Рёхэй (гет)

Моё сердце знакомо ёкнуло, и я мгновенно опознала, кто это меня поймал.

С Какаши у меня всегда проявлялся один и тот же симптом. Не замечала, как цеплялась за него, машинально ища в нём свою опору. Или в этот раз он правда меня своей стремительностью застал врасплох, а моя хватка за него была вполне нормальной?

Чем бы это у меня ни было, не отрицая сделанного, я торопливо отвела взгляд в сторону, подальше от его расширенного глаза. И вдогонку заслуженно получила:

— Н... да... — тихое и такое же несвоевременное, как и моя последующая реакция.

Под этот шёпот пристыла, впервые промедлив отдёрнуть свои руки. Так уцепившись за сенсея и обо всём на свете позабыв, около минуты простояла с ним в ожиданиях у какого-то забора. Настолько от внезапной близости с Какаши у меня замкнуло мозги.

А по идее, если припомнить, чьим обликом я пользовалась, моя прострация должна была меня напугать. Или хоть бы встревожить. Против этого всё лишнее отступило, а меня пронзила радость и полное безразличие своего нынешнего внешнего вида.

Того, под чьим обликом я отчаянно хваталась за взрослого мужика.

Кружила голову приятная мысль, что Какаши мне всё это позволял с собою делать, где вопрос — отпрянет ли он от моей ответной хватки, урезонит как или с ходу сломает мне шею — попусту утратил своё значение. Как бы... Перед Какаши я невольно испытывала благодарность уже за то, что он баловал меня своим терпением.

— Семпай? — удивлённый шёпот в стороне, хорошо мне знакомый, из-за чего и отвлекаться на говорившего нужды не было, меня в норму не привёл. — Вы её поймали, — добавил Ямато, словно так напомнил мне, что попутно со всеми я и его обманула.

Что уж точно не собиралась делать.

Одного столкновения с этим Анбу мне вдоволь хватило, чтобы однозначно понять, что мне геройствовать с ним больше никогда не захочется. Но кто бы подсказал мне, что тогда у Шикаку на кухне у стены прятался ещё и Ямато. Спасибо за это старику Хокаге — умелого он себе подчинённого откопал.

— Да. Поймал...

А вот шёпот Какаши, с хрипотцой прозвучавший над головой, напротив, мгновенно протрезвил мне мысли.

И я дрогнула. По инстинкту Рёхэя.

Рывком огляделась, с полувзгляда признавая за чьим домом сенсей меня решил спрятать, и отмечая, откуда говорил его дивившийся нашим видом друг, и то, что Какаши заслонил меня от Ямато собою.

— Тензо, осмотрись пока, — шикнул сенсей своему товарищу, порождая догадку, он не попросил его, а гнал от нас прочь.

Как мог, прикрывал меня от посторонних взглядов.

Ямато исчез, что сделал мгновенно, выдавая свою избирательную послушность.

Прямо как я сейчас, притихнув рядом с Какаши.

Вот таким образом опомнившись, с кем этот Анбу оставил меня наедине, я передёрнула взгляд назад на теперь смятый в прищуре глаз. И сразу признала свой недостаток — совсем перед Какаши дурею. Особенно сейчас, когда он был таким взъерошенным. Неоднозначным.

И что было главной загвоздкой, меня к нему жуть как тянуло, даже зная, что вот-вот получу от него взбучку. Просто ломало между несопоставимыми друг с другом желаниями — сбежать, применяя все навыки Рёхэя, или окончательно повиснуть на нём.

Или я попусту с ним свихнусь.

С моей путаницей в голове, боюсь, этот вопрос был почти решённым.

— Рёхэй?

Мне хватало и прорыва собственных эмоций — адекватно среагировать на его голос, вдруг смягчившийся ко мне, просто не могла. Но самопроизвольная догадка, как точечный удар от Шикаку, заставляющий обращать внимание на все до того упущенные детали, вывела меня из настороженного оцепенения:

«Он... не злится на меня?»

Я вытаращила глаза, выискивая ещё хоть бы один намёк на благополучное завершение моей поимки.

— Ты чего? — Какаши наклонился ниже, заглядывая мне в лицо. Ощупал заметно встревоженным взглядом, будто бы проверял что... может, жива ли я ещё там? — Рёхэй?

Шептал вкрадчиво, пытаясь так достучаться до меня, повисшей на нём дуры, но мне под его шёпот мерещилось совершенно другое.

Раньше сказанные им и глубоко врезавшиеся в память слова: «Мой дом — твой дом».

Захочет ли он повторить мне что-нибудь подобное? После того, как разглядел меня поближе?

В этом сомневалась ровно до того момента, пока не почувствовала, что Какаши, перехватив меня, прикоснулся к голове. Застыла, в невольном ожидании его ласки, а он замер, так и не сделав задуманного.

А после вовсе прикрыл мне глаза ладонью, как уже проделывал со мною в резиденции, наказывая за обман с Кёкуя.

— Ты не доверяешь мне?

— Нет, доверяю.

Мой ответ слетел слишком поспешно. Сам собой.

Как и пальцы сами собой крепче стиснули жилет Какаши.

Я лишь поняла, что если он сейчас бросит мне возвращаться к Хокаге, как всё время меня к своим старикам гонял Шикаку, я не сдержусь и вытворю с ним что-нибудь.

И на этой эмоции в опережении каких-либо его слов, как и своих внятных мыслей, вывалила давным-давно наболевшее и до сих пор меня мучившее:

— Не прогоняй меня.

Едва слышно, но сказала это, не задумываясь, рвя последние свои ограничения с сенсеем.

Показала ему себя настоящую.

На фоне стойкого образа Рёхэя — полную дуру.

То, что я могла поддаться жалкому порыву, будто Какаши, как причастный к моим эмоциям, был обязан идти мне на поводу. Пусть и знала, что он не развеет мои глубоко спрятанные обиды на опекуна. Тот глупый след, который я сама в себе возвела переворачивающей смысл приговоркой: «Шикаку мне не отец. Не семья».

Хотя здесь крылось не только это.

А что Какаши мог на самом деле сделать, так после предъявленного мною он, имея на то основание, мог вообще меня на порог своего дома не пустить. Никогда больше. Не то чтобы слушать мои претензии.

Но Какаши выбрал другое.

— Не прогоню. Выкинь эту глупость из головы, — шепнул на самое ухо и сделал вздох, сходу переходя на другую тему. — Лучше ответь, что тебе сказал Шикаку? Он ведь понял, что это была ты?

На его вопрос я медленно кивнула.

С ним было ясно: Какаши — опытный джонин и его просто так не обманешь. Он на нас с Шикаку, слаженную парочку Нара, уже достаточно насмотрелся и хорошо соображал, что мы всегда действуем заодно.

— Он сказал возвращаться...

«К тебе», — на последнем слове прикусила язык.

Настолько оно оказалось личным, оттого и непроизносимым.

Но этого и не потребовалось.

Шикаку, пользуясь моей удачной маскировкой, передал мне не ходить к старикам, лес которых я считала каким-никаким, но своим домом. Парой косвенных фраз напомнил мне, что путь в Лес Нара и в клан Нара был для меня по-прежнему закрыт. Как смог предупредил, что соваться к нему было всё ещё опасно.

А из этого следовало: раз мой сообщник всё ещё решал наши острые проблемы с Хокаге, а я сама уже отказалась от помощи внимательного ко мне старика, официально я осталась сама по себе.

То есть — с Какаши.

Подразумевалось, что я отошла под его ответственность.

Это если он всё ещё был не против меня.

И с одной оговоркой. Пока об этом знали все ко мне причастные, кроме Шикаку. А у меня так и не получилось объясниться с ним.

В итоге кивнула, как смогла ответила и инстинктивно дёрнула головой. Захотела увидеть лицо Какаши. Убедиться, как он отнёсся к моим словам. Но он мне этого сделать не позволил. Придавил сильнее свою руку, а второй удержал мою. И я с пробившим ударом сердца догадалась — он подслушал меня.

У дома Шикаку.

Он всё проделал быстро: прознал, под обликом кого я действовала, успел вернуться к дому главы клана Нара и сверх того успел покрутиться под открытыми окнами кухни.

А своим ловким вопросом о Шикаку проверил меня.

Так и замерла, поверив в эту догадку.

— Послушай... Шикаку-сан твой опекун, но... решать, что делать, тебе нужно самой.

Сослепу ориентировалась только на его тихий шёпот и на его прикосновения, непривычные, оттого и принимавшие для меня новые остроты.

«Да я с ним точно спячу».

А то, что мою маленькую ложь с обликом Шикамару не раскрывали, а просто принимали меня как есть, сбивало с толку, что едва получалось удерживать хоть какой-то образ.

— Рёхэй...

Его мягкий шёпот умело располагал на откровенность, на ещё одну наболевшую мысль, не замедлившую проявиться.

— Я хочу поступить по-своему.

Нет. Я не бунтовала и уж точно не желала новых бед Шикаку. Он уже из-за меня угодил в передрягу. А я тут ещё со своим глупым желанием остаться с Какаши и с тем, что оно теперь как бы совпадало с навязываемыми мне требованиями. Так размечталась ещё хоть раз проснуться не одна. Как сегодня.

Вот только со мною всё было сложнее, чем могло показаться на первый взгляд.

— Решила остаться со мною?

Стоило Какаши это спросить, и мой мир мгновенно сузился на его вопросе.

Дыхание почти оборвалось, настолько я сосредоточилась на повисшей между нами тишине, пока не поняла — он от меня ждал ответа, терпеливо оставляя время обдумать его.

Это обстоятельство с головой захлестнуло меня.

Почти отодвинуло предостережение: на его вопрос «Решила остаться?» моё ответное «да», если оно и будет произнесено, прозвучит всерьёз — со всеми вытекающими проблемами. То есть, согласившись на его предложение остаться с ним, я наверняка завалю его всеми своими сложностями.

Вопреки собственным желаниям.

Как и говорил Шикаку: «Ошибёшься, и Какаши пострадает».

Первым не выдержал он. Приоткрыв мне глаза, и наконец-то показывая себя, он спросил:

— Рёхэй... Вернёшься со мною домой?

На что я, прежде чем успела осознать, что творю, кивнула. А дальше, пусть я тут же отдёрнула себя, точно Шикаку дунул мне в затылок холодком, напоминая и о дисциплине, и его дурацком правиле — Какаши моя слабость, но было поздно.

Какаши, подобно мальчишке, уже улыбался мне своим прищуренным глазом.

А я осознала, мой дом — рядом с ним.