на обычную обеспокоенность, которая является спутником каждой беременной девушки. Всё благодаря Кираю, который постепенно приводит свой клан к порядку, свидетельницей чего я являюсь регулярно.

Много кто из моих новых подруг говорит о том, что их мужья уважают Кирая, и за силу, которую он показывает и за изменения в порядках жизни клана, которые он вводит. Правда они же говорят, что всё происходит слишком быстро, и, итак, не шибко расторопные в плане привыкания к нововведениям, которыми пестрит Кирай, уже сформировавшие своё мировоззрение, состоявшие шиноби, не могут принять всё новые и новые изменения.

Хорошо, что Кирай об этом знает, и старается не спешить с далеко идущими планами, больше рассчитывая на новое поколение клановых бойцов, которые родятся уже на этом острове и будут воспитаны в правильном ключе.

Не знаю, что он имел в виду, когда сказал мне об этом, но думаю, что всё будет становиться только лучше. Особенно с тем, что Кагуя способны генерировать деньги буквально из воздуха.

Я была под большим впечатлением, когда он презентовал мне костяное ожерелье, увенчанное сапфиром. Их кекей-генкай оказался просто наилучшим инструментом как в строительстве, так и в создании подобных ювелирных шедевров.

От лица Томуры Кагуя

— Глава, да как так? Я же выполняю свои обязанности! Ну и что, что решил прикарманить немного на свои нужды?

— Не много? А ты не охренел ли? Половина от того, что должно было пойти в казну клана уходит к тебе в карман. Тебе мало того, что зарабатываешь?! Да ладно с деньгами, тебя не устраивает твой новый статус, благодаря которому ты можешь командовать людьми, которые в разы сильнее тебя? Да и про остальные привилегии, которыми ты пользуешься, не стоит забывать. Короче. Моё мнение окончательно, и обжалованию не подлежит!

— Можно без этого? Я вас понял, больше такого не повторится! Я вас умоляю!

Блять! Не думал, что он полезет сам проверять отчётность. Сука, не хочу лишаться руки, нужно каким-то образом выкрутиться, но как?

— Ты думал, что останешься безнаказанным? Радуйся, что остался при должности!

— Да не нужна мне эта должность, прошу Глава! Не делайте этого!

— Любые действия имеют последствия! При старых порядках тебе бы попросту голову открутили. Радуйся, что отделался так легко!

— Но Глава!

На дальнейший разговор его вывести мне не удалось. Он просто посмотрел на меня с разочарованием, и развернувшись, покинул кабинет.

— Твою мать!

И ведь он прав! Только вот не думал я, что ему хватит духа устраивать подобное при том, как он старается откреститься от старых порядков нашего клана. Думал, максимум лишусь должности.

Ведь до самого конца меня проверял, не зря же он подставил спину, явно был готов к атаке, только вот я не сумасшедший, чтобы пытаться нападать на это чудовище. Он, пусть пока и не самый сильный в нашем клане, но обладает немыслимой прочностью костей, от сюда и вариативность при атаках. Не хватит мне сил для того, чтобы одолеть его в бою, даже с таким преимуществом.

Вопрос в том, что делать? Лишаться руки мне не хочется, есть вариант с тем, чтобы покинуть этот остров, но бросать клан? Да хрен с ним с кланом, бросать Шими-чан, которая уже на сносях? Если попробовать покинуть клан, то её не применено нужно брать с собой, а куда я с беременной? И в последствии с грудничком? Учитывая репутацию моего клана, при первых подозрениях, нас просто вырежут. Не знаю, что делать! Стоит поговорить с Шими, может она подскажет.

Спустя пару дней я стоял по середине арены, на которой уже собралось подавляющее большинство членов клана. Рядом со мной стоял Шин, готовый исполнить приговор Главы.

По итогам разговора с женой, я понял, что лучшим выходом будет принять наказание, и продолжить жить дальше. Со временем можно будет восстановить утраченное доверие и может быть, вернуть утраченную конечность.

— Ты согласен с озвученным преступлением и готов понести наказание?

— Да.

Я выставил левую руку в перёд ожидая через мгновение увидеть фонтан брызнувшей крови. Не дожидаясь прямого приказа Главы, Шин резко рубанул с верху в низ отсекая её.

Подавить резко вспыхнувшую боль мне не удалось, и я повалился на землю, зажимая обрубок левой руки второй и надеясь на то, что мне окажут помощь, потому как, в таком состоянии, боюсь мне не удастся добраться до прикреплённого к арене кабинета, где почти круглосуточно дежурит ирьенин из Узумаки.

Хорошо, что издеваться на до мной не стали и спустя пол минуты, ко мне подбежал ирьенин. Он быстро обязал верёвку чуть выше обрубка моей руки, а дальше его руки загорелись зелёным, и я почувствовал, как боль уходит, а из раны перестаёт хлестать кровь.

— Вот, держи. Нужно выпить.

— Спасибо.

Ирьенин передал мне несколько кроветворных пилюль, при этом его голос был наполнен не малым уважение. Скорее всего, это из-за того, что я решил принять наказание достойно.

От лица Исаму Узумаки

— Всё прошло как ты и говорил отец. Только вот выходки от Шина я не ожидал.

— Я тоже, волевой оказался парень. Не стал терпеть откровенную насмешку от оппонента, невзирая на то, что тот оказался в разы старше и сильнее. Стоит это учитывать в дальнейших планах.

— Но продавить это решение оказалось гораздо сложнее, чем казалось изначально.

— То ли ещё будет сын. Это не последние подобные переговоры, готовься к тому, что ещё не раз придётся силой доказывать свою точку зрения.

На этом моменте верхушке власти в селении пришлось прервать разговор. В дверь кабинета постучались и после разрешения, вошли.

Это был посыльный, который был отправлен в Конохо-гакуре. Он склонился в поклоне и передал в руки главы селения свиток.

— Задание выполнено.

— Прекрасно. Можешь быть свободен.

— Есть.

После того, как шиноби покинул помещение, свиток был проверен на наличие подлянки со стороны Листовиков, и оба присутствовавших в кабинете шиноби приступили к его изучению.

— Странно. Не похоже на Хирузена, ни разу не видел, чтобы он обращался к нам таким образом.

— Это не удивительно. За время мира, все они успели позабыть, на сколько Узумаки сильны в бою. Вот он и выступает из позиции слабого.

— Самое главное, что он согласился со всеми нашими условиями и теперь можно приступать к освоению новых территорий.

— Может с начала стоит отправить войска в сторону фронта?

— Нет. Сначала укрепляем периметр новой границы всевозможными ловушками, организуем охранные посты и уже после выполняем нашу часть уговора. По мимо этого стоит проверить, не ловушка ли это. Кто знает этого старика, один раз нас уже предали.

— Я тебя понял, отец.

От лица Кирая Кагуя

Изменения в клане пусть и происходят, но все они встречаются с негодованием и раздражение от соклановцев. Я понимаю, что всему нужно знать меру, но всё это уже начинает раздражать.

Всё же было оговорено, большинство меня поддержало, и вот опять. Не хотят они видите-ли отдавать своих будущих детей в строящуюся академию. Бред! Не взирая на все плюсы, которые даст такое обучение, они продолжают сопротивляться.

Вроде адекватные люди! Уже доказавшие то, что способны принимать правильные решения, но даже Шин против. Херня какая-то. Нужно разбираться.

Вызвав Шина с помощью нательной печати, которые мастера Узумаки по моей просьбе установили на доверенных мне людей, я стал ждать. На моё удивление, он не прибыл сразу, что отчётливо указывало на его недовольство.

Шин прибыл спустя пятнадцать минут, по его недовольному выражению лица, я понял, что предстоящий разговор будет мало приятен для нас обоих.

— Приветствую Глава.

Невзирая на своё недовольство, нарушать субординацию он не стал. Хоть так.

— Привет Шин. Давай поговорим. Присаживайся.

Я указал на стул на против меня.

Шин не стал противиться и после того, как уселся, я начал разговор.

— Объясни, почему большая часть клана, включая тебе, противится тому, чтобы наши дети учились вместе, в строящейся академии?

Мгновенного ответа не последовало. В начале моего вопроса, глаза моего собеседника немного расширились, но он быстро подавил вспыхнувшее негодование и начал обдумывать ответ на мой вопрос, и только спустя целых десять минут решился ответить.

— Глава, большая часть твоих нововведений полезны для клана, но с этим я не согласен. Я лучше сам буду учить своих детей и до того момента пока они не наберут достаточной силы, чтобы себя защитить, предпочту не выпускать их из поля зрения.

— Твоё мнение совпадает с большинством?

— Думаю да, а что?

Как же мне осточертели пережитки нашего кланового прошлого. Дело оказалось в банальном страхе того, что детишки поубивают друг друга.

— Собирай клан на арене, будет очередное объявление.

— Слушаюсь.

Глупость, невежество и страх до сих пор не выветрились из голов моих соклановцев. И это не взирая на то, что они уже спокойно друг с другом общаются, не опасаясь удара в спину. Некоторые даже ходят друг к другу в гости, чему и я был свидетелем. Не понимаю, почему до них не может дойти тот факт, что почти всё, что нас окружало на родном острове, навеки осталось там.

Спустя полчаса я стоял в центре арены и с удивление наблюдал за тем, так на арену заходят члены моего клана. В большинстве своём, со своими вторыми половинками. Похоже недовольство исходило не от соклановцев, а от их пассий.

Да уж. Не думал, что большая часть моего клана окажется подкаблучниками.

Через час, на арене собрались все, и толпа оказалась на маленькая. Чуть больше полусотни человек смотрели на меня с ожиданием.

— Приветствую всех собравшихся. Сразу оглашу причину собрания. Обучение нового поколения нашего клана.

По арене начали разноситься шепотки, но зарождающийся переполох удалось подавить выбросом яки. Хорошо, что попросил Ивао научить меня этому приёму, пригодился. Он, кстати говоря, тоже присутствовал, но без своей пассии. Радует то, что хотя-бы он оказался неподвластен тлетворному влиянию своей беременной куноичи.

Осмотрев арену, я увидел ещё несколько человек, что пришли без своих девушек и без удивления осознал, что все, кто пришли одни, оказались теми, что поддержал мою идею с академией.

По-видимому, нужно немного переработать подготовленную речь, так как она будет направлена не на моих соклановцев, а на их пассий. Что наслушались историй из детства своих мужей и забили тревогу.

— И так, в академии, по большей части будут преподавать Узумаки, потому как у нас нет учителей, которые смогут дать детям достаточную базу знаний. У них же, есть веками проверенная система образования, которая изначально рассчитана на буйных и слабо контролируемых детей. По мимо Узумаки, в сейчас строящейся академии будет преподавать наш старейшина Ивао-саама. Который будет преподавать новому поколению наших шиноби историю и традиции нашего клана…

— Это всё замечательно! Но кто будет следить за безопасностью детей в этой академии?!

Меня не культурно перебила одна из самых самоуверенных беременных дам и мне сильно не понравился тон голоса, с которым она говорила.

— Молчать! Это касается всех здесь присутствующих.

Я подкрепил свои слова новой волной яки.

— Обо всём по порядку. Без тлетворного влияния окружения, никакой дополнительной защиты и не понадобится, но раз вы на столько боитесь за безопасность своих детей. То сами и будете за этим следить. Сформируем группы из родителей, которые будут дежурить посменно. На этом всё, у кого-нибудь остались вопросы?

Немного подождав и не услышав никаких новых вопросов, я развернулся и быстрым шагом покинул арену.

Как подавляющая часть моих соклановцев могла оказаться подкаблучниками? Бред какой-то! Они же ни во что не ставили противоположный пол, когда жили на остове в Мизо-но-куки. Не понимаю, как такое могло произойти.

Спустя пару дней, из рассказа Асами, я узнал, что подавляющее большинство наложниц согласилось с высказанной мной идеей, так что народного бунта теперь можно не опасаться. Остаётся только радоваться, что Асами не пытается влиять на меня подобным образом, а то проблем с этим было бы гораздо больше, чем со всеми делами клана вместе взятыми. Дом — это место отдыха, где должен быть порядок и покой.

Через неделю, на очередном собрании верхушки правления Узушио, я слушал доклады от связного, от уже отравленных на помощь Листовикам войск и были они далеки от хороших.

С отбитием атак объединённой армии двух великих селений проблем не возникло. Играя от обороны, да с нашей помощью, Листовики достойно держались, довольно быстро прореживая атакующую армию. Проблема была в другом, сами отправленные на поле боя Узумаки не стремились поддерживать союзников в достаточной степени.

Это было ожидаемо, но, когда начались первые стычки между Коноховцами и нашими, командующий отправил гонца в селение. Он не понимал, что нужно делать в таких ситуациях. Потому, как и сам не горел желанием помогать недавним предателям. И только когда в подобных стычках начали образовываться трупы, отправил гонца.

Мгновенного решения на поставленный вопрос найти не удалось, и после очередной свары между собравшимися главами родов Узумаки, Дайчи, который так и остался приглашённым на все подобные собрания, начал говорить.

— Решений подобной проблемы есть несколько. Из очевидного, что командующий уже сделал, максимально ограничить возможные контакты между нашими и Коноховцами. Далее, следует отправлять обратно в селение самых буйных, благо наши бойцы не участвуют в прямых столкновения, и оправленного на помощь Конохе количества хватает с избытком. Есть ещё одна идея, взять на себя отдельный участок фронта и отбивать атаки нападающих исключительно нашими силами. Перманентных потерь тогда будет куда больше, чем сейчас, но это исключит возможные конфликты с Листовиками.

На слова Дайчи-сама все отреагировали с по-разному, но большей частью голов поддержали, и изложенная им идея была принята в разработку.