На стороне тьмы (гет)

Никто не произнес ни слова.

Адриан Восс стоял в темном проеме, не переступая порога библиотеки.

Будто существовало правило, которое не позволялось нарушить даже ему.

Гарри первым поднял палочку.

— Еще шаг — и я атакую.

Восс спокойно посмотрел на него.

— Тогда вы уничтожите единственное место, где сохранилась правда.

— Не проверяйте меня.

— Не собираюсь.

Он перевел взгляд на Гермиону.

— Мисс Грейнджер знает, что я прав.

Она почувствовала неприятное напряжение.

Он снова обращался именно к ней.

Не как к врагу.

Как к человеку, которого хотел убедить.

Это было опаснее любой угрозы.

— Почему вы не входите? — спросила Гермиона.

Восс едва заметно улыбнулся.

— Потому что библиотека не считает меня достойным свидетелем.

— Значит, вы не можете попасть внутрь?

— Могу.

Он слегка наклонил голову.

— Но тогда книги превратятся в пепел.

Конрад резко посмотрел на него.

— Ты блефуешь.

— Хотел бы.

Восс говорил спокойно.

— Это защитное заклинание Элианор. Если тот, кто приходит за знанием ради власти, переступит этот порог, библиотека уничтожит сама себя.

Гермиона невольно вспомнила, сколько раз древняя магия уже отзывалась не на кровь, а на намерение.

Это было похоже на правду.

И именно поэтому она не хотела верить ни единому слову.

Книга вновь ожила.

Страницы медленно перевернулись сами.

На чистом листе проступил заголовок.

«Белый список. Только для Хранителя.»

Под ним начали появляться строки.

Но вместо имен...

Были годы.

1948.

1949.

1950.

1951.

1952.

1953.

1954.

И рядом с каждым годом — пустое место.

— Почему нет имен? — спросил Драко.

Конрад подошел ближе.

— Потому что книга показывает их только тому, кто имеет право знать.

Люциус медленно положил ладонь на страницу.

Ничего не произошло.

Гермиона коснулась книги рядом с ним.

Чернила вспыхнули.

И возле даты 1960 появилось имя.

«Люциус Малфой.»

Драко шумно выдохнул.

Все молчали.

Следующая строка проявилась сама собой.

«Причина включения: первичный наследник.»

— Значит... — тихо сказал Гарри.

— Да, — ответил Конрад.

— Его действительно пытались спрятать.

Люциус не отрывал взгляда от страницы.

Будто видел собственное детство впервые.

Книга перевернула еще один лист.

Появилась следующая дата.

1980.

Чернила медлили.

Потом вывели новое имя.

«Гарри Поттер.»

В библиотеке стало так тихо, что было слышно потрескивание свечей.

Гарри недоверчиво рассмеялся.

— Нет.

Никто не ответил.

— Это невозможно.

Он шагнул ближе.

— Меня всю жизнь пытался убить Волан-де-Морт.

Причем здесь Белый круг?

Книга продолжала писать.

«Причина включения: вероятность независимого выбора.»

Гермиона нахмурилась.

— Независимого...

Конрад медленно произнес:

— Они боялись не твоей силы.

— Тогда чего?

— Что однажды ты станешь человеком, которого невозможно заставить служить.

Гарри долго смотрел на страницу.

Потом тихо сказал:

— Значит, кто-то наблюдал за мной задолго до письма из Хогвартса.

— Возможно, — ответил Конрад.

— И за всеми остальными?

Старик не успел ответить.

Книга уже переворачивала следующую страницу.

Дата.

1979.

Чернила появились сразу.

«Гермиона Джин Грейнджер.»

Она застыла.

— Нет...

Драко резко повернулся к ней.

— Но...

— Я родилась в семье маглов.

Книга словно услышала ее.

Под именем появилась новая строка.

«Причина включения: носительница Узла доверия.»

Гермиона перечитала слова несколько раз.

Они ничего ей не говорили.

И в то же время отзывались странным ощущением узнавания.

— Что такое Узел доверия? — спросил Гарри.

Конрад медленно опустился на стул.

Он выглядел человеком, который внезапно понял гораздо больше, чем хотел.

— Я думал, это легенда.

— Какая легенда?

— Что раз в несколько поколений рождается человек, рядом с которым древняя магия начинает выбирать доверие вместо подчинения.

Гермиона почувствовала, как по спине пробежал холод.

Она вспомнила:

комнату без окон.

шкатулку.

медальон.

библиотеку.

Все открывалось не ей одной.

И не Люциусу одному.

Только тогда, когда они действовали вместе.

Восс впервые за весь разговор опустил взгляд.

— Теперь вы понимаете, почему мы искали не книгу.

Он говорил уже без прежней уверенности.

— Книги можно переписать.

Людей — гораздо труднее.

Люциус сделал шаг вперед.

— И поэтому вы всю жизнь искали Гермиону?

— Нет.

Восс покачал головой.

— Мы искали носителя.

Имя стало известно намного позже.

Он посмотрел прямо на Гермиону.

— Вы были для нас загадкой.

Пока однажды не решили спасти человека, которого весь магический мир уже осудил.

Он перевел взгляд на Люциуса.

— Именно тогда древняя магия окончательно сделала свой выбор.

Гермиона почувствовала, как все события последних недель неожиданно выстраиваются в одну линию.

Не расследование привело ее к Малфою.

И не случайность.

Кто-то много лет назад лишь подготовил дорогу.

Но выбор — довериться или отвернуться — она сделала сама.

И именно этот выбор оказался сильнее любой древней магии.

В этот момент книга перевернула еще одну страницу.

Последнюю.

В самом центре медленно проявилась всего одна фраза:

«Хранитель жив. Но он не знает, что уже начал передавать наследие следующему.»