Рёхэй (гет)

— А ты стал своевольнее, чем прежде... — казалось, Хирузен этими словами продолжил разговор, да вот на этом он сам себя и оборвал, чем создал впечатление, что он припомнил что-то. А выдержав новую паузу, он добавил тише: — Защищаешь, когда надо бы уже бросить...

«Сначала цепляется, а после уводит разговор в сторону», — подметил себе Какаши подход старого Хокаге, замечая с этим и то, что Шикаку, не изменяя ни своего выражения лица, ни звучания голоса, выдерживал оказанный ему натиск.

И, по мнению Какаши, старик своими словами признал другое: именно потому ты и вступился за Рёхэя.

Осознание того, что сделал Шикаку, до сих пор у джонина вызывало удивление.

«И как ему в голову пришло выдать дочь Минато за своего сынка?» — думал он, посматривая на Шикаку давно прищуренным глазом.

Этот Нара, являясь одним из умнейших шиноби Конохи, не просто вступился за нуждавшегося в его защите ребёнка, а с момента своего заступничества взвалил на себя роль его единственного защитника. И что Какаши поражало больше прочего, тот намеренно и по обдуманному плану врал своему Хокаге.

Скрыл истинное происхождение Рёхэя, представив чужого ребёнка своим внебрачным сыном. В глазах посторонних — бездарным, трудным, всяко ненужным главе клана, но все равно своим. Ведь Шикаку так изловчился вывернуть ситуацию, что никто не сомневался: тот не бросит пацана.

И как было тут не поверить?

В течение долгих лет Шикаку организовывал для Рёхэя в своём клане пристанище, шаг за шагом укрепляя этот обман. Для этой задачи он и создал проблемного и самого непутёвого Нара, какой только мог выйти из его замысла. В результате в селении о Рёхэе знали все, но почти никто не догадывался, кем этот ребёнок был на самом деле.

Жители клана Нара сдержанно презирали Рёхэй и, в противовес своему презрению, они же лучше остальных поддерживали правдоподобную легенду происхождения второго сына Шикаку.

Пусть Рёхэй для большинства и казалась изгоем.

Для этого же большинства она уже давно стала Нара.

Вот таким образом Шикаку и прятал старшую дочь Минато у себя в семье.

«Умник... ничего не скажешь...» — наблюдая за Шикаку, Какаши не мог не оценить его изобретательность.

К примеру, если обстоятельства требовали отдалить от себя Рёхэя, Шикаку пользовался запасным вариантом — своими умелыми стариками, охранявшими Лес Нара. Да. Там у Шикаку также всё было обустроено. Какаши то узнал одним из первых. Не понимал тогда всего объёма плана Шикаку, но и по увиденному уже мог судить, что у того было везде всё под контролем.

В Лесу Нара у Рёхэя был дом — пусть пустой и старый. А ещё у Рёхэя были защитники, никого не пропускавшие через свой дурацкий лес и в своё время сильно потрепавшие Какаши нервы.

Шикаку организовал для прикрытия Рёхэя всё: и имя, и характер, для юного возраста весьма тяжёлый, оттого и казавшийся неподдельным, настоящим, и легенду, продуманную до мелочей, в которую, хочешь не хочешь, видя такого-то пацана, поверишь.

Маскировка Рёхэя, правдоподобная во многих направлениях, работала.

— Я не мог это сделать тогда и не могу сейчас, — ответ Шикаку прозвучал ровно, а его голос не выдавал эмоций.

«Ловкач».

Какаши и сам исключением не был, повёлся на его обман.

Если бы в своё время Хирузен не дал ему приказ, к кому именно надо было из данной ему команды присматриваться, он бы так и не понял, что его дурят. Настолько ловко у этой парочки Нара выходило скрывать свою тайну.

Теперь Какаши хорошо уяснил: без девчонки не обошлось. Её каждодневные усилия и общее понимание, что в той или иной ситуации ей надо было делать, помогали Шикаку поддерживать настолько сложно выстроенную ложь.

И не только это.

Не одного Хирузена тревожила её беспрекословная покорность Шикаку.

Какаши, признавал, что впутавшись в эту историю и по собственному желанию оказавшись вовлечённым в дела Рёхэй, сам теперь поглядывал на Шикаку косо.

Не без этого.

И ещё... он признавался вот в чём.

Брошенный ему вызов из-за путаницы между ожидаемым, наблюдаемым и тем, что он в действительности ощущал, находясь рядом с Рёхэем, итогом дал иной результат. Вначале неоднозначную реакцию на ученика. Да. Тогда Какаши не знал, кто был перед ним, оттого в достатке и испытал удивление, смешанное с раздражением, непониманием и тревогой. А после, когда Какаши не раз поддавался переживаниям за Рёхэя, он с запозданием заметил, что у него окреп интерес.

К примеру, когда Рёхэй хватала его за руку.

Или когда Какаши ловил отведённые от него в сторону взгляды, или, напротив, взгляды иного содержания, брошенные именно на него.

Или же когда он сбился с мыслей на Кёкуя.

А ещё когда он примечал наглость Рёхэя, соседствующую с уловками и её просьбами.

Всё это шло вразрез с его отношениями с предполагаемым учеником. Рёхэй была девчонкой, а он относился к ней как к сложному пацану, ставшему для него главным объектом миссии. Проблемой, из-за которой Какаши приходилось без конца суетиться. Да что там, ночами не спать. И только недавно он понял, что этот юный негодник на самом деле был девчонкой.

Это осознание весь прошлый день не давало Какаши покоя.

Нескончаемо заставляло его думать о ней.

А её настоящая внешность, можно сказать, случайно замеченная им в лесу, бывшая почти такой же, каким обликом Рёхэй однажды отвлекала внимание своих стариков, поразила его контрастом. И когда он принял это, то уже осмысленно утратил иммунитет к её просьбам.

Что было и раньше, когда он не знал ещё её секрета.

«Да уж...»

Она, когда он ещё видел в ней ученика, просила его не уходить, и он, вопреки себе, да не зная правды, держался рядом. Она просила её не выдавать, он шёл у неё на поводу. Это делал против своей привычной логики, но о сделанном не сожалел. Принимал тот факт, что будь у него время подумать, он поступил бы также. Не бросил бы её и не выдал бы.

Ну а её согласию, которое она охотно дала ему этим утром и своей реакцией ввела в замешательство, он поверил без проверки.

И признавал вот ещё что. Возвращаясь этим вечером к себе в квартирку, он желал увидеть свою особую гостью. Торопился вернуться не домой, а к ней. А не найдя её в доме, он расстроился. И не только это. Он рассердился.

И это было вовсе не той реакцией, что он мог ожидать от себя. Желанием разгадать замеченные противоречия пацана или справиться со своей миссией. Пусть и имелось место пониманию, чьей дочерью Рёхэй являлась. Теперь, когда он об этом узнал. И пусть имелось место радости, что у Минато был и главное, уцелел ребёнок. Даже таким путём.

Какаши признавал, что теперь у него имелось и другое.

Нечто личное, что волновало его.

И имелось его сокрытое ото всех желание увидеть ещё хоть бы разок ту хорошенькую девчонку в исполнении Рёхэй. От её вида он как-то чуть было не свернул себе шею, настолько она его потрясла.

Так что он не отрицал этого.

И к этому он понимал причину сомнений Хирузена.

Глава клана Нара всё ещё стоял на своём, а до того врал ему.

И не ему одному.

Впрочем, не Какаши его судить. Он и сам мог пойти по этому пути, да выкрутился, оставив себе лазейку. На всякий случай. Можно было сказать, он не выдал Рёхэй и остался честным перед своим Хокаге.

Старик был осведомлён об этом.

И Какаши даже казалось, что тот знал всё.

Хотя не всё.

Хирузен выпытывал у хозяина этого дома подробности той ночи, когда погиб Минато. То, в чём у него имелись пробелы. Его, помимо того, где Рёхэй была сейчас, интересовало, как погиб Наруто и как уцелела его старшая сестра?

Какаши, так уж у него получилось, присутствуя в кухне дома Нара, стал невольным слушателем этого разговора. Он уже полчаса помалкивал, стараясь не привлекать к себе внимания. Тихо стоял в стороне и вникал в любопытную беседу, тем самым углублял своё понимание того, что старик знал о Рёхэе, а что не знал. Особенно в том, что с ней стряслось в детстве.

А после нескольких неопределённых ответов, Какаши захотел и сам задать Шикаку Нара пару вопросов. Да вот в сложившейся ситуации предпочитал молчать.

Делал то же самое, что и Тензо.

Тот, едва зайдя в кухню Нара, не шевелился. Да так хорошо выполнял эту задачу, что Какаши порой забывал об его присутствии.

Оно было понятно, внимание Какаши было сосредоточено на Хокаге и на Шикаку Нара. Джонин понимал, что старик неспроста изводил хозяина этого дома расспросами. Всё из-за их вины. Они с Тензо не выполнили поручение, несмотря на то, что действовали сообща, все равно упустили девчонку. Опять.

Какаши поверил ей на слово, та оказалась убедительной, выдав свой кивок согласия за желаемое Какаши. А Тензо, оставшись присматривать за квартиркой и находившейся в ней гостьей, допустил новый побег. Именно из-за их недоработок Хирузен, как только понял, что Рёхэй снова стала действовать сама по себе, пришёл в клан Нара.

Поэтому Какаши и стоял у раскрытого дверного проёма, слушая разговор Хокаге с Шикаку. Но помимо этого он слышал почти каждый звук этого дома. Слышал, как пришёл домой Шикамару, как его встретила его мать, по давно сложившемуся мнению — женщина чрезвычайно твёрдого характера. Но вот как этот пацан подошёл к нему со спины и прошёл мимо него — не слышал. Оттого Какаши и напрягся, и с придавленным недоумением уставился на острый хвостик волос Шикамару, пытаясь определить, как тому это удалось сделать.

«Этот юнец... прямо как Рёхэй... — Какаши нехотя признал, что не у одной Рёхэй в клане Нара имелась лёгкая поступь, отчего уже было в пору бить тревогу, поражаясь скрытым талантам этого клана. Лишь позже он задался и другим вопросом. — Зачем пацан сейчас сунулся в кухню?»

По своей воле. Ведь не знать, кто здесь находился, он не мог.

— Чего тебе, Шикамару? — удивился и хозяин этого дома.

Шикаку стоял у открытого настежь окна, но при виде зашедшего в кухню своего сына отвлёкся от Хокаге. Даже сделал шаг вперёд, что показывало, насколько он не ожидал появления здесь Шикамару. Что это не вписывалось даже в его логику. А Шикамару, не замечая висевшей между сердитым стариком и своим отцом недоговорённости, ту весомую причину присутствия в доме Нара старого Хокаге, ровно поздоровался со стариком. Сделал ещё шаг вперёд и тем же ровным голосом, будто он намеренно повторял собою манеру речи Шикаку, выдал:

— Рёхэй появился. Сказал, что голодный и что в клан ему заходить нельзя. Он опять что-то натворил? Сделал что-то серьёзное?

«Голодный...»

В секунду понимания сказанного мальчишкой его слова словно эхом повторились, проходя по всем мыслям Какаши.

То была возможная причина ухода Рёхэй из его квартирки. Причина, в которую хотелось верить без проверок.

Этим утром они проспали и Какаши упустил важную тонкость, бросив своей гостье наставление, чтобы она похозяйничала у Какаши сама. Не предусмотрел, что это даст ей повод нарушить их соглашение. И одновременно с этим лишь стоило ему понять возможную причину ухода Рёхэй, он испытал чувство облегчения. Это понимание, основанное на том, что Рёхэй ушла не из-за него или его навязчивой опеки, оттеснило у него все прочие осмысления. Любые вопросы, о каких Какаши мог бы подумать.

— Нет, — выдал Шикаку, но его голос затерялся за голосом Хирузена.

— Где ты его видел?

— Он был минут десять назад в клане Акимичи, — произнёс Шикамару, послушно отвечая на вопрос. — Сказал, что подождёт меня там, — добавил мальчишка, неуверенно поджимая плечи.

Складывалось впечатление, что он и не понял, что так просто и естественно выдал Рёхэй.

— Какаши, Ямато, — грозно рявкнул старик.

Хирузен не обговаривал их задачу. Этого не требовалось. Хватило и одного его сурового взгляда.

Два джонина, без лишних слов понимавшие, что требуется от них, не медля и ничего не спрашивая, друг за другом выскочили из дома Шикаку Нара. Действовали быстро и через минуту они были в клане Акимичи, с крыш домов оглядывая погружавшиеся в сумрак улицу и проулки. А ещё через полминуты Какаши углядел в стороне за деревьями Паккуна и спрыгнул к нему.

Когда Какаши был подле Хокаге в доме Нара, его нинкен продолжал поиски Рёхэй. Но вместо ответа, что тот нашёл искомую ими девчонку, Какаши от него услышал недовольный выговор, показывающий, что Рёхэй опять кое-кого умело обвела вокруг пальца.

— Ты чего сюда пришёл, Какаши? Не понял ещё, Рёхэй в доме главы клана Нара.

— Шикамару? — шепнул Какаши, мгновенно догадываясь, под чьим обликом Рёхэй вернулась к себе домой.

Провела его новой маскировкой, что на памяти Какаши ей уже удавалось сделать.

Кёкуя.

В исполнении девчонки этот паренёк наделал в помыслах Какаши настоящий хаос.

И обернувшись в сторону клана Нара, тем желая уже сорваться с места, он будто в подтверждение своей же догадки вдруг углядел Шикамару. Сын Шикаку, сунув руки в карманы штанов, неспешно шёл по тёмной улицы в сторону своего дома. Какаши уставился на его хвостик собранных торчком волос, который был точь-в-точь таким же, как пару минут назад у Рёхэй, пользовавшейся обликом своего брата.

Но вместо досады или злости Какаши охватило удивление. И он выдал свою реакцию на осознание, что его опять обманули.

«Хитрая плутовка...» — оценил он смекалку девчонки, в проявленных уловках не уступающую смекалке старшего Нара.

И под тканной маской, пряча слабость, он потянул уголки губ вверх.

Он не сомневался, что поймает её. Даже не допускал варианта, что это ему не удастся сделать и что он вернётся домой один.

Для него отыскать маленькую обманщицу уже не являлось его обязательной миссией. И тем более не было поводом не злить сегодня старика ещё раз. Все эти причины меркли сами собой как несущественные, малозначительные и не влияющие на поступки Какаши.

Правда в последний момент он вспомнил об оставленном где-то на крышах домов Тензо. Тот ушёл вперёд и Какаши его не успел окрикнуть. Потому он спешно шепнул своему нинкену, чтобы тот предупредил Анбу Хокаге.

А сам, опережая Шикамару, побежал назад к дому Нара.

Всё делал быстро, привычно для себя. Добравшись до места, осмотрелся, первым делом определяясь, была ли Рёхэй всё ещё дома. В течение его отсутствие прошло не больше трёх минут, но девчонка, если она на своём вранье не попалась старику, уже могла уйти. По этой причине Какаши, рискуя сам попасться Хирузену, подобрался к кухонному окну, так близко, насколько ему позволяла ситуация.

Делал всё как на миссиях. Был внимателен ко всем деталям, скрывал себя и свою чакру. А прижавшись спиною к стене и прислушавшись к голосам, он, не слыша разговора, всё же смог убедиться, что Рёхэй ещё была с Шикаку в кухне. На что с облегчением выдохнул.

«Я успел».

Отсюда он уже опережал Рёхэй.

Стоило ей выйти из дома, она сразу же угодила к нему в руки. А вот как это произошло, Какаши разбирался, проскочив с замаскированной Рёхэй в обнимку несколько домов этой улицы, да спрятавшись от посторонних глаз за высоким забором, там, где густая тень надёжно скрывала их силуэты. И ему везло: она ещё не отреагировала на него и ничего не спросила.

«Чёрт», — нервно сглотнул Какаши, мгновенно признавая за собой, что перестарался.

Что опередил даже собственные мысли. И хорошо хоть не скрутил эту пакостницу узлом, а лишь накрепко уцепился за её руку. Поджал губы и более внимательно осмотрел её новый облик, замешкавшись взглядом на хвостике волос.

«Как у неё получается так качественно воссоздавать облики телесного перевоплощения?»

Но в действительности его интересовало не это, а то, что девчонка своею рукой уцепилась за его жилет, и то, что она свой взгляд отвела в сторону. То, что при нём она была собою, несмотря на облик хенге и её поведение в доме Нара. Несмотря на то, что обманывала.

«Её выдаёт взгляд».

Она его прятала, уводила в сторону, избегая смотреть на Какаши. Знала, что перед ним была виноватой, но Какаши чувствовал, что причина была не только в этом.

А причина была в нём.

Рёхэй так реагировала именно на него.