Цена свободы (гет)

Ру.

— Смотри, какая красота! — тыкала в меня платьями Мия. Платья прислал Луаз, и они были даже роскошнее, чем то, хотя и бирюзовое он прислал тоже.

С того дня, когда мы сражались на границе с Кортой, прошел месяц. Эльфы уехали к себе, а мы с Ризом еще оставались какое-то время там, в бывшем замке герцога Орфуса. Замок был очень красивый, но убран с жутким вкусом, поэтому пока Риз разбирался с местными дворянами и феодалами, пугая последних до чертиков, я тратила его деньги и все там поменяла. Получилось очень даже уютно, а уж какой красивый вид на море был из нашего окна.

Но пару дней назад мы вернулись в Люцерн, и, увидев, в каком виде поместье Орфуса тут, я наотрез отказалась там жить. Так что мы снова гостили у его брата, который не забывал при случае об этом напомнить моему мужу. Скорее в шутку, чем всерьез, но было часто не очень приятно, и мне уже хотелось вернуться домой.

Колечко Риз снял и припрятал, и теперь выглядел вполне себе обычно, а вот мне уши подрезать запретил, и теперь в меня разве что пальцами все вокруг не тыкали. Я спрашивала почему, но он ссылался то на договор с эльфами, то на Азавию, то на Алазара, но я подозревала, что ему самому просто так больше нравится.

А да, договор был заключен, но его официальное подписание было перенесено в дол Фираэл на праздник Аэрвилайя. Ага, и его эльфы тоже перенесли, за отсутствием виновников торжества. Договор был скорее торговым и не содержал много пунктов, но это был большой шаг для обоих народов.

Собственно, и платья нам, а точнее мне, подогнали как раз по этому поводу, а я уже решила поделиться с Мией. А то она меня чуть не убила, как только я зашла на порог дома, обвиняя в том, что, мол, нашла я время болеть, когда у нее сердечная проблема.

А потом, потом мы с Ризом рассказали ей про Руфиса. Она переживает, даже до сих пор. Не так, как Лафи, но парень ей нравился. Похоже, у них с Ризом схожие вкусы, если по факту они влюбились в одного и того же человека.

— Ну как? — выскочила Мия из-за ширмы, сияя глазами на всю комнату. Она выбрала красное, и под ее черные волосы оно село бесподобно.

— Великолепно! — оценила я, а Мия завертелась перед большим зеркалом.

— Мариса умрет от зависти, — девушка довольно улыбалась.

— Думаю, эльфы прислали подарки не только мне, — вздохнула я, возвращаясь к окну, а Мия обиженно надула губы.

— Да? Обидно, — а потом тоже подошла к окну и попыталась проследить за моим взглядом. Поняв, куда я так пристально смотрю, она насмешливо фыркнула:

— Опять за ним?

Внизу Риз упражнялся с мечом, и, честно говоря, у меня уже тоже чесались руки к нему присоединиться.

— Он бы расстроился, если бы я нашла себе другую цель, — пожала я плечами и, вернувшись в комнату, полезла за мечом. — Ты идешь? — демонстративно покрутила я его в руке.

— Ты знаешь, что вам завидует половина двора его величества? — проигнорировала она мой вопрос. — Вы же женаты! А ведете себя, как любовники.

— Только половина? — я усмехнулась, а Мия расхохоталась. — И потом, разве это плохо?

— Именно поэтому и завидуют, — она показала мне язык, а затем уперлась в спину, толкая к выходу. — Иди уже, потыкай в него своим мечом для разнообразия, — снова расхохоталась она.

* * *

Я сдалась уже на втором круге. Мне было стыдно и обидно, особенно под насмешливым взглядом этих синих глаз, но меня начало мутить, и, сидя в сторонке, я пыталась понять, что я могла такого съесть. И если честно, ничего в голову не приходило.

Риз добежал этот и, помахав мне рукой, ушел на третий. Он разделся до пояса, и я зачарованно наблюдала, как перекатываются мышцы под его кожей. Это было красиво и возбуждающе. А когда он закончил и вылил на себя ведро воды, смывая пот, я уже сама была готова на него наброситься. Мия права, так любить мужа — это моветон, и не только по мнению двора, но я ничего с собой не могла поделать.

Риз обтерся и, подойдя ко мне, потянулся за рубашкой.

— Не надевай, — попросила я.

Он посмотрел на меня и осторожно положил рубашку на место, а потом быстро завертел головой, оглядываясь по сторонам. Похоже, он нашел то, что искал, потому что схватил меня за руку и потащил за собой. Мы промчались вдоль каких-то пристроек и сарайчиков, а потом он затолкал меня в одну из неприглядных дверей и запер за нами засов. Я с удивлением оглядывалась на стойки с оружием и большой стол с разложенной на нем кожей и прочими частями доспехов. Риз усмехнулся и притянул меня к себе.

— У нас же есть кровать! — возмутилась я.

— Она далеко, — шепнул он мне на ухо, чуть прикусывая острый кончик. Я прикрыла глаза от удовольствия и порадовалась, что он меня так крепко держит. — А когда ты на меня так смотришь, я еле сдерживаюсь, чтобы не взять тебя прямо на месте.

Его губы не пропустили ни одного места на левом ухе, а потом перебрались на правое. Я шагнула назад и уперлась в стол, и это было очень кстати, так как ноги мелко дрожали от возбуждения и отказывались меня держать.

— Именно поэтому, — внезапно выдал он нечто странное и накрыл мне губы поцелуем, а когда оторвался и поймал мой озадаченный взгляд, пояснил: — Уши! Ты же просто таешь, когда я их трогаю.

— Ммм, — только и смогла я выдать в ответ, откидываясь назад и ложась на доски. По полу загремело железо, сброшенное мною со стола, а Риз стащил штаны сначала с меня, а потом и с себя. На улице, за стеной, послышались шаги и голоса, а он как раз добрался до самого чувствительного места, и я громко вскрикнула, голоса резко замолкли. Я закусила губу, чтобы снова не закричать.

— Ну и зря ты их стесняешься, — его пальцы проникли внутрь, а губы жадно зашарили по моей груди.

— О нас и так уже все говорят, — возразила я и снова застонала.

— Они просто завидуют, — он придвинул меня к себе и вошел, жадно и резко. Я вскрикнула от неожиданности, а за дверью захихикали. — Тому, что у меня такая жена, и я ее очень люблю.

Место было не самым удобным, так что все произошло достаточно быстро. Кончив, он не стал выходить, а подтянул меня к себе, заставляя сесть и закинуть руки ему на шею. Я поерзала, устраиваясь удобнее, и он все же выскользнул.

— В кровати действительно удобнее, — усмехнулся он, нежно лаская мои губы, мы все еще никак не могли оторваться друг от друга.

— Я тоже тебя люблю, — улыбнулась ему я, он ничего не сказал, да и не нужно, ведь все и даже больше было в его глазах. — Риз?

— Ммм? — он протянул мне штаны, и сам тоже одевался.

— А где мы будем жить? У тебя в замке или в Гнездо Ворона вернемся?

— А где тебе больше нравится? — он оправил на мне одежду, а я насмешливо фыркнула. Можно подумать, это сможет как-то исправить мой растрепанный вид.

— А у тебя я так и не была. Уже начинаю думать, что этого замка и вовсе не существует. Мы все время каким-то загадочным образом проскакиваем его мимо.

— Он есть, — засмеялся Риз. — И когда праздник закончится, то сразу туда и поедем. Идем, — он отодвинул запор. — Нам пора собираться.

— Риз? — снова позвала я, а он тяжело вздохнул и остановился:

— Что?

— Можешь сам нас всех перенести? — попросила я, потому что все еще чувствовала себя не очень.

— Сам? — удивился он, а потом нахмурился. — Что-то случилось?

— Не знаю, — я потерла лоб. — Устала или отравилась. Меня немного мутит с утра.

— Можем остаться, — предложил он, с тревогой меня ощупывая.

— Не можем, — возразила я. — От слова совсем. Это не сильно, но раздражает, боюсь напортачить.

— Хорошо, — кивнул он. — Хотя я и не хотел надевать кольцо тут.

Риз

Жены короля, как и Мия, были невероятно довольны обновками и выглядели чудесно, но я смотрел только на свою жену, и пусть в этом платье я ее уже видел, но оно ей действительно очень шло.

— Риз? — обратился ко мне король Люциус. — Ты же помнишь, что лично отвечаешь за нашу безопасность?

— Да, — коротко кивнул я. С ними забудешь, как же.

Все встали рядышком, и я надел кольцо. Почти ничего не изменилось, только Ру засияла насыщенным синим светом. Ее аура по-прежнему была очень сильной и даже стала еще темнее. Или мне показалось? Я потянулся и забрал половину, вокруг нее посветлело, а в центре, наоборот, словно сгустилось, переходя в фиолетовый, и я почувствовал, как она облегченно вздохнула. Странно. Но пока я решил не придавать этому особое значение, а создал печать и переместил нас к эльфам.

Я вернул Ру ее магию, пристально наблюдая, и поэтому заметил, как она поморщилась и дотронулась до горла. Тогда я снова забрал, и ее лицо тут же расслабилось. Да что происходит? Я еще раз ее осмотрел, особенно задержавшись на месте с темной аурой. Может, она и вправду отравилась? А потом понял и опешил. И самое интересное, что Ру и сама еще об этом не знает. Я хитро улыбнулся и подхватил ее под руку.

— Как самочувствие?

— Знаешь, хорошо, — она улыбнулась. — Так что я действительно просто переволновалась.

— Ну, ну, — еле сдержался я, чтобы не рассмеяться. Мое настроение стало очень хорошим, и я разве что не насвистывал легкомысленную песенку.

— А ты чего такой довольный? — подозрительно сузила она глаза.

— А почему должно быть иначе? — пожал я плечами. — Ты со мной, война окончена, и главное, никто не пытается эти два факта изменить.

Луаз и Алазар встретили нас лично, не забыв отсыпать комплиментов королевской чете, а когда лиловые глаза короля сумрачной реки обратились к Мие, я с удивлением увидел, как она покраснела.

— Ого, — похоже, этот факт не ускользнул и от Ру, и она жарко зашептала мне на ухо. — А ведь если подумать, у Мии та же кровь, что и у тебя.

— Вот уж нет! — чуть не подавился я от такой мысли. — Не хватало еще и за нее сражаться.

— Зачем? — удивилась Ру. — Она же твоя сестра, а не жена. И не торопи события.

— Потому что! — буркнул я, бросая недовольный взгляд на Луаза. Настроение начало портиться, потому что этот ушастый не сводил с Мии взгляда, и та начала попадать под его очарование.

— Ру? — внезапно лиловые глаза короля переместились на мою жену, и мне стало еще хуже. — Ты же сыграешь сегодня со мной?

— Я? — она беспомощно посмотрела на меня.

— Да! — обрадовались все вокруг и ответили чуть ли не в один голос.

Я почувствовал, как пальцы Ру вцепились мне в плечо, а она едва слышно выдавила:

— Я лютню с собой не взяла.

— Это не лютня, — возникла рядом с нами Азавия, словно просочившись из-под земли, и протянула Ру какой-то инструмент. — Но возможно, тебе понравится даже больше?

— Не переживай, — улыбнулся Луаз моей жене, и мне захотелось его больно пнуть. — Мы не будем петь, только играть.

Ру забрала инструмент и кивнула. Она отпустила мою руку и пошла следом за королем сумеречников. Поднявшись на платформу, большую и очень красиво украшенную фонариками, Луаз достал флейту и первым начал мелодию. Ру осторожно тронула струны, словно прислушиваясь к новому инструменту, а потом ее пальцы пробежали по грифу, и, почувствовав уверенность, она подхватила мелодию. Звуки слились и создали нечто волшебное, а вокруг нас замерцали искры. Наверняка Луаз постарался!

Король не отрываясь смотрел на Мию, а та, как дура, с раскрытым ртом смотрела на него. Я подошел и одернул, а потом зашептал ей на ухо:

— Сума сошла? Тебе Руфиса было мало?

Мия вздрогнула и испуганно посмотрела на меня:

— Только не говори, что и он занят?

— При чем тут это?! — зло зашипел я. — Он же эльф! И не просто эльф, а король, а ты человек. Тебя тут не примут.

— Сама разберусь! — вздернула она носик и показала мне язык.

— Мия! — я схватил ее за руку, но она вырвалась и юркнула на другую сторону платформы. Вот же! Достались мне женщины: что Ру, что Мия. Хотел бы я сказать, что жену выбрал сам, но нет, она мне тоже именно что досталась.

Мелодия затихла, и все вокруг заапплодировали. Ну, они это заслужили, даже на мой взгляд. Ру вернулась и тихонько шепнула мне на ухо:

— Пойдем, я тебе кое-что покажу.

— Я тут вообще-то на работе, — возразил я, напоминая ей о приказе Люциуса.

— Да перестань, — отмахнулась она. — Они почетные гости. Да с них пылинки будут сдувать и вернут тебе завтра в целости и сохранности. Идем.

Ру потянула меня за руку, и я пошел. А как я мог не пойти?

Мы вышли из города и поднимались все выше и выше, пока не достигли утеса, с которого открывался чудесный вид на Фираэл. Река была похожа на дракона, плывущего в океан и блестящего своими золотыми чешуйками. А деревья приобрели пурпурный оттенок.

— Правда, красиво? — Ру стояла на краю, раскинув руки, и вдыхала в себя свежий ветер, а я зачарованно смотрел, как вокруг нее играет подол легкого платья.

— Красиво, — согласился я, имея в виду вовсе не реку. — Ру?

— Ммм? — повернулась она и снова меня потянула за собой, на этот раз к лесу.

— А как ты относишься к детям?

— Пока, слава богу, никак, — засмеялась она, закружившись в высокой траве. Вспугнутые светлячки вспорхнули в воздух вокруг нее сотнями зеленых огоньков, и я непроизвольно застыл, очарованный этой картиной.

— Но ты же хочешь детей? — продолжал я гнуть свою линию. Можно, конечно, было просто сказать прямо.

— Хочу, — она остановилась и, подойдя ко мне, заглянула в лицо. — Но к чему ты это спрашиваешь? Риз! — она подозрительно нахмурилась. — Я еще недавно желала быть мужчиной, да я была мужчиной! Мне нужно немного привыкнуть к новой роли.

— Угу, — кивнул я. — Месяцев восемь тебе хватит?

— Риз, о чем ты... — она осеклась и округлила глаза, а потом замотала головой. — Нет! Не может быть!

— Почему? — я никак не мог понять ее странной реакции. Она что, боится? Я сел в траву и, взяв ее за руку, потянул на себя. — Мы каждую ночь именно этим и занимаемся.

— Да, но... — она потерла виски и посмотрела на меня с каким-то укором. — Ты уверен?

— Я не сразу понял, — кивнул я. — Но когда надел кольцо и забрал половину твоей силы, то она перестала его загораживать.

— Его? Ты даже видишь, что это мальчик? — охнула она, а я покачал головой.

— Нет, этого пока не вижу. Говоря «его», я имел в виду ребенка. У него аура другого цвета.

— У него есть аура? — снова охнула она. — Ты уверен?

— Абсолютно! — кивнул я. — И именно поэтому тебе плохо, твоя сила слишком большая и слишком давит, а он просто пытается выжить.

— Ты забрал половину, и мне полегчало? — она задумалась и кивнула. — Похоже на правду. Но как тогда быть? Ты теперь так и будешь носить кольцо?

— Ну, это всего-то на восемь месяцев, — я улыбнулся и поцеловал ее в шею. — А ты кого хочешь?

— Сына, конечно, — теперь улыбнулась и она, и вот это была нормальная реакция для любящей женщины.

— Для начала, — согласился я, и был рад, что Ру просто промолчала.

Мы сидели в траве, над нами кружили светлячки и пел ветер. И в этом мгновении было больше, чем весь мир, и я хотел, чтобы оно никогда не заканчивалось. Я был бессовестно, абсолютно и необратимо счастлив.

Конец книги.