Кирай Кагуя (гет)

Мизо-но-куни, Остров Костей

— Ты уверен, что дело того стоит? Мало ли, вдруг нас обманули.

— Не парься, Кагуя уже несколько месяцев не совершали новые набеги. Скорее всего в последнем нападении их полностью перебили.

— Ладно, тогда пошли.

Двое закадычных друзей, надеясь на то, что смогут поживиться на этом острове чем-нибудь ценным, покинули лодку и оказались на берегу проклятого острова. Это прозвище официально закрепилось за этим клочком земли ещё пару столетий назад, именно тогда, когда Кагуя на нём поселились.

Последний раз, когда кто-то не из этого бешеного клана выбрался с этого острова живым, был очень давно и судьба его была по хуже смерти. Он сошёл с ума всего через пару дней, в процессе своего безумия зарезав всю свою родню, а после и вовсе вскрыл себе глотку.

Эта история передавалась из уст в уста уже несколько поколений и курсировала в основном в прибрежных поселениях страны Воды. К сожалению для двух друзей, они не были знакомы с этой байкой, иначе бы не стали даже пробовать приближаться к этому забытому богами месту.

— Кей! Смотри!

Один из туристов на уже не обитаемом острове указал на землю в стороне от берега, туда, где заканчивалось костяное покрытие, опоясывающее весть остров.

— Видишь?

— Да, следы от обуви. При чём свежие. Скорее всего мы тут не одни.

Оба друга шиноби не являлись, но один из них в прошлом был охотником, что и помогло определить примерное время того, когда здесь кто-то прошёл.

— Как думаешь, кто это?

— Монах.

— Почему?

— Только они ходят в подобной обуви. Видишь, в некоторых следах небольшие соломенные тростинки?

— Ааа, понял. Варадзи действительно носят только монахи.

— Тогда бояться не чего, можно идти дальше.

Постепенно погружаясь в глубь острова, закадычные друзья изумлялись тому, что на нём нет ни единого признака жизни, даже птиц и тех нет. Хотя, обычно они предпочитают селиться на необитаемых остовах, которым на данный момент и является остров Костей.

Пройдя примерно километр в глубь острова, друзья начали слышать перезвон металлических чёток, бывших неотъемлемым атрибутом каждого монаха страны воды. В месте с этим они услышали какой-то непонятный скрежет и можно сказать потусторонний шёпот, от которого их спины моментально покрылись мурашками, а инстинкты буквально завопили о неминуемой опасности, но побежать в направлении берега у них не вышло.

Их тела перестали слушаться своих хозяев, замерев на месте. Оба друга были сильно напуганы, никогда не сталкиваясь с чем-то подобным они не понимали, что смерть уже дышит им в затылок и только постепенно усиливающийся шум перезвона не давал им впасть в отчаяние.

Оба товарища понимали, то, что их удерживает, является злым духом, но ни увидеть, ни по чувствовать его они не могли. Они надеялись на то, что помощь, в виде монаха придёт вовремя, но как только звук перезвона усилился на столько, что казалось, будто хозяин этих чёток стоит прямо у них за спиной, надежда на спасение рухнула.

Из-за костяного нароста вышло нечто, из дали напоминающее человека. Ростом под три метра, лицо его было изуродовано огромным количеством волдырей, глаза были на выкате, только чудом не выпадая из глазниц. Присмотревшись, было понятно, что не только лицо, но и всё тело было в отвратительных волдырях, из которых вытекала непонятная субстанция чёрного цвета.

Но самым пугающим в этом существе было не это, а руки, которые приобрели тёмно-красный, практический чёрный цвет. Вместо кистей, там были костяные пластины, из которых в разные стороны выходило огромное количество шипов, превращая руки в инструмент по причинению страданий.

Подтверждая то, что перед ними стоит чудовище, оно подняло руку на уровень живота одного из своих пленников и нарочито медленно начало приближаться. Прекрасно понимая, что жертвы не смогут сбежать.

В этот момент оба товарища прокляли тот день, когда решились на этот безрассудный поступок. Они уже простились со своими жизнями, молясь богам о том, чтобы смерть была быстрой, но боги, как и любое здравомыслящее создание не приближались к этому острову.

Медленно вонзая огромное количество костяных шипов в грудь одного из искателей наживы, чудовище удовлетворённо наблюдало за мучениями своей жертвы и как только тело на его руке обмякло, оно повернуло голову в сторону второго. Насмешливо наблюдая за тем, с его лица текут слёзы, а исподнее наполняется отходами жизнедеятельности.

Как только оставшийся в живых человек посмотрел в выпирающие из глазниц, налитые кровью глаза чудовища, наваждение спало, и он упал на месте, не в силах продолжать стоять на ногах, но инстинкт самосохранения не дал нахлынуть панике. Как только стало понятно, что тело вновь ему подвластно, он припустил к берегу на максимально возможной скорости, не оглядываясь и стараясь не думать о том, что может быть за его спиной.

Мизо-но-куни, Главный храм страны воды.

Настоятель храма, большую часть жизни взращивавший в своих последователях добродетель, быстро вытирал кровь со своего посоха.

— Неужели другого выхода не было, Настоятель?

— Нет Кинтаро-кун, не было. Он был одержим демоном, пусть сам этого и не осознавал.

— Но Настоятель…

— Молчать! Если бы это произошло недавно, то шансы на очищение были, но не сейчас, когда демон почти полностью вплёл свою суть в душу этого несчастного.

— Прошу прощения, я никогда раньше не сталкивался с одержимыми на поздней стадии.

— Не переживай Кинтаро-кун. Сейчас нам стоит позаботиться о первопричине этой заразы.

— Он сказал, что был на острове Кагуя, но судя по курсирующим слухам, организованная Мизукаге атака на этот клан провалилась и они должны были выжить, оставшись на своём острове.

— По-видимому нет, или мы чего-то не знаем. В любом случае, если бы Кагуя всё ещё были на своём острове, то никто бы не смог выбраться оттуда живым.

— Ещё он сказал, что это “чудовище”, было похоже на монаха.

— Может быть кто-то из наших решил заглянуть туда, проверить слухи о том, что Кагуя перебили и зачистить остров от потусторонних тварей, которых, за время обитания там этих кровожадных психопатов, должно было расплодиться порядочно. Только вот не рассчитал свои силы…

— Нам что делать?

— Собираться. Организуй группу из двадцати старших монахов, я поведу их на очищение этого проклятого острова.

Страна Травы. Опорный лагерь Конохо-гакурэ

Кто же знал, что всё обернётся именно так? Если бы не Сэнджу и эта проклятая Мито Узумаки, всё было бы гораздо проще.

— Кенске, пора выдвигаться!

— Понял командир.

Выход в очередной патруль грозил серьёзными проблемами, только вот с начала этой войны не было ни дня, который можно было бы назвать сносным. Поэтому я уже привык к тому, что практический каждый день теряю кого-то из знакомых или друзей, так что имя очередного капитана моей новой команды я решил не запоминать. Смысл? Либо я, либо он в скором времени будем кормить червей, так что мне не нужен ещё один повод для беспокойства.

Я всего лишь чунин, что чудом выжил в нескольких стычках с камнезадыми ублюдками, потерявший в первый же день на фронте команду, с которой рос над собой и учился целых три года. И таких как я здесь много, не зря же никто из моей новой команды, не стал интересоваться моим именем, кроме разве что нового капитана и он не исключение из правил, просто пока не успел хлебнуть дерьма так как мы.

Самое забавно во всей этой ситуации было то, что этот токубецу джоунин был моим ровесником, при чем совсем без опыта, получившим звание по протекции клана. Радовало в этой ситуации то, что он был из клана Сарутоби, это означало, что нас не отправят в самоубийственную атаку намеренно.

Совершая обход по уже знакомой территории, я без удивления наблюдал за товарищами, что смотрели на землю под ногами так, как будто в каждом месте куда они наступают, лежит кибакуфуда. И это было правильно, потому как большая часть нападений на этом участке фронта совершается именно из-под земли.

Единственным кто выделялся, был наш командир, который спокойно следовал выданному нам маршруту, не уделяя должного внимания земле под ногами. Не знаю от куда у него столько уверенности, но думаю, что в скором времени он об этом пожалеет. К счастью, этот выход обошёлся без эксцессов, и мы вернулись в расположение лагеря в полном составе.

Уже ближе к вечеру, я решил подойти к своему новому капитану и просветить его о возможных неприятностях, которые ему грозят в случае продолжения подобного поведения, но опоздал. Рядом с капитаном стояла смутно знакомая девушка и просвещала его о том, что могло произойти и как сильно ему и всей нашей команде повезло не напороться на встречу с камнезадыми.

Покопавшись в памяти, я вспомнил, что эта девушка является частью моего нового отряда. Правда имени её я так же не знаю, но внешность у неё была запоминающаяся. Длиннющие бледно каштановые волосы опускались до бёдер, лицо, усеянное веснушками и глаза цвета моря, в которых можно было запросто утонуть. Всё это великолепие портил длиннющий шрам, что тянулся от верха груди до низа правого бока.

Раньше я не обратил внимания на эту симпатичную особу потому, что был погружён в свои мысли, мало реагируя на внешние раздражители, но удачный патруль, вывел меня из прострации, позволив оглядеться по сторонам.

Не знаю, как ей с таким равнением удалось выжить, думаю из-за красивой мордашки ирьенин взялся за её лечение без очереди и выложился на полную. Если бы на её месте был бы кто-нибудь менее привлекательный, его бы сразу списали, не став даже пробовать вытащить из лап Шинигами, но ей повезло. Я не завидую, нет. У такой красоты есть и обратная сторона, в случае поражения в битве её могут не убить, а пленить, и что в военное время делают с такими куноичи в плену… думаю рассказывать не нужно.

Концовку разговора между нашим новым командиром и этой веснушкой мне услышать удалось и она мне не сильно понравилась. Этот баран не воспринял жизненно важные советы в серьёз и отчитал Веснушку за то, что подрывает его авторитет. Идиот! С таким отношением к своим подчинённым он тут долго не проживёт. Война длится уже пару месяцев, которые он провёл дома, тогда, когда я здесь с самой первой атаки поганых камнезадых. Ну, думаю не будет ничего страшного, если этот баран погибнет в первой же засаде. Это сегодня нам повезло, а так, каждый третий патруль нарывается на подготовленную засаду.

Немного понаблюдав за разговором Веснушки и Командира, я выцепил момент, когда они закончили свою перепалку и подозвал к себе заинтересовавшую меня куноичи.

— Веснушка!

Девушка недовольно оглянулась и когда поняла, что голос исходил от меня, набычилась и направилась в мою сторону.

Та-ак, нужно что-то сделать, прежде чем она начнёт выражать своё негодование, а то судя по тому, как она разминает кулаки, меня не ждёт ничего хорошего.

— Как там наш командир? Тебе удалось втолковать ему всю опасность того, на сколько близко он прошёл по краю?

Озадаченно приподняв бровь, девушка смерила меня взглядом и видимо узнав во мне своего сокомандника, понимающе кивнула.

— Вообще ни разу, он какой-то непробиваемый, видимо на чужих ошибках учиться не хочет. Так что это до первой засады, если переживёт, поумнеет.

Хорошо, что удалось сбить её с настроя, а то быть мне отбивной.

— Ну ты попыталась.

— Так! У меня вообще-то имя есть!

О, до неё дошла вся неправильность начала разговора, но агрессии не проявляет и то хлеб.

— И как тебя зовут, веснушка?

Жизнь меня ничему не учит, но тут я просто не сдержался. У неё была такая умильно-раздражённая мордашка, что не подколоть не было возможности.

Хорошо, что в ответ я получил только затрещину и мелодичный смех.

— Меня зовут Яманако Сузуми, обращайся ко мне по имени.

— Хорошо-хорошо.

Я примирительно поднял руки в успокоительном жесте.

— Я Кенске.

— Приятно познакомиться, Кенске. Давно тут?

— С самого начала. Мне с командой не повезло напороться авангард сил Камня, чудом выжил.

— Соболезную.

— А ты?

— Почти месяц, уже вторую команду поменяла.

В глазах девушки явно читались нотки фатализма, не свойственные таким молодым шиноби. С виду ей было лет шестнадцать. Хотя, сейчас у каждого второго чунина было похожее выражение лица, и я от неё отличался не сильно.

Разговорившись, мы плавно перебрались в мою палатку, а уже на утро я выползал из неё самым довольным человеком на свете. Война войной, а если уже завтра нас может ждать смерть, нужно брать от жизни всё!

Страна Травы, по ту сторону фронта

Чертовы обезьяньи выродки, ну ничего, невзирая на потери, мы медленно, но, верно, продвигаемся всё дальше и в скоре окажемся на территории страны Огня. Если бы не чёртовы Узумаки, которые почему-то решили занять сторону листовиков, а не ударить им в спину.

По всем прогнозам, наши аналитики в один голос твердили о невозможности подобного стечения обстоятельств, но вот, черт побери этих красноволосых, что им на своём острове не сиделось. Сейчас же получается, что почти треть наших потерь приходится на ловушки, изготовленные и установленные этими мастерами печатей.

Но даже с их помощью, Конохе не выстоять против нашей армии, тем более что с другого фланга давит Суна, рано или поздно, они не выстоят, и мы прорвём эту линию обороны.

Может тряхнуть стариной и отправиться в вылазку, на несколько недель присоединившись к диверсионному отряду? Идея хорошая, а то в последнее время листовики приспособились к нашему стилю боя, будет им сюрприз от А рангового шиноби.

Получить разрешение от командования было не просто, так как с моим статусом в подобные вылазки уже не ходят, участвуя исключительно в масштабных и важнейших сражениях, но у меня получилось и я был готов к тому, чтобы преподать кровавый урок листовикам.

Поводов для моей кровожадности было несколько, в первую, как и во вторую мировые войны, я потерял очень много близких моему сердцу людей. Пусть в первой войне мне не удалось поучаствовать, в силу малого возраста, но вторую я прошёл от начала и до конца. Найдя и потеряв там много друзей и знакомых. Сейчас же у меня была возможность непосредственно повлиять на исход этой войны и упускать этот шанс я не намерен. Сидеть в штабе, неделями ожидая масштабного наступления мне надоело, вот я и решил напрямую поспособствовать скорейшему продвижению наших войск в глубь вражеской территорий.

Спустя несколько дней я был зачислен в один из многих отрядов, которые будут отправлены на территорию врага, с наказом прервать поставки продовольствия на этом участке фронта. Задачка плёвая, нужно только преодолеть линию фронта, а дальше, можно будет кататься как в масле, так как обычно обозы охраняют не шибко сильные бойцы.

Через день, отряд из двенадцати человек под моим командованием выдвинулся в сторону фронта, вернее сказать, мы двигались не на прямую, огибая самые жаркие участки и только под конец второго дня, впервые наткнулись на патрульную команду листовиков.

В нашем отряде было целых два сенсора, так что заметили мы их куда раньше, чем они нас и проблем с устранение мне ожидалось, только влезать в это сражение было нельзя. Мгновенно убрать их не получится, а у таких команд почти всегда есть сигнальная ракетница.

Решение было принято быстро, уйти под землю, пережидая пока этот отряд пройдёт мимо, но нас заметили раньше, чем удалось спрятаться.

Подчинённые мгновенно рванули в бой, и я от них не отставал, спустя пару мгновений догнав и опередив.

Моё внимание сразу привлекла девушка, которая была до неприличия красивой, с волосами цвета спелого каштана, но разбираться ней лично не стал, оставляя это на подчинённых, сам же направился к явному командиру этого отряда, с намерением не дать возможности воспользоваться ракетницей, так как чаще всего она находится у командира отряда.